Дело о мягкости кошачьей шерсти

В их маленькой библиотеке ужасный бардак. Книги валяются повсюду: на полу, на столе, на полках, брошенные второпях; у некоторых вырваны листы и сорваны корешки. Чарльз не постеснялся раскидать их, когда искал информацию для Эдвина, запертого в Порт-Таундсенде, и даже не подумал убрать за собой. В конце концов, библиотека всегда была ответственностью Эдвина. Поэтому теперь, в редкий свободный вечер, он методично перебирает книги, иногда подклеивая листы и обложки, прежде чем аккуратно поставить их на место. Возможно, стоит создать подразделы, чтобы в следующий раз Чарльзу не пришлось переворачивать вверх дном всю библиотеку, в поисках конкретной книги?

ВРЕМЯ УБРАТЬСЯ В ОФИСЕ

В дверь твёрдо стучат, отвлекая Эдвина от размышлений. Это не клиент, потому что теперь они в первую очередь проходят через первый этаж, где всегда есть Дженни или Кристалл, которые, как и Чарльз не утруждаются стуком в дверь. Значит, это может быть только один человек, точнее существо. Отложив книгу, поправив бабочку на шее и смахнув с рубашки невидимые пылинки, Эдвин подходит к своему рабочему столу, стараясь выглядеть как можно более собранным и ответственным. Даже если от Ночной медсестры у него до сих пор инстинктивно дёргает затылок, а между лопаток пробегает холодок ужаса. — Войдите, — зовёт он. Ночная медсестра проходит в кабинет, маленькими шажочками, ставя одну ногу перед другой, а затем замирает у его стола, выпрямившись, будто сухое, упрямое дерево. — Я бы хотела поговорить с Вами, Эдвин, о том, как происходят расследования и работа с клиентами в агентстве. — Но во главе агентства стоим мы с Чарльзом, поэтому нужно дождаться его, — таким же вежливым тоном отвечает Эдвин. — Боюсь, меня он не услышит, в отличие от Вас. Вы имеете авторитет и влияние. Это правда. Хотя Эдвин старается не давить и принимать решения, влияющие на всех посредствам дипломатии... Зачастую он вполне способен переубедить как Чарльза, так и Кристалл. Эго борется в нём с эгоизмом. Быть лидером приятно, но он сознательно себя ограничивает. Это неправильно, забирать у людей свободу выбора, просто потому что ты знаешь как лучше. Неправильные поступки ведут в Ад. Ночная медсестра всё ещё ждёт его ответа, поэтому Эдвин отбрасывает размышления до лучших времён. — Хорошо, полагаю, мы можем обсудить Ваши предложения все вместе, после того как Вы расскажете мне в чём дело. — В дисциплине! — выпаливает Медсестра, будто всё это время только и ждала, когда Эдвин спросит. — Порядок — ключ к решению почти всех проблем, но у Чарльза с Кристалл совершенно нет представления о порядке. Вместо того, чтобы разрешить Дело, используя инструменты, подобранные во время анализа ситуации, они оба предпочитают нестись сломя голову в бой, решая конфликты насилием. Тяжело вздохнув, Эдвин садится в своё кресло, стараясь не горбиться и складывает руки перед собой. Видит небо, он как никто понимает претензии Медсестры. Он годами пытался научить Чарльза основам магии или принципам работы потустороннего мира. Благо, что Чарльз хотя бы понял логику кратких конспектов Эдвина и теперь он может прекрасно ориентироваться в записях, безошибочно разбирая мелкий, убористый почерк. — Боюсь, это невозможно, — отвечает Эдвин, беспристрастно глядя в глаза Ночной медсестре. — Кристалл только-только начала осваивать свои способности, она должна узнать границы того, на что способна. А Чарльз... скажем так, я тридцать лет с ним работаю, и в данный момент это наилучшая версия Чарльза из всевозможных. Ночная медсестра