All the Sweet Tales

      Сегодня… В десять часов вечера, в его комнате… как будто он записался на приём к врачу или что-то в этом роде! Что, Рацио устроит ему обследование?!       О… ну да, он мог думать об этом и так, как предполагалось… очень тщательный, интимный осмотр, с очень инвазивным лечением всех недугов, отягощающих его организм…       Кашлянув, Авантюрин тряхнул головой и попытался привести в порядок своё воображение.       Блин… он не понимал, как после этого Рацио удалось провести вечер нормально. Иногда хотелось, чтобы доктор преподал несколько уроков о том, как быть бесчеловечным.       Авантюрин едва ли осознавал, что на самом деле произошло в течение четырёх часов после их разговора. Он всë ещё не мог поверить, что Рацио решил перенести их… обязательства на такое далёкое будущее.       И… что доктор хотел этим сказать? Что есть способы оплодотворить его? Есть?!       Они вместе поужинали, хотя Авантюрин не помнил, ел ли вообще. В какой-то момент он поймал себя на том, что смотрит на ложку с открытым ртом, думая, что уже положил её в рот, хотя на самом деле был заморожен бог знает сколько времени.       Рацио, должно быть, заметил, но ничего не сказал и вообще не вёл себя как-то странно.       В какой-то момент ужин закончился. Авантюрин вспомнил, как его вывел из оцепенения тихий вздох и мягкое тепло, коснувшееся руки. Он стоял у раковины и без конца сливал мыло в канализацию, а Рацио только что бочком подошёл к нему.       — Раз уж ты приготовил ужин, я помою посуду, — устало сказал мужчина, хватая пузырь с мылом и аккуратно ставя его на стойку. — Просто иди и расслабься.       Р… Расслабиться? Как расслабиться?       — Откуда мне знать? Посмотри телевизор, или что там ещё дураки любят делать в свободное время.       О, чёрт, он что, сказал это вслух?       — …Да, — Рацио озабоченно нахмурился. — Ты хорошо себя чувствуешь?       — Ах… а-ха-ха… да…       Он подошёл и сел на диван, как предлагал Рацио. Но он не был уверен, что именно тот там делал и не забыл ли вообще включить телевизор. Честно говоря, он мог бы просто тупо уставиться в чёрный монитор.       Некоторое время спустя Рацио подошёл и слегка тронул за плечо. Авантюрин был так поражён, что чуть не подпрыгнул. Если бы не тот факт, что в его нынешнем положении вставать было трудно, мужчина, вероятно, врезался бы головой в подбородок Рацио.       Он оглянулся через плечо и сразу же был поражён сияющим великолепием доктора. Или, может быть, это был эффект от лампы на потолке позади?       В любом случае, пришлось прищуриться. Рацио выглядел так, словно только что вышел из ванны — кудри были немного влажными, а одет он только в халат. Сухожилия и мышцы его шеи и ключиц были особенно чётко очерчены в тёплом свете, и Авантюрин почувствовал, как непроизвольно потекли слюни, когда он уставился на них.       — Твоя очередь мыться, — сказал мужчина, хотя Авантюрину потребовалось некоторое время, чтобы по-настоящему настроиться. — Не торопись, убедись, что ты как следует подготовился к сегодняшнему вечеру. Дай мне знать, если тебе понадобится помощь.       — А… ага…       Он встал, кутаясь в одеяло, и поплёлся в спальню. Зашёл в ванную, закрыл дверь и только потом понял, что не взял с собой ни единой вещи. Он попытался вернуться в спальню, но в это время из коридора в комнату вошёл Рацио. Вздрогнув, Авантюрин тут же захлопнул дверь ванной.       На мгновение он застыл по другую сторону двери, сердце бешено колотилось. Рацио, без сомнения, сейчас удивлённо приподнимал бровь…       Блять…       Послышались шаги, затем в дверь громко постучали. Авантюрин напрягся и отшатнулся от двери, с опаской поглядывая на неё.       — …Ты ведь не взял с собой никакой одежды, верно?       Приглушённый голос Рацио звучал язвительно.       — Открой дверь. Я принёс тебе халат.       Съёжившись, Авантюрин схватился за дверную ручку и неуверенно попытался на неё нажать. Странно, он вдруг почувствовал такую же слабость, как в день выписки из больницы… казалось, он не мог ухватиться за неё как следует…       — …Отопри, я сам открою, — в конце концов раздражённо произнёс Рацио.       С колотящимся сердцем Авантюрин щёлкнул замком, и мгновение спустя дверь слегка приоткрылась.       — Вот, — В щель просунулась рука, протягивая ему белый халат. Испытав облегчение или, возможно, лёгкое разочарование — он представлял, как Рацио врывается в комнату, прижимает его к стойке в ванной и с силой стаскивает штаны, рыча: «раз ты такой некомпетентный, я сделаю всё за тебя…», — Авантюрин с бормотанием схватил халат.       — Спасибо…       После этого дверь закрылась, и Рацио оставил его одного.       Авантюрин пошёл в душ. Но был настолько ошеломлён и сбит с толку, что даже не понял, что происходит. Вероятно, он тупо стоял под струями воды, пока тело инстинктивно не почувствовало, что пора выходить.       Полагаясь исключительно на инстинкт, он соблюдал стандартную процедуру принятия ванны. Яшма привила множество манер и привычек после того, как он присоединился к КММ… «Как один из наших сотрудников, ты должен быть уверен, что всегда выглядишь презентабельно», — вот, что она сказала. Сушить волосы феном, чтобы они были уложены правильно, пользоваться средствами по уходу за кожей и лосьоном, дабы оставаться «ценным приобретением» на долгие годы… всему этому она заставила его научиться. Авантюрин никогда не думал, что это так пригодится.       А ещё… сомневался, что Рацио заботило, как он выглядит. В конце концов, доктор уже видел мужчину и в гораздо худшем состоянии.       Когда Авантюрин, наконец, вышел из ванной, он успешно принял душ, вытерся и надел халат.       Однако так нервничал, что едва мог ходить.       Свет был приглушён до чувственного тёмно-золотого, и Рацио ждал в постели, читая книгу. На нём был всë тот же халат, но немного просторнее на груди, обнажая большую часть кожи. На прикроватном столике рядом с ним были разложены привычные принадлежности — полотенца, флакон смазки и презервативы.       Рацио опустил книгу.       — Готов?       Голос мужчины был совершенно спокоен. С таким же успехом он мог спросить, готов ли Авантюрин к… к… Чёрт возьми, что они делали вместе такого, что не было бы похоже на любовь в наши дни? Спали? Ужинали? Разве всё это не было тоже довольно интимными вещами?!       Авантюрин шагнул вперед, крепко сжимая подол своего халата.       — Ну… Да?..       Боже милостивый…       Его второе «я» съёжилось от невыносимого стыда, но Рацио, казалось, не чувствовал себя неловко. Тихо усмехнувшись, мужчина поднял руки и жестом пригласил Авантюрина войти в его объятия.       Как только он оказался в пределах досягаемости, Рацио схватил Авантюрина и притянул к себе. Тот засопел, поражённый, внезапно охваченный тревогой, но потом… потом их губы соприкоснулись… и Авантюрин растаял.       Ах… какое знакомое, отрадное чувство… казалось, что все его эмоции слетели с языка. Все его колебания, страх и страстное желание… поднимались из груди и исчезали из тела, оставляя пустоту, но покалывая… готовое наполниться чем-то другим.       — М-м-м…       Он услышал, как дыхание участилось. Их языки скользнули друг к другу, и по мере того, как поцелуй углублялся, руки Рацио начали двигаться. Авантюрин почувствовал, как они скользнули вниз по его затылку и спине, следуя по изгибу позвоночника ниже… к пояснице. Пальцы Рацио задержались там на мгновение, обхватывая его, без сомнения, удивляясь тому, как ему удаётся обхватить руками талию Авантюрина почти целиком. Затем его руки скользнули внутрь, ослабляя пояс халата, раздвигая ткань и… проникая внутрь.       Обнажённая кожа скользнула по нему, лаская изящные контуры живота. Авантюрин поморщился и замолчал, судорожно вздохнув, напрягшись, когда по телу пробежала незнакомая дрожь.       Рацио не остановился, но тихо пробормотал:       — Скажи мне, если я буду слишком быстр.       — Угу… — Не в силах встретиться взглядом с мужчиной, Авантюрин просто кивнул. Он стоял там, у кровати, закусив губу и съёжившись, пока Рацио продолжал слегка прикасаться. Пальцы мужчины скользнули по его тазовой кости, по худому животу, по чётко очерченным рёбрам. Авантюрин услышал, как Рацио вяло вздохнул, и ему стало интересно, о чём тот подумал… но прежде чем он успел спросить, Рацио наклонился, и их губы снова соприкоснулись.       — М-м-м…       В голове стало совершенно пусто. По черепу пробежали странные толчки. Авантюрин никогда раньше не испытывал ничего подобного… он не смог сопротивляться, даже когда Рацио дёрнул его вперёд и заставил упасть. Наткнулся на мужчину и почувствовал, как чья-то рука обхватила за талию, удерживая на месте, когда его плавно перевернули и повалили на кровать.       — М-м-м…       Рацио перелез через него, заглушив последний вздох, прежде чем скользнуть губами ниже, к другим частям тела Авантюрина.       Шея, затем затылок, ключица.… Рацио с поцелуями медленно спустился вниз, попутно распахивая халат Авантюрина и отодвигая ткань от его тела.       — Нгх…       Авантюрин прикрыл рот рукой, изо всех сил стараясь сдержать стоны. Он был сбит с толку… чувствовал, что задыхается, нервничает и слабеет. Что происходит? Почему он так стесняется? Вряд ли это была самая непристойная вещь, которую Авантюрин когда-либо делал. Почему вёл себя так, словно его лишили девственности? Как будто это был первый раз, когда кто-то целовал тело?       