Приют твоего крыла: вторая часть

Месяц назад Лондон - Готов? Азирафаэль кивнул, сложив руки на коленях, чувствуя себя странно оторванным от мира за пределами машины. Было раннее утро, но восходящее солнце было скрыто тяжелыми облаками и туманом, а серые воды реки перед ними создавали мрачный фон для того, что они собирались сделать. Сидя за рулем рядом с ним, Кроули набрал номер на своем одноразовом телефоне. Было увлекательно наблюдать за переменами в своем друге: от нервозного и напряженного до насмешливого и расслабленного в мгновение ока. - Доброе утро, Гейб! Можно я буду называть тебя так? Знаешь что, я буду. У меня такое чувство, что мы теперь называем друг друга по имени. Кроули сделал паузу и сверкнул ухмылкой. - О,ты спрашиваешь, где Азирафаэль? - ГАВРИИЛ! - завыл Азирафаэль со всем отчаянием, на которое был способен. Судя по широко раскрытым глазам Кроули, это было более чем правдоподобно. - Мне так жаль, он одолел меня! Он забрал мой пистолет! Он собирается убить меня, Гавриил, пожалуйста, ты должен мне помочь... - Эй, заткнись, - прорычал Кроули и изобразил движение кулаком, имитирующее удар. Азирафаэль немедленно хлопнул себя по предплечью. Было не очень больно, но звук удара плоти о плоть мог бы рассказать Гавриилу совсем другую историю, - я знаю, что вероятно, это просто маленькое недоразумение, но, похоже, Азирафаэль получил приказ устранить меня. Сказал что-то о том, что я тебе больше не нужен? Представь себе! После всего, что я для тебя сделал, после всех твоих обещаний, ты взял и предал меня? Что ж, вот что я чувствую по этому поводу. Кроули изобразил еще один удар. Азирафаэль ударил себя несколько раз подряд, вскрикивая при каждом ударе, и начал истерически рыдать, время от времени добавляя "нет, пожалуйста!" и "я этого не заслуживаю!" - Что это, ты хочешь, чтобы я перестал бить твоего младшего братишку? Да ладно, ты можешь умолять немного получше. И знаешь что? Держу пари, он сможет. Должны ли мы это выяснить? Кроули замолчал, внимательно прислушиваясь. Азирафаэль не мог слышать, что говорил Гавриил, но по тону он мог сказать, что тот пытался спокойно вести переговоры. Что не обязательно было хорошим знаком. Спокойный Гавриил был опасен; порочный, непредсказуемый и склонный к иррациональным решениям. Азирафаэль боялся этого состояния, но теперь он также рассчитывал на него. Он не был настолько глуп, чтобы думать, что Гавриил заботится о его безопасности... но удара по гордости его брата должно быть достаточно, чтобы побудить его к насилию против своих врагов. - Да, нет, я на это не куплюсь, - сказал Кроули, небрежно махнув рукой, - давай проясним одну вещь. Никакие деньги или угрозы не вернут Азирафаэля. Во всяком случае, не в целости и сохранности... да? Ну, шутка в твою сторону, это больше не сработает. Я никогда не был на твоей стороне! Все это время я передавал информацию Падшим. Все, что произошло в тот день, было подстроено, чтобы втянуть меня в твою организацию, ты, тупой, тупой янки! При этих словах голос Гавриила немного повысился. Кроули дико ухмыльнулся и Азирафаэлю пришлось прикрыть рот, чтобы приглушить смех. - Послушай, послушай, я бы с удовольствием остался и поболтал, но мне придется передать тебя моему руководителю. Вельзевул сегодня настроена великодушно, поэтому мы не будем сразу убивать его, если ты выполнишь наши требования. Тем временем я позабочусь о том, чтобы Азирафаэлю было хорошо и комфортно. Пятизвездочные номера, трехразовое питание... или, кто знает, может, я просто запру его в багажнике своей машины на неделю, посмотрим, как ему это понравится? Азирафаэль взвизгнул по сигналу и начал лепетать о клаустрофобии и "пожалуйста, ты не можешь этого сделать! Не делай мне больно, пожалуйста!" - Мой босс свяжется с тобой через час и передаст наши