Приют твоего крыла: вторая часть

Вернувшись в гостиную, он обнаружил Кроули, неподвижно стоящего перед диваном. Когда Азирафаэль начал спрашивать, что случилось, Кроули поднял руку и одними губами произнес: - Тихо! Азирафаэль остановился, увидев панику в глазах Кроули, сердце подскочило к горлу, игривое настроение было полностью забыто в пользу холодного страха. Убедившись, что он ничего не скажет, Кроули на цыпочках подкрался к дивану. Нет, к граммофону, стоящему рядом с диваном. Это была старая вещь, совершенно нефункциональная, но Азирафаэлю нравилось, как она выглядела в его жилом пространстве, пережиток прошлого. Кроули наклонился ближе к граммофону, запустил руку в золотой рожок... ...и достал что-то маленькое и черное, размером примерно с кончик пальца. Какое-то электронное устройство, которое Азирафаэль не смог определить на расстоянии, но определить его назначение не составило большого труда. Он зажал рот рукой, ужас от этого, насилие в его собственном доме исторгло из его горла всхлип. Кроули осторожно установил устройство (камеру? микрофон?) на кофейном столике и сделал несколько быстрых шагов, чтобы схватить Азирафаэля за запястье, который в оцепенении позволил увлечь себя за ним. Они оказались в ванной, где Кроули усадил Азирафаэля на край ванны, пока тот проверял вентиляционные отверстия, плинтуса, зеркала и светильники. Наконец, он просунул полотенца под дверь и кивнул, осторожно выдыхая. - Хорошо... хорошо, здесь ничего нет. Мы можем поговорить. - Ты уверен? - прошептал Азирафаэль. - Положительно, - сказал Кроули, - только извращенцы прослушивают ванную. Никому не интересно слышать, как их жертва мочится. Азирафаэль вцепился пальцами в край ванны, внезапно почувствовав головокружение. - Они все слышали, - глухо сказал он, - они знают. - Нет, нет, они этого не делают, они не могут, - Кроули быстро расхаживал по комнате, и, несмотря на его слова, он выглядел далеко не уверенным, запустив руки в волосы и взъерошивая их без всякой помощи, - я не заметил жучка, когда был здесь в последний раз, должно быть, его установили только вчера или позавчера. Поверь мне, Падшие не станут ждать, когда у них появятся доказательства предательства. - Или это может быть моя сторона, - сказал Азирафаэль. Его собственный голос звучал слишком спокойно для его ушей, слишком принимая эту разворачивающуюся катастрофу, - Гавриил высоко отзывался о женщине по имени Уриэль, в прошлом он нанимал ее для работы, связанной со слежкой... - Хорошо, тогда, возможно, это не так уж плохо! - настаивал Кроули, - я не думаю, что мы сказали что-то компроментирующее? Просто немного пожаловались на нашу работу, и мы вышли из комнаты, прежде чем начали говорить о Риме... и вообще, этот микрофон не самого лучшего качества, половина слов, которые вы слышите, - невнятный мусор... - Но их могло быть больше! - воскликнул Азирафаэль. - Они могли быть везде. Кухня могла быть полна ими! Они могли... о Господи, Кроули, ты должен уйти! Ты здесь в небезопасном положении! - Мы нигде не в безопасности, но мы и так это знали, - сказал Кроули, - прости, я должен был предвидеть, что произойдет что-то подобное. Мне следовало проверять это место сверху донизу каждый раз, когда я приходил. - Кроули, - твердо сказал Азирафаэль, - я имел в виду, что тебе следует уехать из Лондона. Покинь Британию полностью, если сможешь. Кроули замер. Очень медленно