обессиленно опускается на стул для гостей. Вероятно, Эдвин был её последней надеждой. — Но, хотя бы расписание? — тоненьким голосом просит она. — Да, если расследование в самом разгаре, то там невозможно предугадать события, но в остальное время... А ведь она и тут права. Сейчас с ними два человека (хоть Дженни присоединяется через раз), которым необходимо есть и спать. К тому же, Кристалл говорила что-то, об искуплении грехов, и Эдвин твёрдо намерен поднять эту тему второй раз. А ещё... Нежно-уязвимое лицо Короля кошек вспыхивает перед глазами. Рассветные лучи делают его волосы снова рыжими, заставляют его глаза сиять так, как они никогда не сияли. Эдвин не может (да и не хочет) сдерживать себя, когда касается губами этих ласковых губ. Кот оглушительно мурчит на всю кабинку и улыбается в поцелуй. Им нужны выходные. Вздрогнув, Эдвин резко возвращается в реальность и вскидывает на Медсестру испуганный взгляд. Как долго его не было? Медсестра просто ждёт на своём месте, никак не выражая своего отношения к тому, что Эдвин весь диалог проваливается куда-то и отвечает с запозданием. Она явно привыкла к причудам руководства. — Да, вы правы, — все-таки отвечает Эдвин, привлекая её внимание. Тёмные брови взлетают к линии роста волос. Ночная медсестра до глубины души удивлена тем, насколько быстро он с ней согласился. Как будто она думала, что Эдвин её не поймёт. Вот только у них, удручающе много общего: одинаковый подход к работе и её выполнению; сам факт, того, что работа должна быть на первом месте; у них у обоих даже есть чертовы записные книжки. Эдвин не уверен, как относиться к этому откровению, но он мог бы отлично вписаться в её Отдел Потерянных душ, ориентируясь в бюрократии ничуть не хуже, чем в Аду. — Как только Чарльз и Кристалл будут в офисе, мы обсудим с ними расписание, — заключает Эдвин, не дождавшись ответа Медсестры. — Отлично! — теперь уже она выплывает из каких-то своих мыслей. Эдвин решает это проигнорировать, возвращая услугу. — Дождёмся, когда они вернутся и поговорим! Кивнув, Эдвин поднимается из-за стола, направляясь обратно в библиотеку. Он ожидает, что Медсестра тоже уйдёт по своим делам, но она неожиданно спрашивает его спину: — Что Вы делаете? — Восстанавливаю библиотеку, разрушенную ураганом Чарльзом, — как ни в чем не бывало отвечает Эдвин со смешком себе под нос. — Ох, здесь был ураган? Что-ж, теперь он понимает Кристалл и Чарльза, закатывающих глаза, когда он не понимает их шуток или отсылок. — В каком-то смысле, — кивает он, пытаясь вспомнить, на чем остановился. — Эм, я могу помочь? Эдвин удивлённо оборачивается к Ночной медсестре. Она так и сидит на стуле, выпрямив спину, сложив руки на коленях, скрестив лодыжки вбок, как настоящая Леди. — Если у Вас есть время, то почему бы и нет, — пожимает плечами Эдвин, шагая в сторону, чтобы дать ей место у книжных полок. — Обычно, я расставляю их по алфавиту, но тут я понял, что если каждому стеллажу выделить отдельный раздел... — И там всё расставить по алфавиту, тогда будет удобнее искать. — Или по цвету. Чарльз легче запоминает цвета, чем названия. Медсестра обводит взглядом горы книг, с преимущественно коричневыми обложками. — Не думаю, что это сработает. Только создаст лишний хаос. — Возможно, Вы правы, — соглашается Эдвин. Это уже третье его согласие с Медсестрой за вечер. Какой позор. Чуть улыбнувшись, Медсестра берёт в руки книги и лёгким шагом подходит к рабочему столу. Ей явно льстит его покладистость. — Я займусь сортировкой по тематике книг, а Вы расставите их как положено. — Хорошо.