требования. До тех пор держись крепче. А теперь пока, Гейб! С этими словами Кроули повесил трубку и высунулся из окна, чтобы выбросить свой одноразовый телефон в реку. Он откинулся на спинку сиденья, сделал глубокий вдох и оперся на руль, издавая приглушенный крик сквозь сложенные на груди руки. - Неужели это только что произошло? - Ты сделал это! - воскликнул Азирафаэль. Он наклонился, чтобы ободряюще похлопать Кроули по спине, - ты был замечательным, Кроули. Ты действительно звучал как один из тех подлых злодеев из кино! - Черт возьми, забудь меня, мы можем секунду поговорить о тебе? -Кроули посмотрел на него поверх солнцезащитных очков и выразительно присвистнул, - все это было великолепно! С этого момента они должны нанять тебя играть Гамлета постоянно, в каждой пьесе! Я и не подозревал, что ты на это способен. - Что ж, - сказал Азирафаэль, разгоряченный победой и более чем обрадованный похвалой его актерского мастерства, - я действительно принимал участие в нескольких театральных постановках, когда был намного моложе. Осмелюсь сказать, я мог бы сделать из этого достойную карьеру, если бы моя жизнь повернулась по-другому. - Я бы с удовольствием посмотрел это, - произнес Кроули. И самым удивительным было то, насколько искренне он звучал, как будто он действительно не возражал бы быть в зале, когда Азирафаэль дебютирует на сцене, аплодируя и осыпая его лепестками роз. Кроули порылся в кармане и вытащил свой второй одноразовый телефон, быстро прокручивая контакты и выбирая номер Вельзевул. Он серьезно посмотрел Азирафаэлю в глаза, прежде чем переключить свое внимание на разговор. - Дело сделано. Сообщение доставлено. Кроули немного послушал и скорчил гримасу. - Да, верно. Конечно, я поверю в это. Я не настолько глуп, Вельзевул. Помнишь, когда ты сказала Хастуру и Лигуру вывезти меня из города и поджечь? Веселые были времена, правда? Ты узнаешь местонахождение младшего брата, как только я уеду из страны. Я уже преподношу тебе Гавриила на блюдечке с голубой каемочкой, без всяких условий, так что тебе лучше даже не думай обмануть меня. Азирафаэль взял его за руку и Кроули крепко сжал ее, слушая все, что говорил его босс. Должно быть, это было что-то довольно неудобное и угрожающее, потому что Кроули почти не сказал ни слова в ответ, просто слушал и ждал, и закончил разговор, пробормотав: - Хорошо. Да. Чао, - и с этим второй одноразовый телефон нашел свой дом в реке. - Правильно. Вот и все. Вельзевул позвонит Габриэлю через час. Они назначат личную встречу, чтобы обсудить условия... - ...которая окажется ловушкой, - сказал Азирафаэль, про себя потрясенный тем, как легко дались ему эти слова. Ради всего святого, он собирался принять участие в убийстве собственного брата. Но какую бы вину он ни испытывал, она была безжалостно подавлена и крепко заперта в той же маленькой коробке, где он хранил воспоминания о своих жертвах, - ловушка, о которой мы можем только молиться, чтобы Гавриил попал прямо в нее... - ...и, надеюсь, не уйдут оттуда, - мрачно продолжил Кроули, - если повезет, они просто перестреляют друг друга и избавят нас от хлопот... - ...но если они этого не сделают, - закончил Азирафаэль, - сержант Шедвелл прикажет своим людям арестовать всех, кто останется. - Верно, - пробормотал Кроули. Его руки нервно забарабанили по рулю, - ты уверен, что мы можем доверять этому Шедвеллу? Я никогда не встречал ни одного полицейского, который не был бы либо коррумпирован, либо настолько некомпетентен, что делал все только хуже. Азирафаэль поморщился. - Ну, я не буду отрицать, он не самый умный из этой компании... но он одержим Ангелами. Большую часть своей карьеры он потратил на то, чтобы привлечь Гавриила к ответственности за его преступления. Сержант не упустит такой шанс. Это наша лучшая надежда