повернулся к нему. - Ты хочешь, чтобы я что? - Тебе следует уйти сегодня, пока они не заметили ничего неладного, - сказал Азирафаэль. Он пытался быть разумным, или, по крайней мере, казаться разумным, и не важно, что он сжимал ванну так сильно, что у него ломило кости в пальцах, - ты был один, когда пытался сбежать в первый раз, но мы можем сделать так, чтобы все прошло по-другому. Я могу... о, я не знаю, я могу сделать что-нибудь. Как-нибудь собьем их со следа. Это гораздо менее рискованно, чем пытаться в одиночку справиться с двумя криминальными империями! Что-то очень сложное происходило с лицом Кроули, как будто он испытал весь спектр человеческих эмоций менее чем за три секунды. Но в конце концов, он остановился на серьезном беспокойстве и кивнул. - На самом деле, знаешь что? Звучит как хорошая идея. Бесполезно пытаться спасти нас обоих, я уверен, ты сам о себе позаботишься. Азирафаэль почувствовал, что сильно побледнел. На его глаза навернулись слезы и он яростно сморгнул их. Странно. Он ожидал большей драки, чем эта. Он предвидел часы мучительных споров, прежде чем ему удастся, наконец, убедить Кроули бежать и спасти себя. Но это, несомненно, был лучший исход, и он не собирался исследовать пропасть, которая только что разверзла его грудь от этих легкомысленных слов. Прочистив горло и взяв себя в руки, Азирафаэль встал. - Хорошо. Это решено. Нам следует вместе разработать план... - Перестань! - взревел Кроули, вскинув руки. - Я тебя не оставлю! Я не могу поверить, что ты даже на секунду мог подумать такое! - Мой дорогой, - сказал Азирафаэль, стыдясь того, что его голос дрогнул, - пожалуйста, будь благоразумным. - Нет, это ты будь благоразумен! - он обхватил лицо Азирафаэля обеими руками и легонько встряхнул для убедительности, - если я уйду сейчас без предупреждения, они определенно поймут, что что-то происходит. И они не будут терять времени. Сандальфон появится завтра и первым делом накачает тебя сывороткой правды. Он будет пытать тебя, чтобы узнать, куда я пропал. - Гавриил этого не допустит. Он никогда не позволял... - Все когда-нибудь случается в первый раз, ангел. Он покачал головой и оттолкнул руки Кроули. - И даже если это действительно произойдет, нет причин позволять этому останавливать тебя. Кроули, ты должен поставить свою безопасность выше моей. - Кто говорит? - Говорит... о, перестань быть смешным! Мы имеем дело с силами, находящимися далеко за пределами нашего контроля, и я не могу... Он остановился, запинаясь на словах, горло сжалось, как будто он проглотил нож. "Я не вынесу, если потеряю тебя. Не сейчас. Не после всего того времени, что мы провели вместе, всего того, что я узнал, что сделало тебя только дороже для меня. Я никогда не знал, как сильно ты любишь "Квин", и что ты увлекаешься садоводством, а твоя мечта - иметь свой собственный сад и разъезжать на винтажной машине, которую ты сам починил. Что ты любишь детей, хотя бы за те шалости, которые они вытворяют, и тебе действительно нравится помогать людям, пока никто не говорит тебе спасибо в лицо. Что ты намного добрее и храбрее, чем я когда-либо знал, так полон оптимизма, несмотря на наши ужасные обстоятельства..." - Азирафаэль? Азирафаэль в отчаянии закрыл лицо руками. Дыхание сбивчивое, грудь вздымается, ему потребовались все силы, чтобы сдержать беспорядочные эмоции, которые хотели выплеснуться к его ногам. Прямо