Или… э-э-э… подождите… кто-нибудь когда-нибудь целовал его там раньше?.. В самом деле… может быть, и нет… по крайней мере, определенно, не таким образом…       Руки Рацио скользнули с его талии к бёдрам, затем — вниз по ним и опустились на колени. Там, нежно, но крепко обхватив, мужчина раздвинул его ноги. Мягкие, влажные прикосновения скользнули по внутренней стороне ног и поползли вверх по бёдрам.       Авантюрин услышал, как дыхание участилось, когда тот приблизился к слегка пульсирующему паху. Прерывисто дыша, он схватил мужчину за кудри и чуть потянул, преодолевая сопротивление.       Подожди… подожди, я не готов…       Это промелькнуло в голове, но Авантюрин прикусил губу, не в силах произнести это вслух. Он не хотел, чтобы Рацио раздражался или злился на него… не хотел, чтобы они останавливались. Подумал о том, что сделал с ним тот поцелуй, и о том, что пути назад уже не было, и почувствовал укол страха, но…       Ноющее шелковистое тепло окутало пах, и всепоглощающее блаженство вытеснило все его мысли.       — Ах…       Он умолк, разум превратился в бессмысленную мешанину туманных белых искр. Запустив пальцы в волосы Рацио, Авантюрин откинул голову назад и закрыл глаза, настолько захваченный, что не мог пошевелиться, не мог дышать, не мог говорить.       …И когда он, наконец, смог вздохнуть, закружилась голова. Тяжело дыша, уставился в потолок, дезориентированный.       Ни за что… неужели он… уже достиг кульминации?..       Авантюрин опустил взгляд и увидел красивое лицо Рацио у себя между ног, которое смотрело на него голодным взглядом. Губы мужчины были прижаты к его эрекции, а брови — нахмурены в знакомом выражении возбуждения.       Ох, чёрт…       Не было похоже, что он достиг кульминации… и тогд… что это было?.. просто обычный приступ удовольствия?..       Каково это, — кончать, а потом…       Авантюрин почувствовал, как по спине пробежал холодок дурного предчувствия, и у него перехватило дыхание.       Переживу ли я эту ночь?..       Рацио сделал паузу, словно давая возможность остановить. Но когда Авантюрин ничего не сказал и не отстранил его, взгляд мужчины скользнул вниз, и тот снова приоткрыл губы.       Авантюрин прижал ладонь ко рту, скривившись, пытаясь подавить свой голос. Одной руки было недостаточно, и, в конце концов, он прикрыл себя обеими, зажмурив глаза, в то время как всё тело сжималось и пульсировало от тёплого чувства удовольствия. Подождите… подождите, что это было… технически, он знал, что это такое, но почему чувствовал себя так…       — М-м-м… х-ха…       Рацио был так нежен с ним, медленно поглаживал губами, не сжимал слишком сильно и не задевал зубами. Удовольствие, которое Авантюрин испытывал, было тёплым и только тёплым — внутри не было ни единого укола или раздражающего ожога. Это было… это было уже слишком… переполняющая его нежная мягкость должна была похоронить…       — Ах… п-подожди… — он услышал, как это слово робко прозвучало во вздохах. Вцепившись пальцами в голову Рацио, Авантюрин попытался оттолкнуть, но почувствовал сопротивление. Словно в знак протеста, жар вокруг его эрекции усилился, и когда блаженство угрожающе пронзило пах, Авантюрин задохнулся и, в конце концов, закричал в панике. — Остановись… остановись! Я-я не могу…       Отпустив его, Рацио отстранился и выпрямился, встречая его губы задумчивым, хрипловатым шёпотом.       — Ты более чувствителен, чем я ожидал, маленький павлин. Не привык, чтобы тебя обслуживали?       Всë ещё испытывая странную боль во всем теле, Авантюрин отпрянул от губ мужчины.       — Зачем? Ты…       — Я бы ответил, — прошептал Рацио, целуя того в щёку. — Но я не хочу раздражать тебя прямо сейчас.       Вспыхнув, Авантюрин положил руку мужчине на грудь. Мощные мускулы Рацио упёрлись в его ладонь, лишая рассудка и заставляя заикаться.       — Т-Ты, самодовольный ублюдок… Перестань вести себя так, будто сам не девственник!       В глазах Рацио промелькнул блеск. Схватив Авантюрина за колени, угрожающе надавил на них.       — Осторожнее со словами, игрок… — тихо прорычал он. — Сегодня вечером я не буду так сдержан, как обычно…       Сглотнув, Авантюрин попытался изобразить ещё больше фальшивой бравады. Может, колени и дрожали под руками Рацио, но он всё равно был неплохим актёром, когда это было необходимо.       — Хех… моему телу пришлось многое пережить, доктор, — Ему удалось выдавить из себя нервную улыбку. — Я сомневаюсь, что ты сделаешь с ним что-то такое, с чем оно не справлялось раньше.       Выражение лица Рацио помрачнело от явного раздражения. Он отстранился, потянулся за бутылочкой смазки и с громким «чпоком» открыл её.       — Тогда, я полагаю, ты не будешь возражать, если мы перейдём к следующему этапу? — пророкотал мужчина, глядя на Авантюрина.       — Ха… ха-ха… конечно… — задыхаясь, произнес Авантюрин, отчаянно пытаясь сохранить самообладание.       Захлопнув крышку, Рацио убрал бутылочку, затем повернулся к Авантюрину и наклонился поближе.       Тот вздрогнул, напрягшись, когда почувствовал, как присутствие мужчины скользнуло между его ног. Попытался задержать дыхание, но не смог подавить рвущиеся штаны и сдерживаемое беспокойство, когда давление начало давить на его вход.       — …Расслабься… — прошептал глубокий голос Рацио, за которым последовала знакомая мягкость его губ.       Инстинктивно успокоенный поцелуем, Авантюрин затих. В тот момент, когда он отвлёкся, давление усилилось и проникло в его тело.       — М-м!..       Он резко, приглушённо вздохнул и отстранился от поцелуя Рацио, но после того, как вздрогнул, Авантюрин понял… что не чувствовал никакой боли. Обычно он бы уже стиснул зубы и изо всех сил старался сохранить надменную ухмылку, но вместо этого почти не чувствовал пальца Рацио… Было только чьё-то жёсткое присутствие, смутно ощупывающее внутренности. Он почувствовал, что растягивается, и нервно задышал, но Рацио нежно держал, успокаивая медленными, уверенными движениями. Он прислонился к мужчине и вдохнул запах Рацио, используя успокаивающий стимул, чтобы расслабиться.       — …Всë в порядке?       Авантюрин услышал, как его дыхание, — громкое и прерывистое — участилось, когда попытался ответить.       Это было странное ощущение… он не мог различить никаких деталей, но знал, что теперь внутри находится не один палец. Представил это, пытаясь прикинуть, как сейчас должна выглядеть рука Рацио с двумя или даже тремя пальцами, засунутыми внутрь и плотно сжатыми стенками… скользя по его телу, скользкая от вещества, которое, вероятно, было просто смазкой, но выглядело гораздо более похотливым, когда растекалось между их телами…       И постепенно… это стало доставлять удовольствие. Его тело затрепетало от призрачного блаженства, и Авантюрин начал радоваться странному напряжению внутри себя. Вздохи стали резкими от предвкушения, а не от волнения, и его эрекция начала медленно пульсировать в паху.       — Н-н-н… х-ха…       Дыхание немного выровнялось, всë ещё учащённое и прерывистое, но теперь менее тревожное. Он расслабился, внутри всё затрепетало, когда почувствовал, что хочет ещё.       Рацио, должно быть, заметил постепенную перемену… мужчина наклонился ближе и прошептал Авантюрину:       — Запомни это чувство.       И затем… он вытянул пальцы вперёд.       — Ах!       Всë вокруг стало белым. На самом деле, на мгновение Авантюрина охватило блаженство, настолько сильное и ослепляющее, что затмило не только его тело, но и весь разум, лишив его всех чувств, пока не остался только резкий, ослепительный свет.       Придя в себя, Авантюрин обнаружил, что цепляется за Рацио, задыхаясь и смаргивая слёзы. Пальцы глубоко впились в спину мужчины, а голос был пронзительным от замешательства. Слышал, как вокруг них разносится эхо вопля, и подумал, не принадлежало ли оно ему.       Уткнувшись носом в его ухо, Рацио ответил на молчаливую неуверенность.       — Это была твоя простата.       Авантюрин услышал тихое фырканье, которое могло быть смешком, а затем мужчина поцеловал его, заглушая, когда убрал пальцы… и снова протянул их вперёд.       Снова и снова это невыносимое блаженство овладевало его телом, и всё это время Рацио яростно целовал, заглушая крики.       Ошеломлëнный, не в силах больше этого выносить, Авантюрин, наконец, сумел отстраниться, оторвавшись от губ Рацио и вскрикнув.       — Ах!       Странно… он хотел сказать «подожди», но почему это прозвучало именно так, —сладко, блаженно и роскошно? Что с ним делал Рацио?..       Нетерпеливо зарычав, Рацио снова схватил второго, обхватив губами и погрузив пальцы ещё глубже. Он продолжал двигаться, размахивая руками с силой, которую целенаправленно контролировал, но определенно немного злился, и на этот раз Авантюрин не сопротивлялся — или, скорее, не смог бы, даже если бы захотел. Ощущение было настолько ошеломляюще сильным, что всё, что он мог сделать, — это цепляться за него, пока всё тело не напряглось и, наконец, не забилось в жестоких конвульсиях.       И даже тогда Рацио, казалось, не хотел останавливаться. Его пальцы замедлили движение, но только потому, что Авантюрин так сильно сжал их, что те буквально не могли пошевелиться.       