***

Чарльз и Кристалл возвращаются за полночь. Эдвин слышит их голоса, взрыв смеха, а затем, вдруг резкую тишину. — Ой, Эдвин? — громким шёпотом зовёт Чарльз. — Я здесь, — отвечает Эдвин, выглядывая из-за стеллажей. Чарльз и Кристалл смотрят на него одинаково удивлённым лицами, после чего переводят взгляды ему за спину. Нахмурившись, Эдвин оборачивается. На его рабочем столе, устроив голову на сложенные руки, спит Ночная медсестра. — Вы дали ей комнату? — все ещё шёпотом спрашивает Кристалл. — А мы должны были? Мы ведь не гостиница! — возмущается Чарльз. — Кто-нибудь видел, чтобы она ела? — задумчиво интересуется Эдвин, всё ещё с опаской рассматривая Медсестру. Да, они отлично сработались за вечер, не удивительно, учитывая насколько они всë-таки похожи. Но это не отменяет того факта, что в первую их встречу она мучила Чарльза, заставляя его переживать какие-то ужасы, а во вторую из-за её промашки Эдвина нашёл демон и утащил в Ад. Не хотелось бы повторения чего-либо из этого. — Ей нужно есть?! — тихо восклицает Чарльз. Кристалл наконец надоедает шептаться и она тащит их обоих вниз, где можно говорить не опасаясь потревожить чужой сон. — Так, — коснувшись висков двумя пальцами, она делает кружок по коридору, а затем останавливается перед Эдвином. — С чего ты взял, что ей нужна еда? — Это предположение, — пожимает плечами Эдвин. — Ночная медсестра явно не человек, но при этом люди могут её видеть. Чем дольше она остаётся в реальном мире, тем больше реальный мир влияет на её тело. — Я думал, она призрак, — озадаченно говорит Чарльз. — Призраки не работают на Смерть, — качает головой Эдвин. — Скорее, она что-то вроде демона в аду или ангела в раю. — Демоны питаются, когда они на Земле, — подтверждает Кристалл. — Получается, нам теперь нужно найти еду для Ночной медсестры? — Учитывая, что она, вероятно, никогда не ела, грубая пища может повлечь негативные последствия. Что-то лёгкое, например, каша, должна подойти, — замечает Эдвин. С душераздирающим вздохом, Кристалл прячет лицо в ладонях. — Отлично, утром, мы пойдём искать завтрак в каком-нибудь кафе правильного питания, а вы двое, — она резко тыкает пальцем в Эдвина и Чарльза. — Найдите ей комнату. Она ведь не может спать на столе. — Класс. Мы всё-таки гостиница, — вздыхает Чарльз. — Почему мы вообще должны с ней нянчиться? Кристалл смотрит на Эдвина, как будто ищет у него поддержку. Это странно, ведь Эдвин скорее склонен согласиться с Чарльзом. Медсестра охотилась за ними, как за кроликами. Да, её оставили в агентстве для контроля и обеспечения поддержки, но никто не говорил, что они должны заботиться о ней. Он уже открывает рот, чтобы высказать свои мысли и встать на сторону Чарльза, но тут Кристалл ходит с козырей: — Нико бы помогла ей. Они оба сдуваются, Чарльз негодующе стонет. — Это нечестно, Кристалл. Сложив руки на груди, Кристалл поднимает одну бровь. — Это правильно, Чарльз. Эдвин остро жалеет, что Нико с ними больше нет.