сейчас это ничем не помогло бы, ему нужно было взять себя в руки, но чем больше он пытался, тем больнее был сопротивляться. Одна слеза сбежала без его согласия, проскальзывая между пальцами, и он был подавлен, когда Кроули увидел это. - О, черт, - сказал Кроули, в его голосе звучала настоящая паника. Его руки неуверенно замахали, - о черт, о черт, прости, я не хотел заставлять тебя... Азирафаэль, не плачь, пожалуйста, я беру свои слова обратно! Ну нет, не совсем, я не передумал. Я... черт, подожди. Он услышал, как с грохотом открылся шкаф, еще несколько ругательств и рытья в нем, а когда Азирафаэль осмелился поднять глаза, его встретил очень раскаивающийся Кроули, предлагающий коробку салфеток. Зрелище было настолько абсурдным, что Азирафаэль не смог сдержать слабый смешок. - О, мой дорогой мальчик, - хрипло произнес он , но больше ничего не смог сформулировать. Вместо этого он взял салфетку и промокнул глаза и нос, - ты не должен был видеть меня таким. - Эй, да ладно, ты видел меня и похуже, - сказал Кроули с легкой неуверенной улыбкой, - помнишь тот раз, когда я вошел с колотой раной и кровь залила все твои простыни? Или в тот раз, когда у меня была паническая атака и я от стресса убирался в твоем магазине? Азирафаэль шмыгнул носом. - Я несколько дней ничего не мог найти, - пожаловался он, - моей любимой копии "Гамлета" по-прежнему нет в разделе драматургов. - О. Точно. Эм, - Кроули сунул руку в карман куртки и вытащил маленькую книжку в мягкой обложке, очень потрепанную и потертую. Настолько любимую, что Азирафаэль узнал бы ее с завязанными глазами, - вроде как, э-э... позаимствовал это. Я не хотел! Я как раз просматривал его на днях, и мне пришлось выбежать, когда позвонила Вельз... - Ты это читал? - ошеломленно переспросил Азирафаэль, - ты? "Гамлет"? Я думал, ты ненавидишь трагедии. Кроули снова спрятал книгу, взъерошив волосы одной рукой и избегая зрительного контакта, как он делал, когда был ужасно смущен. - Ну, я имею в виду, я всегда могу пропустить убийственные моменты. В основном я просто читал монологи, ты же знаешь меня, я люблю хорошие монологи. - ...я знаю, - Азирафаэль наклонил голову и скомкал салфетку в руках, - Ты всегда предпочитаешь смешные истории. Счастливый конец. Он не потрудился заявить очевидное - что истории, подобные их, не рассчитаны на счастливый конец. Кроули выхватил салфетку у него из рук, уронив ее, и заменил ее римским списком. - Послушай. Послушай, просто послушай. Не мог бы ты сделать мне одолжение и прочитать мне это? Просто прочти это вслух. В последний раз шмыгнув носом, Азирафаэль моргнул, пока слова не стали четкими. - По... попробать устриц. Надеть подходящие туристические рубашки. - Тебя выгоняют из каждого паба, - сказал Кроули, - съездить за город. Съездить на пикник. - Кроули? - Не стоит делать ничего из этого, - мягко проговорил Кроули, - если тебя там нет со мной. Понимаешь? Это ты и Рим или это ничто. И даже не пытайся говорить глупости типа "ты того не стоишь" или "мне лучше без..." Азирафаэль обхватил его руками, обнимая, и пришел в себя только тогда, когда услышал, как Кроули зашипел от дискомфорта. - О, прости меня! Я не хотел застать тебя врасплох... - Нет, все прекрасно! - Кроули потянулся назад, чтобы обхватить Азирафаэля руками за талию, и уткнулся носом в изгиб его шеи, - Было... это было мило. Хорошо. Нравится, когда тебя застают врасплох.

