Сгорая вместе с осенними листьями

      Пещера по размерам и запутанности коридоров не уступала дворцам. Вот только здесь было грязно и сыро, как в темнице. Се Ляня определили в одну из комнат, вход в которую прикрыли тёмной занавеской. Внутри убранство было не самое лучше: одна лишь тряпка, похожая на лежанку для собак, куда и уложили принца, какой-то полуразвалившийся и почерневший от времени сундук, в который скинули все его вещи, а в углу у входа стояла палка со связкой масок и белыми лентами. Одной из этих лент была Жое, крепко связанная в узел в нескольких местах.       Се Лянь долгое время не приходил в себя. Он бы так и остался лежать в этой импровизированной комнате, и, быть может, все бы о нём забыли, но Ци Жун никак не мог выкинуть его из головы.       Он не хотел показываться на глаза своим слугам за таким действом. Ну вот зачем им знать, что он почему-то приходит к брату? Не их ума дело.       И в очередной раз он зелёной тенью скользнул за занавеску и сел на корточки рядом с братом. В его руках был какой-то кусок ткани и небольшой тазик с водой. Смочив тряпку, он потянулся к лицу принца и стал тереть его висок. Кровь уже давно запеклась и очень тяжело размачивалась. Ци Жун грязно выругался и, швырнув тряпку в тазик, пересел к Се Ляню на живот. Обеими руками он обхватил его лицо и стал пристально в него смотреть.       — Подумаешь, похожи. Подумаешь, у него взгляд добрее да черты лица мягче. И чем я хуже? Почему перед ним преклонялись в обожании, а в мою сторону лишь плевали?! Зелёный демон крепко сжал лицо принца и наклонился к нему — они оказались ужасно близко друг от друга, почти нос к носу.       — Ты ничем не лучше меня, ничем! Даже хуже! Только притворяешься, что ты весь такой хороший! Да не хороший ты, приторный лишь! Сколько сахара на гнилой кусок не насыпь, от него всё равно будет вонять гнилью! Одеваешься в белое и провозглашаешь вечные ценности, а сам?!       Ци Жун сплюнул на лицо, такое похожее на его собственное, и резко отпрянул от Се Ляня. Тот так и не очнулся, а зеленый демон, тяжело вздохнув, вновь взял тряпку и, не отжимая, кинул её туда же — на, пусть и окровавленный и оплёванный, но всё такой же прекрасный лик принца.       — Братишка даже умыться сам не может! Хех, помогу уж, что поделать!       И он расхохотался, стал обеими руками растирать тряпкой лицо Се Ляня, теперь уже мешая слюни и кровь с грязной водой. Когда он откинул тряпку в сторону, то увидел чистое лицо и раскрасневшиеся от грубого воздействия щёки. Кровь с виска тоже отмылась — открылся вид на рану. Кажется, когда принц упал без сознания, он ударился виском о камень.       Ци Жун протёр рукавом лоб и слез с принца. Он не знал, что дальше делать — ему было как-то неловко и странно. И сам себя он тут же начал корить за то, что умыл его. Зачем он сделал это? И всё-таки с несколько секунд постояв внутри каменной затхлой комнаты, он снова сел рядом с принцем и задрал его рукав. Ладони у принца уже совсем не белые — перепачканные в крови и грязи. Зелёный демон заворчал, раздевая принца, пару раз отжал тряпку всё в том же тазу и стал растирать грязь и ранения. Кое-где из-за неаккуратных движений запёкшаяся кровь содралась с ран и те вновь открылись — Ци Жун выругался и, крепко прижимая к ране тряпку, попытался остановить кровь, но вместо этого обнаружил, что ткань полностью напиталась красным, а его собственные руки тоже задеты алым.       — Зачем я вообще это делаю? — Сам удивился зелёный демон. Можно было его не отмывать или хотя бы перепоручить это своим слугам, а в итоге он сам сидел и отжимал теперь тряпку, чтобы вновь промокнуть кровь.       Гнев вдруг завладел разумом. В груди будто теснилось что-то горячее, но не приятно-горячее, как любовь, а ужасное, словно раскалённый свинец.       — Да почему она не останавливается?! — Ци Жун крепко прижал тряпку к ране и надавил, — Попробуй ещё умереть здесь! Где хочешь подыхай, хоть в канаве, но не у меня дома!       Но ответа так и не было. Се Лянь лежал бездвижно, лишь редко и глубоко дышал, но больше не подавал совершенно никаких признаков жизни.       Когда кровь остановилась, Ци Жун схватил его за плечи.       — Как ты вообще можешь быть в таком состоянии здесь? Самому-то хоть не стыдно?! Да я могу тебя убить в любой момент, а ты валяешься, как дома! Как будто рядом с тобой эта псина Хуа Чен, а не я!       Но никакие воззвания не работали. Ци Жун прошипел сквозь зубы и кинул принца обратно на подстилку, после чего пнул таз с водой в его сторону и вышел прочь.