Equilibrio

      Майя жила в конуре, которая на корабле наемников считалась за медблок. По большому счету, после всего, что она натворила, эта комната ей подходила. Наверное, и выбор-то остался только между тюремной камерой и подобными местами. Возможно, стоит привыкать к компании наемников и прочих маргинальных личностей.       Максимально быстрый спуск по социальной лестнице.       Может, комната и была подобием склада, но оборудование на «Гуппи» – корабле наемников – было с иголочки. Многое свежевыкрашенное или совсем новехонькое. Некоторые приспособления Майя не видела даже в больнице на Цитадели. Отвечал за все это богатство саларианец  –  доктор Дерис Зункхе.       «Так-то я доктор технических наук», – быстро тараторил саларианец в их первую встречу. – «Но кого это волнует. Если кто-то слышит – доктор, все первым делом думают про доктора медицины. Что, между прочим, обидно. В вашей ситуации, конечно, доктор медицины был бы более полезен. Хотя с этими приспособлениями справился бы и пыжак… Пыжак справился, а Фишер бы точно что-то сломал, что-то потерял…»       Приступив к тестированию странных  штуковин, саларианец перестал ворчать. Не церемонясь с одеждой Майи – просто разрезав все, что ему мешало, – Зункхе примотал к ее животу нано-сетку. Поставил Майе капельницу, от которой она почти сразу перестала чувствовать тело. Прикатил и зафиксировал стелу со встроенным терминалом. Из прорезей по ее бокам стали появляться синеватые поля. Будто открывался и закрывался голограммный зонтик. Проведя сканирование, «зонтик» сменил цвет, приступив к регенерации тканей.              – Второй этап регенерации завершен, – объявил ВИ стелы. – В случае необходимости повторной процедуры введите код доступа и поменяйте капельницу.       Майя не успела отлепить от живота нано-сетку и как-то прикрыться, как в комнату вбежал Зункхе.       – Я получил уведомление! Это потрясающе! Просто потрясающе! Вы практически здоровы. Физически. Терминал заметил у вас проблемы со сном и общую подавленность состояния. Предложил капельницы с антидепрессантами и снотворное. У нас на борту такого нет. Но жить вы будете. Если ничего не изменится – долго. Хотя, в вашем состоянии, скорее всего, несчастливо.  –  Зункхе закончил свой поток мыслей выдохом и быстро сменил тему. – Капитан просила выдать вам какую-то одежду взамен испорченной. «Не в медицинском халате же ей по кораблю ходить, Зункхе!» – передразнивая акцент капитана, сказал саларианец, положив на стол стопку с вещами. –  Должно подойти.       Майя, чувствуя свою наготу под прозрачным халатом, инстинктивно пыталась прикрыться руками.       – Точно. Простите. Все время забываю, – затараторил саларианец, учтиво отвернувшись. – Не понимаю эту человеческую традицию. Я уже видел вас без одежды, когда крепил датчики, но вы все равно чувствуете себя неловко. К тому же, тело – оболочка. У всех плюс-минус одинаковая. Появиться на публике в белье для плаванья – нормально. Появиться в точно таком же белье, но с другим названием – неприлично. Хотя я читал, что у вас существуют люди, которые свободно ходят без одежды. Как я понял, вы к ним не относитесь?       Майя стащила со своей импровизированной кровати простыню и завернулась в нее. Неумолкающий саларианец продолжил сыпать цитатами из статей о нормах поведения, принятых на Земле. То и дело задавал вопросы, но, не дожидаясь ответов, продолжал быстро бормотать.       – Как… –  Майя попыталась вставить хоть слово в монолог саларианца. – Как там Бекки?       – Что? А. Да. Уже можно? – Саларианец взглянул через плечо и, получив утвердительный ответ, повернулся. –  Человеческий ребенок?  –  Зункхе подошел к терминалу рядом с Бекки. – Напичкана техникой покруче самых модифицированных солдат. Судя по данным с компьютера. Того, что в игрушке. И кто мог запихать такую вещь в плюшевого… кого? Варрена? Понятия не имею, что это за существо.       – Тигр это, – раздражаясь на способность Зункхе отвлекаться, сказала Майя. – Можно уже ближе к делу.       – Переносной… тигр? Правильно? Поврежден. При перезапуске спалил один из имплантов в мозгу ребенка. Требуется операция. Точная. Сложная. Крайне рисковая. Я бы сказал больше, но Фишер запретил мне разбирать эту штуку. Очень жаль. Интересная технология. Защита стоит сильнее, чем на терминалах ГОРа. Не дает получить полный доступ. Можно было бы разобрать….       В тоне саларианца появилось что-то пугающее. Большие черные глаза выглядели холодными и пустыми. Возможность поковыряться в неизвестной ему технологии делала его похожим на маньяка. Жизнь Бекки его не волновала совершенно. Как, по всей видимости, и любая другая.       – А где все мои вещи? – оглядываясь и мечтая сменить тему, спросила Майя.       – Не подходят те, что принес? Не разбираюсь в вашей моде, – с грустью оторвав взгляд от терминала Бекки, сказал Зункхе.       – Я не нашла мой омни-инструмент.       – А. Это. Инструметрон и электрошокер сотрудников СБЦ взял Фишер. Советую забрать. Он умудряется нахватать вирусов даже на тостер. Совершенно безответственное отношение к технике.       Оставшись без инструметрона, Майя чувствовала себя более голой, чем стоя в прозрачном халате.       Взяв футболку, которая даже навскидку была велика размера на четыре и мужского кроя, Майя ожидающе посмотрела на саларианца.       – Что-то еще? А. Опять забыл. Мне отвернуться?       – Лучше выйти.       – Если вас успокоит, то саларианцы не испытывают сексуального влечения в известной вам форме. В человеке без одежды я вижу… человека без одежды. Ничего более. – Зункхе с жадностью смотрел на терминал Бекки. Словно худеющий толстяк, прилипший к витрине с пирожными.       – И все же.       – Не могу не указать на отсутствие логики в вашем поведении. Но если вы так настаиваете… – Зункхе направился к выходу. – Не повредите сетку на животе. Когда снимите, сложите в контейнер на столе. И пожалуйста. Аккуратно. На этот раз.       Майя проводила Зункхе, заперев за ним дверь. Подобный замок едва ли остановит саларианского ученого, но хоть не даст застать врасплох.       Дыхание Бекки было слабым и прерывистым. То пропадало, то возобновлялось резким, хриплым вздохом. Холодное, синеватое освещение делало Бекки еще более бледной. Словно кто-то припудрил ее мукой. На контрасте с аспидно-черными волосами, спящая девчушка напоминала Белоснежку. Только вместо хрустального гроба – койка в конуре. Вместо сказочно алых губ – тонкие синеватые ниточки. А вместо семи гномов – побитая и похожая на пропитого бомжа девушка, решившая поиграть в игры, для которых не доросла. Если копнуть глубже, заглянуть за ширму, принятую обществом, Майя едва ли верила в альтруизм. Тем более в собственный. Черт возьми, она даже не была уверена, что отец Бекки жив. Что он вообще находится на Чохе. Но все равно фактически похитила девочку. Цеплялась за ее жизнь сильнее, чем за собственную. Стала бы Майя связываться с контрабандистами и лететь в разгар войны на хранившую молчание базу, если бы Актор остался рядом?..  Скорее всего – нет.  Как бы грустно и бесчеловечно это ни звучало.       Майя подоткнула Бекки одеяло.       Все уже свершилось, думать о том, что могло бы быть, бессмысленно. Жнецы повергли Галактику в пламя. Актор где-то там сражается за свои убеждения. Она, Майя, стала убийцей. И готова собой закрыть от огня умирающую девочку.       Сев на край стола, Майя попыталась отцепить сетку с живота. Отказываясь поддаться, она цеплялась где-то под кожей маленькими иглами, будто якорями. Варварские попытки просто вытянуть эту штуковину вызвали новый бунт медицинской установки. Взяв терминал, Майя улеглась обратно на свою импровизированную кровать. Зажужжав, «зонтик» просканировал тело Майи. Пришлось вслух послать машину, очередной раз советующую накачаться седативными препаратами до стабилизации состояния. Введя команду на отключение пациента, согласившись с кучей предостережений, Майя почувствовала импульсы, прокатившиеся по сетке. Медленно, словно прикипевший пластырь, Майя потянула за край. На животе оставались крошечные дырочки. Встав, Майя опустила сетку в желеобразную жидкость в контейнере.       