на чистое бегство. Кроули все еще не выглядел убежденным, но кивнул. - У тебя есть документы, да? - Прямо здесь, - Азирафаэль коснулся нагрудного кармана, куда он спрятал свой новенький поддельный паспорт и удостоверение личности, обе довольно впечатляющие подделки. В другом кармане у него был их римский список и поддельное свидетельство о браке, последнее из которых до сих пор вызывало у него радостный трепет всякий раз, когда он видел имена. Эзра Кортезе и Антонио Харрисон, счастливая пара, отправляющаяся за границу на медовый месяц и не планирующая возвращаться в ближайшее время. Когда придет время, они сядут на самолет до континента, а оттуда возьмут машину и поедут, петляя по всей Европе и спя на заднем сиденье, чтобы избавиться от преследования. К тому времени, когда они доберутся до Рима, если удача будет на их стороне, они станут свободны. Наконец-то они в безопасности, могут жить так, как им заблагорассудится, и никогда больше не отчитываться перед такими, как Гавриил и Вельзевул. - Возьми и это тоже, - сказал Кроули. Азирафаэль с изумлением наблюдал, как он вытаскивает из какого-то кармана еще один одноразовый телефон. - Боже мой, сколько у тебя таких? Кроули собрался с духом и включил для него мобильный. Азирафаэль внимательно прочитал краткое руководство о том, как совершить звонок, ответить на голосовую почту и найти номер Кроули в его контактах. Ему следовало не нуждаться в звонке Кроули, но они должны были спланировать все непредвиденные обстоятельства. - Жди моего звонка, - попросил его Кроули, - не знаю, сколько это займет времени, возможно, пару дней. Надеюсь, не больше недели. Я встречу тебя либо в книжном магазине, либо в аэропорту, а потом мы улетим первым попавшимся рейсом. Азирафаэль кивнул, сжимая мобильник так сильно, что у него заболели руки. - А если что-то пойдет не так? Или если я вообще не получу от тебя вестей? Кроули глубоко, прерывисто вздохнул. За солнцезащитными очками он выглядел очень бледным и очень напуганным. - Если ты не получишь от меня известий через неделю, - сказал он, - тогда садись в самолет и я найду тебя в Риме. Где бы ты ни был, я приеду к тебе. - Кроули... - Нет, - отрезал Кроули, - мы больше не будем об этом спорить. - О, да, мы готовы! - воскликнул Азирафаэль, потому что они оба не спали всю ночь, составляя этот план, споря по кругу о деталях, но он устал, был напряжен и отказался позволить Кроули оставить последнее слово. - Кроули, ты не можешь быть там, когда захлопнется ловушка. Это слишком опасно. Как только твои люди поймут, что происходит, они набросятся на тебя и убьют! - А если я вообще не появлюсь, - сказал Кроули, - тогда Вельзевул узнает, что я что-то замышляю. Она не глупа, она может сложить кусочки вместе. Если засаду отменят, то все это будет напрасно. Азирафаэль схватил его за предплечье. - Тогда позволь мне пойти с тобой. Свяжи мне руки, позволь мне сыграть роль и развеять их подозрения. Потом, когда придет время, мы сможем сбежать вместе... - Или умрем вместе. - Ты не можешь ожидать, что я просто буду сидеть в своем магазине, ждать звонка и не думать обо всех ужасных вещах, которые могут с тобой произойти! - О, в отличие от ужасных вещей, которые могут случиться с тобой?