Расплата за мечту (18+)

— Ну, нет же, Юнги-хён. Шаг, шаг, разворот и рывок телом вперед. Верхней частью, как удар сердцем. Смотри, — Чимин уже в который раз повторил танцевальную связку, подпевая себе, и обернулся к хёну. — Я плохо объясняю, наверное. Шуга, который снова завис на пластике Чимина, рассеянно замотал головой. Он давно уже все понял и мог повторить это хорео не хуже самого донсэна, но продолжал пожимать плечами, заставляя повторять Пака заученные движения снова и снова. Ему просто нравилось смотреть на танцующего Чимина, слышать, как он негромко подпевает себе своим невероятным голосом, как погружается в это чудесное действо. Что бы ни говорили все вокруг, Шуга считал, что у их Чимина самый красивый и самый чистый голос. Конечно, он понимал, что его мнение являлось сугубо субъективным, но ничего не мог с собой поделать, когда прятался за дверью класса по вокалу, слушая, как тот повторяет упражнения и перепевает свои партии, снова недовольный собой. А наблюдать за танцем Чимина уже давно стало для Юнги отдельным личным фетишем. У младшего не было тех рваных и резких па, присущих уличному стилю Хосока. Даже элементы хип-хопа у Чимина получались более пластичными, какими-то «своими». Донсэн был трудяжкой, самым терпеливым и самым бескомпромиссным своим критиком. Он мог загонять себя прогонами и отработками танцевальных связок до сбоя дыхания, а потом морщиться от привычной ноющей боли. И со стоном массируя сведенные судорогой ступни и лодыжки, недовольно цокать языком, просматривая снятое на камеру телефона видео. Они пропадали в репетиционной уже второй час, а Юнги смог повторить от силы половину хорео. Не потому, что не мог. Не хотел. Ведь тогда бы Чимин убежал опять мучить свои голосовые связки, добиваясь идеально взятой ноты или снова, обнимая за плечи Ви так, как мог только он один, тихо беседовать о чем-то, известном только им двоим. Шуга поражался тому, как он мог так раздаривать себя другим мемберам, ничего не прося взамен. И тому, как он быстро переключался от бесконечной нежности к плутоватым каверзам, так любимым макнэ-лайн. Но сегодня наблюдать за самовыражением Чимина Шуге мешал вечно отвлекающий того телефон. Он постоянно звонил, потом гудел, сообщая о пришедших сообщениях. Чимин поначалу решительно сбрасывал звонки и игнорировал смс, отключив звук, а потом и вовсе кинул его на мат, лишь изредка бросая в его сторону недовольные взгляды. Шуга вполне логично подумал, что легче было один раз ответить, чем терпеть чью-то настойчивость. Упав в очередной раз на маты, чтобы не мешать Чимину вдалбливать в неподдающийся танцевальному ритму мозг хёна очередные движения, Юнги задел локтем жужжащий смартфон. Входящий был обозначен лишь набором цифр, и он на автомате смахнул пульсирующий зеленый значок трубки. — Внимательно, — по привычке ответил он, услышав на том конце облегченный вздох. — Чимин! Ну, наконец-то. Я просто хотел… — начал незнакомый собеседник. — Это не Чимин, это один из его… друзей, — Шуга чуть хмыкнул. — Он сейчас сильно занят репетицией. — Пожалуйста, умоляю вас, передайте ему трубку, — голос говорившего действительно походил на отчаявшийся. — Мне просто необходимо с ним поговорить. — Я попробую, — пожал Мин плечами и поднял руку с телефоном вверх. — Чимин! Тебя тут хотят! Тот замер, не до конца выкинув вверх руки, и яростно блеснул глазами на горящий экран смартфона. Шуга неосознанно озвучил именно то, что испытывал сейчас человек на том конце. Чимин с какой-то мрачной решительностью подошел к хёну, забрал телефон и сухо произнес: — Что вы хотите? Шуга, не желая становиться помехой в разговоре, показал жестами, что отойдет. Ему надо было забежать в студию, проверить одну мысль, а еще прихватить пару бутылок с водой. Чимин хмуро кивнул и продолжил, уставясь на закрытую дверь репетиционной: — Не находите, что это уже наглость — заявлять такое моим друзьям? — Я ничего такого… — попытался оправдаться Ли, но тут же перебил сам себя. — Чимин, спасибо, что не бросил трубку. — Я же просил оставить меня в покое. Что из этого вам не понято? — Подожди! — практически выкрикнул мужчина. — Я хочу с тобой поговорить. Просто поговорить. — А я не хочу с вами разговаривать, — твердо ответил Пак. — Вы взрослый человек, неужели не понимаете слова «нет»? — Чимин, — в голосе слышалась слабая надежда, — дай же мне все объяснить. Я понимаю, ты ненавидишь меня… — Нет, — к собственному удивлению проговорил Чимин, — не ненавижу. Но видеть, как и общаться, не хочу. — Чимин, — голос стал тише, — за что ты так? Ведь ты же что-то чувствуешь, я знаю. — Знаете? — хмыкнул парень. — Как самонадеянно… — Я ощущал это в те моменты… — Хватит! — Чимин зажмурился, все еще прижимая к уху телефон. Это было каким-то странным мучительным удовольствием. — Хорошо, — согласился Ли, — но я прошу, я отчаянно прошу у тебя встречу. Всего