Грязное желание

... путешествуют Посередине ночи пришлось проснуться. Гарри, хотя и зевал, выглядел весело и бодро; Брок - мрачно и кисло. Впрочем, сон как рукой сняло, когда он, прикоснувшись рукой к старому семейному фото, моментально и головокружительно оказался в другом доме. Дом впечатлил. Выйдя из гостиной, гость посмотрел вниз, вверх и задержал задумчивый взгляд на лестнице. - Что? - удивленно и весело поинтересовался хозяин. - Прикидываю, влезешь ли ты поперек. - В смысле? - У меня дома лестница уже. Тащил тебя наверх на плече. Гарри сначала глянул возмущенно, а потом хитро улыбнулся: - Вряд ли. Помнится, кто-то пел мне про бесконечность моих ног. Брок театрально закатил глаза и подхватил остряка под задницу; рука легла ему на шею таким естественным жестом, как будто они отрабатывали этот захват не меньше месяца. - Где спальня? - Иди-иди, я скажу, через сколько этажей повернуть налево, - фыркнули ему в шею. Ноги, кстати, прекрасно влезли между стеной и перилами. Но этажей явно было многовато. - Понастроили, вашу маму! В спальне все было прекрасно - и размер, и кровать. Захотелось поваляться и испытать матрас на жёсткость. - Брок! Мне на работу! - Мы по-быстренькому. Всё успеешь, просто не тяни резину. Да, а резина у тебя есть? Ну, ёб, тогда план "О"! В ванную Брока не пустили даже на экскурсию с мотивировкой, что "одним твоим глазком" - займёт не меньше получаса. Брок не стал настаивать, подгреб к центру кровати побольше подушек и развалился королём, раскинув руки, скрестив лодыжки и высокохудожественно слегка прикрывшись самым уголком одеяла. Собравшись, Гарри присел на край кровати и с улыбкой окинул взглядом идеальные, как нескромно полагал Брок, формы: - Останешься здесь? Брок сцапал за куртку, подтянул, чтобы поцеловать и ответил с сожалением: - Неплохо бы, но ни часов, ни телефона. - Тоже мне проблема. Кикимер! Броку немалых усилий стоило остаться лежать в расслабленно-открытой позе, когда недалеко от кровати материализовалось страшноватое существо, смотрящее на него с явным неодобрением. - Кикимер, это Брок Рамлоу, он может приходить и уходить, когда захочет. Разбудишь его... Во сколько? - Через три часа. Кивнув, ушастый исчез. После самого последнего и самого-самого последнего поцелуя исчез и его хозяин. Брок добавил в и так почти бесконечный список вопросов ещё парочку и спокойно закрыл глаза. Проснувшись, он немного поболтался по дому и ушёл к себе. Больничный закончился, пора было впрягаться. Накануне он написал Джеку, что с ним всё в порядке, что всё расскажет потом, а вернётся без предупреждения, чтобы посмотреть, как они там без него. А посмотреть было на что. Посетив медиков, Брок неспешным и беззвучным шагом подгрёб к раздевалке, мощным рывком распахнул дверь и охуел. Скорбные рожи - что приятно - изумленно и радостно вылупились. А вот то, что половина даже переодеться ещё не соизволила, было залётом. - Ш-ш-што сидим? - ласково прошипел командир, с удовлетворением наблюдая, как вытягиваются и бледнеют лица. - У вас сегодня десять миль с полной выкладкой, забыли? Не знали? Теперь знаете. А кто через три минуты не будет стоять на плацу, тот пятнашку побежит. "А завтра вы все её побежите". На построении Брок провёл личному составу энергичную накачку и малый взъёб-дренаж. К сожалению, излучаемые шефом радостные, если не сказать, радужные вибрации были восприняты коллективом правильно, а вот истолкованы неверно - как возможность слегка расслабиться и малость сачкануть. Незамеченным это не прошло, и на разборе полётов пришлось опять напрячь голосовые связки: - Вы что, решили папу наебать? Вы думаете, я забыл, как вы могли на прошлой неделе? Так вот, наебалка у вас ещё не отросла! Так что завтра всё то же самое, только в полтора раза больше. А кто не выбежит из норматива, я того лично вы... Сушу. Вольно! С чувством глубокого удовлетворения пронаблюдав, как дематериализуются деморализованные фигуры, Брок развернулся к Романоф, маячившей