Гнида

– Дядя Лёша! Света дёрнула меня за палец. – Что такое? Мне пришлось поднять дочку Лизы на руки, но она была довольна этим ещё больше. – Ты дома тоже будешь курицу с картошкой в духовке жарить? Видимо, Нина Григорьевна именно этим сейчас и занималась, судя по запаху, которым была пропитана квартира. – В духовке не жарят, а запекают. И если хочешь, то я буду иногда запекать в духовке курицу с картошкой. Света явно почувствовала, что долг выполнен, теперь слезла с меня и убежала на кухню. Я похлопал Матвея по плечу. Бедняга просто стоял всё ещё весь красный и теперь сгорбившийся как креветка. Не настолько, конечно, но было похоже. – Пошли. Нина Григорьевна вкусно готовит. Запах на кухне медленно забрал всё моё раздражение и я позволил себе расслабиться. Вот оно, счастье и спокойствие. Все уже расселись, поэтому мы с Матвеем заняли просто свободные места. Себе я сразу отрезал ножку курицы и переложил в тарелку немного картошки, смотрел, как Лиза со Светой уже ели, а Нина Григорьевна крутилась туда-сюда, нарезала огурцы и помидоры. А Матвей просто сидел. – Матвей, возьми себе что-нибудь. Если пацан только посмотрел на меня напряжённо, то Нина Григорьевна отреагировала сразу. Бросила свои огурцы и помидоры, подошла к столу, взяла тарелку Матвея и положила туда картошку, а потом миролюбиво спросила: – Тебе какую часть курицы? Или ты не ешь курицу? В таком случае у меня остались вчерашние пельмени, но можем и новые сделать, если хочешь. А можем салатик, если ты... – Мам! Тут уже Лиза не выдержала, но, к счастью, быстро отстала и продолжила есть. Зная характер Нины Григорьевны, другого варианта заткнуть не было. Я молча жевал куриную ножку, кожу я не очень любил и поэтому откладывал, а остальное было очень вкусным. Очередной раз убеждаюсь, что у Нины Григорьевны золотые руки. – Мне как у Алекса. – Кого? Матвей впал в ступор от вопроса, а до меня дошло. Всё-таки никто больше не додумался меня Алексом называть... – Матвей меня называет так. Нина Григорьевна, просто отрежьте ему тоже ножку. Пацан смущённо кивнул. Смог я продолжить спокойно есть только когда у Матвея была своя порция и он тоже ел, уже без стеснения и с обычным желанием насытить себя. – Мам, а ты не будешь есть? – Я поела до вашего прихода ещё, не переживай. И всегда она так? Лиза рядом со мной хрустела огурцом, но я решил пока не брать себе ничего больше. – Сам придурок, так ещё и левша? Меня аж передёрнуло от неприязни в этом вопросе. Я посмотрел на Лизу с возмущением, а когда увидел, что её взгляд был направлен на Матвея, я не выдержал и стукнул кулаком по столу. – Собирайся, мы уходим. – Не пойду я никуда, это мой дом, Лёша! – Не ты. Матвей, мы уходим. Матвей дёрнулся и посмотрел на меня. Вилка уже снова была в правой руке, хотя до этого и левой он ел нормально. Вот обязательно это всё? Я вышел из-за стола, посмотрел на растерянную Нину Григорьевну. – Извините, было очень вкусно, но нам пора. – Хорошо. Ничего страшного, Лёшенька. Приходите ещё обязательно! Я не мог не видеть сожаления в глазах этой милой женщины, но сейчас мне хватило сил только обнять её в ответ и посмотреть, как она обняла Матвея. Вышли из дома мы быстро, в ушах звенело, а рукой я держал запястье пацана. Ужасно. Мерзко. Ужасная, мерзкая... У неё вообще есть хоть какое-то чувство, что она говорит не то что должна? Так и хотелось хотя бы в мыслях назвать Лизу блядью, но я передумал. И всё равно, что я уже об этом подумал. – Алекс... – Да что?! Не хотелось рявкать на пацана, но возмущение переполняло меня. Матвей дёрнулся и я остановился. – Больно. Я сразу отпустил покрасневшее запястье с отчётливым отпечатком моих пальцев и злость отступила. – Боже... Прости. Я потёр переносицу. – Ты тоже. – За что? Матвей поджал губы, только сейчас я заметил, что он не был смущён или что-то такое, скорее напуган. Вот тут я помрачнел. – За то что забыл что левой есть нельзя. Приплыли. – А я говорил, что нельзя? Матвей помотал головой, посмотрел на левую руку. Невольно я заметил, что сжал именно это запястье и поморщился, положил руку на плечо пацана. – Мне всё равно какой рукой ты ешь. Хоть вообще без рук. Всё нормально, ладно? Лиза просто...не знаю. Я почесал затылок, а потом притянул к себе Матвея. Пацан в ответ не обнял, думал о чём-то, но потом его руки потянулись ко мне и я выдохнул. Ужасно. Вот она же и раньше говорила непонятно что, да даже делает непонятно что! Но я не обращал внимания, ну вот потому что не хотелось ничего рушить. – Я всё ещё хочу есть. Логично. – Я тоже. Сейчас заедем куда-нибудь и поедим. – А как же Лиза? И... Света? Я хмыкнул. Пацан всё ещё думает о них? – Ничего страшного. Я всё разрулю. Как обычно. Пацан отпрянул от меня и мы дошли до машины, сели туда, а я сразу начал думать что лучше будет поесть. – Может, просто закажем дома пиццу? Или ещё что-нибудь. Че хочешь? Матвей пожал плечами, только пристегнул ремень безопасности. – Пиццу. – С ананасами когда-нибудь пробовал? Я увидел нахмуренное выражение лица, позволил себе рассмеяться. – Многое теряешь. Тебе понравится. Ну, если нет, закажем тебе с грибами. Или пепперони. Матвей фыркнул, включил нам в машине «Король и Шут». Знает же, что нужно. Я потрепал пацана по голове, включил телефон и открыл сообщение от Лизы. Сегодня, 13:56. «Больше ты меня не увидишь. Надеялась, что ты нормальный, а тебе лишь бы с этой гнидой таскаться». Я прищурился. Либо это совпадение, либо всем подряд первое, что приходит на ум – это назвать Матвея гнидой. Может, на нём буквально написано это, а я не вижу? Нет, бред. К счастью, логика у меня работает, хоть и не всегда. – А Лиза с твоим... точнее, с моим братом не общалась? Не хотелось назвать Антона отцом, ну вот потому что просто не заслужил. Матвей нахмурил рыжие брови. – Давай уже поедем домой. Понятно, ответа я не дождусь.