одну. Чимини… — Нет, — тот словно стряхнул с себя разрушительные чары. — Не заставляй меня давить на тебя. Я этого не хочу. — Даже так? И чем же мне это может грозить? — вскинул брови Чимин. — Если ты откажешься от встречи, — Ли Гон помолчал, а потом продолжил, — то у меня пропадет желание остановить этот беспредел, который зовется вашим сопровождением. — А вы разве можете? — ухмыльнулся Пак. — Есть два слова: «могу» и «хочу». На первое я дам тебе положительный ответ, а вот второе… — Что не так со вторым? — Чимину показалось, что он сейчас раздавит телефон, с такой силой он его сжал. — Все зависит от тебя. Дай мне мотивацию, — мужчина многозначительно замолчал. В голове у Чимина стремительно сменяли друг друга разные варианты развития. Сознание прыгало от одного к другому и не могло найти единственно правильный выход. — Хорошо, — словно преодолевая барьер, выдавил он, — я приду на встречу, но с одним условием. — Каким? — спросил Ли тоном, в котором уже угадывалось знание. — У нас не будет секса, только разговор, — медленно проговорил парень. В трубке на несколько секунд повисла тишина, прерываемая лишь ровным дыханием. Наконец Ли Гон тихим, немного хриплым голосом спросил: — Кого же ты больше боишься: меня или себя?.. Хорошо, — продолжил он, соглашаясь, — я пришлю тебе место и время. — Нет, — сухо ответил Пак, — это была моя реплика. Место и время пришлю вам я, — он нажал на сброс, закрыл глаза и громко выдохнул. — Я что-то не совсем понял, — раздался позади него бесстрастный голос, — куда это ты собрался? Шуга, держащий в руке две бутылки воды замер на пороге. Он, улыбаясь своим мыслям, открыл дверь, когда впечатался со всего размаха в услышанное: «у нас не будет секса». Остальное сказанное пролетело мимо его ушей, в которых звучным набатом стучало: «Это повторяется снова! Нет! Только не Чимин!» — Чимин, — увереннее проговорил Юнги, — ответь честно. Тебя шантажируют? — Нет, — тот равнодушно покачал головой, — это не так. Все нормально, — он попытался улыбнуться. — Давай на сегодня закончим, хорошо? Шуга кивнул, наблюдая, как донсэн забирает с мата свой свитшот. Он протянул Паку одну из принесенных бутылок, и тот с благодарностью кивнул. Юнги сделал вид, что поверил, но про себя решил, что будет внимательнее следить за передвижениями Чимина. Он уже давал себе обещание, что не даст того в обиду и собирался его выполнить.

***

И снова съемки, репетиции, записи, пересъемки, перезаписи и так по кругу. Они снова вошли в тот знакомый и такой многообещающий ритм, что совсем не замечали усталости. А она настигала их внезапно, подкашивая ноги на прогонах хорео, вырубая глубоко за полночь, не давая даже принять душ. Они валились на кровати без слов, засыпая с уверенностью, что завтра они будут лучше, чем были сегодня. Но в их дружной группе что-то неуловимым образом изменилось. Шуга чуть напрягался каждый раз, как Чимин брался за телефон. Совсем немного, в полразворота поворачивая голову и следя за ним краем глаза. Но ничего подозрительного не происходило, и он снова занимал позицию сторожевого верного пса. Чонгук кружил вокруг Ви, напоминая один из спутников Сатурна, оставаясь всегда на определенном отдалении, но ловя каждое движение хёна, каждый его взгляд. Тэ вел себя с ним отчужденно-вежливо, не позволяя прежних шалостей и вольностей. Нет, он не игнорировал младшего, но и назвать их самыми близкими друзьями теперь никто бы не решился. Джин молчаливо наблюдал, как в те короткие минуты, когда Чонгук отвлекался или был занят чем-то своим, Тэхён смотрел на него зачарованно, жадно улавливая заученные движения хорео или скупую, чуть кривоватую улыбку. Джин одними глазами показывал Хосоку на то, как бессознательно тянулось тело Тэ в сторону их макнэ, и как тот резко отводил взгляд, стоило Гуку посмотреть в его сторону. В один из таких дней Хоби подсел к Ви и, приобняв за плечи, тихо проговорил: — Я понимаю, что с тобой происходит. Я видел, через что тебе пришлось пройти. Но это закончилось. Просто отпусти прошлое, живи в настоящем, думай о будущем. — Я словно потерял что-то там, в этой проклятой комнате, — прошептал Тэхён, рассеянно смотря в одну точку. — Не могу вернуть себя прежнего. — Это пройдет, — Хоби погладил младшего по волосам. — Знаешь, есть хороший способ. Меня когда-то этому научил отец. Он говорил, что если ты не можешь решить свою проблему самостоятельно и не можешь никому ее доверить, то ты должен изложить ее на бумаге. Потом перечитать очень внимательно, и выход обязательно найдется. С того самого дня Тэхён стал писать еще чаще. И чем тише он становился, тем яростнее мелькала ручка над белым листком. Он, если была такая возможность, снова и снова что-то писал в своей тетради, которую всегда носил с собой и никому не показывал. Но однажды Джину все же удалось случайно заглянуть в нее, и там, среди каких-то непонятных длинных записей и