неподалёку, и вопросительно нахмурил лоб. - Энергия, смотрю, фонтаном. Душевный подъём? - с улыбочкой и ледяными глазами проворковала шпионка. - Я хожу. Прыгаю и бегаю. А не должен был даже ещё костыли примерять. Так что да, подъем. - А сам-то как насчёт наебать папу? Не приходило таких мыслей в голову? - Я как на ладони, блядь, какие ко мне вопросы? - огрызнулся Брок, вступая на хлипкую переправу. Ему ли было не знать, до чего дошли современные технологии слежения? Толком расспросить о свойствах магического прикрытия он так и не удосужился. Точнее, не успел. Ну ладно, не захотел, потому что хотелось совсем другого. Надо как-то уже начать разговаривать побольше, а не только трахаться. Тут же в памяти всплыла картинка утреннего отсоса в шикарных интерьерах, и была безжалостно, хотя и не без труда, притоплена обратно. Безопасность - прежде всего. Вот прямо сегодня и обсудить. И, наверное, ходить в Лондон лучше без сотового. Романоф уставилась в глаза, как будто пытаясь установить беспроводное соединение и скачнуть инфу прямо с мозга. Брок смотрел, слегка прищурившись, чувствуя, как постепенно приобретает вид лихой и придурковатый, на который у Нат, да и не у неё одной, аллергия. Шпионка слегка скривилась, разорвала зрительный контакт и удалилась. Брок выдохнул с облегчением, но тут же начал изнутри закипать - он свободный гражданин и имеет право на все, что не запрещено, и гулять по улицам в обнимку с красивым мальчиком в том числе. Как, скажите на милость, в таких условиях организовывать культурную программу конфетно-букетного периода? Впрочем, ни во вторник, ни в среду с выходом "в свет" как-то не задалось. Конечно, если бы они встречались на улицах города, у них был бы шанс куда-то сходить, неважно, поесть или развлечься. Но они встречались в гостиной, а стоящий там диван был всем диванам диван, и даже телепортироваться в спальню не возникало никакой нужды. А потом надо было поужинать, а потом поговорить, причём разговаривалось гораздо удобнее в горизонтальном положении, не размыкая объятий. Чем больше Брок узнавал про волшебный мир, тем больше понимал, что люди везде одинаковы. Хотят больше, чем могут сожрать; терзаются страстями; совершают глупости, подлости и подвиги. Глупости - всегда, подвиги - редко, подлости - мимоходом. Изредка социум порождает совсем уж отмороженных чудовищ, а в противовес им - наивных и честных парней с мощью выше среднестатистической. На эту шею тут же стремятся присесть все, кому не лень, а герой вздыхает, хмурит брови и идёт умирать, побеждая только вопреки и чудом. Чудо - вот единственное, что не познать, не понять, не пощупать и не измерить. Будучи материалистом и агностиком, Брок в силу профессии не раз встречался со смертью лицом к лицу, и в конце концов уверовал в её тёмное леденящее волшебство. Но то чудо, с которым он столкнулся сейчас, было другой стороной монеты; оно ошеломляло, оглушало и придавало жизни смысл. И нет, это не было чудо перемещения, превращения или любой другой балаганный фокус, внезапно ставший реальностью. Это было чудо горящего в сердце пламени; чудо их неслучайно-случайной встречи; чудо взаимности. Чудо, что ему, так долго и безнадёжно грезившему о недостижимом идеале, достался практически такой же идеал, только из другого мира. И на порядок идеальнее, да. Чудо, прст гспд, любви. "И всё-таки она существует!" - орал придурочным голосом кто-то внутри. А само это слово, короткое, круглое и гладкое, как стеклянный или стальной шарик, непрерывно каталось во рту, так и норовя вывалиться в самый неудобный и неподходящий момент. Приходилось следить за языком и даже иногда его прикусывать. Поздним вечером среды - скорее, ранней ночью четверга Брок со вздохом озвучил свои опасения по поводу вечерней встречи: - Мы с утра улетаем на дело. Телефон отключу. Когда вернусь, не знаю. - Ясно. Снимай жетон. После длительных раздумий, бормотаний и маханий палочкой Гарри посмотрел с усмешкой и спросил: - На скольких соображать