Авантюрин почувствовал лёгкость и парение в голове, а всё его тело пронзила странная чувствительность. Рацио до сих пор целовал его, не давая дышать, наполняя комнату звуками напряжённых, приглушённых всхлипов. И только когда Авантюрину по-настоящему стало казаться, что он вот-вот потеряет сознание, а хватка на мужчине ослабла, Рацио, наконец, отстранился и позволил ему отдышаться.       — А это… — пробормотал Рацио, уткнувшись носом в заплаканное, растерянное лицо, — был оргазм простаты.       Что-то коснулось его эрекции, и это было так неожиданно, что Авантюрин замер со слабым вскриком. Опустил взгляд и увидел, как Рацио смахивает каплю влажного вещества с его члена. Затем, странно посмотрев на него, мужчина поднёс руку ко рту Авантюрина и прижал к губам липкий палец.       — Оргазмы простаты имеют более короткий рефрактерный период, так что скоро ты сможешь кончить снова, — объявил Рацио низким голосом. Его глаза сузились, когда мужчина увидел, как Авантюрин съёжился и попытался избежать вкуса собственной эякуляции. Когда он заговорил снова, голос был мрачнее и с оттенком злорадства. — С таким твоё тело «справлялось и раньше», да?       Отвернувшись, Авантюрин, наконец, высвободился из пальцев Рацио с прерывистым вздохом. Он чувствовал, как горит лицо от осознания того, что сейчас произошло, и от вида довольной ухмылки Рацио.       — Ты… ты… самодовольный… извращенец!..       Рацио усмехнулся:       — Напротив, я просто разоблачил твой блеф. Каково это, — в кои-то веки не выиграть?       Возмущённо сопя, Авантюрин схватил мужчину за ворот халата и дëрнул вниз, соединяя их губы в коротком, но жарком, беспорядочном поцелуе.       — …Потрясающе… — прошептал он, намеренно усиливая голос эротическим стоном. — Это потрясающее ощущение, доктор…       Почувствовал, как Рацио напрягся, прижавшись к нему, и увидел безумный блеск, промелькнувший в глазах мужчины. Почувствовав приступ ликования, Авантюрин обнажил зубы в ухмылке. Покрасневшее лицо, растерянная ухмылка, но, тем не менее, торжествующая ухмылка.       Ты ещё… не победил!..       Схватив Рацио за запястье, он притянул напряженную руку мужчины к своему телу, прижимая ладонь к своему паху.       — Доктор… — сладко выдохнул он, обхватывая ногами руку Рацио и сжимая бёдра вместе, — покажите мне больше… научи меня, на что ещё способно моё тело…       Рацио стиснул зубы, но, несмотря на раздражённое выражение лица, подчинился. Его пальцы разжались, обхватывая чувствительные участки тела Авантюрина и нежно массируя их ладонью. Наклонился ближе, их губы соприкоснулись, время от времени сливаясь в поцелуе, а затем снова оторвались друг от друга, когда Авантюрин громко застонал.       Он наблюдал за борьбой тьмы и самообладания в глазах Рацио, радостно прикидывая, сколько ещё потребуется, чтобы сломить сдержанность этого человека. Ещё чуть-чуть… почти… прежде чем он кончит снова, сам…       — Ах…       — Шумно.       Он замолчал, поражённый тем, что Рацио крепко сжал губы, заставляя их оставаться вместе.       Затуманенный, Авантюрин расслабился в поцелуе, забыв о своих первоначальных планах. Рука Рацио поглаживала его чувствительные места с дразнящей нежностью, и он покачивал бёдрами, прижимаясь к мужчине с растущим нетерпением.       О’кей… хорошо, я признаю своё поражение… пожалуйста, просто поторопись… делай то, что ты собирался делать…       Почти бессознательно потянувшись вперед, Авантюрин схватил мужчину за халат и начал развязывать пояс. Ослабив узел, он просунул руку внутрь и с приглушённым стоном прижался к твёрдому, тёплому телу Рацио.       Он опустил руку ниже, проводя по очерченным контурам живота и таза Рацио к паху мужчины, где обжигающий жар обжёг тыльную сторону его ладони…       Рацио вырвался и схватил его за запястье, не давая продолжить. Неуверенно сопя, Авантюрин посмотрел на мужчину и усмехнулся.       — Что… не привык, чтобы к тебе прикасались здесь, доктор?..       Когда он ответил на насмешку Рацио, глаза мужчины ожесточились в яростном блеске. Закинув руку Авантюрина себе за голову, схватил за другую и тоже потянул её вверх, прижимая обе к подушке, пока угрожающе перелезал через пойманное в ловушку тело Авантюрина.       — Хе-хе… — Довольный тем, что наконец-то в самодовольной позе мужчины появилась трещина, Авантюрин ухмыльнулся… хотя его тут же отвлекло массивное пятно, прижимающееся к животу.       Он опустил глаза, и улыбка исказилась от недоверия, когда Авантюрин увидел тёмную штуку, пульсирующую на его тонкой, бледной талии.       Ого, подождите…       Он… он выглядел намного больше, чем казался на ощупь… и это о чём-то говорило, поскольку действительно казался большим.       Подождите, эта штука ни за что не влезет в него…       Рацио склонился над ним, волосы закрыли лицо, и хриплым голосом прорычал Авантюрину на ухо:       — Как я уже говорил… следи за своим языком, глупый игрок.       — Подожди-подожди!       Почувствовал, как мужчина раздвинул его колени, и когда масса угрожающе скользнула между ног, Авантюрин не смог сдержать панического вздоха. Мужчина склонился над ним, и тот вздрогнул, когда его тень упала на лицо, но затем Рацио со слабым вздохом отодвинулся, и Авантюрин понял, что он просто потянулся, чтобы взять что-то с прикроватного столика.       До этого она была завёрнута в полотенце, но сейчас Рацио держал между ними, и Авантюрин мог ясно видеть — это была выпуклая стеклянная… анальная пробка?       — Ого… — выдохнул Авантюрин, высвобождая запястья и протягивая руку, чтобы схватить это. Рацио отодвинул его подальше от себя и презрительно нахмурился в ответ.       — Как ты уже ясно понял, ещё не готов по-настоящему овладеть мной. Это поможет подготовиться, — как ни в чём ни бывало, объяснил Рацио. Другой рукой он открыл баночку со смазкой и начал обмакивать пробку в скользкую субстанцию. — Мы оставим её в тебе на некоторое время. Это позволит приспособиться к чему-то большему.       — Всë в порядке, — запротестовал Авантюрин, покраснев, когда Рацио раздвинул его ноги и сосредоточился на том, что было между ними. Смущённый, он закрыл лицо руками и нерешительно пробормотал: — я бы, честно говоря, предпочел, чтобы ты просто… ах…       Он замолчал, застонав, когда пальцы Рацио скользнули внутрь и слегка надавили на простату.       — …Действительно, — пробормотал мужчина голосом, в котором звучали одновременно задумчивость и беспечное вожделение. — Будет достаточно, чтобы поразить твою простату, так что я не уверен, что ты сможешь справиться, не испытав оргазма снова.       Пальцы мужчины раздвинулись внутри него, подготавливая к проникновению, и Авантюрин выгнул спину с дрожащим стоном.       — Но, несмотря ни на что, — сухо вздохнул Рацио, — я не хочу причинять тебе боль… Так что, извини, но пока не научишься заботиться о себе сам… Я не позволю тебе руководить.       Холодная, гладкая поверхность пробки коснулась его плоти и легко скользнула внутрь. Авантюрин напрягся, съёжившись, когда по спине пробежали лёгкие толчки ледяного удовольствия. Так же было не больно… в него и раньше что-нибудь засовывали, так что это было более привычное ощущение, чем пальцы Рацио. После ещё нескольких вздохов удалось расслабиться и встретить слегка обеспокоенный взгляд Рацио.       — … Ха… что же теперь, доктор?.. — Он тяжело дышал, рассеянно дотрагиваясь до великолепной эрекции мужчины. — Пока мы ждем… ты хочешь, чтобы я это сделал… доставить тебе удовольствие?..       Рацио схватил за руку, снова останавливая. Встретился с ним взглядом и торжественно произнес:       — Да.       Удивлённый Авантюрин попытался сесть, но даже малейшее движение заставило пробку прижаться к его чувствительному месту, и всё его тело напряглось. Подавив вскрик, Авантюрин остался на месте, дрожа и ожидая, когда блаженство уляжется.       — Ах… п-прости… подожди… — Он услышал собственный вздох. — Одну секунду…       Но так и не удалось повторить попытку, потому что Рацио склонился над ним и заставил замолчать поцелуем.       Ошеломленный Авантюрин расслабился, потеряв всякое желание делать что-либо ещё, кроме как лежать и позволять Рацио целовать его. Губы мужчины оторвались от губ напротив и продолжили ласкать разгоряченную кожу.       — Позволять мне прикасаться к тебе, — вот и всë «удовольствие», которое мне нужно.       Когда зубы Рацио царапнули его затылок, Авантюрин вздрогнул от щекотки.       — Я и не знал, что у тебя такие низкие стандарты, доктор, — задыхаясь, усмехнулся он, запустив руки в волосы Рацио и на мгновение запрокинув его голову назад.       Тот улыбнулся в ответ, слегка нахмурившись, а затем поцеловал его.       — Нет, — пробормотал мужчина, прежде чем отстраниться, чтобы заняться остальными частями его тела. — Мои требования невероятно высоки. Есть только один человек во вселенной, который, возможно, мог бы им соответствовать.       — О?.. — с сомнением пробормотал Авантюрин, закрывая глаза и постанывая, когда мурашки блаженства прошлись по его коже. — Что же это за «стандарты», тогда?..       — Умный…       Отвечая в перерывах между поцелуями, Рацио поцеловал его в шею и ключицу, оставляя на своём пути волнующий собственнический след.       — Стойкий и мужественный…       Рацио спустился ниже по его груди, дразняще задевая соски и покусывая впадинки на рёбрах. Испытывая не то щекотку, не то блаженство, Авантюрин дëргался и издавал испуганные стоны, когда пробка внутри него давила на стенки.       — Тот, кто, несмотря на все ужасы, с которыми сталкивался в своей жизни, остаётся бескорыстным и добрым…       Авантюрин съëжился, протестующе заскулив, когда жар охватил его лицо и распространился по всему телу.       — Тот, кто заботится о других больше, чем о себе… — пробормотал Рацио, прижавшись губами к крошечному бугорку над пупком. — Тот, кто держит голову высоко, с какими бы трудностями ни сталкивался…       Он опустился ниже, обхватив Авантюрина за талию пальцами и сжав его достаточно сильно, чтобы тот дернулся. От резкого движения пробка вонзилась ещё глубже, и Авантюрин испуганно вскрикнул, заглушив задумчивый голос Рацио.       — Не говоря уже о том, что…       Чёрт возьми… он сделал это нарочно!..       — Милый… очаровательный…       Руки Рацио скользнули под бёдра и подняли его ноги с кровати, открывая для губ мужчины самые тёплые и раскрасневшиеся части тела.       — Изысканный… с головы до ног… внутри и снаружи…       — Ах… — выдохнул Авантюрин, ошеломленно моргая, когда по его телу пробежали мурашки, — одновременно горячие и холодные, мягкие и острые. — Доктор… разве это не жестоко… говорить о другом человеке, в то время как… ты делаешь это со мной?..       Он услышал смешок, и тепло, исходившее от Рацио, вернулось, приветствуя его нежным шёпотом.       — А ещё он полный идиот… Но это нормально. Однажды я заставлю его осознать, насколько…       Слова замерли, приглушённые и неразборчивые между их языками. Авантюрин хрипло застонал, сжимая руки Рацио и прижимая к себе. Он чувствовал, как колотится его сердце, и предполагал, что у Рацио тоже.       Было больно… сердце сжималось так сильно, это причиняло боль.       «Осмелюсь ли я?..» — подумал он, изо всех сил стараясь не дать своему разуму заполнить пробелы очевидными ответами.       Осмелюсь ли я поверить тебе?..       Они оторвались и какое-то время просто смотрели друг на друга. Выражение лица Рацио, хотя и не улыбающееся, было мягким, почти недоверчивым… как будто мужчина не мог по-настоящему поверить, что это происходит, что они наконец-то здесь. Как бы он ни старался сдержать это, взгляд доктора буквально сочился обожанием, и, когда Авантюрин посмотрел на своё отражение в глазах мужчины, подумал: какое у него было выражение лица? Мог ли Рацио тоже видеть его чувства?..       Знал ли этот человек, что под дерзкой ухмылкой и легкомысленным смехом… под его страхом, упрямством и неуверенностью… скрывается что-то настолько скрытое, что даже Авантюрин иногда терял из виду, но, тем не менее, определенно существующее… он тоже так чувствовал?       Рацио издал тихий вздох, нарушая тишину. Он соединил их губы в коротком, нежном поцелуе, затем хрипло пробормотал:       — Должен ли я сказать что-то ещё?       — …Нет. — выдохнул Авантюрин, хватая мужчину за лицо и проводя большими пальцами по гладким скулам Рацио. — Пожалуйста, прекрати. Если я съëжусь ещё сильнее, то обмякну.       В глазах Рацио появились весёлые искорки, и он издал слабый смешок.       — Тогда, полагаю, мне следует возместить ущерб, — прошептал мужчина, поднимая руку к груди Авантюрина.       Хм?..       Его замешательство длилось всего мгновение, а затем что-то тёплое и дрожащее пронзило грудь, и Авантюрин, судорожно вздохнув, схватил Рацио за волосы.       Губы доктора сомкнулись вокруг одного из его сосков, а пальцы мужчины коснулись другого. Острая боль удовольствия, исходившая от его груди, была другой — более смутной и необъяснимой… сопротивляться было труднее. Авантюрин поморщился, инстинктивно выгнув грудь дугой, и обнял голову Рацио, прижимая его к себе.       Тихие, вялые стоны срывались с губ, и он покраснел, прикусив одну в попытке сдержать их.       С удивительной отчётливостью ощущал, как язык Рацио касается его соцветий… Каждый вдох, каждое лёгкое прикосновение пальцев мужчины заставляли Авантюрина напрягаться от трепетного блаженства. То, что он чувствовал тогда, когда Рацио нежно покусывал его… сильно сосал… обводил языком его соски, двигал ими взад-вперед и погрузил кончик языка в центр… ощущения были слишком приятными, чтобы Авантюрин мог их даже представить. Пальцы взволнованно вцепились в волосы Рацио, и прошло совсем немного времени, прежде чем он сдался и перестал сдерживать свой голос.       Когда вокруг них раздались его стоны, — похотливые, сладкие и безудержные —Рацио тихо фыркнул.       — …Как я и думал… ты очень чувствителен и здесь…       Голос доктора звучал вяло и рассеянно, когда Рацио удвоил свои усилия, с любовью касаясь обоих бутонов Авантюрина пальцами и ртом.       «Как… как ты и думал? Когда ты об этом думал?» — смутно звучало в голове Авантюрина, но это была единственная связная мысль, которую он смог выдавить. Вся грудь горела огнём, и каждое движение языка Рацио, каждый щелчок его пальца заставляли всё тело содрогаться. Затем это движение прижало стеклянную головку к его внутренностям, и наслаждение совершило полный круг, расцветая в груди и пронзая позвоночник.       О… чёрт…       В животе у него стало горячо… в спине, под позвоночником, нарастало смутное напряжение. Это было приятно… это было так чертовски приятно… он ничего не мог поделать, кроме как запустить пальцы в волосы Рацио и притянуть того ближе.       Голос стал мягче, затем резче, он то задыхался, то стонал, чередуя движения. Жар в нижней части тела нарастал, пока не стал почти болезненным, но Авантюрин был так сосредоточен на том, как приятно ощущать его соски, что даже не замечал этого, пока это не стало невыносимым.       О, подождите… о нет… ни за что…       Осознав, что он на грани очередного оргазма, Авантюрин в панике напрягся, но не смог удержаться. Давление было слишком сильным, и при следующем движении языка Рацио он не удержался.       Напрягшись, прильнул к нему и запрокинул голову назад. Жар охватил всё тело, а соски защипало, и зачесались, когда он прижался к языку Рацио.       Его вздохи, пронзительные и хриплые, вырывались из горла, когда второй оргазм, не менее мучительный, чем первый, сотряс тело мощными конвульсиями.       …И всë это время Рацио продолжал целовать его, возбуждая соски и повергая Авантюрина в смятенную панику. После оргазма его тело стало таким чувствительным, что даже малейший вздох заставлял в панике сжиматься, и он с силой дёрнул мужчину за волосы, отталкивая его с отчаянными всхлипами.       — П-Прекрати… Рацио, прекрати!..       Рацио подчинился, хотя и с лёгким сопротивлением. Мужчина издал глубокий прерывистый вздох, и из-за его непристойного дыхания Авантюрин съёжился от нервного возбуждения.       — Чёрт… — услышал он собственный вздох. — Я кончил не только из-за сосков…       Он недоверчиво посмотрел на Рацио, тяжело дыша, поскольку тело всё ещё страдало от резких приступов блаженства. С каждым сжатием его внутренностей луковица сжималась всё глубже, и с каждым движением груди прохладный воздух обдувал влажные соски.       — Что ты сделал… со мной?..       Рацио моргнул, хотя к его радужкам вернулась не ясность, а ещё более тёмная, опасная дымка. Мужчина наклонился ближе, и его смешок коснулся задыхающихся губ Авантюрина, когда тот в последний раз дразняще коснулся его сосков.       — Будь уверен, — пробормотал Рацио, перекрывая его визг, — хотя твоя чувствительность восхитительна… Я уверен, что объект внутри тебя внёс значительный вклад.       — Ха… — прерывисто дыша пронзительным от негодования голосом, Авантюрин со слезами на глазах посмотрел на мужчину. — Достань уже эту хреновину!.. Если ты этого не сделаешь… если я кончу снова… Я больше не смогу этого выносить!..       Рацио отстранился и вздохнул, задумчиво глядя на него сверху вниз.       — Ты верно подметил… Как бы мне ни нравилась мысль о том, чтобы проникнуть в тебя, когда успокоишься от безумия и перевозбуждения, я хочу, чтобы ты хотя бы немного запомнил наш первый раз вместе.       Осторожно раздвинув колени, мужчина наклонился и схватил стеклянную пробку за плоский конец. Медленно, но с некоторым трудом… он вытащил её.       Авантюрин напрягся, вздрогнув, когда широкий конец покинул его тело с резким влажным хлюпаньем. Он услышал, как Рацио издал короткое, почти угрожающее фырканье, и почувствовал лёгкий укол беспокойства, когда тело почувствовало опасность, но доктор сумел взять себя в руки и просто наклонился, чтобы поставить стеклянную пробку на прикроватный столик.       Но было ещё кое-что… Рацио не поддавался контролю.       Оно скользнуло между ног Авантюрина и поднялось к животу, подёргиваясь по всей длине, словно в знак приветствия… Задыхаясь, Авантюрин поднял голову и, прищурившись, посмотрел на Рацио, изо всех сил стараясь унять дрожь внизу.       Эта штука… сможет ли он на самом деле это вынести?       — Это ведь не больно, правда?       Хриплый голос Рацио отвлёк его от этого, но лишь на некоторое время. Прерывисто дыша, Авантюрин понял, что мужчина ввёл в него свои пальцы и растягивает вход, тщательно проверяя.       — Нет… — пробормотал он, слегка покачав головой. По сравнению со страхом и возбуждением, бурлившими в животе, он едва ли мог их чувствовать.       