- возразил Кроули, - если я возьму тебя с собой, тебя передадут Хастуру и Лигуру. Помнишь их? Помнишь, что они пытались со мной сделать? И я был на их стороне! Но ты... Он сглотнул. - Они причинят тебе боль. Брат твоего Гавриила, они сделают все возможное, будут работать над тобой, пока ты не умрешь до полусмерти, и тогда как я, по-твоему, смогу вытащить нас оттуда? Азирафаэль кипел от злости. Ему ужасно хотелось спорить дальше, он хотел сказать Кроули, что его не волнуют боль или пытки, он не боится ничего, что Хастур и Лигур могли бы с ним сделать. Они могли раздробить каждую косточку в его теле, сломать его разум и душу, и он с радостью перенес бы это, чтобы остаться рядом с Кроули. Они должны столкнуться с этим адом вместе. И все же... и все же... Кроули был прав, черт возьми. Даже если все пойдет по плану, могут пройти дни, прежде чем Гавриил и Вельзевул придут к соглашению. Дни, в которые Кроули был вынужден сохранять невозмутимое выражение лица перед Вельзевул, зная, что Азирафаэль страдает за закрытыми дверями. Кроули был невероятно умен и владел мастерским покерфейсом, но даже ему это могло показаться трудным. Нет, Азирафаэль был бы не более чем отвлекающим фактором, обузой. Как бы сильно Кроули это ни ненавидел, стратегия давала им наилучшие шансы на выживание. Будь у них больше времени, они могли бы придумать план получше, но звонок Гавриила побудил их к немедленным действиям. Теперь ситуация начала двигаться, к лучшему или к худшему. - ...это сработает, - сказал Кроули, как будто пытался быть достаточно уверенным за них обоих, - я буду избегать конфликтов, ускользну, как только представится возможность. И если что-то пойдет не так, у меня есть твоя страховка. Он оттянул куртку ровно настолько, чтобы показать пистолет, спрятанный в кобуре у него на бедре. Азирафаэль подарил его ему несколько недель назад, но теперь он сомневался в своем решении. Его пугала мысль о Кроули в ситуации, когда он чувствовал себя достаточно отчаянным, чтобы воспользоваться им, но еще больше напугало бы отправить его безоружным. Он так, так устал от страха. - Если я не получу от тебя вестей через неделю, - произнес Азирафаэль, - я приду тебя искать. Кроули посмотрел на него, открыв рот, как будто хотел возразить. - И мне жаль, но ты ничего не сможешь сделать, чтобы переубедить меня. Так что не пытайся. Кроули яростно задвигал челюстью. С разочарованным рычанием он сорвал солнцезащитные очки и потер глаза. - Почему ты такой? Я пытаюсь сделать для тебя одну хорошую вещь, а ты должен пойти и быть из-за этого сволочью ... - Значит, я сволочь? Я не из тех, кто сбегает, чтобы уволиться с работы и предстать перед Смертью самым вопиюще драматичным образом. - О, о! Вопиюще драматичный, так это называется в наши дни? Прости меня за попытку спасти моего лучшего друга от пыток со стороны моих коллег, о нет, мы не можем допустить этого, не так ли? Азирафаэль втянул в себя воздух. Лучший друг. Они говорили это много раз, разными способами, но это простое ласковое обращение по-прежнему лишало его дара речи. Иногда он задавался вопросом, не произошло ли это слишком быстро, не подтолкнула ли напряженная ситуация их обоих к слишком большому риску, к чрезмерной вере друг в друга. Азирафаэль, со своей стороны, очень хорошо знал, что поступает опрометчиво по отношению к своему сердцу. Он любил Кроули с такой глубиной и яростью, о которых он и не подозревал, что это возможно. Любовь, которую он когда-то испытывал к своей семье, меркла по сравнению с ней, и разве это не ужасающая концепция? Это был бы конец для него, если бы что-нибудь случилось с Кроули сейчас. Азирафаэль никогда бы не пережил его смерти. - Просто... - его голос сорвался, и Азирафаэлю пришлось остановиться и собраться, - просто убедись, что ты летишь со мной в этом самолете. Я не потерплю меньшего. Кроули сначала не ответил, погрузившись в свои мысли. Но он протянул руку и взял Азирафаэля за руку, переплел их пальцы, что было равносильно обещанию. - Могу я подбросить тебя до книжного магазина? О, предложение было заманчивым. Вполне возможно, что это последний раз, когда они видятся, и эгоистичная часть Азирафаэля жаждала затянуть с этим. Но он покачал головой. - Лучше не надо. Я вернусь пешком. Он в последний раз сжал руку Кроули и вышел из машины. Он услышал, как позади него завелся двигатель, когда