Одежда, принесенная саларианцем, действительно была мужской. А может, сшитой не для человека. Армейская футболка повисла как пижама, а брюки с кучей карманов сваливались с бедер. Найдя бесхозный провод, Майя продела его в шлевки. Затянула импровизированный ремень. Забыв про то, что на одной из ее щек была рана, доходящая почти до виска, Майя проскребла горловиной футболки по скобам. Промычав и едва не разразившись рыданиями, Майя дрожащими руками дотронулась до своего лица. Отсутствие отражающих поверхностей рядом – только плюс.   Медицинский терминал хоть и потрудился над ее здоровьем, над эстетической стороной вопроса он явно не запаривался.       Проверив работу компьютера Бекки, Майя вышла из медблока. Долго искать Фишера на корабле не понадобилось. «Гуппи» был меньше чем летний домик семьи Розенгард. Немногочисленный экипаж обращал на Майю внимания не больше, чем на носящуюся туда-сюда кошку. Чудное создание, между прочим, как раз пробежало вперед Майи. Черепаховый окрас разделял кошачью морду пополам. На рыжей стороне сверкал прозрачно-голубой глаз, а на черной – янтарный. Прошмыгнув в каюту, заставленную двухъярусными кроватями, двуликая кошка с разбегу прыгнула Фишеру на грудь.       – Мать твою! – вскрикнул Фишер. – Янка! Иди на хер!       Взяв за шкирку кошку, он скинул ее на пол. Прошипев, она побежала к двери. Увидев Майю, попыталась затормозить и сменить направление, но проскользила по полу и с размаху врезалась в дверь. Встряхнув головой, Янка пулей метнулась под кровать.       – Долбанутое создание… – Фишер выглянул из-за стойки кровати и, подвиснув на секунду, прыснул со смеху. – Ну и видок! Наркоманские шлюхи с Омеги приличней выглядят! Ты хоть в душ сходи. От тебя несет как от лотка Янки.       – Сразу же, как ты отдашь мне мой инструметрон, – ответила Майя, поправив сползающую с плеча футболку.       – А-а-а. Зункхе настучать успел? – Фишер откинулся обратно на кровать, прокручивая на пальце браслет Майиного омни-инструмента. – Держу пари, что одел тебя в это тоже он.       – Верни.  – Майя сделала к нему несколько шагов и протянула руку.       – Не так быстро. Сначала кое-что утрясем. Когда мы договаривались о цене, ты не говорила, что тебя ищет СБЦ в связи с убийством. Вывозить беглую преступницу – совершенно другие деньги.       – То, что меня ищет СБЦ, никакого отношения к нашей сделке не имеет. Как только доберемся до Чохе – переведу вторую половину. Если, конечно, ты отдашь мне омни-инструмент.       – Может, проще выкинуть тебя в шлюз, а Зункхе выдоит из этой штуки все возможное.       Видимо, непривычность первой встречи прошла. Или седативные, которыми накачивала Майю медицинская установка, давали о себе знать. А может, после всего пережитого, она устала бояться. Грозный вид Фишера и осознание его рода деятельности больше не выбивали Майю из равновесия. По крайней мере, не так сильно как в первую встречу.       – На меня столько дерьма за последнее время свалилось, что я уже ничему не удивлюсь, – сказала Майя, присев на корточки и пытаясь приманить к себе кошку. – Только без меня доступ к счету не получить. Вместе со мной ты выкинешь в шлюз  половину гонорара.       – Мне послышалось, ты сказала – две трети?       – Нет. Только оставшуюся половину. Я не торгуюсь, Фишер. Не торговалась на Цитадели, когда ты заломил цену путешествия на золотых единорогах. Не буду торговаться и сейчас.       