зарисовок он рассмотрел: — Опустошаю стопку и наполняю тоской Ах, если бы я просто со всем согласился! Зачем попытался спорить? — Это лирика? — Джин сам от себя не ожидая ткнул пальцем в открытую тетрадь Ви, не давая тому закрыть ее. — Это же здорово! Тебе надо обязательно показать ее Намджуну и Шуге. — Это всего лишь баловство, — Тэхён все же вытянул свои записи из-под руки хёна и прижал тетрадь к груди, закрывая обеими руками. — Никому это не может быть интересно. — Ты не прав, и, если ты не осмелишься, я сам расскажу об этом Джуну, — старший хён решительно сдвинул брови. — Вспомни, что говорил нам Бэнг. «Из любой неясной строчки может вырасти прекрасная песня». Тэхён лишь слабо кивнул, снова улетая куда-то в свои мысли. Но вечером того же дня он нерешительно постучал в двери студии, где сводили очередную композицию RM и Шуга. — Я тут долго думал, — потоптался он у порога… — Заходи, не бормочи под нос, — махнул ему Мин. — Что ты там думал? — Ну, наверное, это уже поздно, но… — промямлил Ви, и вдруг, решившись заговорил: — В клипе «I Need U», мой герой, он должен быть более уязвимым. Но при этом эмоциональным. — Как это? — непонимающе уставился на него Джун. — Ну вот смотри, — Ви подошел чуть ближе, — он там только и делает, что болтается по улице, да с ребятами тусит. Никакой внутренней борьбы. А вот, к примеру, у него в семье все плохо, его там бьют, и он в один момент теряет контроль и бьет отца или отчима, все равно. — Убивает, — подал голос Шуга. — Что? — ошарашенно замер Ви. — Он теряет контроль и убивает своего мучителя, — задумчиво произнес Мин. — Хороший ход, значительно раскрывает смысл видеоряда. Вообще, многое объясняет. — Да, наверное, — кивнул головой Тэ. — Но мы же уже все отсняли. — Не все. Мы вот тут слова меняем, — Намджун показал рукой на экран ноутбука. — Так что, твое предложение весьма кстати. — Серьезно? — у Ви загорелись глаза. — А вот если в моменте, где я пою «Прости. Я люблю тебя» на втором плане сделать не повтор этих слов, а наоборот, что-то типа «ненавижу» или «уходи»? — «Я ненавижу тебя, ненавижу», — подхватил Джун, и они с Шугой хлопнули по ладони друг друга. — Усилим! — А ты чего молчал столько времени? — лидер присмотрелся к скромно стоящему в тени студии парню, пока Юнги вносил изменения в композицию. — Может у тебя еще что припрятано? — Ну, есть кое-что, — снова потупился Ви. — Вот, лирика. Не знаю, Джин сказал, что вроде годная, — он протянул хёнам листок с нацарапанными строчками. — Ну-ка, что у тебя тут? — Джун начал читать, а Шуга заглянул в листок из-за его плеча. Они с минуту молча читали, а потом озадаченно уставились на младшего. — Ты это сам написал? — Я даже немного попытался на музыку положить, но на этом окончательно засыпался, — махнул тот рукой. — Замечаю только лишь тебя Других для меня не существует Смотри, я беспристрастен ко всем, кроме тебя И теперь даже один день не могу без тебя, прошу… Намджун снова перечитал особенно понравившийся отрывок вслух. Хёны прекрасно понимали, о ком эти строки. Посмотрев друг на друга, они согласно кивнули. — С этим можно работать. Не все, конечно идеально, что-то требует доработки, но основная идея классная, — Шуга чуть подвинулся, освобождая место у стола. — Что ты там говорил про музыку? Ну-ка, напой…

***

Через несколько дней Чонгук, работающий над совместным «Outro» и тоже предложивший свой вариант лирики, увидел на столе исписанный листок бумаги. — Новая песня? — с интересом поинтересовался он у Шуги. — Да, Ви принес лирику и музыку. Теперь вот работаем, хотим включить в альбом, — как ни в чем не бывало, ответил тот, лишь чуть улыбнувшись уголком губ. Он намеренно отвернулся и сделал вид, что не заметил, как быстро Чонгук сфотографировал текст на свой телефон. — Давай еще раз посмотрим на то, что ты предлагаешь сделать… Чонгук нагнал любимого хёна на улице, уже на самом подходе к зданию компании. Они как раз возвращались из кафе, где иногда обедали, когда Ви, по своему обыкновению, о чем-то задумался и отстал от вечно шумного Чимина и не менее активного Хоби. — Тэхёни-хён, — он едва коснулся рукава его куртки, как тот вздрогнул и отдернул руку, словно его ошпарили кипятком. Он испугано уставился на макнэ, ожидая, что тот скажет. — Я не опасен, — чуть приподняв руки ладонями наружу, попытался пошутить Гук. — Что тебе надо, — немного резко спросил Ви, не реагируя на его слабую попытку. — Давай поговорим, — Гук убрал руки в карманы. — Не хочу, — Тэ развернулся в сторону двери, — я сегодня сильно устал. — Как и вчера, и позавчера, и во все прошедшие в последнее время дни, — Чонгук покачал головой. — Я хочу задать тебе один вопрос, — он вдруг стал очень серьезным. — Всего один, но жду, что ты на него ответишь честно. — Задавай, — пожал плечами Ви, — ведь по-другому ты не отстанешь. — Что я сделал не так? Вернее нет, не правильно. Чем я тебя