Equilibrio

      – Хватит тут жрать! – Чавканье над ухом раздражало Актора больше, чем система управления «Зенонуса».       – Думаешь, мне нравится сидеть тут и нянчить тебя?! – Линк закинула в рот кусок вяленого мяса. – Каждый чем-то жертвует. А я есть хочу.       – Ты всегда есть хочешь. Весь мостик специями провонял.       – Я могу поделиться. – Линк призывно помахала пачкой. – Может, пока будешь жевать, не будешь брюзжать.       – Руки заняты, – буркнул Актор.       Ремонт «Зенонуса» нисколько не облегчил его управление. Старые и новые системы конфликтовали, выдавая ошибки или неточные результаты. Автопилот путался в получаемых данных, не воспринимая отсек с новым главным орудием частью корабля. Как конструктор, собранный из разных наборов, «Зенонус» держался на грубой силе и отсутствии альтернатив. Отвлекаться от управления при подготовке к прыжку Актор не мог.       – Так будешь, не? – Линк вытащила кусок вяленого мяса, сунула его Актору под нос. – Руки мыла, не беспокойся.       Актор прикусил край мяса. Резко запрокинул голову. Засыпанный острыми травами кусок неизвестного мяса попал на язык. Слегка посмаковав жгучие специи, Актор проглотил мясо, пропустив процесс жевания.       – Смотрите-ка… Ручной, оказывается. – Линк издевательски прищурилась, протягивая новый кусок. – Хороший мальчик!       Оставив оскорбительные намеки Линк без внимания, Актор сосредоточился на управлении кораблем.       Про свое новое назначение Актор узнал, пока «Зенонус» возвращали в строй в импровизированных доках Горна. Игнорировал взгляды некоторых членов команды, которые так же, как и Тартус, считали Актора виновным в смерти Сай. Не реагировать, а смиренно принимать все выпады помогал тот факт, что Актор был согласен с этими разговорами. Долгожданное место основного пилота досталось слишком дорого.       Нужно было остаться с Майей…       Меньше проблем было бы у всех. А лучше – возглавить предлагаемую в самом начале колонну пушечного мяса.              Вид на Горн открылся сразу после прыжка. Свет от самой масштабной стройки в современной истории разлетался вышками в черноте космоса. Разнокалиберные суда кружили вокруг единственной надежды на спасение. Подвозили припасы, людей и оборудование. Пригнанные топливные станции могли обеспечивать не только суда, работающие непосредственно с Горном, но и флотилии, которые патрулируют периметр.       – Это поразительно… – Линк встала, всматриваясь в иллюминатор. – Кажется, их стало еще больше! Читала в отчетах, что даже сестры «Затмения» и «Синие Светила» пригнали сюда свои корабли.       – Так и есть. Но меня до сих пор больше удивляют они, – согласился Актор, махнув головой на один из экранов.  – Если хоть одна из этих тварей залезет к нам на корабль – я ее прихлопну…       – Они стремные, но, вроде, ведут себя безобидно.       – Не ты ли визжала, когда крошечная особь проползла у тебя между ног?       – Это… было неожиданно, только и всего. Кто-то же должен был предупредить: «У нас тут рахни трудятся. Вы на них внимания не обращайте. Они мирные».       – Просто стремные, – дополнил ее высказывание Актор.       Плотность движения у Горна была столь велика, что руки едва успевали перемещаться по панели, а глаза контролировать поступающую информацию. Масштаб и скорость стройки казались фантастическими. Каждый раз, когда «Зенонус» возвращался с патруля на дозаправку, количество кораблей увеличивалось.       На постройку единственной надежды на спасение стянули всех, кого могли. Благодаря работе, проделанной коммандером Шепард, заключились союзы, которые раньше казались фантастикой. Рахни, ползающие вокруг, вызывали дрожь даже у бывалых. Привыкнуть к кишащим вокруг космическим насекомым было тяжело. При первом столкновении хладнокровие сохранить не удавалось никому. Были попытки схватиться за оружие. Были и те, кто видел в движениях и слаженной работе рахни искусство.       