Гнида

– Ты говорил, что она оттирается от кожи! Тим уже ушёл на кухню выкидывать пустой тюбик от краски и, кажется, даже не слышал меня. Но это действительно ужасно! Нет, волосы теперь выглядели круто, не спорю. Но моя шея вся синяя сзади! – Что ты там говорил? Я с раздражением обернулся и посмотрел на Тима с синими руками. – Ты говорил, что она оттирается. Тим тупил пару секунд, а потом фыркнул. – Я не говорил, что это произойдёт сразу... – У меня шея синяя! Ну, зато руки были чистые, в отличие от Тима, поэтому я смог включить телефон и посмотреть время. 18:34. Ещё есть время привести себя в порядок. Если получится, конечно. – Лучше радуйся, что волосы прокрасились. На твой цвет вообще не знаю каким чудом краска легла, мне осветлять для розового приходилось, а тут... Я закатил глаза и ещё раз посмотрел на себя в зеркале. Покрасить я решил только половину головы, но в целом не пожалел. Конечно, синий вышел грязным, но крутым. Не серый, значит нормально. Ещё Тим меня подстриг. Криво, но подстриг. И сделал чёлку. Не такую, как делают мелким, а крутую. Каждая прядь разной длины, даже не сразу видно, что криво. По логике, в любом случае должно быть криво. Это стрижка же такая... Всё в порядке, короче. Алекс с этими всеми событиями совсем забыл про то, что мне и ему в парикмахерскую надо... Так что я решил одну проблему! – Я щётку принёс, может, ототрётся. Не ссы, бро. Я закатил глаза и повернулся обратно, увидел большую деревянную щётку и поморщился. – Может... – Не, ты первый начал. Ща всё сделаю. Я вздохнул и отвернулся, чтобы Тим мог начать оттирать краску с моего затылка и шеи. Щётка тёрла больно, твёрдые щетинки впивались в кожу и раздирали её, но я терпел молча, пока не услышал голос Тима: – Бро, я щас за пластырем сбегаю, ты главное в зеркало не смотри. В зеркало я действительно не смотрел, только нахмурился, когда Тим убежал из ванной. Я потёр горячий затылок и шею, кожа была вся расцарапана и жутко болела. А когда я посмотрел на руку, увидел там кровь. Ну твою мать... – Пидрила... Блядь сучья. Я помыл руку под раковиной и цокнул. Тим уже пришёл с коробкой пластырей. – Фух, кое-как нашёл. Мама всё попрятала чтобы я не пытался сам раны лечить если че. Но мы сейчас тебе всё заклеим и нормально. Интересно, зачем люди красят волосы если от этого проблем столько? А, точно, я же сам попросил. И сам домой к Тиму согласился пойти. Тупой. – Там всё в крови, придурок. Тим закатил глаза. – А я говорил тебе: не смотри! Ладно, подожди... Я почувствовал приятный холод на шее. – Щас ототрём и нормально, ага? Через пару минут Тим закончил, бросил мокрую красную тряпку в ванну. Я сел на табуретку, понимая, что так ему будет удобнее заклеивать всё несчастными пластырями. Вообще, я не привык раны лечить, а тем более царапины... Но, наверно, надо привыкать. Даже тот ожог. Хотя, подозреваю, именно из-за того, что я ничего с ним не делал, остался шрам. Но что мне нужно делать было? Сказать Алексу? Потом сиди и объясняй почему мама оставила мне ожог... А лечить сам я не умею. И не очень хотелось. Зажило же. – Давай, поднимайся. Готово. Я встал, снова посмотрелся в зеркало, причесал рукой волосы и покрутится перед зеркалом, пожал плечами. – Нормально. Теперь шея хоть не синяя. Мы с Тимом посмеялись. – Ладно. Тебе чай надо или ещё что-нибудь? – Чай, наверно. Тим ушёл, а я умылся в раковине ещё раз. Везде были следы от синей краски. Даже на стиральной машинке. Мне хотелось протереть всё тряпкой, но я вовремя вспомнил, что сейчас она вся в моей крови. Я потёр переносицу и вздохнул, тоже вышел и не без труда нашёл в этой квартире кухню, зашёл туда. Тим уже сидел за столом с двумя чашками. – Я тебя заждался! Неприлично заставлять людей вот так скучать, Матвей, ты знал? Я фыркнул и сел напротив, попробовал чай. Крепкий, но нормально. – А твоя... Нет. – А твои родители что скажут? Тим рассмеялся. – Что они скажут? Да ничего не скажут, нормально всё. И они знают что ты у меня, не ссы, бро. – Сам не ссы. Я продолжил пить чай, а Тим начал шелестеть обёрткой и положил рядом со мной конфету. – Жри, пустой чай – говно полное. Я фыркнул. – Спасибо. Откусил. Клубничная. Рукой я ещё потрогал свои волосы, Тим засмеялся. – Теперь ты ровно на половину синий. Родители хоть знают? – Нет, я не говорил. Тим резко нахмурился, начал рассказывать, забыв про свой чай: – Ты аккуратнее с этим. Я когда впервые красил волосы тоже не говорил, мне отчим чуть голову не открутил тогда! Но мама его успокоила и он вроде как принял это всё, но сказал, чтоб без неожиданностей в следующий раз. Так что теперь они сами мне краску покупают, если я хочу покрасить снова. Я усмехнулся. Как отреагирует Алекс? Вообще без понятия, но в этом был свой адреналин. – Так что я бы на твоём месте предупредил родителей. Я закатил глаза. Вообще, если бы я всё ещё действительно был с родителями – то точно бы их не предупреждал. Но казалось, что Алекса так вот пугать будет нечестно. Хотя, я же не всю голову покрасил...половину только! – Да что ему будет... – Ему – это кому? Я закатил глаза. – Неважно. Всё равно было не по себе, поэтому чат с Алексом я открыл. Тим сразу посмотрел в мой телефон. – Придурок! Я отпихнул Тима от себя и закатил глаза. – «Алекс» – это кто? У тебя тоже отчим что ли? Мне захотелось ударить Тима, но я передумал. – Не совсем. Почти. Я начал печатать и просто отправил сообщение, сразу выключив телефон. Сегодня, 18:50. «Я короче приду скоро, у меня сюрприз есть. Не злись только сильно».