ТО, ЧТО ПРАВИЛЬНО

Ночная медсестра не понимает их опасений по поводу еды, ровно до того момента, пока официант не ставит перед ней тарелку горячей рисовой каши. Кристалл сидит напротив, завтракая тостами с яйцом и старается сдерживать ухмылку, когда Медсестра начинает жадно есть кашу, всё ещё соблюдая свои манеры. Эдвин и Чарльз отворачиваются от этой идиллии. Они оба слишком скучают по хорошим завтракам. А ещё по обедам и ужинам. — Попробовать бы хотя бы кусочек этой новой, азиатской еды, — вздыхает Чарльз, расхаживая по пустому кафе, залитому лучами солнца. Эдвин согласно мычит, рассматривая пирожные, пока его внимание не привлекает серая кошка сидящая на маленьком столике. — Эм... — Вы «Детективы с того света»? — спрашивает кошка. — Ну, да, — настороженно кивает Эдвин. — Следуй за мной, — развернувшись, кошка спрыгивает со стола, направляясь в комнаты для персонала. Быстро оглянувшись, Эдвин убеждается, что Чарльз занят беседой с Кристалл, и послушно идёт за кошкой. — Я хотела поблагодарить Вас за то, что Вы сделали для бедняжки Снежинки, — говорит кошка, запрыгнув на подоконник в комнате отдыха. — Оу, — Эдвин был уверен, что никто не знает о их маленьком приключении с Королём кошек, но, вероятно, для котов вообще не существует тайн. — Слухи здесь распространяются быстро, — отвечает на его мысли кошка. — Я Лиззи, кстати. — Эдвин. — Я знаю. Вы тот, кто пообещал, что Ваше детективное агентство будет помогать кошкам. — Так и есть, — кивает Эдвин. — Вам нужна помощь, Лиззи? Вздохнув, Лиззи подбирает лапы под себя, оборачивая их толстым хвостом. — Не мне, моей кузине. Она живёт в Ист-Энде, за последние несколько дней там пропало более десяти кошек. Эдвин быстро достаёт блокнот начиная записывать. — Это большая цифра? — спрашивает он, понятия не имея, как часто в Лондоне умирают кошки. — Дело даже не в цифре, а в том, что некоторых из них нашли разорванными на куски, — шерсть Лиззи стаёт дыбом. — Говорят, одного кота развесили на заборе, другого раскидали по подворотне. Это явно нечеловеческие преступления, а нашему Лорду нет дела, — несчастно жалуется кошка. — Мне жаль, — сочувствует Эдвин. Опустив голову, Лиззи тихонько всхлипывает, дрожа от ужаса. Эдвину слишком хорошо знаком её страх. Быть разорванным на части... — Я обещаю, — негромко говорит он, убирая блокнот в карман, осторожно касаясь кошачьей шерсти. — Я обещаю, что мы с моим другом обязательно найдём убийцу кошек и остановим его. В ответ Лиззи смотрит на него огромными слезящимися глазами. — Спасибо. Эдвин гладит мягкую шерсть, утешая кошку. Благодарно боднув его плечо, Лиззи начинает тихонько мурлыкать, скорее для того чтобы успокоить себя, чем от удовольствия, подставляясь под его широкую ладонь. Трогать её приятно. Почти так же приятно, как прижиматься ухом к вибрирующей от мурчания груди, слушая сильное, живое сердце. — Ой, Эдвин, вот ты где! Что ты делаешь? — спрашивает Чарльз таким тоном, будто Эдвин предал всё, во что они оба верили. Отпрянув от кошки, Эдвин на секунду чувствует себя пойманным на месте преступления, но быстро берёт себя в руки. — Думаю, у нас появилось новое дело.

***

— С каких пор мы берём дела от кошек? — брезгливо спрашивает Чарльз, расхаживая по офису со своей новой битой. — Я вынуждена согласиться с Чарльзом, — кивает Ночная медсестра. — В приоритете поиск заплутавших душ. Кому вообще нужны кошки? Чарльз смотрит на неё с благодарностью, а затем резко разворачивается с ужасом от самого себя. — Обычно, смерти маленьких существ, таких как кошки или вороны, это предвестник чего-то бóльшего, — отвечает Эдвин им обоим. — Кто бы их не убивал, он разминается, перед тем, как начать убивать людей. — К тому же, — вмешивается Кристалл, — кошка сама подошла к Эдвину и попросила о помощи. Кошки, на вашей памяти хоть раз так делали? Мне казалось, они гордые. — Ага, гордые, неуловимые и с ядовитыми когтями, — кивает Чарльз. — Получается, ситуация очень опасная, раз такие существа обратились к призракам, которых обычно избегают, — заключает Кристалл. Нехотя, Чарльз и Медсестра с ней соглашаются. А Эдвин решает не рассказывать им, про то, что он сам предложил услуги детективного агентства всем кошкам Лондона.

ОДНА НОГА ЗДЕСЬ, ДРУГАЯ ТАМ

Нужную подворотню Кристалл находит в интернете. Судя по статье, опубликованной в блоге одного из местных жителей, зрелище раскиданных повсюду кошачьих внутренностей, было незабываемым. — Пишут, что перед этим была тёмная, безлунная ночь, а за окнами слышали вой. Может, это оборотень? — спрашивает Кристалл, поднимая голову от телефона. Чарльз насмешливо фыркает и качает головой одновременно с тем, как Эдвин начинает говорить: — Не думаю. Мы ни разу не видели оборотней, хотя, возможно, они существуют. Теоретически. — В любом случае, нам стоит посетить место преступления лично, верно? — нетерпеливо спрашивает Ночная медсестра. — Быстрее начнём, быстрее закончим, и вернёмся к расследованию потерянных душ.