обидел? — С чего ты взял, — начал было Тэхён свою обычную отговорку, но макнэ в этот раз был настроен решительно. — Все изменилось с того вечера, когда ты напился. Тогда ты сказал, что… — Гук чуть прикусил нижнюю губу, но продолжил. — Что ты был с парнем. В этом все дело? Он тебе не безразличен? Ты не знаешь, как вам снова встретиться? — Прости, что? — Тэхён таращился на мелкого, широко раскрыв глаза. Значит, пока он варился в своем самобичевании, пока искал в себе изъяны и старался не замарать своими мыслями светлый образ макнэ, тот считал, что его хён влюбился в какого-то постороннего чувака, и теперь страдает от невозможности быть вместе с ним? От понимания всей абсурдности ситуации Ви нервно хихикнул, тут же закрыв себе рот ладонью. Стыдно было смеяться над чьими-то переживаниями. Гук, увидев кривую улыбку, набычился и сверкнул глазами. Вынув руки из карманов, он стиснул ладони в кулаки. — Я уже говорил, что не глупый малыш, каким вы все тут меня считаете. Я знаю, что есть разные отношения. Не все из них признает общество, но тебе не стоит так морозиться по этому поводу. Не от меня. Я всегда пойму тебя. Если я был слишком навязчив — прости меня, — он разжал ладонь и потянулся к запястью Ви. — Просто, я хотел, чтобы ты понял… — О чем ты говоришь, — Тэхён заторможено смотрел на тянущуюся к нему руку. — Какие отношения? Какой парень? Что я должен был понять? — Теперь это не важно, — его пальцы обхватили запястье хёна. — Просто знай, что я всегда на твоей стороне. И если тебе так нравится тот парень, то я… — Он мне не нравится, — Ви не отрываясь, смотрел на тонкие пальцы, нерешительно окольцовывавшие его руку. — Ты все неправильно понял. — Тогда в чем дело? В том, что вы вместе были в этом долбаном эскорте? Тэхён задохнулся резким вдохом и попытался вырвать руку, но макнэ вдруг крепче сжал ладонь. Ви опустил голову, стараясь спрятать вмиг покрасневшие щеки. Он знает! Господи, до чего стыдно! А Гук все никак не унимался. Видимо, решимость поговорить, придала ему смелости. — Ты жалеешь его? Потому, что вы вместе прошли через все это? Это не привязанность, не влюбленность, а просто сочувствие? — Откуда ты знаешь про эскорт? — еле смог выговорить Ви. — Я не глухой и не слепой, — выплюнул Гук. — Если хотели это скрывать и дальше, нечего было шептаться на каждом углу. Но сейчас вопрос не в этом, а в твоем отношении к тому парню. — Я бесконечно жалею его, — Тэхён не узнал свой голос, таким тихим и безжизненным он казался. — Он все еще остается там, и неизвестно, сможет ли когда-то выбраться. Но я не испытываю к нему определенного рода привязанности. То, что случилось, было… — Тэ сильно зажмурился, стараясь совладать с собой. — Это произошло случайно и ничего не значит. — Но тогда, — Чонгук непонимающе захлопал глазами, — твое отношение ко мне поменялось из-за меня самого? В чем я виноват? Почему ты избегаешь меня? Почему отталкиваешь? — Я не имею права продолжать с тобой наше обычное общение, — угрюмо проговорил Тэхён. — Ты не должен относиться ко мне, как прежде. Для тебя я грязный, порочный, я не заслуживаю твоей доброты, твоего участия. — Подожди, — Гук выглядел настолько ошарашено, что Ви замолчал, не понимая его реакции. — Если ты не грустишь о том парне, тогда это, — он вынул из кармана телефон и нашел что-то в галерее, — эти слова, они что, обо мне? Ведь это же ты написал, не отпирайся. Я знаю, что ты. Тэхён опустил глаза на экран смартфона и увидел свои собственные стихи. — Без тебя я не могу дышать Без тебя я — ничто Открой мою запертую душу, растопи мое сердце Притяни и обними так, чтобы я смог почувствовать тебя… Чонгук прочитал отрывок и поднял глаза на хёна. — Тэхёни, это… Ты же просто прочитал мои мысли. Я же чувствую именно это. Каждый раз, когда ты отталкивал меня, я чувствовал, как меня разрывает изнутри. — Гуки, — тот всматривался в черные глаза, пытаясь найти ответы на свои вопросы. Неужели то, что испытывал он, имело ответные чувства? — Ты, наверное, не совсем понимаешь, — его замершие губы пытались выдавить хоть что-то здравомыслящее. Но его перебили: — Кажется, эта долгая ночь растекается следом за тобой Кажется, эти минуты размываются после тебя Почему отдаляешься? Почему уходишь так далеко, что тебя не достичь? Скажи мне, почему отдаляешься, почему? Разве в твоих глазах я уже стал невидимкой? — Что это? — только и мог выдавить из себя Ви. — Лирика, которую я написал, — Гук немного покраснел. — Не все сам, конечно, Джуни-хён помог. Для «Outro». Но это о тебе, — Тэ увидел, как заискрились его глаза. Из них словно лилась теплота, как когда-то, в те дни, когда Чонгук смотрел на него, а он сам не прятал своих глаз. Тэхёна вдруг накрыло огромной волной чувств. Там было и удивление, смешанное с радостью, что его не отвергают, не считают недостойным. И понимание вместе с испугом, что привязанность взаимна. И желание обнять, прижать к себе, никуда не отпускать. И страх за эту светлую непорочную душу. — Не отталкивай меня, — почти умоляюще произнес Чонгук. — Верни мне моего любимого хёна. Он же где-то там, — он прижал ладонь к груди Ви, — ты заточил его в оковы и спрятал. Отпусти его, он очень мне нужен. Я бесконечно скучаю по нему. — Ох, Гуки, — только и смог проговорить Тэ, притягивая к себе и зарываясь носом в волосы, вдыхая, такой знакомый и такой привычный запах. — Вот так, — Чонгук гладил его по спине и вжимался лицом в теплую куртку, — так гораздо лучше. Привет, Тэхёни-хён, я соскучился…