Фишер сел на кровати, слегка склонив голову в сторону, чтобы не задевать верхний ярус. Внимательно смотрел на то, как Майя сюсюкает и ласково щебечет, выманивая Янку из-под кровати. Из-за нависающих бровей его задумчивый прищур глаз погружался в тень. Будто скрывался под маской. Хмыкнув своим мыслям, Фишер полез ковыряться в кармане. Сидя в неудобной позе, он пытался вытянуть ногу, но его громоздкая комплекция усложняла задачу. С трудом выудив что-то из бездонного кармана, Фишер выдохнул и окликнул Майю.       – Лови.        Майя не успела отреагировать. И с поимкой предметов у нее тоже всегда проблемы были. Отправленный легким навесом сверток впечатался ей в лицо и упал к ногам.       – Грациозно, Принцесса! – хохотнул Фишер. – Ты таким способ себе лицо разукрасила?       – Что это? – спросила Майя, поднимая с пола фольгированную упаковку.       – Вяленое мясо. Просто так Янку хер выманишь, а за это – маму продаст, – сказал Фишер, поправив подушку. – До Чохе я придержу твой инструметрон у себя. Без понятия, во что ты там ввязалась. И знать не хочу. Но новые сюрпризы мне не нужны. – Фишер демонстративно отправил омни-инструмент в карман и улегся обратно на кровать.  –  Местные ребята не привыкли перевозить «живые» грузы. Лучше завязывай вылезать из медблока. Ванг и так психует.       – Ванг?..       – Капитан, пилот и местный диктатор. Если обидишь ее чокнутую кошку – никакие деньги не спасут от вылета в шлюз.       Майя крутила в руках запечатанный кусок вяленого мяса. Казалось, что человек, напоминающий носорога, способен добиваться желаемого только силой. Подачка в виде приманки для кошки – самый странный способ завершить переговоры и показать свою благосклонность. Как бы Майе ни хотелось забрать обратно свой омни-инструмент, она чувствовала – дальнейший спор ни к чему не приведет. Скорее Фишер выйдет из себя и добавит Майе новый фингал, нежели проявит еще один жест доброй воли.       Стоило только надорвать упаковку, как Янка выползла из-под кровати. Мурча, выгнув спину и высоко задрав хвост, Янка терлась рыжей половиной мордахи об колени Майи.        – Держи, красавица.       Майя протянула кошке кусочек мяса. Почуяв запах, организм Майи заурчал громче Янки. Сколько времени прошло с последнего обеда?.. Решив не отбирать на глазах у Фишера кошкину еду, Майя положила остатки на пол. Поглаживала пушистую спинку, пока кошка, причмокивая, расправлялась с мясом. Вот уж кого война точно обошла стороной. Слушая ее урчание и утопая рукой в шерсти, Майя погрузилась в простой и размеренный мир двуликой Янки. В древних верованиях кошки – медиумы. Проводники в другие миры. Знают добро и зло, умеют находить между ними равновесие. Лечат. Все это, конечно, не более чем суеверия. Но от присутствия рядом Янки становилось теплее.       Расправившись с выданной порцией, кошка вопросительно посмотрела на Майю. Обнюхала руки в поисках добавки. Ткнувшись носом в упаковку от мяса, толкнула ее лапой. Прыгнула, ловя фантик-добычу. Вновь толкала шуршащую фольгу в сторону, гоняя ее по каюте. Янка подняла такую шумиху, что Майя буквально прочитала во взгляде Фишера желание убивать. Схватив кошку в одну руку, а фантик в другую, Майя вернулась в медблок. Посадила Янку на койку. Зевнув, кошка бесцеремонно прошлась по Бекки. Сделав несколько кругов вокруг своей оси, улеглась девочке на грудь.       Познакомиться с Ванг Роу Майе пришлось против собственного желания. В конце концов, капитана «Гуппи» достало, что некая особа таскает по кораблю ее кошку. Стоя в дверях кабины, Майя выслушивала ругань сразу на нескольких языках. Имплант-переводчик выхватывал отдельные фразы. Отказывался нормально состыковать предложения. Говорил, что Майя: «Круглый. Принадлежность для выбивания предметов. Грязный. Мятый. Плохо ходящий. Трогающий священное. Чужой».  