Многие из экипажа «Зенонуса» так и не отошли от шока после ремонта корабля при помощи джаггернаутов гетов и кварианцев. Обладая удивительными способностями поддерживать на ходу развалюхи, кварианцы быстро придумали, как вернуть «Зенонус» в строй при минимальных затратах. А платформы гетов работали так точно, что оставляли любых органиков позади. Они не тяготились гнетущими и пожирающими душу мыслями. Гетам не требовалось время на скорбь. Не было необходимости собирать последние капли воли. Их общий разум не был подвержен сомнениям.       Поймав себя на зависти к холодным головам гетов, Актор вспомнил о стимуляторе. Отсекая все лишнее, он оставлял лишь приказы и инстинкты. То, что было необходимо именно сейчас. Вряд ли многим удастся дожить до проявления побочек. И кто придумал, что умирать нужно в светлом уме и трезвой памяти?..       Проведя успешную стыковку с заправочной станцией, Актор откинулся в кресле, разминая костяшки пальцев. Пилотирование «Зенонуса» избавило его от нудных занятий на вынужденных остановках. Участвовать в погрузках припасов и мелком ремонте от него больше не требовали. Подобие пит-стопа давало Актору время на отдых.       Линк ушла обсудить проблемы нового оборудования, оставив Актора в одиночестве. Послеобраз мониторов не хотел проходить. Потерев глаза, в которые будто насыпали песок, Актор открыл почту на терминале. Официального доступа у него не было, но надсмотрщик в виде контрабандистки плевать хотел на это.       Нет новых сообщений.       Актор цеплялся за образ Майи, как за воспоминание о годах без оружия и смерти. О мирном времени… далеком и нереальном. Будто сон или бред во время контузии. Островок безопасности между покрытыми смертями дорогами. Позади этого островка – бессмысленные убийства во благо Иерархии, а перед ним безнадежная война с непобедимыми машинами. А на нем, на островке – танго. Сидя за пультом управления военного корабля, Актор с трудом мог уложить это в своей голове. Неужели когда-то действительно преподавал человеческие танцы?..         В неконтролируемом порыве Актор отправил Майе два письма. Один раз у нее получилось вытащить его с эмоционального дна. Бессознательно подать руку помощи. Пожирающие чувство вины и дикая боль потери закапывали Актора все глубже. Отправленные письма были мольбой. Будто душа Актора пыталась цепляться за жизнь в поисках хотя бы крошек тепла.       Рядом с иконками отправленных писем пульсировало уведомление – получено и прочитано.       Поначалу часто, а теперь уже без особой надежды, Актор проверял почту. Если после прочтения обоих писем ответа так и не последовало, это ли не намек?.. А точнее – указание на дверь.       Актор почувствовал очередную волну гнева. На все и всех. Больше всего – на себя. Резко встав, Актор ухватился за спинку кресла. Затекшие в сидячем положении ноги не сразу вернулись в нормальное состояние.       – Духи!.. – Актор нагнулся, пытаясь размять ноющее колено. В нынешнем физическом состоянии даже мысли о танго были нереальными. – Да я просто гребанная развалина! Под стать кораблю.       Дождавшись более-менее нормального отклика в ногах, Актор поковылял в сторону медблока.       Пустое помещение медицинского отсека было наполнено гнетущей атмосферой потери. Вещи Элькира никто так и не убрал. Будто боялись спугнуть призрак. Разбросанные по столу записи и журналы. Заметки, примагниченные к стене. Коллекционная фигурка Бласто. Куртка на подлокотнике стула. Коробочка с азарийскими леденцами… За свою недолгую жизнь он проявил себя тем, кем когда-то мечтал быть Актор. Героем. Турианцем с большой буквы. Иронично, что у мальца, выросшего среди азари, это получилось куда лучше.       Шаги до шкафа с медикаментами были неспешными. Без суеты и торопливой неловкости. Принятое решение казалось само собой разумеющимся. Один раз не считается. По сравнению с тем, как многие употребляют, капля. А война – оправдание, с которым сложно спорить. Все для эффективности.       Актор провел рукой по металлической дверце шкафа. Где-то там скрывалась доза стимулятора, способная отмести все проблемы. Надуманные и реальные.        Ладонь легла на сенсорную панель замка.       Выпить после тяжелого дня считается нормой. От алкоголя скатывается в бездну куда больше народу, чем от армейского стимулятора.       