Рацио издал вздох, который был хриплым и сложным, но, в целом, казался облегчённым. Схватив презерватив, он разорвал упаковку и спокойно натянул его на свой член. Авантюрин наблюдал за происходящим с открытым ртом, поражённый тем, насколько сильно растянулся этот маленький резиновый кружок, чтобы покрыть всё его содержимое…       — Если в какой-то момент, — пробормотал Рацио, пристально глядя на него, — тебе понадобится, чтобы я остановился… просто скажи.       Затем, обхватив Авантюрина одной рукой, а себя — другой, Рацио прижал их тела друг к другу.       — Расслабься… — хрипло пробормотал он. — Дыши…       И затем… он толкнулся.       Авантюрин резко втянул воздух, тело инстинктивно напряглось в целях самозащиты, когда он почувствовал, как член проникает в лоно. Он задержал дыхание и попытался расслабиться, но затем продвинулся чуть глубже, и мгновенно снова напрягся.       Голова запрокинулась, и он инстинктивно вцепился в одеяло, крепко сжимая.       Блять… о, чёрт…       Он слышал, как у Рацио тоже перехватило дыхание, и, судя по голосу, состояние мужчины было не намного лучше.       Коротко хмыкнув, Рацио крепко обхватил его за талию, словно испытывая искушение просто протаранить себя до конца прямо здесь и сейчас.       — Ты специально напрягаешься?..       — Н-нет!.. — Выдохнул Авантюрин, прерываясь со стоном, когда следующее крошечное движение внутрь заставило его стенки вспыхнуть жгучим пламенем. — Чёрт… Я пытаюсь, клянусь… — Он тяжело дышал, но даже тогда чувствовал, как бесконтрольно сжимается в комок. И не мог сказать, пытался ли затянуть отношения поглубже или вытолкнуть это чудовище наружу… — Ты просто… — Он замолчал, рассеянно застонав, когда мужчина вошёл чуть глубже. Они уже давно перешли ту грань, до которой могли дотянуться пальцы Рацио или пробка, и он чувствовал, как внутренности дрожат от смущения, когда их раздвигают. Авантюрин никогда раньше не был так полон… это было… приятно?       Ещё немного глубже… и ещё немного глубже… Авантюрин сонно заморгал, глядя в потолок, прикидывая, сколько ещё осталось. Конечно… Рацио был почти на пределе?.. Его желудок начал дрожать от беспокойства… он готовился…       Рацио скользнул ещё немного, и внезапно по всему телу пробежала острая боль. Авантюрин напрягся, выгнулся на матрасе и закричал в панике.       — Ах!.. Подожди-подожди, я не могу! Рацио, пожалуйста! Пожалуйста…       Рацио издал сдавленное рычание, но остановился, ослабив хватку на талии Авантюрина и потянувшись к его лицу. Осторожно откинув с него волосы, мужчина наклонился и коснулся их влажных лбов, собственный голос был таким же напряжённым и хриплым, когда он пробормотал:       — …Хочешь, чтобы я вышел?       — Нет… — Авантюрин выдохнул, качая головой. — Нет, мне просто… нужна минута…       Рацио издал громкий, прерывистый выдох и замолчал. Оставался в таком положении, прижимая к себе Авантюрина, тихий и неподвижный, ожидая его ответа.       Но… чёрт… было трудно привыкнуть к этой штуке!.. Пытаясь приспособиться, Авантюрин лежал и напряжённо дышал, сжимая и разжимая одеяла в руках.       Чёрт… чёрт…       Ему просто… нужно немного успокоиться… расслабиться… Но прямо сейчас всë казалось таким напряжённым, что он не мог…       — …Ты уверен, что это правильное решение? — в конце концов, пробормотал Рацио. Его голос звучал сухо, но с оттенком веселья.       Сосредоточившись, Авантюрин нахмурился и попытался не обращать на него внимания.       — Игрок… не заставляй себя. Я могу выйти из игры. Мы можем ещё немного подготовиться или попробовать в другой раз…       — Просто помолчи секунду! — Разозлившись, Авантюрин схватил Рацио и прижал их губы друг к другу, заставляя того замолчать.       Или, по крайней мере, таков был его план… но, каким бы импульсивным он ни был, не продумал его до конца.       Когда их губы соприкоснулись, и испуганный возглас Рацио исчез под его языком… бёдра мужчины дернулись. Возбуждённое неожиданным поцелуем, тело Рацио, совершенно бессознательно, дёрнулось.       Авантюрин отпрянул, запрокидывая голову с прерывистым криком.       О, чёрт!       Острая боль пронзила его до самой макушки сквозь череп. Он лежал, дрожа, пальцы судорожно сжимали одеяло, пока Авантюрин пытался собрать воедино осколки своей души.       — Прости… — Над ним тяжело дышал Рацио. — Не хотел…       — …Всë в порядке… — Авантюрину удалось слабо фыркнуть.       Глаза Рацио раздражённо сузились, он явно был не согласен… Но после небольшого колебания, вместо того, чтобы продолжать спор, мужчина вздохнул и нежно провёл рукой по внутренней стороне бёдер Авантюрина.       — С тобой всё в порядке?       Странно… возможно, из-за того, что тот единственный момент был таким напряжённым, теперь всё казалось просто оцепеневшим по сравнению с ним. Тяжело дыша, Авантюрин встретил обеспокоенный взгляд Рацио и кивнул.       — Д-Да… Вроде бы…       Рацио нахмурился.       — Вроде бы?       Авантюрин возмущённо сжал кулак и с силой ударил мужчину по предплечью.       — Ну, как насчёт того, чтобы попробовать засунуть монстра себе в задницу и ответить уверенно?!       Ах, у него внутри всë сжалось при этой мысли. Да… вот, что сейчас было у него внутри. Зверь… медленно пульсирующий, выжидающий момент, как охотящийся хищник, когда он сможет броситься на него.…       Рацио хмыкнул, а затем успокоился, издав слабый смешок. Схватив Авантюрина за руку, мужчина разжал кулак и переплёл их пальцы в нежном рукопожатии.       — Больно? — спросил он более конкретно, притягивая руку Авантюрина к своим губам и целуя костяшки пальцев.       — …Нет…       — Тогда… я могу двигаться?       Авантюрин заколебался, затаив дыхание, встретив серьёзный взгляд мужчины. Немного неуверенно… он кивнул.       Глаза Рацио заблестели, а грудь расширилась, словно от мощного вдоха. Он наклонился вперёд, лицо мужчины было скрыто волосами, и тихо пробормотал:       — Приготовься.       Затем он сделал толчок.       Объективно говоря, это был всего лишь небольшой толчок… но он был настолько силён, что попал во всë сразу. Авантюрин напрягся, задыхаясь, когда его снова пронзило сильное жжение, — настолько сильное, что он даже не мог сказать, каким должно было быть это ощущение. Наслаждение от удара по его простате было приглушённым и несравнимым по силе.       Рацио замолчал, его тело напряглось и дрожало от сдержанности, но голос был мягким, когда он спросил:       — Ты в порядке?       — Д… Да… — Авантюрин ахнул. — Вроде бы?..       — Это означает, что ты не уверен? — Рацио приподнял бровь, и в его серьёзном выражении лица промелькнул едва заметный намёк на озорство. — Нужен ещё один пример?       Он снова сделал толчок, и Авантюрин с застенчивым ворчанием впился пальцами в плечи мужчины.       Тело Рацио, прижатое к нему, затряслось от смеха. Вспыхнув, Авантюрин сжал руку в кулак и хлопнул его по спине.       — Рацио, ты… Тебе не слишком весело?!       «Чёрт возьми, как он может быть таким невозмутимым?!» — с негодованием подумал он, глядя на кривую ухмылку мужчины. Чёрт, он был так красив, когда улыбался.… Авантюрин был рад, что у мужчины редко было такое выражение лица.… такое выражение лица должно быть запрещено на публике…       Тьфу… это было нечестно. Он не мог быть единственным, кто терял рассудок!       — Действительно, — пробормотал Рацио, легко целуя его в губы. — Я получаю огромное удовольствие. Я только боюсь, что причиню тебе боль…       — Вообще-то… правда больно…       Услышав робкое бормотание, Рацио напрягся и тут же устремил на него внимательный взгляд.       Откинувшись назад, Авантюрин обхватил живот руками, изобразив сердечко над пупком большим и указательным пальцами. Он печально посмотрел на мужчину и всё тем же застенчивым голосом захныкал:       — Прямо вот тут… Думаю, мне нужен твой большой, праведный член, чтобы исцелить меня, доктор…       Глаза Рацио расширились, а затем снова закатились от раздражения. Зловещий гул раздался из глубины тела мужчины, когда он склонился над Авантюрином и закрыл глаза в болезненной гримасе.       — Тьфу, ты…       Авантюрин ухмыльнулся. Хех… так будет лучше видно.       Но затем мужчина поднял голову, и когда Авантюрин увидел опасный, дикий блеск в глазах Рацио, он сглотнул.       О…       — Тебе… следовало бы ещё немного поколебаться, прежде чем говорить мне такие вещи, игрок… — пробормотал Рацио, и хотя его голос был спокоен, но звучал устрашающе. Как будто… как будто он был спокоен только потому, что уже пообещал себе всë, что хотел. — Выглядишь так, будто едва можешь справиться даже с этим…       Он надавил Авантюрину на ноги, подтягивая к себе, чтобы тот мог лучше видеть, что происходит. И он с ужасом осознал, что Рацио даже не вошёл до конца. Там, должно быть, оставалось не менее четырёх сантиметров, тёмных, покрасневших и заметно пульсирующих между ног.       Вспыхнув, Авантюрин отвёл взгляд от эротического зрелища.       — Э-э-э… ни за что, — возмущенно выдохнул он. — Я могу справиться с гораздо большим, чем это… Продолжай, доктор… Теперь я приспособился… можешь делать со мной всë, что хочешь…       Изо всех сил пытаясь скрыть свою нервозность за кривой усмешкой, он поднял руки над головой и сцепил пальцы, полностью подставляя своё тело дикому взгляду Рацио.       — Ну же… — он старался говорить ободряюще, хотя голос дрожал сильнее, чем обычно. — Не заставляй меня умолять…       — Хм… — Угрожающий блеск промелькнул на лице Рацио, но он, похоже, решил пока подыграть. Схватив Авантюрина за колени, немного приподнялся, затем медленно вжался обратно, стиснув зубы, но губы изогнулись в легчайшем намёке на усмешку, когда он увидел, как Авантюрин изо всех сил пытается сохранить свою дерзкую ухмылку. — Умолять? И о чём бы ты стал умолять, игрок?       