***

Подворотня выглядит... отвратительно. Страх, боль и ненависть отпечатались в домах стоящих слишком близко друг к другу, даже Эдвин это чувствует, не говоря уже о Кристалл, которую накрывает приступом в самом начале переулка. Чарльз мельтешит рядом с ней, не представляя как помочь, в конце концов он просто опускает её на землю, чтобы она не упала. — Я видела только тьму и зелёные вспышки, — задыхаясь шепчет Кристалл, опираясь о Чарльза. — И ещё запах. Ужасно воняло псиной, — морщится она. Эдвин обходит место преступления по периметру, разглядывая большие царапины на кирпичных стенах. Кажется, в глубине ещё осталось еле заметное зеленоватое свечение. Люди давно убрали тело и смыли почти всю кровь, но всё равно у мусорных мешков он замечает бурые пятна. Откуда-то он знает, что у этого несчастного кота не было своей серебристой дымки, забравшей его на радугу. Дух этого кота разорвали вместе с телом. Развернувшись на каблуках, Эдвин быстрым шагом подлетает к Кристалл, протягивая ей руку. Вместе с Чарльзом они поднимают её на ноги, пока Ночная медсестра продолжает озираться вокруг, скривив свой острый нос. — Есть идеи? — спрашивает Чарльз, когда они отходят от переулка, и Кристалл уже может самостоятельно стоять на ногах. — Да, — кивает Эдвин, конспектируя в блокноте всё увиденное. — Это Баргест.

***

Благодаря восстановленному порядку в библиотеке, он легко находит книгу о прóклятых призраках и показывает иллюстрации Кристалл, Чарльзу и Ночной медсестре. — Баргесты это псы-призраки, олицетворяющие возмездие. Чаще всего, их призывает обиженная душа, желая отомстить своим обидчикам. Неудивительно, что в первую очередь пострадали кошки. — Потому что... это призрачные собаки? — спрашивает Кристалл, облокотившись на столешницу, потирая лоб, будто это избавит её от мигрени. — Именно, — кивает Эдвин. — Вероятно, тот кто их призвал не осознаёт этого и не может дать чёткой команды. Поэтому Баргесты нападают на всех подряд. Чудо, что из людей пока никто не пострадал. — Давайте подкараулим их и отправим туда, откуда они пришли, — предлагает Чарльз, покачивая битой для крикета. — Опять насилие, — возмущается Ночная медсестра. — Проблема не в собаках, а в человеке, который обижен, — замечает Эдвин, ткнув в сторону Чарльза ручкой. — Ничего не мешает ему призвать ещё Баргестов. — Значит, ищем обиженного человека, — твёрдо кивает Кристалл. — И убеждаем его... Не обижаться? Судя по её тону, она сама не верит в то, что у них получится. — Для начала, просто найдём его, — говорит Эдвин. — К счастью, собаки появляются рядом со своим хозяином. Так что, нам нужно лишь узнать, где ещё были трупы кошек, а потом проверить жителей близлежащих домов. — Звучит легко, — улыбается Чарльз.

***

— И? Кто оказался настолько обижен на этот мир, чтобы призвать проклятых призрачных шавок? — нетерпеливо спрашивает Король кошек, сидя на краю крыши рядом с Эдвином, болтая ногами над пропастью. Он снова в юбке и белых гольфах. Ветер треплет его подол, то и дело обнажая загорелые колени. Эдвин старается не смотреть на них слишком долго, но судя по лукавому взгляду Кота, получается не очень хорошо. — Это была молодая, недавно погибшая девушка, — всё-таки отвечает Эдвин, поднимая глаза по тёмно-синей рубашке с меховым воротником к глазам Кота. — Ты не замёрзнешь? — Нет, Эдвин, мне не холодно, — самодовольно мурлычет Кот. — Я просто сгораю от любопытства, как же вам удалось избавиться от собак.