Закончив поливать понятными через раз выражениями, Ванг перешла на торговый язык, заметно упростив работу переводчику. Допытывалась, что вообще такого на Чохе и на кой хрен понадобилось лететь туда в разгар войны. Сказала, где взять более подходящую одежду и попросила вернуть несчастному оружейнику его штаны. Вновь осыпала непонятными ругательствами Майю, экипаж и Фишера за то, что не могли решить вопрос штанов без вмешательства капитана.       Немногочисленный экипаж относился к Ванг с уважением. Даже их шуточки всегда заканчивались восхвалением своего капитана.       «Ванг ведет корабль на посадку – будто ворона на говно садится! Зато в любых условиях – мягко и точно!»       Казалось, что и прецеденты вылета в шлюз действительно были. Споткнувшийся об Янку мужик – с лицом, прошедшим через жернова камнедробилки, –  лишь гулко рычал и уходил швырять ножик в мишень на стене. С царскими условиями проживания кошки согласны были не все, но дальше ворчания дело не заходило.       Управляемый Ванг маленький и юркий «Гуппи» прошмыгивал в ретрансляторы в обход очередей. Добравшись до секторов, где были замечены Жнецы, ход сбавили. Но странная, дерганая манера управления никуда не делась. После первого жесткого крена, Майя думала, что корабль треснет. Но после десятого – только проверяла крепежи на койке Бекки.       По прибытии в систему Какус ситуация стала в край напряженной. База на Чохе хранила молчание, а отряд Жнецов в секторе не давал послать усиленный сигнал.       Назвав Майю: «Деревянный. Рожденный от самки собаки инвалид», Ванг взяла курс на посадку, не дождавшись подтверждения с планеты.       Лишенная водоемов пустыня выглядела завораживающе. Отблескивала серебряными пиками гор и белела редкими равнинами. В эфемерном свете звезды Какус возведенная база была как выбитый пиксель на экране –  цепляла взгляд своей чужеродностью.       Практически идя вслепую, Ванг посадила корабль рядом с самым большим ангаром прямо на поверхность планеты.       – Ну что, Принцесса. Мы на Чохе. Переводи кредиты и-и-и… – Фишер выглянул в иллюминатор. – Удачного отдыха в этой дыре. То еще…       – Послушайте это. – Перебив его, Ванг включила в коммуникаторах по всему кораблю полученное сообщение.       «Неизвестное судно. Вы совершили несанкционированную посадку на базе Альянса. Глушите двигатель и немедленно представьтесь. В случае неповиновения – открываем огонь на поражение».       – Готовимся к взлету. – Голос Ванг эхом раскатился по кораблю. – Нахер такие приколы.       – Постойте! – вскрикнула Майя. – Я могу поговорить с ними?! Пожалуйста!       – Блядь! – прогремел Фишер, глядя как на корабль нацеливаются турели. – Лучше бы тебе их успокоить. Ванг, дай ей соединение.       – Здравствуйте… Я… Майя Розенгард. У нас на корабле Бекки Хейз. Дочь доктора Чарли Хейза. Ей требуется срочная помощь!       Ожидание ответа заметно затянулось. Покусывая ноготь на пальце, Майя едва не плясала от нервов.       – Вы можете это доказать? – послышалось из коммуникатора.       – Эм… Могу… прислать фотографию?.. Какие доказательства вам нужны? Говорить она не может.       – Ее рюкзак при ней? – послышался другой голос, взволнованный и надломленный.       – Да! – Майя побежала в медблок, предугадывая, что сейчас потребуют доказательства и этого. – Эта штука почти сдохла! Даже питание корабля не помогает.       – Введите на панели код: P370KR.       – Есть!       Терминал на секунду погас, а потом запестрил символами и неизвестными Майе терминами. Бекки вся покрылась испариной, а под закрытыми веками виднелось быстрое движение глаз.       – Посадка разрешена, – объявили с базы.       – Сели уже. Идиот, – буркнула Ванг.       – Переводи! – Фишер всунул Майе в руки ее инструметрон.       – Хорошо. Конечно! – Нацепив браслет на руку, Майя стала водить по голограммному экрану, чувствуя, как на голове добавляется седых волос. – Тут связи нет…       – Что?! – Фишер включил свой инструметрон. Потыкав в него несколько секунд, двинул кулаком в ящик, оставив на нем вмятину. – Не шути со мной, Принцесса! Либо ты сейчас переводишь мне бабки, либо я тебя голыми руками придушу.       – Я не могу! Не могу! Сам посмотри! – Майя пятилась, четко понимая – на этом терпение Фишера закончилось.       – А мне насрать! – взревел он. – Ванг! Вывози нас отсюда! Выкинем эту суку где-нибудь по дороге!       – А хер тебе! – таким же озлобленным тоном, выкрикнула капитан. – Эти ублюдки нас на прикол посадили!       «Неизвестное судно. Немедленно предоставьте доступ на борт. В случае неповиновения, мы прорубим проход силой».       – Во что ты нас втянула?! –  Схватив Майю за шею, Фишер поднял ее, с силой впечатав в стену.       Держась за его запястья, Майя пыталась дотянуться до Фишера ногами. Бестолково размахивая ими, она почти потеряла сознание, когда Фишер поставил ее на пол.       – Пойдем. – Держа Майю за шиворот, как кошку за шкирку, Фишер поволок ее к шлюзу. – Первая встретишь наших новых друзей.       Выкинув Майю в стыковочный отсек, он запер за ее спиной дверь.       Стоя на четвереньках, Майя хрипела, держась одной рукой за горло. Вошедшие люди были в полной броне и с переведенными в боевой режим винтовками. Майе ткнули в голову дулом, нажимом заставив поднять лицо.       – Где Бекки Хейз?       – Приветствую. – На небольшом экране появилось изображение Фишера с нацеленным на Бекки пистолетом. – Если мелкая нужна вам живой – у меня есть условия.       Один из стоящих в позади мужчин снял шлем.       – Я – Чарли Хейз. Давайте попробуем решить ситуацию без жертв.        – Да я с радостью, старик. А вот твои братки, похоже, другого мнения.        – Сложите оружие, – скомандовал Хейз.       – Но, доктор… – попытался возразить тыкающий в Майю винтовкой человек.        – Не обсуждается. – Дождавшись, когда все дезактивируют оружие, Хейз посмотрел на экран. – Вы не представились.       – Епт. Ну не думал, что нам сейчас до обмена любезностями. Бенджи Фишер, к вашим услугам, сэ-э-эр!         – Чего вы хотите, мистер Фишер?       – Только получить свое. Бабки, обещанные мне за доставку твоей дочурки. И улететь к херам с этой планеты.       – Я уверен, мы можем договориться. Уберите оружие.       – Э-э-э… Нет! У меня идея получше! – свободной рукой дотянувшись до проводов от рюкзака, он рывком вырвал их. – Время тикает, папаша!       – О какой сумме идет речь?       – А ты у сучки перед собой попроси. Она прекрасно понимает, что из-за доставленных нам неудобств ее предоплата сгорела. Теперь я жду платеж в полном объеме. С дулом в жопе у нее явно найдется.       – Сколько времени уйдет на открытие дверей? – быстро спросил Хейз у своих людей.       – Минут десять – двенадцать.       – Слишком долго.       – Я переведу… – прохрипела Майя. – Уже пыталась, но связи нет.       – А вы еще кто? – На лице Хейза вздулась венка, не дождавшись ответа, он открыл омни-инструмент. – Действуйте.       Сев на колени, Майя вновь попыталась перевести деньги Фишеру, введя требуемую им сумму.       – Готово…       – Умница, Принцесса. А говоришь, что не торгуешься. Ведь можешь же, когда хочешь, – глядя на голограммный экран, сказал Фишер. – Папаш, заходишь один и выкатываешь с корабля свое чадо.       В открывшихся дверях стоял весь экипаж «Гуппи», включая Ванг со снайперской винтовкой на заднем плане. Вооруженные до зубов наемники проводили доктора Хейза внутрь корабля.       Майя опустила руки. Радушного приема она не ожидала, но происходящее переплюнуло все ожидания. Если она выживет во всей этой херне – мать ее убьет. Так же, как и Майя, не пожалеет никаких денег. Найдет, вернет и превратит жизнь в ад. И на этот раз будет права.       Чарли Хейз выбежал, толкая перед собой койку с Бекки. Вымученно улыбнувшись, Майя была рада, что все закончилось.       – Ну все. – Закрыв дверь шлюза, Фишер вновь появился на экране. – Отцепите клешни.       – Неизвестное судно, – уже знакомый голос прогремел по ангару. – Сложите оружие или мы откроем огонь на поражение.