***

Чимин усиленно старался не думать о том разговоре. Конечно смешно было надеяться, что Ли Гон забудет или, поняв его молчание, просто спустит все на тормозах. Нет, все было совсем не так. Подождав приличествующие ситуации несколько дней, он напомнил он себе лаконичным: «Я все еще жду». Чимин, получив сообщение, сжал в руке телефон так сильно, что, казалось, хотел его раздавить. Ви, заметивший, как изменилось лицо друга, тут же подошел, вскинув брови в немом вопросе. Пак скрипнул зубами. — Опять он, — тихо, стараясь чтобы никто не услышал, проговорил Чимин. — В смысле «опять»? — Ви сразу понял, о ком идет речь. — Он что, уже звонил? — Да, я просто тебе не говорил, тебе не до этого было, — Чимин вздохнул. — Если коротко, он просит встретиться в обмен на любезную услугу с его стороны. — Встретиться, это значит?.. — Тэ побледнел. — Нет! Чимин, не соглашайся! — Я уже согласился, — Пак начал нервно кусать губы. — Понимаешь, он обещал закончить все эту ерунду с эскортом. — Но ведь нас уже давно никто не вызывал, — Тэхён никак не мог понять, в чем была проблема. Он отвел Пака в дальний угол репетиционной, чтобы их не слышали. — Или я чего-то не знаю? — Насколько я понял, там просто немного притихли после последнего, — он быстро стрельнул глазами на друга. — Но они дали понять Ши Хёку, что после того, как мы придем в норму, все продолжиться. — Продолжиться? — в глазах Тэхёна плескался ужас. Он немного помолчал, переваривая услышанное. — Это ничего не значит. Ты не обязан спать с ним только для того, чтобы… Не делай этого! — он схватил Чимина за руку и с силой ее сжал. Затравлено заглядывая в глаза. — Я никогда не прощу себе. — Тэ, — Чимин высвободил руку и обнял друга за плечи, и продолжил, шепча на ухо, — я не собираюсь с ним спать. Мы просто договорились о встрече. Я сам должен назначить место. Никакого секса, он обещал. — Я все-равно боюсь за тебя, — сжимая пальцами ткань футболки друга, прошептал Ви. — Когда ты идешь на эту встречу? — Я еще не назначил место, но тянуть уже больше нельзя, — Чимин отстранился. — Сегодня он дал понять, что его терпение не безгранично. — Назначай встречу в кафе, — решительно проговорил Тэ. — Через два дня наши уезжают на пересъемку Джуна и Чонгука. Шуга будет занят в студии, а Хосок снова займется Джином. У него там что-то с хорео. Я пойду с тобой. И даже не возражай. Одного я тебя не пущу, — он уперто замотал головой. — Мы с тобой оба в это попали, оба лоханулись, когда сразу не рассказали, и вылезать будем оба. Чимин, чуть подумав, пожал плечами, соглашаясь. Конечно, ему и самому будет спокойнее знать, что где-то рядом друг. — Старайся, чтобы время было не очень позднее, часов восемь самое позднее, иначе мы не сможем объяснить, куда идем, — мозг Ви заработал в ускоренном режиме. — Я не буду заходить в кафе, останусь на улице и буду следить через окна. — Ты же понимаешь, что он тоже может быть не один, — возразил Чимин. — Понимаю, — хмыкнул Тэ, — Я теперь все очень хорошо понимаю. Но думаю, что он все же придет один. Ему не выгодно, чтобы ты сорвался с крючка. Если вдруг ситуация выйдет из-под контроля, то я… В его глазах сверкнула решимость. Чимин приоткрыл рот, смотря на такого Ви. То, что друг настолько за него переживал, задело внутри него какие-то давно забытые струны. Он часто заморгал, чувствуя, что вот-вот расплачется, и обнял стоящего перед ним Тэхёна. — Мини, ну ты чего, — растерялся Тэ, поглаживая того по спине. — Спасибо, — тихо, куда-то в район ключицы проговорил Пак. — Спасибо, что не оставляешь меня, что все еще считаешь другом, несмотря на то, что… — Он все же всхлипнул, не решаясь продолжить. — Ничего не изменилось, — ответил Ви, думая про себя, что это, возможно, так и есть. Ведь и Чонгук от него не отвернулся, значит у них есть надежда на обычную жизнь. — А теперь, вытирай свои слезы, пока никто не увидел, и назначай время и место. Думаю, та кофейня в Сонгдо вполне подойдет. За разговором они даже не заметили, как следили за ними одни внимательные глаза. Шуга сделал для себя отметочку, что верный друг другу девяносто пятый лайн очень упростил ему задачу. Уследить за неугомонными друзьями будет гораздо легче, чем за одним Чимином. Он неопределенно хмыкнул и снова включился в разучивание новых элементов хорео.