МЕСТЬ — ЭТО БЛЮДО КОТОРОЕ ПОДАЮТ С КРОВЬЮ. ТВОЕЙ КРОВЬЮ

Погибшая в автокатастрофе неделю назад семнадцатилетняя Анна Хоук, почти сразу становится главной подозреваемой Эдвина. Картина складывалась идеальная: неуспокоенная душа, жаждущая мести за свою смерть, вызвала Баргестов, чтобы наказать виновных. Вот только, виновный итак наказан: водитель погиб вместе с ней. Его призрак не нашли ни Эдвин с Чарльзом, ни Кристалл. Тогда Ночная медсестра обратилась к какому-то своему каталогу в записной книжке и торжественно объявила, что мужчина уже отправился в Ад, за пристрастие к алкоголю, склонность к насилию, а так же убийство себя и Анны. — Она была... сложной девушкой, — рассказывает Саманта, одна из одноклассниц Анны, сидя на скамейке во дворе школы рядом с Кристалл. — Особенно с тех пор как «вышла из шкафа». Эдвин хмурится, отрываясь от записей, вопросительно смотрит на Чарльза, но тот, кажется, тоже не понимает, о чем речь. Кристалл кидает на них быстрый взгляд, а затем сосредотачивает своё внимание на Саманте. — То есть, Анна объявила, что она лесбиянка и тогда начались конфликты? Оу. — Конфликты и раньше были, — вздыхает Саманта. — Анна не изменилась после каминг-аута. Она как раз осталась той, кем была, просто многие парни расстроились, что такая красивая девушка не рассматривает их как вариант в принципе. Мужское эго и всё такое. Кристалл понимающе хмыкает, разглядывая детей, выбегающих из школы. — А эти парни не могли...? — Нет конечно! — возмущается Саманта. — Одно дело задирать друг друга между уроками и совершенно другое... Брендон и Крис были свидетелями аварии, они первыми пытались спасти Анну. Это они вызвали скорую. Судя по её глазам, она искренне верит в то, что говорит. Позже, слова Саманты подтверждают свидетельства других очевидцев, а также судебно-медицинская экспертиза, которую Эдвин находит в материалах следствия. — Итак, у нас мстительный призрак, без мести? — озадаченно спрашивает Чарльз, перебирая бумаги, которые они стащили у полиции. — Может, она хочет мстить не за смерть, а за жизнь, — предполагает Кристалл. — Вспомните, о чем говорила Саманта: одноклассники задирали Анну, отравляли ей жизнь. Она не могла отомстить тогда, пытается сделать это сейчас. Эдвин задумчиво мычит, перечитывая психологический портрет Анны Хоук. Это была очень волевая и сильная девушка. Она не боялась защищать себя, словами или делом. И хотя она никогда не лезла в драку, всё равно могла от души напинать обидчикам. Чарльз стал её фанатом с первой строчки. — Нужно найти её и убедить отправиться дальше, — подводит общий итог Ночная медсестра. — Вот только как? У неё стая прóклятых собак, — справедливо замечает Чарльз. — Анна не контролирует Баргестов напрямую, — качает головой Эдвин. — Возможно, даже не знает о их существовании. Они пришли на её обиду и желание мести, но скорее всего ей не показывались. Кристалл хмурится, перелистывая бумаги, рассматривая фото Анны незадолго до аварии. — Раз собаки убивают только кошек, получается Анна не хочет никого убивать? — Пока, не хочет, — поправляет Эдвин. — Настроение призраков бывает переменчиво.

***

— О-о-о, мне многое известно, о переменчивом настроении призраков, — мурлычет Кот, укладывая голову на плечо Эдвина. Широкий подол юбки снова задирается от ветра, и Эдвин поправляет его раньше, чем успевает осознать, что он вообще делает. Словно обжегшись, он отдëргивает руку и шарахается в сторону, чуть не падая с крыши. Кот вовремя ловит его за пояс, не переставая хитро улыбаться. — Осторожнее, Эдвин. Ты ведь не закончил свой рассказ! — В таком случае, можем ли мы уйти туда, где менее опасно? — Я ведь кот, я люблю сидеть на крышах, — откровенно врёт Король кошек, продолжая болтать ногами, позволяя юбке развеваться на ветру. Эдвин закатывает глаза к пасмурному Лондонскому небу.