Оправдываясь перед собой же, Актор подергал дверцу.       Заело?       Пара более сильных рывков не дали результатов.       «В доступе отказано!»       Надпись с красной подсветкой запищала на экране.       Мандибулы вздрагивали при каждом резком выдохе. Нарваться на препятствия по пути на дно – очередной провал и пинок под зад от судьбы. Видимо, получить желаемое у Актора не получится, вне зависимости от того, в какую из сторон он пытается идти.       Поступки и решения, которые казались правильными и достойными выходили боком. Выливались непредсказуемыми последствиями. И неизвестно, чего больше приносили – страданий или пользы.       Уперевшись лбом в дверцу шкафчика, Актор вдарил по нему кулаком.       – Мейван заблокировал, – буднично сказала Линк. Казалось, попытки Актора добраться до стимулятора ее нисколько не удивили. – Правда, он думал, что сорвется кто-нибудь из близнецов.       – Ты за мной везде ходишь?!       – С удовольствием бы этого не делала. Но сейчас – я тут не из-за тебя. Зацепилась за балку во время погрузки.       Актор оттолкнулся от шкафчика и посмотрел на Линк. Стоявшая в нескольких метрах от него, она прижимала к ладони тряпку. Сквозь серую ткань – видимо, куска рабочей робы – просачивалась кровь. Линк старалась держаться, но один из тонов ее субгармоники выдавал боль и стыд.       Внутренней голос Актора неприятно уколол фразой: «Может, хватит думать, что все вокруг тебя вертится».       – Помочь? – спросил Актор, думая про себя, к чему на этот раз может привести его попытки сделать как лучше? Занесет заразу, из-за чего Линк ампутируют руку?       Линк слегка поломалась и с неохотой согласилась. Она уселась на койку и протянула руку. Актор ногой подтолкнул катающуюся табуретку ближе к Линк. Устроившись перед ней, он взял ее руку, аккуратно размотал импровизированные бинты.       – Порез глубокий, но жить будешь, – заключил Актор, разглядывая рану. Она уже не так сильно кровоточила, но выглядела плачевно в подтеках масла, грязи и металлической стружке.       Прокатившись на табуретке около метра к раковине, он смочил одноразовое полотенце водой и вернулся к Линк. По сравнению с тем, какие раны получали солдаты – царапина. И, видимо, понимая это, Линк пыталась храбриться. Хоть и выходило плохо. Отвернувшись, она зажмурилась. Дыша через раз и вздрагивая каждый раз, когда Актор подбирался ближе к ране.       – Обработать бы, – более-менее очистив руку, сказал Актор.       – Пять-пять-семь-три-би-восемь-ка. – Линк кивнула на шкаф.       Актор встал и пошел к шкафчику. Панель отозвалась зеленым сигналом и щелчком замка. Беглый осмотр помог найти не только искомый антисептический порошок, но и ампулы со стимулятором на полке выше.       Взять один, пока она не видит? Или вернуться позже?..       – Не нужно…       Обернувшись через плечо Актор заметил, что Линк следит за каждым его движением.       – Мне, в общем-то, все равно, что ты с собой делаешь. Раз уж ты меня не сдал, я закрываю глаза на твои «тайные» выходы в Экстранет. Но если продолжать принимать эту штуку, побочки могут вылезти в самый неподходящий момент.       Взяв антисептик, Актор с силой захлопнул дверцу. Разорвав одноразовую упаковку, Актор сел обратно, придвинувшись ближе к Линк. Когда он взял ее руку в свою, Актору передалась ее дрожь.       – Будет щипать, – сообщил он, нацеливаясь на рану.        Линк задержала дыхание и вся вжалась в койку. Как только первые крупицы обеззараживающего порошка упали на рану, Линк вздрогнула. Впилась свободной рукой в плечо Актора. Шипя и пенясь, лекарство выталкивало из раны частички грязи. Линк тихо замычала сразу в нескольких тональностях и уперлась головой в плечо Актора.       – Почти все, – сказал Актор, наблюдая за действием лекарства.       Заполняя собой пространство раны, оно стягивало ее края. Эти порошки могли спасти на поле боя, поэтому небольшая рана Линк на глазах покрывалась защитной корочкой. Заклеив ее эластичным пластырем, Актор повертел руку Линк, будто оценивая свою работу.       – Вроде все. – Актор отпустил ее.       