***

Войдя в кофейню, Чимин огляделся по сторонам. Приглушенный вечерний свет создавал приятную расслабляющую атмосферу, хотелось просто посидеть, выпить чашку ароматного кофе, послушать тихую музыку. Окружающее совсем не располагало к тому разговору, что предстоял Паку. Он сосредоточился на поставленной цели и осмотрелся. Ли Гон сидел в дальнем углу у большого окна и откровенно любовался вошедшим парнем. Он совсем не стеснялся своего ярко горящего взгляда, которым он буквально пожирал Чимина. Тот в свою очередь отметил предусмотрительность Ви, который не стал провожать его до кафе, как раз на тот случай, если Ли будет наблюдать за Паком из окна. Надеяться на то, что мужчина опоздает и придет позже, вообще никто из друзей не стал. Все получилось именно так, как они и предполагали: Ли Гон пришел загодя, выбрал наиболее стратегически выгодную позицию и даже успел заказать кофе. Когда Пак приблизился, он привстал из-за стола и протянул руку, ожидая пожатия. Чимин чуть замешкался, но руку все же пожал, получив ко всему легкое нежное поглаживание запястья. — Что ты будешь? — Ли поднял руку, подзывая официанта. — Ничего, спасибо, — отрицательно качнул головой тот подошедшему парню. — Значит хорошо, что я заказал на свой вкус. А вот, уже несут, — он не сводил взгляда с немного напряженного Чимина. — Не переживай, все довольно легкое, даже пирожное не калорийное. — Не стоило, — Чимин заметил выбор закусок, но предпочел промолчать. Он демонстративно отодвинул тарелку, но на нее тут же легли парочка манду и кусочек панджона. — Ешь, это не навредит твоей фигуре, — Ли снова придвинул к нему тарелку. — Из напитков я заказал нокча. Уже несколько поздно для кофе, и я… — Не надо стараться быть милым, — остановил его Чимин. Ли замер на полуслове и улыбнулся. — Мы же пришли сюда не для приятного ужина. — Одно другому не мешает, — пожал плечами мужчина, отправляя в рот обжаренный корейский пельмешек. — Давай о деле, — резче, чем следовало, произнес Чимин. — Что я должен сделать, чтобы все это закончилось? — Ты перешел на неформальный стиль общения? — Ли слегка наклонился над столом и сверкнул глазами. — Мне нравится. Это сближает. Продолжай. В тебе мне нравится все: твоя дерзость, твоя смелость, твоя нежность. На этих словах щеки Чимина покраснели. Перед глазами совсем некстати встали моменты их близости, то, с каким трепетом Ли целовал его лицо, как гладил его тело. Он с трудом отбросил эти видения, неосознанно отправив в рот кусочек яичного блинчика. — Давай поговорим о том, зачем мы сюда пришли, — прожевав, он сделал глоток чая и снова посмотрел в глаза мужчины. — Вот так, сразу? Хорошо, — тот откинулся на спинку кресла и расслаблено положил согнутый локоть на подлокотник. — Я хочу, чтобы мы продолжили наше общение. — Ожидаемо, — кивнул парень. — А что насчет нашего эскорта? — Я с большим удовольствием надавлю на нужных людей. Мне совсем не улыбается, что с моим мальчиком будет спать кто-то еще, — он сверкнул холодными глазами. — И сколько встреч тебе надо, чтобы я расплатился за такой щедрый подарок? — Чимин прожигал сидящего мужчину яростным взглядом. — Я не хочу и не собираюсь покупать наши с тобой ночи, — его взгляд стал мягче, он еле уловимо поглаживал чайное блюдце. — Не понимаю, — покачал головой Пак. — О какой мотивации тогда ты говорил? — Я не мог по-другому заставить тебя прийти, — он пожал плечами, словно говоря, что это и так понятно. — Чимин, — он вдруг подался вперед, накрывая лежащую руку своей, — неужели ты не заметил моего отношения к тебе? Мне казалось, что все очевидно. Да и ты в последнее время стал отвечать взаимностью. Или я ошибся? Чимин отвел глаза, не пытаясь убрать руку. Его щеки снова горели. Он не мог сказать правды, но ведь Ли Гон говорил о том, что они оба прекрасно знали. — Не показалось, но это было до того вечера, когда… — Забудь этот вечер, — он сжал руку Пака. — Как я могу забыть? Ведь меня спасло только то, что в тот момент там оказался мой друг, а не я. Если бы… — Если бы там оказался ты, Дживон не ушел бы живым, — сквозь зубы прошипел Ли, отведя взгляд. — А что бы это изменило? — горько улыбнулся Пак. — К тому времени он бы уже