будешь? - и, увидев недоумение, пояснил. - Последний шанс унести ноги - для скольких? - Ну, давай рыл на двадцать. Волшебник расхохотался, ещё поколдовал и вернул теперь уже сверхценный амулет с напутствием: - Начнёт подгорать - резко дергай цепочку. Главное условие - физический контакт между людьми, хоть мизинцем, хоть коленкой, хоть чем. Кто будет просто рядом стоять, пусть в дюйме, того не перенесёт. Удачи! Восточную Европу Брок не любил необъяснимой нелюбовью. И леса там были, и реки - есть, где спрятаться и как выжить. Но вот не лежала душа, и ничего с этим не поделаешь. И миссия не вызывала ни азарта - признака удачи, ни скуки - признака нежданных проблем. Попахивало Гидрой - именно её очередной неучтенный бункер, напичканный ценным оборудованием и информацией, предположительно находился в небольшом горном массиве между двух рек, вдалеке от городков и деревень. Романоф привезла их, высадила и игриво помахала на прощание ладошкой. Идти было недалеко; осенний лес радовал прохладой, горьковатыми запахами упавших листьев и увядающих трав. Ни гнуса, ни людей, ни следов зверей - прогулка на пикник в парке, да и только. Судя по гримасе Зимнего, подобная идиллия тоже не вызывала у него тёплых чувств, и лишь Роджерс, ритмично перебирающий длинными ногами, успевал не только озираться по сторонам, но и явственно наслаждаться пейзажами. Пещера выглядела настолько приглашающей, что заходить в неё не возникало ни малейшего желания. Диаметр входа не уступал диаметру трубы подземки, и никак не был замаскирован. Все датчики молчали, и лишь жопометр отчаянно сигнализировал об опасности. Они бесшумно вошли и начали продвигаться вперёд. Мало-помалу пещера становилась все больше, через невидимые расщелины сверху проникали тонкие лезвия солнечных лучей, освещавшие путь и крупные кости. Пахло падалью, дерьмом и почему-то гарью. Их уводило все левее и ниже, свет померк, сумрак сменился тьмой. Идти абсолютно бесшумно уже не получалось, ноги то и дело шаркали по невидимым в тепловизор камням. Внезапно Зимний встал, как замороженный, и подал знак "Тихо! Быстро! Назад!" Брок, шедший замыкающим, и знать не хотел, что там такое, просто встал и развернул парней в обратном направлении. Сзади них раздался какой-то шорох и скрежет, стук перекатываемых камней и непонятное лязганье. Пещера наполнилась звуками и эхом от них, и из-за этого не сразу стало понятно, что источников шума уже два, и они движутся навстречу друг другу, и точкой встречи станет их отряд. Ускоряясь, они почти выбежали из поворота направо, и в сумраке увидели то, что никак не ожидали. Чёрная ящерица с шипами на голове и хвосте и сложенными на спине крыльями - крыльями?! - шла по их следу настолько бесшумно, насколько это возможно для существа в несколько тонн. Увидев людей, она остановилась, оскалилась и издала рычащий скрежет, или скрежещущее рычание, как ни назови - громкий до физической боли звук. Из глубины горы ей ответили таким же воплем. Мысли скакали, как сумасшедшие - попробовать светошумовые, стрелять в глаза и удирать наружу, а там уже применять более серьёзный арсенал. Впрочем, все они испарились, как только тварь открыла пасть, но не стала орать. Изнутри начало пробиваться свечение, оно разливалось по глотке и белело, и Брок вдруг отчётливо понял, что сейчас произойдёт. Гриль. А, может, сразу пепел. - Сгруппировались! Взять впереди стоящего за предплечье! Кэп! Барнс! Вымуштрованная команда повиновалась, не вякая. Брок подпрыгнул к Роджерсу, закусившему губу, и толкнул его в центр людской кучи. Нашёл взглядом Зимнего, который был всё ещё далеко, слишком далеко, и его силуэт с каждой долей секунды чернел на фоне разгорающегося из глубины пещеры света. - Резче!!! Барнс прыгнул немыслимым для человека движением и рухнул на них сверху, а следом с двух сторон прилетело ревущее пламя и сомкнулось над их головами, затем расширилось, растеклось и заполнило все свободное пространство. Вот только людей там уже не было.