Тяжело дыша, Авантюрин упрямо держался за свою браваду, хотя и вздрагивал от едва заметных движений Рацио.       — Знаешь… чтобы ты… входил глубже… в меня…       — …Вот так?       Рацио невозмутимо удержал его на месте и протолкнул глубже. Масса ударила по ещё нераскрывшимся стенкам и заставила Авантюрина напрячься с криком.       — Ах!.. Да… — Падая с высот этого ослепляющего ощущения, Авантюрин услышал, как у него перехватило дыхание. — Ещё… ещё немного…       — …Ха-ха…       Рацио испустил пьянящий вздох и подчинился, отступив назад, а затем подавшись вперёд.       …И затем ещё раз, Авантюрину не пришлось просить, но он даже не успел опомниться… мужчина начал двигаться — осторожно, не вытаскивая и не вгоняя до конца. Крепко держа Авантюрина в руках, Рацио раскачивался взад-вперёд внутри него, нежно и размеренно раскрывая дрожащие стенки.       Авантюрин почувствовал, как его губы приоткрылись, и горячий, густой воздух срывается с его языка в виде порывистых стонов. Теперь всё было по-другому… он думал, что блефует, но, возможно, действительно приспособился. Интенсивное жжение, которое было раньше, утихло, и теперь, когда Рацио толкался в него, Авантюрин мог всё ясно чувствовать. Блаженная пульсация в чувствительных местах, покалывание в стенках, когда его растирали, и кипящий жар в животе, бурлящий и распространяющий тепло по всему телу…       Чёрт возьми… что происходит?..       Он затуманенным взглядом посмотрел на Рацио, и когда их взгляды встретились, по телу пробежала яркая дрожь, пронзившая мозг электрическим разрядом. Бесспорно, это было больно, но он задыхался и стонал от блаженства, а потом закружилась голова от потери рассудка.       Почему он чувствует себя так?..       Это было не просто физическое наслаждение в паху или даже необъяснимая пульсация в мозгу… когда он думал о том, как делал это с Рацио… о том, как доктор смотрел на него, наблюдая, как тот распадается на части, слушая, как плачет… видя его таким уязвимым, разбитым и честным… тёплое, покалывающее возбуждение охватило всё тело.       И это происходило с каждым толчком, если можно было назвать толчками… с каждым лёгким движением их тел. Взволнованный, Авантюрин попытался поднять руку, но едва смог пошевелить пальцами. Казалось, что его плоть была покрыта блёстками, и если бы он только попытался пошевелиться, то рассыпался блестящими брызгами конфетти.       — Р-Рацио…       Он услышал, как перехватило дыхание, и голос был таким пронзительным и дрожащим, что походил почти на жалобное хныканье.       — Это чувство… странное… Рацио… что ты… делаешь?.. Что… происходит… — Он задыхался, не в силах остановить свой жалкий, сбивчивый лепет, когда мощные волны эмоций охватили тело и разум. — Почему…       — …Что ты имеешь в виду? — Остановившись, Рацио настороженно посмотрел на того сверху вниз, темнота в его глазах была скрыта лишь тонкой пеленой. — На что это похоже?       — Приятно, — промямлил Авантюрин, не задумываясь.       Рацио нахмурился ещё сильнее. Мужчина уставился на него с растущим недоумением… затем, осознав, что происходит, его лицо напряглось, а в глазах появился шокированный блеск.       — Только не говори мне, что ты до такой степени блефовал, и это действительно твой первый раз! — прорычал он, и голос внезапно стал прерывистым от беспокойства.       Рацио дëрнулся назад, как будто пытаясь вырваться, но резкое движение заставило Авантюрина съëжиться и сжаться ещё сильнее, издав слабый стон. Вздрогнув, мужчина резко остановился. Сдавшись, он склонился над Авантюрином, тяжело дыша.       — Клянусь, игрок, если ты солгал мне и заставил лишить тебя девственности, сам того не осознавая…       — Н-нет… — перебил Авантюрин, выдавив из себя что-то похожее на сдавленный смешок при виде огорчения Рацио. — Ты действительно думаешь… что я такой чистый?.. Нет, просто… просто я никогда раньше такого не испытывал…       Странное тепло разлилось по лицу Авантюрина, имитируя бурлящее тепло в животе. Внезапно почувствовав смущение, он отвёл взгляд и прикрыл рот руками, пробормотав:       — Я… не уверен, что понимаю, что это такое…       Рацио уставился на него сверху вниз, и в глазах мужчины промелькнуло недоверие и что-то гораздо более опасное.       — Секс, — ответил мужчина с лёгкой иронией в голосе. — Разве не ты сказал: «что, никогда раньше этого не делал»?       Съëжившись, Авантюрин упрямо покачал головой.       — Нет! Это не секс, он не такой.       — Ты несёшь какую-то чушь, — раздражённо сказал Рацио. — Я буквально сейчас внутри тебя.       — Нет, секс — это совсем не то, — продолжил протестовать Авантюрин. Он сам не знал, почему был так настойчив… он понимал, что в его словах нет абсолютно никакого смысла, и что, да, эрекция Рацио внутри него означала, что они занимаются сексом, но… часть его — большая часть него самого — не могла понять, что он испытывал. — Вообще не то… — услышал он свой дрожащий голос. — Он не вызывает такого жара в животе… и приятных ощущений внутри… или покалывания в пальцах, или пульсации в голове… Он… обжигает, резкий, а не… такой нежный, как сейчас… он не… не кажется таким удивительным…       По мере того, как Рацио слушал, озадаченное выражение его лица сменилось пониманием, а затем и несчастным, почти печальным выражением. Доктор позволил Авантюрину разглагольствовать, и только когда тот замолчал, раздражённо фыркнув, Рацио, наконец, заговорил.       Вздохнув, мужчина наклонился и нежно поцеловал его в губы.       — Игрок, если ты никогда раньше не испытывал ничего подобного… тогда, возможно, тебе действительно стоит считать, что это твой первый раз, — пробормотал Рацио. — Всë, что ты чувствовал раньше, сейчас… забудь. Перепиши это с таким чувством.       Забыть?..       Авантюрин оглянулся, глаза расширились от волнения и удивления, когда тихий голос Рацио зазвучал в его напряжённом сознании.       Все эти неприятные воспоминания… заменить их на Рацио… на экстаз, который он испытывает прямо сейчас?..       Странное ощущение возникло в голове, защипало нос и глаза. Прерывисто дыша, он протянул руки к Рацио и нежно провёл пальцем по щеке мужчины.       — А ты? — услышал он свой шёпот. — У тебя это тоже в первый раз?..       На лице Рацио отразилось раздражение, возможно, он принял его вопрос за очередной укол девственницы, но когда Авантюрин продолжил смотреть на него с невинным непониманием, он остановился и, казалось, осознал, о чём тот на самом деле спрашивает.       — Ты когда-нибудь… чувствовал то же самое с другими людьми?..       Взгляд Рацио смягчился, и он с нежным бормотанием соприкоснулся с Авантюрином губами.       — Нет.       — М-м-м… — бормоча что-то во время их нежного поцелуя, Авантюрин продолжил спрашивать: — и ты… тоже чувствуешь себя потрясающе?..       — Да, — ответил Рацио, и в его глубоком голосе послышалась грубость, из-за которой бормотание прозвучало почти как рычание. — Если я почувствую себя ещё более «потрясающе», боюсь, никто из нас не вспомнит, что произошло потом.       — Ха-ха… ха-ха… — Чудесная дрожь пробежала по его телу, и Авантюрин не был уверен, был ли это смех или стон. — Х… Хорошо…       На лице Рацио появилось странное выражение, от которого его лицо исказилось, словно от боли. Тяжело вздохнув, мужчина взял лицо Авантюрина в свои ладони и крепко поцеловал. Он снова начал двигаться, заглушая стоны их языками, изливая нежность в каждую клеточку своего тела и не позволяя ни одному из них вырваться наружу.       У Авантюрина голова шла кругом. Он полностью утратил контроль над своим телом и просто пытался справиться со всеми ощущениями, бушевавшими внутри. Рацио ускорил темп, но по-прежнему был нежен, потирая их тела друг о друга в ровном, безмятежном ритме.       Это было такое странное ощущение… Тепло и покалывание было невыносимым, и по мере того как Авантюрин медленно, но верно погружался во всë происходящее, зрение затуманивалось, и он чувствовал, как тепло разливается по щекам.       Рацио не потребовалось много времени, чтобы заметить это. Мужчина замедлился, но не остановился, продолжая страстно поглаживать свои внутренности, наклонившись и уткнувшись носом в мокрые от слёз щеки Авантюрина.       — …Почему ты плачешь?       — Я не… плачу… — Авантюрин возмущенно заскулил.       Усмехнувшись, Рацио осторожно вытер слёзы костяшками пальцев и показал ему блестящую жидкость.       — Тогда это что?       Авантюрин фыркнул и отвёл взгляд.       — Эм… что-то… в глаз попало…       — Неужели?.. — задумчиво прошептав, Рацио схватил того за подбородок и встретился с ним взглядом. — Тогда дай взгляну.       Они пристально смотрели друг на друга, заглядывая в глаза, в то время как их тела продолжали сливаться. Погрузившись в пылающие оттенки радужной оболочки глаза Рацио, Авантюрин впал в гипнотическое оцепенение и увидел, как зрачки мужчины расширились и остекленели в подобном оцепенении.       