***

Что ж. Это было впервые. Азирафаэль осторожно усилил хватку, пока не услышал, как Кроули удовлетворенно хмыкнул. Он не мог вспомнить, когда в последний раз обнимался сам или когда его кто-то обнимал. Он действительно помнил, как ему однажды сказали, что он склонен слишком сильно сжимать, слишком крепко цепляться, но у Кроули, казалось, не было проблем с силой давления. Он обвил Азирафаэля своими руками и вцепился пальцами в его рубашку, надежно прижимая их тела друг к другу. И Азирафаэль не думал, что ему почудилось легкое дуновение воздуха у его шеи, глубокий вздох. Было ли это облегчением? Смеет ли он надеяться, что это было удовлетворение? - Мы могли бы... делать это чаще, - предложил Кроули, - обниматься. Хорошо для прикрытия. Азирафаэль прочистил горло. - Да, для прикрытия, конечно. Это было бы уместно. Ни один из них не отпускал другого. Кроули рассмеялся, издав слабый беспомощный звук. - Азирафаэль, я... - Да? - ...я не могу дождаться, когда поеду с тобой в Рим. Слезы снова навернулись на его глаза, угрожая испортить момент. Азирафаэль проглотил их обратно, услышав все, что Кроули не мог сказать этими словами, и возрадовавшись. - Я... о, я чувствую почти то же самое, - он улыбнулся, - у нас будет такое потрясающее время. Кроули застонал и отстранился. - Нет. Ты все испортил. Я ни за что не выйду замуж понарошку за человека, который так разговаривает. - Как именно? Я только имел в виду, что с нетерпением жду вкусной еды... - Остановись. Нет. - Да это будет просто шикарно! Страдальческий стон Кроули сопровождал их всю дорогу из ванной. Теперь, зная, что их слушают, они были более осторожны со своими словами, пока Кроули обыскивал квартиру в поисках дополнительных микрофонов. Только еще один был найден внизу письменного стола Азирафаэля, и Кроули устроил грандиозное шоу, случайно пролив свой напиток в ящик, где он был спрятан (после того, как убедился, что под угрозой нет книг). - Лучше оставь тот, другой, чтобы они ничего не заподозрили, - вполголоса сказал Кроули позже, собираясь уходить, - я сомневаюсь, что они будут слушать, пока ты здесь один. Но на всякий случай постарайся не отклоняться от обычного распорядка дня, ладно? Азирафаэль кивнул, полностью осознавая, что сегодня ночью ему не удастся уснуть. К счастью, это было достаточно обычным явлением, чтобы не вызывать подозрений. - Пожалуйста, будь осторожен, - произнес он, как делал всегда, когда Кроули уходил, - смотри, куда идешь. - Всегда так делаю, - ответил Кроули и на его лице снова появилась дерзкая ухмылка. Но она не коснулась его глаз. В наши дни этого никогда не случалось. Он надел солнцезащитные очки и сделал вид, что собирается повернуться к двери, - ну, тогда... - Я хочу тебе кое-что подарить, - быстро сказал Азирафаэль. Он немного повозился, вытаскивая маленькую коробочку из кармана, и нервно протянул ее, - когда мы... что ж. - Чтобы было легче, когда мы поедем в Рим. Тебе, конечно, не обязательно, я просто подумал, что было бы странно, если бы у нас не было... - понизил он голос. Но Кроули уже выхватил коробку у него из рук и открыл. Он совершенно без всякого выражения уставился на пару одинаковых обручальных колец, разложенных рядом. Азирафаэль заломил руки. Они были старыми, эти кольца. Он купил их много лет назад по наитию на довольно сомнительном интернет-сайте и был приятно удивлен, узнав позже, что драгоценные камни были вполне подлинными. Но теперь, когда он снова взглянул на них, дизайн, несомненно, был слишком безвкусным, слишком устаревшим для кого-то вроде Кроули. Он хотел бы что-нибудь модное и изящное, а не кольцо, которое выглядело бы так, будто ему место в музее. Кроули