Линк подняла на него пристальный взгляд. Ее рука соскользнула с плеча. Прошла по грудной клетке и опустилась к бедрам. Ее прикосновения были приятны и легки. Актор расслабленно опустил плечи. Но нахлынувшее через несколько секунд озарение выбило всякие положительные эмоции. Линк не пыталась таким образом проявить внимание или соблазнить. Она проверяла карманы.       – Думаешь, я успел закинуть стимулятор в карман или пытаешься камушек свой нащупать?! – Актор отбросил ее руку в сторону.       – Да на тебя смотреть страшно последнее время! – прикрикнула Линк. – Только Духи знают, что от тебя ждать! Если бы я не помешала, ты бы уже зубами дверцу шкафа прогрызал!       – Тебе ли не похер?!       Актор отошел к раковине, включив воду, попытавшись сбить холодной водой смесь негодования с ощущением облома. Ее мимолетные прикосновения оказались приятнее, чем он мог ожидать. От них улетали поганые мысли почти так же хорошо, как от стимулятора.       – Я нормально управлялся с пилотированием и под стимулятором. – Оправдания звучали неестественно и банально. –  Даже лучше обычного.       – Только дозы уже превысили все рекомендации. Пытаешься не достаться Жнецам живьем? – Линк подошла к нему со спины. – Мы все в шоке от того, что случилось с Сай. Но ты сам знаешь – мы на войне. И она это прекрасно знала. «Зенонус» могли подбить в любой момент.       – Мне уж точно не нужны советы той, что рисковала жизнью целого отряда ради безделушки! – Актор резко развернулся, оказавшись к Линк вплотную. – Разве такая как ты способна понять?! Что ты вообще можешь знать об ответственности за свои поступки?!       Замах Линк Актор перехватил почти у самого лица. Повторная попытка удара завершилась захватом второй руки. Разведя их в стороны, Актор готовился увернуться от пинка или удара лбом.       Линк вскинула голову. Пронзительный блеск в глазах и быстрое вздрагивание небольших мандибул. Не вырывалась и не предпринимала попыток к дальнейшему нападению.       На инстинктивном уровне Актор понял, что его захват был ей куда приятней, чем она хотела показать. Решил проверить свою теорию. Ослабил хватку, так что Линк в любой момент могла встать удобней или освободиться. Увидел в ее бездействии призыв к действию. Может, Актор изначально не ошибся в природе ее прикосновений.       Актор властным движение положил ее руки себе на плечи. Потянулся к креплениям ее комбинезона, отщелкивая их по одному.       – Что ты делаешь?! – яркость переливов ее субгармоники не дала и шанса изобразить праведное возмущение. Нижние полутона выдавали накатывающее желание. Любые слова, сказанные турианкой в такой тональности, сразу же показывают истинное настроение.       – Я не собираюсь играть с тобой в изнасилование или уламывать. Если что-то не устраивает, говори прямо.       Линк замерла, видимо, обдумывая услышанное. Ответила кивком, позволив Актору продолжить. Когда он закончил с ее комбинезоном, она помогла стащить его. Оставшись только в нижнем белье, Линк смущенно обхватила свою талию. Если бы не убитое моральное состояние Актора, он мог бы даже умилиться подобному поведению и повести себя более галантно. Но ему хотелось быстрее добраться до кульминации. Ощутить прилив энергии и кайфа. Забыться в приятных ощущениях и, пускай ненадолго, почувствовать себя лучше.       Притянув к себе Линк, Актор убрал ее руки, обхватив за талию. Точеная и упругая, она переходила в острые выступы тазовых костей. Изучая ее тело на ощупь, Актор нагнулся к ее шее, глубоко вдохнув запах возбуждения, источаемый ею. Запах, почуяв который в пубертатный период можно было долго мучиться от неуместной эрекции. Увлекшись азари, а потом и вовсе занимаясь сексом с человеком, Актор успел подзабыть, как может вскружить голову запах, продуманный для этих целей самой природой.       Поначалу стоявшая столбом Линк стала дрожать. Актор надеялся, что от возбуждения. До безумия красиво заурчала, когда Актор, не опасаясь сильно навредить, прикусил ее шею. Не известно, кто в этот момент получил больше удовольствия. Актор, дав полную волю своим рукам и зубам. Или Линк, подставившая шею для новой порции укусов.       