сделал со мной все, что хотел. — Чимин, не надо так! — Мужчина прикрыл глаза. Его лицо исказила гримаса боли. Он провел ладонями по лицу, словно стирая из памяти увиденное. — Думаешь, я не представлял всю эту ситуацию себе? Я уже успел несколько раз проклясть себя за то, что опоздал тогда. Прости меня, — он снова нашел руки Чимина. — Я действительно не хотел этого. Не накручивай себя, пожалуйста. Давай дадим друг другу шанс, и если тебе это будет не нужно, то, обещаю, я отпущу тебя. — А если ты отпустишь меня, они снова возьмутся за ребят? — Чимин покачал головой. — Это замкнутый круг. — Ты заставляешь меня раскрывать все карты, но, пожалуй, так будет честнее. — Он опустил руку в карман пиджака и достал небольшую флешку. — Вот, — он подвинул ее на середину стола, все еще не убирая с нее пальцев. — Что это? — парень непонимающе смотрел то на нее, то на Ли. — Твоя мотивация, — спокойно ответил тот. — Здесь, все отснятые видео, где присутствуешь ты и тот, второй парень. С Пэм пришлось немного по бодаться, но та история с наркотиками… Короче, тут все. Видео не отредактированы. Это тот самый компромат, которым вам угрожали, и я отдаю его тебе. Чтобы между нами все было предельно ясно и открыто. — И я могу его просто забрать? — Чимин с трудом сдерживался, чтобы не выхватить флешку из-под пальцев мужчины. — Можешь. — А если я заберу и не приду, — он все еще не верил в происходящее. — Значит, я сильно в тебе ошибся, — пожал тот плечами. — Но это означает… — Ты все правильно понял. Я уже все решил, — Ли внимательно рассматривал сменяющие одна другую эмоции на лице парня. — Буквально сегодня я уладил последние вопросы. Ребят не тронут в любом случае. Это не зависело от того, придешь ты или нет. Я хочу, чтобы это был только твой выбор. Чимин протянул руку и дотронулся до флешки. В его голове крутилось тысяча вопросов. Если он возьмет ее и придет, получится, что он расплачивается? А если не возьмет? Как ему поступить? — Это единственный экземпляр? — задал он вопрос, который мучил его меньше всего. — Да. — И я могу поступить с ним так, как я хочу? — Конечно, — кивнул мужчина. Чимин решительно взял в руки флешку и одним движением разломил ее пополам. Он почувствовал, как защипало в глазах. Ли Гон понимающе улыбнулся. Теперь между ними ничего не стояло. — Я всегда знал, что в вашей группе собрались неординарные личности. Вы принимаете решения, на которые не всегда решаются уверенные в себе взрослые, но именно они оказываются теми, единственно верными. — Да, мы многому друг у друга научились, — Чимин трясущимися руками поднес к губам чашку с остывшим чаем. Они помолчали, и Чимин встал. — Я могу надеяться? — спросил Ли. Он не собирался останавливать парня. Тому было о чем подумать. — Я сообщу, — ответил Чимин. — Буду очень ждать, — проговорил Ли напоследок. Почему-то он был уверен, что видит этого необыкновенного парня не в последний раз. Не успел Чимин пройти и пару метров, перед ним вырос взволнованный Тэ. Было видно, что тот прилично замерз, но он только притянул друга к себе и молча обнял. Они постояли так немного, а потом, Тэхён отстранился и спросил: — Ну, как прошло? — Не знаю, — Пак все еще был ошеломлен поступком Ли. — Но теперь мы можем быть спокойны. Нас больше никто не тронет. Мы свободны, — он посмотрел в недоверчивые глаза Тэ. — Свободны, представляешь? Все закончилось. Тэхён еще какое-то время молча всматривался в лицо друга, а потом сел на корточки и, закрыв руками лицо, заплакал. — Какого хрена тут вообще происходит? — услышали они рассерженный голос. Парни одновременно обернулись и увидели стоявшего в паре шагов от них разъяренного Мин Юнги. Оба мембера растерянно замерли. Чимин торопливо пытался найти объяснение их внезапной прогулки, когда Тэхён, чуть закрыв плечом друга, нагло спросил: — А что ты тут делаешь? Следишь за нами? После всего вы теперь нам не доверяете, так выходит? — он настолько разошелся, что даже стал наступать на Шугу. Но того было нелегко взять на понт. — За языком следи, когда с хёном разговариваешь, — бросил в его сторону Юнги, не сводя глаз с испуганного Пака. — Чимин, может, ты все-таки объяснишь? — Он ничего тебе не должен