поднял глаза. И его голос, когда он заговорил, был странно ломким. - Могу я надеть это? - Конечно, да, - кивнул Азирафаэль. Очевидно, они были предназначены для того, чтобы их носили. Но у него перехватило дыхание, когда Кроули взял его за руку и опустился на одно колено прямо посреди книжного магазина, - ох. Кроули, абсолютный демон, имел наглость ухмыльнуться его взволнованной реакции. - Я бы произнес слезливую речь, но ты как бы поставил меня в неловкое положение... - Нет, нет, все в порядке, - сказал Азирафаэль, затаив дыхание, наблюдая, как Кроули взял одно из обручальных колец и надел его на левую руку. Оно было немного тесноватым, но не настолько, чтобы было неудобно, и он не мог оторвать от него взгляда. И от пальцев Кроули, так бережно сжимающих его собственные. - Моя очередь? Что ж, ничего не оставалось делать. Азирафаэль присоединился к нему, опустился на колени и взял другое кольцо. Кроули протянул руку, и Азирафаэль взял себя в руки, надев кольцо на соответствующий палец. А потом он сделал неприятное открытие. - Хм. Кроули наклонил руку. Кольцо без всякого сопротивления соскользнуло с его пальца и упало бы на пол, если бы Азирафаэль не поймал его первым. Ему потребовалось все, чтобы не рассмеяться над оскорбленным видом Кроули. Как будто кольцо лично оскорбило его, посмев не подойти. - О боже. Не думаю, что я продумал это до конца. Оно намного больше. Мне придется найти тебе другое. - Нет, не беспокойся об этом, - произнес Кроули и выхватил кольцо обратно, прежде чем тот успел моргнуть. Он попробовал его на нескольких других пальцах, нахмурился, когда ни один из них не подошел, и, наконец, сунул его в карман, - у меня дома есть цепочка. Могу носить ее на шее. Так гораздо круче. - Ах. Да. Я уверен, что это прекрасно подойдет. Казалось, ни один из них не знал, что сказать после этого. Они встали на ноги, Кроули помог Азирафаэлю подняться, и насладились последним долгим объятием, прежде чем Кроули ушел. Азирафаэль стоял в дверях и смотрел, как он неторопливо идет к машине, с небрежным видом посылая воздушный поцелуй к книжному магазину и уезжая. Он вздохнул про себя, снова оставшись наедине со своими страхами.

***

- С новым бойфрендом все хорошо? Азирафаэль вздрогнул и повернулся к своей соседке. Трейси как раз закрывала свой магазин на день, но задержалась, чтобы понаблюдать за уходом Кроули с понимающим блеском в глазах. Ему потребовалось время, чтобы собрать воедино свои разрозненные мысли. - О, да, - сказал Азирафаэль, не совсем солгав, - в последнее время я чувствую себя совершенно счастливым. Трейси тепло улыбнулась, хихикая. - Знаешь, в последнее время об этом говорят в округе. Ты и твой молодой человек. Я знаю, что ты скрытный человек, но мы все так рады за тебя! "Бедный мистер Фелл", я всегда говорила, "ему нужен кто-то, кто составил бы ему компанию в этом старом магазине". - О. Это так? - Тебе следует как-нибудь привести его в паб. Покажи его всем нам. Азирафаэль неловко кивнул, когда Трейси уходила, и удивился, почему она или кто-либо другой должен так сильно беспокоиться о его делах. С тех пор, как он приехал в Сохо, его коллеги-владельцы магазинов взяли за правило пытаться поболтать с ним, приглашать его на вечеринки и тому подобное, и это заставляло его разрываться между подозрением относительно их мотивов и легким недоумением по поводу их простой жизни. Как, должно быть, прекрасно существовать в их мире, пребывая в блаженном неведении о гораздо более темном, скрывающемся под поверхностью. Но он полагал, что теперь уже слишком поздно дружить с ними. Очень скоро он будет либо мертв, либо в Риме, живя новой жизнью рядом с Кроули. Он вертел в