***

Они находят Анну на кладбище. Девушка в клетчатой юбке, белой футболке и кожаной косухе выглядит почти как женская версия Чарльза. У неё густые тёмные волосы и чёрные глаза в которых отражается теплый свет фонарей. — Чего вы хотите? — воинственно спрашивает она, вздëрнув подбородок. Чарльз и Эдвин на секунду переглядываются. В ходе долгих дебатов вокруг стола в офисе, единогласно принято решение, что с Анной будет говорить Эдвин, как более опытный из всех. Чарльз его прикроет, а Кристалл и Ночная медсестра останутся в засаде, на случай появления Баргестов. Теперь они с Чарльзом стоят бок о бок напротив разгневанного призрака, и Эдвин чувствует ностальгию по старым временам, когда они были вместе против всех, в их офисе еще не было посторонних людей, а в душе Эдвина не клубилось целое море самых разных чувств, пронизанных, в первую очередь, острой тоской по Нико. — Анна, — начинает он, понятия не имея, что сказать. — Мы из детективного агентства «Детективы с того света», меня зовут Эдвин. — Моим делом занимались реальные детективы и они его раскрыли, — бросает Анна. — Вы здесь не нужны. Порыв ветра треплет свежие цветы на её могиле, откуда-то издалека доносится отчаянный вой. — Боюсь, появилось новое Дело, Анна, — Эдвин шагает ближе, стараясь выглядеть как можно более безобидно. — В паре кварталов от твоей бывшей школы растерзаны на куски более десятка кошек. — И какое отношение это имеет ко мне? — вызывающе спрашивает Анна, сложив руки на груди. — Я никуда отсюда не уходила, я не убивала кошек. — Это не ты, но... твоё желание отомстить... Анна вспыхивает моментально: — Они угробили каждую минуту моей жизни и продолжают жить, как ни в чëм не бывало, а я мертва! Зелёные огни расчерчивают кладбищенский сумрак позади неё. Ветер усиливается, заставляя кусты сирени склоняться к самой земле. — Я понимаю, что тебе обидно... — ОБИДНО?! Я всю жизнь сражалась просто за то, чтобы быть той, кто я есть! Скажи мне, Эдвин, ты когда-нибудь сражался за самого себя? Её вопрос неожиданно бьёт в самую суть. Ветер резко стихает, позади них оглушительно взрывается лампочка на фонарном столбе. Эдвин стоит в паре шагов от Анны, глядя в её позеленевшие глаза. — Нет, Анна, — говорит он так тихо, что его слова почти теряются в протяжном вое. — Я никогда не сражался. Я только... убегал. Убегал и прятался от самого себя. А потом от демонов в Аду. Удивлённо моргнув, Анна смотрит на него, нахмурившись, но не перебивает. — Когда я был жив, мне было страшно даже думать о том, что я не такой как другие мальчики. Что они... — Тебе нравятся? — неожиданно проницательно заканчивает за него Анна. Эдвин кивает, на мгновение прикрыв глаза. — Да. Но этот страх был ничем, по сравнению с тем, что ждало меня в Аду. Что ждёт в Аду тебя, если ты позволишь жажде мести выйти из-под контроля. Поджав губы, Анна отворачивается к своей могиле. — Но это так нечестно! — всхлипывает она. Встав рядом с ней, Эдвин вглядывается в темноту. Зелёные вспышки появляются то тут, то там, но близко не подходят. — Это нечестно, — соглашается он. — Я понимаю твою злость и гнев. Но справедливость не восторжествует, если ты дашь им волю. Наоборот, всё станет только хуже. Плечи Анны опускаются, она прячет лицо в ладонях. Эдвин осторожно касается её спины. — Ты не одна, Анна. Мне жаль, что мы немного опоздали, но мы пришли помочь тебе. — Как? — снова всхлипывает Анна. Эдвин на секунду теряется, не представляя, что ответить. Обычно, Смерть приходит, как только призрак готов её принять. Кажется, что Анна тоже готова, но... — Позволь мне, — внезапно говорит Ночная медсестра, появившись из ниоткуда. — Ты очень устала, дитя, давай я провожу тебя туда, где больше не будет печалей и не нужно каждую секунду бороться со всем Миром. Анна смотрит на её протянутую руку заплаканными глазами, затем возвращается к Эдвину. — Я не контролирую этих собак. Я пыталась их прогнать, но они не слушают! — Я знаю, — кивает Эдвин. — Мы разберёмся с ними, не волнуйся. Анна долго смотрит на него, блестящими от слез глазами, но в конце концов принимает руку Ночной медсестры. — Надеюсь, ты стал храбрее, Эдвин? Он вспоминает, как Нико дала ему красное стекло, как Чарльз пришёл за ним в Ад, и как он сам в первый раз потянулся к Королю кошек, чтобы подарить ему поцелуй в щеку. — Немножко, — отвечает он с робкой улыбкой. — Я никогда их не прощу, — говорит Анна, очевидно, всегда оставляя последнее слово за собой. — Но я готова отпустить. Прощай, Эдвин. Ночная медсестра берёт обе её руки в свои ладони, и вместе они растворяются в воздухе. — Что-ж, одной проблемой меньше? — спрашивает Чарльз с кривой улыбкой, покачивая битой. Пять огромных призрачных псов, медленно окружают их и подбежавшую к ним Кристалл. Эдвин не успевает ответить. Внезапно над ними оглушительно каркает ворона, хлопая угольно черными крыльями, и Баргесты, с тоскливым воем, исчезают в тот же миг.