Ах… это было… на самом деле. Они… сделали этот шаг… как только это закончится, всë будет по-новому, всë будет по-другому. И Рацио… Рацио будет принадлежать ему. Доктор Веритас Рацио… любимый, красивый, гениальный мужчина, который всегда казался таким далёким, холодным и недосягаемым, теперь с любовью смотрел ему в глаза, обнимал, разделяя с ним это чудесное чувство…       Этого… этого не могло быть на самом деле…       — …Авантюрин…       Рацио наклонился ближе, его голос наполнил уши и разум яркой вспышкой блаженства. Их носы соприкоснулись, но дальше этого он не пошёл, казалось, желая продолжать смотреть тому в глаза.       Но звук его имени вывел Авантюрина из оцепенения, и от внимательного взгляда Рацио стало жарко. Взволнованный, он просунул руку между их лицами и прижал ладонь ко рту Рацио, отталкивая.       — Хватит пялиться!..       Тёплое дыхание овеяло его руку, когда Рацио усмехнулся.       — У тебя странное представление о том, с чем ты можешь справиться, а с чем нет, игрок.       Ощущение прикосновения губ Рацио к его ладони тоже вызвало покалывание, и Авантюрин с яростным раздражением отдëрнул руку.       — Т-ты тоже!.. — Он запнулся, затаив дыхание.       Рацио нахмурился с выражением снисходительного сомнения, явно удивляясь, как они могут быть похожи.       — Не делай вид, будто ты тоже не волновался! — возмущённо воскликнул Авантюрин. — Когда ты так на меня смотрел… Держу пари, твой красноречивый мозг был полон непристойных мыслей, не так ли?       Глаза Рацио сузились, но он ничего не ответил, вместо этого издав лишь недовольное фырканье.       — Ха! — Авантюрин позволил своей браваде взорваться надменным смехом. — Вот видишь! Тогда давай, докажи мне обратное! Скажи мне точно, что ты себе представлял?!       Он замолчал, голос перешёл в испуганный всхлип, когда Рацио вошёл в него — по-настоящему вошёл, отстраняясь и быстро возвращаясь обратно.       — Ах…       — Мне не нужно тебе говорить…       Он смутно почувствовал, как рычание Рацио раздалось у обнаженного горла. Авантюрин задохнулся, запрокинул голову, полностью подставляя шею зубам мужчины, беспомощно пытаясь отдышаться под волнами мучительного блаженства.       — Я покажу тебе.       А потом… а потом Авантюрин не был уверен, что именно произошло.       Когда он пришёл в себя, то уже растаял, выгибаясь на простынях и издавая отрывистые стоны в воздух. Грудь жгло, как мерцающие звезды, и, когда он, моргая, опустил затуманенные глаза на происходящее, то понял, что Рацио снова здесь и ласкает его соски. Задыхаясь, Авантюрин запустил пальцы в волосы мужчины и потянул того за тёмные кудри, но руки были такими слабыми и дрожащими, что он не мог собраться с силами.       Теперь Рацио двигался активнее, всë ещё явно сдерживаясь, но врываясь в другого с такой силой, что у него перехватывало дыхание. Авантюрин покраснел и прикусил губу, пытаясь сдержать несколько своих лихорадочных стонов, но Рацио толкался слишком сильно. Он не мог контролировать свой голос, и, в конце концов, сдался, закрыв глаза от стыда, когда его бессмысленные крики эхом разнеслись вокруг них.       Чёрт возьми… он знал, что Рацио ведёт себя мягко, но это было уже слишком… у него не было времени восстанавливаться после каждого толчка, и волны блаженства начали подниматься внутри всё выше и выше, пока он ни перестал быть даже уверен, что находится в собственном теле. В животе стало горячо… невыносимо горячо и покалывающе… Авантюрину показалось, что он почувствовал укол, но не был уверен, потому что всё онемело, так онемело…       Он услышал, как Рацио издал вздох. Схватив за руки, отвёл их от живота и вместо этого прижал к нему свою ладонь, согревая теплом ладони глубокие царапины, оставленные Авантюрином.       — С тобой всë в порядке?..       Рацио слегка замедлился, но не остановился, а вернулся к тому мягкому, скрежещущему темпу, с которого начал. Авантюрин смутно ощущал на своём лице пристальный взгляд мужчины, вялый и озабоченный, но его собственный разум был настолько затуманен, что тот не мог ясно видеть.       — Я не… знаю… — выдохнул он голосом, который сам не узнал. — Странно как-то…       Рацио склонил голову набок. Если бы Авантюрин был чуть менее ошарашен, он, возможно, заметил бы блеск, промелькнувший в глазах мужчины.       — Что странного?       Рука Рацио надавила тому на живот, и мужчина снова начал толкаться. Он откинулся назад, прищурив глаза и скривив губы в легчайшем намёке на ухмылку, когда спрашивал, несмотря на то, что явно знал ответ.       — Болезненно странно?       Авантюрин покачал головой.       — Не знаю… — Его волосы упали на уши, и даже это вызвало у него лёгкую боль, заставившую съёжиться и заскулить. — Не знаю!..       Было жарко… слишком жарко… давление внутри него было слишком велико. Он попытался схватиться за живот, но рука Рацио была там, и всё, что он мог сделать, — это крепко вцепиться в пальцы мужчины, пока его медленно, но верно запихивали в незнакомое белое место.       Жар разливался по телу с мучительно медленной отчётливостью, закипая по капле за раз. Он напрягся, потом напрягся сильнее, потом ещё раз, ещё сильнее, морщась, — горло так перехватило, что он не мог издать ни звука. Всё тело напряглось в медленных, ощутимых конвульсиях, а внутренности сжались так сильно, что он почувствовал, как что-то внутри жалобно задёргалось.       Нависающий над ним Рацио издал короткий стон, его лицо исказилось в болезненной гримасе, когда несчастное тело было безжалостно задушено в стенках Авантюрина.       …Только когда его оргазм почти закончился, Авантюрин смог издать хоть какой-то звук. К тому времени тихие крики стихли, превратившись в пронзительные всхлипы, а затем — в хриплые вздохи.       Он обмяк, дрожа с головы до ног, чувствуя холод, жар и озноб по всему телу. Тепло потекло по щекам, и, пока он тупо смотрел перед собой, услышал короткий вздох… и почувствовал, как внутри у него что-то сдвинулось.       — Ах!       Не готовый к движению так скоро после оргазма, Авантюрин напрягся и сдавленно вскрикнул.       Рацио тоже застонал, но ему удалось вырваться и выйти с громким скользким звуком.       Ощущение, оставшееся после этого, было невероятным. Авантюрин ахнул и съёжился, когда его внутренности в замешательстве сжались вокруг пустого места, словно он не привык к тому, что там ничего нет.       Поморщившись, Рацио откинулся назад и начал снимать презерватив.       — Ха-ха… чёрт… — Авантюрин услышал собственное тяжёлое дыхание, всë ещё испытывая призрачную боль, наблюдая, как резинка медленно снимается. — Что ты делаешь?.. Ты ещë… не кончил…       — Нет, но я получил огромное удовольствие, — сказал Рацио, и хотя он явно старался говорить спокойно, его голос был слишком хриплым и прерывистым. — Учитывая, что ты уже дважды испытал оргазм, думаю, нам следует остановиться на этом.       — А?! — Раздражённый Авантюрин схватил Рацио за руку — ту, в которой был презерватив, — и не дал ему его выбросить. Растянутый кусок резины болтался у них под ладонями, слегка отвлекая, когда он попытался зарычать. — Рацио, ты лицемер…       Нахмурившись, Рацио легко высвободился и всё равно избавился от презерватива, завернул его в салфетку и отложил в сторону, торжественно объяснив:       — Оргазм — очень тяжёлая физическая нагрузка на организм, а ты не в лучшем состоянии. Если мы продолжим, я не могу гарантировать…       — Ты просил меня быть честным, — сердито фыркнул Авантюрин, снова хватая мужчину за запястье и на этот раз изо всех сил стараясь крепко сжать его. — Но ты всегда такой: сдерживаешься, заставляешь себя вести себя определённым образом, как ты думаешь, ради меня. Если хочешь, чтобы я был самим собой, то и ты должен быть самим собой! Я справлюсь, кем бы ты ни был на самом деле!       Глаза Рацио расширились, на мгновение блеснув удивлением и эмоциями. Затем… он глубоко вздохнул и опустил свою руку, — а вместе с ней и руку Авантюрина — обратно на матрас.       Там, нависая над Авантюрином, Рацио встретился с ним взглядом и издал низкое, хриплое рычание.       — …Нам понадобится стоп-слово.       …О…       По его телу пробежала дрожь. Загипнотизированный и покорённый внезапным присутствием этого человека, Авантюрин уставился в сверкающие радужки глаз Рацио и почувствовал, как с его губ срывается прерывистое дыхание.       — Выбери что-нибудь одно. У тебя есть десять секунд. Десять…       — Ах… э-э…       Авантюрин фыркнул, его разум был слишком ошеломлен, чтобы придумать хоть одно связное слово.       — Девять… восемь…       Он почувствовал, как что-то задело бедро, что-то твёрдое и причиняющее боль, и когда Авантюрин посмотрел вниз на их тела, у него перехватило дыхание.       Ах… оно нависало над ним… целовало его ноги и таз своим влажным кончиком. Жар, исходивший от него, был таким острым и мощным, что Авантюрин чувствовал, как он обжигает кожу…       — …Семь… шесть…       Авантюрин с трудом отвёл взгляд. Он снова посмотрел на Рацио, но только для того, чтобы пасть жертвой пронзительного взгляда мужчины и потерять следующие несколько секунд, загипнотизированный его пристальным взглядом.       — Пять… четыре…       Голос Рацио начал звучать угрожающе. Он не произнёс этого вслух, но Авантюрин услышал подтекст в глубоком рычании… лучше выбрать слово, иначе у него будут большие неприятности.…       — Три…       Рука Рацио скользнула под его бёдра, раздвигая их и приподнимая в воздух. Запаниковав, Авантюрин попытался выдавить что–нибудь — что угодно.       — Апо… апо…       — Два…       Взгляд Рацио блеснул в тусклом свете. Он сжал свой возбуждённый член между ног Авантюрина и слегка надавил на его вход.       — Апофеоз! — пронзительно выпалил Авантюрин.       Выражение лица Рацио смягчилось от смеха, а затем он толкнулся.       Авантюрин напрягся, как и всё его тело, когда сильное чувство разом уничтожило все нервы. Его голова откинулась назад, пальцы подёргивались, а на ногах — поджались… область под позвоночником, казалось, разлетелась вдребезги, а череп покалывало от безжалостных, мощных ударных волн.       И не прошло и секунды… Рацио снова толкнулся.       Затем еще раз. Затем ещё раз… вытаскивал, снова вбивался, врезаясь в его напряжённую плоть и раздвигая её, с каждым разом продвигаясь всë дальше, пока масса не погрузилась так глубоко, что Авантюрин даже не почувствовал, где она заканчивается.       Лишь услышал, как у него перехватило дыхание, но не смог заставить себя произнести это вслух. Не мог попросить Рацио остановиться сейчас… он обещал, что справится с этим…       — М-м-м… х-ха…       Но, возможно, дрожь в его голосе была слишком заметна. Рацио наклонился вперёд, зажав своё туловище между колен Авантюрина и поцеловав того в нос, но при этом ещё больше раздвинул ноги, открывая его всё больше.       — Просто скажи, что у тебя на уме, — пробормотал Рацио. — Ничего страшного, если ты скажешь, что не можешь с этим справиться.       Но затем его глаза сверкнули, и, когда он с силой вошёл, то добавил, задыхаясь от рычания:       — Остановлюсь я на самом деле или нет… это будет решающий вопрос.       — Ах!..       — Но ты же хорош в том, чтобы выигрывать их, верно? — Смешок Рацио, мрачный и угрожающий, нежно коснулся его щеки. — Мой милый маленький игрок…       Ох, чёрт возьми…       По телу Авантюрина пробежала дрожь, и он вскрикнул:       — Рацио!..       …Но это было всë, что он сказал.       Что он хотел сказать до этого?.. Он забыл. После эротического рычания и сильных толчков Рацио тело стало горячим и напряжённым от возбуждения. Наслаждение уже разморило его, и теперь Авантюрин просто лежал под этим мужчиной, ожидая, когда же он поправится и наполнится его теплом.       Он издавал много шума… И смутно осознавал это. Его стоны были похотливыми, совершенно безудержными, когда он судорожно втягивал воздух. Но на этот раз не пытаясь заглушить себя… он даже не чувствовал стыда. Он был неспособен, казалось, что весь его разум раскололся на мелкие кусочки, и всë, что он мог делать, — это смотреть на Рацио и думать…       …Чёрт… он горяч…       Доктор больше не выглядел спокойным. Его тёмные кудри стали влажными от пота и рассыпались по лбу. Мускулистое тело раскраснелось и блестело, а лицо было искажено похотливой, мучительной гримасой.       Авантюрин почувствовал, как его охватило изумление. Значит, даже Веритас Рацио мог выразить такое выражение лица… как, должно быть, ему невероятно повезло, что смог стать свидетелем этого…       Рацио открыл глаза и взглянул на него, и на мгновение их взгляды встретились. Встретившись с восхищённым взором Авантюрина, доктор нахмурился и закрыл глаза, коротко хмыкнув.       Внутри него эта масса вздымалась вверх, словно возбуждённая вниманием Авантюрина. Она была твёрже, чем прежде, и блондин напрягся, ахнув, когда острые мурашки пробежали по его растянутым стенкам.       Не в силах остановиться, он сжался, сдавливая внутри себя. Рацио вздрогнул, затем с яростным рычанием протолкнулся ещё глубже.       — Тьфу, ты…       — Ах… Р-Рацио!.. — Авантюрин закричал, но снова это было всем, что он успел, прежде чем его голос затих, переходя на пронзительные, бессмысленные вздохи.       Мужчина почти полностью задрал колени к голове, и жидкость, сочащаяся из его эрекции, угрожающе свисала на лицо. Он лежал под доктором почти вверх ногами, и в этом положении было отчётливо видно, как Рацио входит в него… он мог видеть, как этот огромный, покрытый венами стержень погружается на невозможное расстояние между ног, проталкиваясь почти до конца, прежде чем был вынужден остановиться, ударяясь о то, что находилось на конце его внутренностей. Затем Авантюрин увидел, как он вытягивается полностью, увлекая за собой розовую, припухшую складку, и снова поднимается в воздух, блестящая и сочащаяся жидкостью. Он собирался с духом, резко вздыхая… А затем всë возвращалось на круги своя, и блондин терял счёт следующим нескольким секундам своей жизни, приходя в себя немного позже с закатившимися глазами и слюной, сочащейся изо рта, издавая безумные стоны, когда всё его тело сотрясалось от опустошения.       Это чувство вернулось… жар в животе. Он был слишком слаб, чтобы двигаться, но чувствовал, как дрожит его живот, а дыхание стало резким и прерывистым. Слизь, вытекающая из его эрекции, полетела вперёд при следующем толчке Рацио, забрызгав его лицо и заставив съёжиться с испуганным мычанием.       Дикий, шокированный блеск промелькнул в глазах Рацио, и с хриплым вздохом мужчина потянулся вперед, схватил его за член… и сжал.       Острое, обжигающее наслаждение пронеслось по его паху, усиливая жар в животе и пояснице. Разрыдавшись, Авантюрин схватил Рацио за запястье и попытался остановить движение руки мужчины, чтобы ещё больше стимулировать его и без того измученное тело.       — Рацио… пожалуйста…       Из груди доктора вырвался тяжелый вздох, но продолжал двигаться, глаза сузились в упрямом блеске, когда он ускорил свои движения до бешеного темпа.       Безжалостно переброшенный через край, Авантюрин кончил. Сначала жар взорвался у него в спине, прокатившись по всему торсу и пронзив его разум — он кончил спереди на долю секунды позже, его член напрягся, а затем извергся яростной струей жидкости.       Она потекла по его животу и лицу, попала на щёки и в открытый рот, заставив вздрогнуть и жалобно заскулить.       Рацио уставился на него сверху вниз, янтарные глаза светились малиновым в темноте, он явно наслаждался этим зрелищем. Коротко зарычав, мужчина схватил второго за дрожащие бёдра и ускорил темп ещё больше, закрыв глаза и расслабив брови в выражении абсолютного блаженства, когда он отпустил Авантюрина… и толкнулся изо всех сил.       Взволнованный, всë ещё сотрясаемый дрожью и съёжившийся от вкуса собственного семени, Авантюрин мог только слабо вскрикнуть, когда масса внутри него увеличилась до ужасающей степени… и, наконец, тоже взорвалась.       Горячее напряжение затопило его изнутри, заполняя каждую щель в теле. Этого было так много, что оно роилось и переливалось через край, выплескиваясь из его рта, когда блондин дёргался и бился в конвульсиях вокруг Рацио. Оно попало ему на бёдра и на лицо, но на этот раз Авантюрин был слишком ошеломлён, чтобы отреагировать.       Он лежал, прерывисто и напряжённо дыша, невидящим взглядом глядя вдаль, а в животе у него всё ещё скручивало от невыносимого жара.       …В конце концов, Рацио, коротко вздохнув, присоединился к нему. Крепко держа колени, мужчина, казалось, собрался с духом… затем он отстранился.       Слабое, застенчивое ворчание, — вот и всë, что смог выдавить Авантюрин, хотя боль, пронзившая тело, была гораздо сильнее. Когда эрекция покинула его, член Рацио дёрнулся в конвульсии, и из него вытекло большое количество жидкости, которая попала на лицо, присоединившись к и без того непристойному месиву, размазанному по губам и щекам.       — Тьфу ты… — Авантюрин поморщился и инстинктивно высунул язык, пытаясь удержать липкую жидкость подальше от горла. Он услышал, как Рацио издал глубокий, рокочущий вздох, и не представлял, насколько соблазнительно он, должно быть, выглядел для мужчины в тот момент, покрытый их соединённым семенем и съёжившийся… пока мужчина не наклонился и не поцеловал его.       Липкая масса растеклась по их губам и исчезла между языками, растворяясь в слюне и стекая по горлу Авантюрина. Он вздрогнул и протестующе заскулил, когда Рацио разлил странный вкус по всему рту и привёл его в восторг.       Рацио тоже… попробовал на вкус его семя… их семя… они были совершенно…       Авантюрин открыл глаза, но ничего не увидел. Его радужки закатились, затуманенные и безумные. Смутно, сквозь томительную боль и острые ощущения, до сих пор терзавшие тело, слышал глубокое дыхание Рацио и чувствовал его тепло… Но это было всё. Его разум медленно угасал, темнея по краям, прогибаясь под величием того, что он сейчас почувствовал.       Смутно… когда он был на грани потери сознания… Авантюрин почувствовал, как что-то горячее ударило в живот. Он задохнулся, очнувшись ровно настолько, чтобы посмотреть вниз и с дрожью недоверия увидеть эрекцию Рацио, всё ещё большую и жадно пульсирующую на его гладком животе.       Почувствовал, как она снова вошла в него, достаточно сильно, чтобы он смог сжаться и вытолкнуть ещё больше слизи из своих внутренностей. В панике, осознавая, что теряет рассудок, Авантюрин попытался вздохнуть.       — Апо… апо…       …Но это было всë, на что он был способен. Тепло Рацио окутало его, заключая в нежные объятия, которым было слишком уютно сопротивляться. Авантюрин почувствовал, как его глаза закатились, веки сомкнулись… И когда всё тело обмякло в объятиях мужчины, последнее, что он почувствовал, — тёплый, задумчивый смешок Рацио на своих губах.       — …Думаю, нам следует подобрать более простое стоп-слово.