Перейдя на взаимные ласки, она бегло прошлась ладонями по телу Актора в поисках застежек. Освободила от узких штанов. Ответила Актору столь же сильным укусом в шею. Царапая руками незащищенную пластинами кожу живота, Линк, будто случайно задевала член Актора. Прикасалась украдкой и едва ощутимо. Не ради того, чтобы доставить какое-то удовольствие, а скорее для собственного любопытства. Актору даже казалось, что таким образом Линк прикидывает размеры, которые собиралась принять. Пока руки Линк изучающе блуждали внизу, ее язык проскользил от ямки между ключицами и остановился на подбородке.       Специи…       Специи от вяленого мяса пробивались через одурманивающий Актора запах. Чтобы не потерять настрой, Актор задрал голову, отклоняясь в сторону. Не поняв его реакции, Линк слегка замешкалась. Неуверенно замялась. Воспользовавшись ее отступлением, Актор развернул ее лицом к раковине. Избавив их от остатков одежды, Актор прижался к спине Линк.       Не думать о том, что можешь убить или покалечить неосторожным движением, позволяет быстрее перейти к делу и не тормозить себя осторожностью. Запустив руку между ног Линк, Актор убедился в ее готовности. Минуя большую часть предварительных ласк, он направил в нее член. Ухватился за ее бедра, толкнувшись внутрь.  Прорычав, Линк тут же качнулась ему навстречу. Держась за край раковины, Линк изогнулась в спине, шире расставив ноги.       Подстроившись под ритм Актора, Линк сдавливала его член внутри себя. Стенки ее влагалища сокращались и давили при каждом толчке. Слишком хорошо для такого длительного перерыва в сексе. Нагнувшись к ее шее, Актор прикусил ее кожу поверх крепких мышц. Ухватившись одной рукой за выступ на груди Линк, Актор тянул ее на себя. Закрыл глаза, наслаждаясь восхитительными ощущениями внутри нее. Совершенно не думал о том, получает ли хоть часть такого же удовольствия Линк. Духи… Да Актор наконец-таки вообще ни о чем не думал. Самопровозглашенный титул чуткого любовника был отложен до лучших времен.       Выпрямившись, Актор обхватил тонкую талию Линк, так что пальцы соприкоснулись друг с другом. Стал подмахивать ее телом, торопливо ведя себя к кульминации.       В голове мелькнула искра осознанности. Выйдя из нее в последний момент, Актор ухватился за член, пару раз проведя по стволу. Уперевшись свободной рукой в спину Линк, он кончил, обильно заляпав тумбочку и пол. Тяжело дыша, похрипывая при каждом выдохе, Актор полностью отдался этому восхитительному чувству только что пережитого оргазма.       – А ты… оптимист… оказывается… – тяжело дыша и прерываясь на игривое мурлыканье, сказала Линк. –  Планируешь дожить до момента, когда моя беременность может стать проблемой? А вот ЗППП без презерватива тебя мало беспокоили.       – Помолчи, – сквозь зубы процедил Актор.        Ее намеренность поболтать разбивала звенящую пустоту в голове. Ту, ради которой Актор был готов отдать все, что имел. Безмятежность. Сладкая истома. Вырывающее из реальности мимолетное наслаждение.       Молчать у Линк получилось, а вот стоять смирно – нет. Копошась и пытаясь выкрутиться, чтобы разглядеть Актора, она окончательно вернула его в реальность. Актор отпустил ее.       Развернувшись, Линк уставилась на него с вопросом в глазах. Чего-то ждала, то оглядываясь вокруг, то вновь смотря на Актора. Опять дрожала.       – Я чист, – подбирая свои брюки, сказал он.       – Что?..       – Ты про ЗППП спрашивала. Поздно уже, конечно, такие вопросы поднимать. Но если интересно – у меня все в норме.       – Да я так… Просто... Не думай, я… – Линк запнулась, глядя в пол.       Актор встряхивал мятые брюки. Из кармана выпал тот самый камень – реликвия семьи и вещь, к которой Линк «вели сами Духи». Потупив взгляд на переливающуюся безделушку, Актор нагнулся и подобрал его. Взвесив его в руке, он вспомнил, на что шла девушка, с которой он только что занимался сексом ради этой штуковины. Молча подойдя к Линк, Актор положил камень на край раковины и вернулся к приведению себя в порядок.       – Ты… Думаешь, я?.. – Голос Линк был сиплым и удивленным, пока не перерос в яростный рык. – Ну ты и мудак!         