Нанако

Нанако было двенадцать, когда она отправилась на свою первую охоту с Гето-сама. Когда она была младше (намного младше), Нанако хотела увидеть мир. Хотела увидеть человечество за пределами своей семьи. «Глупые детские штучки», — подумала она. Идеалистическая призма, через которую они с Мимико смотрели на мир, естественно, исказилась и размылась с деревней, в которой она выросла, вернув ее в маленькое тело, полное страха и недоверия ко всему окружающему. И только с Гето-сама, постепенно, для них всё начало меняться. Гето-сама иногда ходил на «охоту», он так это называл. В основном это были поездки с целью поглощения проклятий в местные бедные районы, откуда обычно поступали сообщения о несчастных случаях. Иногда он ходил один, иногда с семьей. Однако Мимико и Нанако не разрешалось присоединиться к нему. «Вдруг с вами что-то случится» — говорил он им. Это раздражало. Это расстраивало. Нанако всегда хотела быть ему полезной, пожертвовать всеми своими силами и собой, чтобы облегчить хотя бы часть его жизни. Поэтому, когда ей и Мимико исполнилось двенадцать лет, то есть когда они стали считаться достаточно взрослыми, чтобы им позволили наблюдать в сторонке, как он побеждает мощные проклятия, она уделяла пристальное внимание всему, что делал Гето-сама. Более того, их сопровождал мужчина. Маг-проклинатель по имени Кай. Кай был значительно выше Нанако и Мимико (и, предположительно, намного старше), но всё равно был немного ниже Гето-сама. Он был одет во все черное, весь в браслетах, пирсингах и татуировках, на лице дерзкая ухмылка (ну и, если бы Нанако немного проглотила свое достоинство, она бы признала, что он милый). Кай был сильным магом-проклинателем. Возможно, сравним с Хасэ, в том, что он не только был способен подавлять проклятия, которые мог поглотить Гето-сама, но и в том, что он мог это сделать, не получив ни единой царапины. Конечно, это были проклятия только третьего уровня и ниже, но это определенно было на лигу больше, чем Нанако сможет когда-либо достичь. — Вы, девочки, должны смотреть и учиться, — сказал им Кай, ухмыляясь и обнажая зубы, и Нанако подумала, что, если бы обстоятельства были другими, он был бы удивительно заботливым старшим братом, на которого она могла бы положиться. Однако, Гето-сама, похоже, так не думал. Особенность понимания людей заключалась в следующем: гораздо легче узнать кого-то, понять его мысли и чувства, сопереживать ему, если все эти черты уже существуют внутри тебя. Основное правило. Это была одна из тех вещей, которые Гето-сама рассказывал им во время сказки на ночь, и это было то, что Нанако запомнила на многие годы. Мимико и Нанако боготворили Гето-сама. Они обожали его. Они любили его. Они сделали бы все, что он хотел, если бы он только попросил. За последние несколько лет, проведенных рядом с ним, Нанако с уверенностью могла сказать, что ни у кого не было такой преданности и самоотверженности по отношению к Гето-сама, как у них с тех самых пор как он спас их из деревни. Сейчас она видела нечто подобное. Это было странное зрелище. Она видела проблеск их обожания, отраженный в глазах Кая, нетерпеливых и ярких, пока они вчетвером бродили по пустынному зданию в поисках новых проклятий. Мужчина был в восторге. Он был счастлив быть здесь. Она не была уверена, ходил ли он когда-нибудь на охоту с Гето-сама раньше, но похоже, что это вполне мог быть его первый раз. Кай улыбался до ушей, сияя каждый раз, когда Гето-сама даже бросал взгляд в его сторону. Он был настолько переполнен энергией, что Нанако задалась вопросом, сможет ли он оставаться на месте более пяти минут, прежде чем их экскурсия закончится. — Я думаю, — прошептала ей Мимико, как только они оказались вне пределов слышимости, — думаю, ему нравится Гето-сама. Нанако сухо посмотрела на нее. — Ты так думаешь? Это было так очевидно. У Нанако было достаточно опыта наблюдения такого типа поведения у себя (хотя и с большим контролем, потому что она не была такой уж отстойной), поэтому она точно знала, сколько внимания Кай пытался получить от Гето-сама. — Это невероятно, сколько проклятий вы храните в себе, — сказал Кай, после нескольких минут обсуждения уровня силы проклятий, с которыми он сталкивался на протяжении всей своей жизни. Нанако внимательно слушала, потому что, несмотря на все это рвение, за которым было довольно тяжело наблюдать, он ей искренне нравился. — Есть ли у вас в запасе какие-нибудь проклятия особого уровня? Гето-сама посмотрел на него. Он шел впереди всех, на шаг впереди Кая, поэтому ему пришлось вытянуть шею назад, чтобы посмотреть на мужчину. — Нет, — сказал Гето-сама. Он снова носил одну из тех улыбок. Ту, которая подразумевала, что