объяснять, — немного тише, но все еще довольно агрессивно ответил Тэ. — А ну-ка, сбавь тон, — рыкнул Мин. — Так, все, — опомнился Чимин, — брейк! Тэхён, — он дернул того за рукав, — сходи в кофейню и принеси нам айс-американо. Нам всем не мешает охладиться. — Но… — попытался было возразить Ви. — Тэхён, это же Шуга, он не сделает мне ничего плохого, — успокаивающе проговорил Пак. Тэ еще немного постоял, потом резко развернулся и пошел к кофейне. — Я тебя внимательно слушаю. Вижу, что тебе есть что сказать, — Шуга говорил спокойно, но было видно, что внутри него все кипит. — Но ведь и тебе есть что сказать, — возразил младший. — Ты же не просто так оказался тут. Ты за мной следишь, и не отрицай. — Даже не собирался, — хмыкнул Шуга. — А что ты предлагаешь делать, если ты решил поиграть в Супер-героя? — Значит, ты прекрасно видел, с кем я встречался, — подытожил Пак. — Не только видел, я заснял, — Мин покрутил в руках телефон. — Я не знаком с этим человеком лично, но догадываюсь, кто он. — Зачем? — Чимин округлил глаза. — Для чего ты снял нашу встречу? Мы не делали ничего предосудительного. Сотри! — Нет, — покачал головой Шуга. — Если этот козёл шантажирует тебя и заставляет встречаться, то я не собираюсь оставаться в стороне. — Меня никто не заставлял! — повысил голос Чимин. Он и так испытал сегодня слишком много эмоций, объясняться сейчас еще и с Юнги ему совсем не хотелось. — Это было мое решение. Шуга подошел ближе, взял его за руку и начал медленно перебирать пальцы. — Ну, так объясни, скажи мне правду, — его голос звучал успокаивающе. — Мне казалось, что наш корабль тонет, — Чимин отвечал тихо. — И ты решил, что лучше спасти корабль, но самому пойти на дно? — Мин все также невесомо перебирал тонкие маленькие пальчики. — Зачем? — Я не знаю, — пожал тот плечами. — Решил поиграть в благородство и пожертвовать собой? — Шуга действительно не мог понять его поступка. — Нет, — тряхнул тот челкой, — это не жертва. — Тогда что? У тебя не было выбора? Ты говоришь, что тебя никто не заставлял, но была же причина? — Причина в том, что я должен был проверить. — Проверить что, — Шуга окончательно запутался. — Его… Себя… — Чимин отвернулся от испытывающего взгляда хёна. — Я не могу тебе этого объяснить. Все слишком запуталось. — Ты хотел понять, — Юнги боялся произносить это вслух, но выбора не было, — не испытываешь ли ты к этому мужчине привязанность? — Господи, — Пак запрокинул голову вверх, разглядывая темное небо, — из твоих уст это звучит еще более пошло и развратно, чем есть на самом деле. — Что пошлого в искреннем притяжении? — Шуга очень старался не выдать отчаяния, пронзившего его. — Но ведь это неправильно, — Чимин чувствовал, как слезы жгут глаза. — Я двуличен, я противен сам себе. — Если ты считаешь, что это все — ложь, тогда зачем? — Я не знаю, как это прекратить, — Чимин все еще боялся посмотреть на хёна. — И хочу ли я этого, — добавил он, сам от себя не ожидая. — Даже так? — спросил Юнги, уже не в силах сдерживать горечь в голосе. — Тогда, может легче признаться себе? Смириться, принять и жить дальше? — Не задавай мне вопросов, ответов на которые у меня нет, — Чимин осторожно вытянул свои пальцы из теплой ладони хёна. — Ви возвращается. Пожалуйста, не говори ему ничего. Он хороший друг, но он может не понять. — А я, выходит, понимающий друг? — вспылил вдруг Юнги. — Я — жилетка? Боже, да открой же глаза, Чимин! Неужели ты так ничего и не понял? — Понял что? — младший ошалело смотрел на своего хёна и не узнавал. От спокойного, уравновешенного интроверта не осталось и следа. В его глазах было столько боли, столько невысказанной тоски, что Чимину захотелось обнять его, спрятать от всего мира. Он шагнул к нему, протягивая руку, но тот в ужасе отшатнулся. — Теперь ты прозрел и решил пожалеть меня? — с горькой иронией спросил он. — Оставь. Я сумею справиться сам. А ты продолжай оставаться в своей неопределенности. Тебе в ней, видимо, комфортно. Он развернулся и накинув на голову капюшон, пошел прочь от застывшего в оцепенении Чимина. В данную конкретную минуту Юнги хотелось исчезнуть, пропасть из этого гребаного несправедливого мира, и никогда больше не рождаться.