он уходил, торопливо застегивая пальто, когда почувствовал несколько дождевых капель на своих волосах. Это всего на несколько дней, сказал он себе, максимум на неделю. Сейчас ему нужно залечь на дно. Гавриил и Вельзевул оба верили, что его похитили, и могли попытаться найти его по собственной воле, один, чтобы вернуть его, а другая, чтобы одержать верх. Вельзевул знала Лондон сверху донизу, а у Гавриила были глаза и уши на всех приходящих и уходящих маршрутах, но единственное место, куда ни одному из них не пришло в голову заглянуть, был книжный магазин. По крайней мере, он на это надеялся. Это была всего лишь одна из многих авантюр, на которые они шли. За его спиной хлопнула дверца машины. - Подожди! Азирафаэль, подожди! Кроули выскочил из машины и побежал к нему. Прежде чем Азирафаэль смог даже начать догадываться, в чем дело, он обнаружил, что держит в охапке Кроули, прижимаясь к нему, как человекообразный удав. - Один на дорогу, - пробормотал Кроули в изгиб его шеи. Азирафаэль почувствовал, как по его телу пробежала дрожь, когда его, как ни странно, прижали еще крепче, - на всякий случай, если все пойдет наперекосяк. - Кроули, - сказал Азирафаэль, едва зная, что сказать из-за комка в горле, - о, мой дорогой. Мой дорогой мальчик. Все будет хорошо. - Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, ангел, - он отстранился, чтобы поймать его взгляд, - э-э, хотел спросить, тебя беспокоит, когда я тебя так называю? Ангел? Это просто получилось в тот первый раз, и я не знал, как вернуть это обратно... Азирафаэль рассмеялся и обхватил лицо Кроули ладонями. Бедняга выглядел таким взволнованным, словно даже сейчас ожидал, что ему сделают строгий выговор и отправят восвояси. - Конечно, нет. Это означает что-то другое, исходящее от тебя. Это заставляет меня чувствовать себя... довольно ценным. Я очень ценю это чувство. И вот он, этот восхитительный румянец, который невозможно было скрыть ни за одной парой солнцезащитных очков. Азирафаэлю понравилось, как он расцвел на его носу и щеках, в то время как Кроули пробормотал что-то бессмысленное и смотрел куда угодно, только не прямо на Азирафаэля. - Заткнись! Ты тот, кто подарил нам обручальные кольца, не говори мне о... Нежно посмеиваясь, Азирафаэль наклонился и поцеловал его в щеку. Кроули замолчал, и на мгновение Азирафаэль испугался, что совершил ужасную ошибку. Кроули несколько раз целовал его, чтобы сохранить их прикрытие, но Азирафаэль никогда не отвечал взаимностью. Конечно, они никогда не говорили о том, будет ли приветствоваться взаимность. - Это было слишком? - запнулся Азирафаэль, - мне так жаль, но я продолжаю делать все эти вещи, навязывая тебе физическую привязанность, предварительно не спросив. Я даже не знаю, как ты относишься к поцелуям... Но когда он сделал шаг назад, Кроули крепко ухватил его за лацканы. - Нет, все в порядке! - сказал он очень громко. - Прекрасно. Отлично! Я большой поклонник поцелуев. Щеки, руки, лбы - это все хорошо. Но не в губы, если ты не против? - О, хорошо, все складывается замечательно, - произнес Азирафаэль с дрожащим смешком. Гораздо более неуверенно, чем он планировал. Теперь, когда Кроули снова был в его объятиях, ему было чертовски трудно заставить себя отпустить его. Он уткнулся лицом в костлявое плечо и попытался запомнить каждую мелочь этого момента и запечатлеть ее в своей памяти. На всякий случай. - Мы пройдем через это, - прошептал Кроули ему в висок, - на нашей стороне, помнишь? Когда они отошли друг от друга, блеск на его шее привлек внимание Азирафаэля к цепочке с кольцом Кроули. Это выглядело идеально, уютно устроившись во впадинке на его горле, прямо возле сердца, и Азирафаэль с благоговением прикоснулся пальцами к нагретому металлу. Он кивнул. - Да. Совершенно верно. На нашей стороне.