***

— Погоди, всё это время с вами был Монти? — спрашивает Король кошек прищурившись глядя на Эдвина. На дне золотых зрачков пляшет Адское пламя.

ОЧЕНЬ ВЕРНАЯ ВОРОНА

— Не всё время, только на кладбище. К тому же я не говорил, что это Монти, — почему-то начинает оправдываться Эдвин, как будто ему есть за что чувствовать себя виновным. — Да ладно, — закатив глаза, Кот поднимается на ноги и отходит к чердачной двери. — Какая-то другая ворона, пролетавшая мимо, решила по доброте душевной заступиться за двух призраков и их медиума? — сарказма в его голосе столько, что хватит на весь Лондон. — Нет, — сдаётся Эдвин, поднимаясь на ноги вслед за Котом. — Ты прав, это Монти, он помог нам, но это ничего не значит. — Эта упрямая ворона перелетела океан, Эдвин. Ради тебя, — шипит Кот. Глядя ему в глаза, Эдвин разводит руками. — И? Король кошек открывает рот, потом закрывает его. — Я здесь, с тобой, — озвучивает очевидное Эдвин, всё ещё не двигаясь с места. — Да, Монти мы оставили в офисе, потому что ему больше некуда идти, и он устроил гнездо на моём столе, но это... просто ворона. Монти не вызывал у меня даже десятой доли чувств, которые я испытываю... — к тебе, остаётся неозвученным. Эдвин ещё слишком труслив для таких откровенных признаний. Но Кот, кажется, всё равно понимает. Дëрнув уголком рта, он плавно подходит к Эдвину, коснувшись его руки, переплетая пальцы. — Что-ж, тогда идём гулять по крышам, туда где нас не подслушает эта жалкая ворона. Эдвин не успевает ответить, как они телепортируются на соседнюю крышу, а затем на следующую, пока не находят несколько ровных крыш, по которым можно пройтись под луной. — О, и ещё мы всë-таки договорились о расписании. — Правда? — мурлычет Кот, улыбаясь просто от того, что Эдвин держит его за руку. Возможно, он даже не слышит смысла слов в данный момент, но Эдвин всё равно продолжает говорить, потому что это важно. — Да, после каждого Дела у нас будет день на исправление чего-то из прошлого Кристалл, а потом выходной. В расследованиях длиннее трёх дней, отныне предусмотрен двенадцатичасовой перерыв. Так что... если ты хочешь, мы сможем видеться чаще? — Было бы неплохо, — отвечает Кот, явно находясь слишком далеко отсюда. Эдвин не решается отвлечь его от этого странного, задумчивого настроения, поэтому просто крепче сжимает чужую ладонь. Она мягкая, как подушечки на лапках новорожденных котят. От ухоженных пальцев вверх по предплечью бегут щекотные мурашки, согревая всё тело. Продолжая блуждать взглядом по ночному Лондону, Кот легонько царапает его кожу, намекая, что прекрасно чувствует, как Эдвин пытается украдкой трогать его руку. Так, в уютной тишине, они проходят ещё одну крышу, пока Кот не возвращается из своих мыслей: — Слушай, а если одна из моих кошек... — Абсолютно нет, мы не зоопарк! — обрывает его Эдвин.