руках свое кольцо, сердце замирало. В следующей жизни у него все получится лучше, пообещал себе Азирафаэль. Он был из тех людей, которые дружат со своими соседями, которые живут мирной жизнью и не ввязываются ни во что опасное. И он позаботился бы о том, чтобы у Кроули было место в этой жизни, если бы он того захотел. Если бы они зашли так далеко. Зазвонил телефон на его столе. Сделав глубокий вдох, Азирафаэль вернулся в дом, чтобы ответить. Он уже знал, кто это. Его брат всегда звонил после визитов Кроули. - Привет, Гавриил. Как дела? - Нет времени на любезности, - сказал Гавриил гораздо более резко, чем обычно, - послушай, события развиваются быстрее, чем мы ожидали. У Азирафаэля похолодело внутри. - Что?.. что ты имеешь в виду? - У нас есть вся необходимая информация. Мы готовимся выступить против Вельзевул в течение следующей недели, чтобы уничтожить ее вместе с главными помощниками. У остальных Падших будет выбор: присоединиться к нам или погибнуть вместе с ними, но я уверен, что большинство решит проявить благоразумие. А что касается Кроули... - А что насчет него? Гавриил вздохнул. - Послушай, я знаю, что ты к нему неравнодушен... - Нет... - Он просто слишком близок к Вельзевул. Я не могу доверять, что он не предупредит ее. Я бы действительно предпочел просто довести дело до конца без особой суеты. - Но... - Тебе не обязательно быть там, когда это произойдет, -успокаивающе произнес Гавриил, - не волнуйся, я знаю, что у тебя больше нет сил для такой работы. Ты можешь не вмешиваться, Сандальфон будет более чем счастлив... - Подожди! Позволь мне сделать это! Я сделаю это! Тишина. Азирафаэль затаил дыхание, крутя шнур в руке. - Ты сделаешь это? - удивленно спросил Гавриил. - Конечно, - согласился Азирафаэль. Было пугающе легко изменить его тон, вернуться к прежнему образу мыслей. "Повинуйся. Подчиняйся. Не думай, не задавай вопросов", - если быть до конца честным с тобой, я начал сомневаться по поводу ухода из организации. О чем я только думал, управляя книжным магазином? Мне кажется, я... возможно, совершил ужасную ошибку... - Ты так думаешь? - о, теперь Гавриил казался довольным. - Я хотел бы получить шанс проявить себя снова, - сказал Азирафаэль, лихорадочно соображая, - пришли ко мне Кроули сегодня вечером. Ты сам сказал, что тебе больше ничего от него не нужно, да? И ты знаешь мои методы, ты знаешь, что я не люблю затягивать события. У него нет шансов ускользнуть и предупредить своих друзей из Падших. Это будет... - он стиснул зубы, - ...эффективно. - Что ж! Я этого не ожидал, но должен сказать, это определенно один из твоих лучших сюрпризов! Я всегда знал, что в конце концов ты образумишься, но иногда я забываю, какой ты упрямый, -промурлыкал Гавриил . Азирафаэль выдавил из себя смешок. - Я знаю, мне действительно следует поработать над этим. Но я хочу, чтобы ты знал, я очень забочусь о будущем нашей семьи. Я всегда так делал, мне просто нужна была какая-то перспектива. И, между нами говоря, Кроули действительно не самый приятный человек для работы. - А-а-а-а, - усмехнулся Гавриил, - фамильярность порождает презрение, а? - Хм. Ну, да. Что-то в этом роде. - Хорошо, братишка, я дам тебе этот шанс. Но помни, как бы сильно я тебя ни любил, я готов предоставить тебе не так уж много вторых шансов. Не испорти это. Азирафаэль закрыл глаза, слова "я люблю тебя" звенели в его ушах, громкие и осуждающие. - Я понимаю. Я не подведу. Я даю тебе слово. Даже мою клятву. - Позвони мне, когда все будет готово. Я пришлю кого-нибудь избавиться от трупа. Азирафаэль согласился, мысленно воспроизвел остаток разговора и положил трубку. Затем он поднялся наверх, в ванную, и его вырвало.