Спешно собрав свои вещи, она натянула их. Злобно скрипя мандибулами, она забрала свой камушек. Повторив напоследок уже тише, но с куда большей яростью:       – Ну ты и мудак…       Актор оделся. Прибрал последствия их связи. И хоть свое поведение он не мог назвать достойным, ему стало лучше. Даже мелькнула тень умиротворения. Словно скинув с плеч накопленное напряжение, Актор заметил, что его потянуло в сон. Подкравшись, зевота чуть не вывихнула челюсть. Наконец усталость и разбитость имела приятное происхождение. Пусть и не самое благородное.       Разве что недоразумение с этим камнем… Некрасиво вышло. Наверное, все же надо будет объясниться. Завуалировано назвать Линк шлюхой в планы Актора не входило. Возвращение камня, который и так не собирался оставлять себе, было импульсивным поступком. Плохо обдуманным жестом под влиянием полученного удовольствия. Как подать водички или учтиво прикурить сигарету.       Поправив все как было до их прихода, Актор похлопал по спинке стула доктора.       – Приятель, если ты тут где-то и правда летаешь – не обессудь.  – Нелепый разговор с призраком, а может, и с воображаемым другом вызвал у Актора улыбку.  – Позаботься там о Сай. И… скажи, что мне очень жаль.       – С кем говоришь?.. – неожиданное появление Мейвана заставило вздрогнуть.       – Сам с собой, – ответил Актор.       Мейван сделал несколько шагов по медблоку и остановился, принюхиваясь.       – Почему… – Надбровные дуги Мейвана сдвинулись, придавая ему озадаченный вид. – Почему тут пахнет сексом?       – Сам в шоке, – Актор попятился к двери.       – Ага… Рожу-то свою довольную видел? – Мейван покачал головой. – Своим привычкам ты не изменяешь, да?       – Если вы не возражаете, капитан, я вернусь на свое место.       – На свое место, – хмыкнул Мейван.  – Думаю, мы оба знаем, где оно на самом деле.        Разговоры с Мейваном не клеились, несмотря на редкие попытки. В каком бы тоне они их ни начинали. Воспринимать Мейвана как своего капитана Актору было сложно. В официальном обращении слышалось неприятие и даже издевка. А разговор с Мейваном – старым другом – быстро переходил в упреки. Слишком долго Мейван злился. А Актор уже не мог перестать резко парировать даже оправданные выпады.       – Я тебя не отпускал, – сказал Мейван, когда Актор попятился к выходу.       Актор вытянулся, слегка расставив ноги и скрестив руки за спиной. Задранный подбородок и пустой взгляд, направленный в дальний угол. Образцовая стойка того, кому слова не давали.       Мейван едва слышно выругался.       У шкафчика с медикаментами Мейван встал так, чтобы прикрыть собой вид на панель. Судя по движениям, он вбил код, который Актор уже и так знал. Мейван осмотрел содержимое и подсчитывая количество стимуляторов.       «Линк его попросила?..» – подумал Актор. – «Решила, что я сопру парочку?»       По заметно затянувшийся блокировке шкафчика Актор понял, что Мейван меняет код.       Точно не обошлось без совета Линк.       Актор почувствовал пощечину по самолюбию. Сразу после секса она побежала к Мейвану и неизвестно чего наговорила. Причина, скорее всего, крылась в оскорбленных чувствах Линк. Но Актор приписал к этому и статус плохого любовника.        Мейван снова принюхался. Потряс головой, будто пытаясь избавиться от появившихся там образов. Подойдя к системе управления вентиляцией, он выкрутил циркуляцию воздуха на максимум.       – Надеюсь, твоя неспособность удержать член в штанах не приведет к проблемам. – Мейван направил лицо к холодному потоку воздуха.       – Не понимаю вопрос, капитан.       – Заканчивай этот цирк, – устало отмахнулся Мейван.       Он хотел было сесть на кресло дока, но передумал. Отойдя в сторону, он сполз на пол, оперевшись спиной о шкаф. Мейван выглядел удрученным. Забитым и осунувшимся. Вся массивность его внешности будто сдулась. Когда сыпется тот, кто кажется несгибаемым стержнем, большинство своих проблем кажутся мелочными. Видимо, до ручки дошел не только Актор. Но если он остался без какой-либо моральной поддержки только по своей вине, Мейван отгородился ото всех, потому что не умел по-другому.        