он просто был вежлив, а не доволен. — Но очень лестно с твоей стороны спросить. Кай хмыкнул. — Я слышал, что вы побороли проклятие особого уровня, разве нет? — Когда мне было пятнадцать, — ответил Гето-сама. Последовала пауза, а затем он добавил, подумав, — Но я был не один. Уши Нанако насторожились. Она не слышала об этом раньше. Мимико тоже, судя по мгновенному вопросительному взгляду, который она бросила на нее. Они знали бесчисленное множество историй о времени, когда Гето-сама учился, как из слухов, так и из рассказов самого Гето-сама, и хотя Нанако слышала о том, как он победил проклятие особого уровня, она не знала, что он был не один. (Чтобы Гето-сама — человек, которого она чаще всего видела в одиночестве, общающимся и руководящем только потому, что это было необходимо — работал в команде с кем-то настолько хорошо, что они изгнали самый высокий уровень проклятия, какой только существовал… Эта мысль была чуждой для нее.) Кай, казалось, был ошарашен не меньше ее. Он посмотрел на Гето-сама широко раскрытыми глазами, прежде чем снова взял себя в руки и выпрямился. — Что ж, в следующий раз, Гето-сама, — сказал он более протяжно, чем обычно. Выражение его лица теперь было немного другим: что-то безмятежное, но смущающее медленно появилось на его лице. — Если это не слишком настойчиво с моей стороны, в следующий раз я бы попросил вас прийти одного. Возможно, мы могли бы тоже вместе изгнать проклятие особого уровня, — добавил он, одобрительно окинув взглядом фигуру Гето-сама. Это заняло у нее несколько секунд, но глаза Нанако в конце концов расширились, как блюдца, когда до нее дошло, что Кай мог иметь в виду. Она была достаточно взрослой, чтобы понимать… или, по крайней мере, достаточно взрослой, чтобы знать, что на самом деле речь шла не об изгнании проклятий, в этом она была почти уверена. Верно? Несмотря на это, ее лицо потеплело, и, хотя Кай ей действительно нравился и она думала, что Гето-сама тоже не против его присутствия, Нанако почувствовала, как в глубине ее желудка начал кипеть страх. Конечно же: — Да, и не попросишь, — сказал Гето-сама. В его голосе прозвучала острая нотка окончательности. Это было сурово, настолько внезапно, что Нанако почти вздрогнула, несмотря на свою непричастность. Кай тоже моргнул. — Я… что, простите? — запнулся он, и его голос звучал так же смущенно, как и Нанако. — Я не попрошу? Гето-сама посмотрел на него. Взгляд его был безмятежен, спокоен, и уголки рта даже изогнулись вверх, но все без малейшего сомнения чувствовали, что это холодная улыбка. Сдержанная улыбка. — Это слишком настойчиво с твоей стороны, — он объяснял таким тоном, будто просто комментировал погоду, — и ты не попросишь. У Кая отвисла челюсть. Он смотрел, смотрел и продолжал смотреть на Гето-сама в шоке, а Нанако не могла найти в себе силы винить его, правда. Часто между словами Гето-сама и его поведением был такой огромный контраст. Иногда легко было неправильно понять и подумать, что ты нравишься ему больше, чем он показывает, если ты не знаешь его достаточно хорошо. — Ох, — наконец сказал Кай, опустив глаза. — Я… извините, мне не следовало… Гето-сама взмахнул рукой. Это выглядело как щедрость, но это был жест пренебрежения. — Не беспокойся об этом. — Он улыбнулся, а затем, после паузы, добавил отголоском предыдущего заявления голосом, мягким, как стекло, — Было очень лестно с твоей стороны спросить. Кай еще ниже склонил голову и ничего не сказал.

***

— Думаешь, — сказала Мимико, после того как они завершили экскурсию и теперь возвращались в свою комнату, — Гето-сама отвергает людей только ради нас? Нанако быстро шла впереди. Она хмурилась, не понимая, откуда взялось ее раздражение. Внутри нее было недовольство с того странного момента между Гето-сама и Каем, оно сохранялось и после, на протяжении всей их охоты, даже когда оба мужчины делали вид, что все в порядке и нормально, даже когда они шутили и эффективно сражались со множеством других проклятий, которые нужно было поглотить. — Не зазнавайся, Мимико, — сказала Нанако. Она была рада, что они теперь одни. Никто больше не мог услышать, как она расстроена. — Конечно, нет. — Тогда почему он продолжает отказывать людям? — спросила Мимико. — Он очень нравился Каю. У Нанако не было ответа на этот вопрос. Она только ускорила шаг, желая добраться до кровати и рухнуть на нее.

***

*** Иногда Нанако задавалась вопросом, как Гето-сама может быть так уверен. Иногда она задавалась вопросом, как он мог всего лишь один раз поговорить с незнакомцем, а затем с уверенностью решить, что это не тот человек, которого он мог бы впустить в свою жизнь и сердце, как бы сильно другой человек этого ни хотел.