Актор почувствовал, что сейчас не время пререкаться. Печально оглядев старого друга, сел рядом.       – Знаешь, после отлета с Фиакса, – начал Мейван, будто разговаривая с противоположной стеной, – я две недели со стимуляторов не слезал. Все казалось, что должен сделать больше. Лучше. А сон – непозволительная роскошь. Если все же полезешь за дозой, учти, у меня, перед тем, как соскочил, выпало зрение. Готов ли ты сидеть за штурвалом, зная, что в любой момент можешь ослепнуть? Мне кажется, ты в своей жизни и так достаточно натворил.       От столь откровенного разговора Актор растерялся.       – А сейчас как? – поддавшись глупому импульсу, Актор помахал ладонью перед лицом Мейвана.       – Нормально, – Мейван отмахнулся от мелькающей перед лицом руки. –  Эффект оказался временный. – Он опять обратился к противоположной стене. – Я смертельно устал бояться, что ты вытворишь что-нибудь. Пожалуйста, избавь меня хотя бы от мыслей, что мы можем погибнуть из-за твоей тяги к стимуляторам.       Не приказ или укор. Просьба...        – Зачем же ты вообще взял меня на корабль? – спросил Актор, так же найдя собеседника в стене.       – Знал бы, сколько раз уже пожалел об этом решении. – Мейван хмыкнул. – Хотел посмотреть, что с тобой стало за эти годы. Может, пару раз дать по морде за былые заслуги.       – Никогда не отпустишь ту ситуацию?       – Ты запер меня в кладовке! Принял решение, подкосившее столько жизней! И какой выхлоп? Ради нескольких сестер «Затмения» ты: устроил международный конфликт; получил клеймо предателя; подвел под трибунал всех, кто прикрывал тебе спину! И до сих пор не понял глупый максимализм своего поступка.       – Сам знаешь, что там были не только сестры «Затмения»! Как вообще можно было спокойно смотреть на то, что творил этот безумец?!       – Это было не в твоей компетенции.       Спорить не хотелось. Взвешивать ценность жизни друзей и незнакомцев – тем более. Особенно это было невыносимо после событий на Фиаксе. Не всегда получается предсказать, как спасение одних может отразиться на других. Вернись Актор на корабль сразу – Сай была бы жива. Не откликнись Актор на призыв солдат на поверхности Фиакса – чей-то сын или дочь, друг или отец отправились бы к праотцам. Из-за Актора погибла невеста друга, но, может быть, спаслась чья-то еще.       Актору искренне стало жаль людей, которые принимают решения о помощи после тщательного взвешивания. Управляющие ячейки Иерархии пытаются представить все возможные исходы и не видеть за цифрами живых. С каждой ступенью ответственность таких решений возрастает, исчисляясь миллиардами судеб на весах.       У Мейвана такой ответственностью был экипаж «Зенонуса». А прежде – подчиненные Холленара. В обоих случаях Актор подбрасывал своему командованию внезапные переменные, которые могли привести к непредсказуемым последствиям. Своими действиями Актор заставлял принимать решения за секунды и жить с их последствиями.         Во многом это не было внезапным озарением. Скорее, смерть Сай просто подняла эти мысли на поверхность. Может, Актор не жалел, что помог тогда азарийским наемницам и попавшим под руку гражданским, но совесть за подставу невиновных и близких людей грызть не переставала.       – Мне жаль… – Актор повернулся к Мейвану. – Без шуток, всяких «но» и оправданий. Мне жаль, что я столько раз подводил тебя.       Мейван кивком принял извинения. Встал. Печально посмотрел на пустое кресло Элькира.       – Я видел все, что происходило тогда на Фиаксе. Может, прямого приказа у тебя и не было, но... действовал ты с моего согласия. Поддержка летуна была необходима людям на погрузке.       Актор не знал, правда это или нет. Вполне возможно, что Мейван таким образом пытался хоть отчасти облегчить Актору ношу и отвадить от шкафа со стимуляторами. А может, побывав на Фиаксе и самолично прорываясь через Жнецов к челноку, Мейван ощутил личную близость к оставшимся на поверхности турианцам. В любом случае, Актор был благодарен когда-то доброму другу. Другу, которого Актор явно не заслужил.