Апокалипсис наступит завтра

Австралия стала первым местом, в котором заметили необычную активность: вспышки в небе, яркие шары за облаками и сияние. Люди долгое время не могли понять, что происходит. Концу света хватило менее четырёх дней, чтобы стереть цивилизацию с лица земли. Корабли вышли на сушу, а аэропорты ушли под воду. Высотки сложились как карточные домики. Наступила вечная тишина. Заводы и фабрики раскололись на несколько частей, падая на дороги и загорождая собой пути отступления. Нефть текла тягучей рекой на плодородные почвы. Люди пытались укрыться в своих домах и подвалах. Они молились до тех пор, пока свет не перестал гореть. Солнце погасло, и всё впало в беспросветную тьму. Выжившие люди нередко писали книги. В метро такой остался всего один, весельчак, продолживший дело своего отца. Он ходил по навесам, собирая обрывки воспоминаний и записывая каждую деталь. Деррил прочёл пару записок уже после его смерти. Тогда он впервые узнал о том, что раньше называли “карусели”. Этому слову давали скудное описание: “несложный механизм, предназначенный для детей и взрослых; для отдыха и развлечения”. А под определение схематический чертёж, который Деррил воспроизвёл в уменьшенном варианте из картона и ниток. С тех записок у него проснулась тяга к изучению и воспроизведению конструкций. Забыв про внешний мир, он учился всё свободное время, познавал новое и строил уже свои чертежи. В метро инженеров было мало, человек двадцать, и то большинство из них были лентяи, которые не знали основ физики. Деррилу пришлось изрядно потрудиться в изучении. Находясь снаружи, он думал лишь о том, какие возможности упускаются каждый день. Для кого-то прошёл всего час, а для мира открытий целая вечность. Деррилу не спалось. Он глядел в потолок и размышлял. За стеной дул ветер, из-за чего свечи потухали одна за другой. Грей и Юстис спали крепко, он им немного завидовал. Устав от бессмысленного сидения на одном месте, Деррил достал из сумки сигареты, и выйдя за дверь, закурил. Погода стала теплее, но небо было всё таким же темным. Было раннее утро. Голова проболела полночи, перекрыв собой даже боль в руке, которую Деррил настойчиво игнорировал. Под бинтами были шрамы - глубокие и длинные - и казалось, что из-за них он лишился всех своих сил. Инженер-калека звучало как плохой анекдот. Затушив сигарету о снег, он уже хотел войти внутрь амбара. Прошлым вечером Деррила подвело зрение, что и без того было не лучшим. Он увидел яркую вспышку в небе, которой на самом деле и не было. Или так только казалось. Посмотрев в небо вновь, Деррил узрел, как нежно-красный луч пронзает серость, и сегодня это была никакая ни галлюцинация. Луч был самым реальным из всех, что могли быть. Он сиял ярче звёзд. А после свет исчез, и появился гул, что был похож на рёв чудовища, пробуждённого от вековой спячки. Деррил ощущал, как стены амбара мелко затряслись. Гул утих так же внезапно. Деррил не мог зайти внутрь постройки. Что-то было не так. Сияние и гул, появившиеся из неоткуда, далеко не конец. Это было только начало. Деррил прислушался к шороху. Трещал лёд, свистел ветер. Было темно, но горы ясно виднелись на фоне. Луч пришёл из-за них и там же пропал. Природа пробудилась, и он присмотрелся, как снег мелкими кучами спускался вниз, прямо к нему. Лавина. Забежав внутрь, он принялся трясти спящих. - В чём дело? - шепотом спрашивал Грей. - Снег сошёл с гор. Понадобилось меньше пяти секунд, когда они поняли, что произошло. Вцепившись в сумки, они принялись бежать по дороге вперёд. Снег напоминал волны с моря, которые надвигались стремительно, утопив на своём пути всё. До безопасного места оставалось совсем немного, но лавина была быстрее. С невероятной силой их снесло с ног и накрыло. Тело сковало, глаза закрыла пелена. Все звуки стали приглушёнными. Юстис пытался во что-то вцепиться, но он был бессилен по сравнению с природой. Он подумал о других, о Грее и Дерриле, которые были уязвимее него. Юстис ощутил столкновение с чем-то твёрдым, и всё остановилось. Одной рукой он всё так же крепко держался за сумку с запасами, а другой копал наверх. Менее минуты понадобилось, чтобы увидеть свет. Мороз тут же задул в лицо. Лавина снесла всё на своём пути. Амбар ушёл вниз, на поверхности не осталось ничего. Снег повалил стоящие деревья. - Деррил! Вокруг было ни души. - Грей! Выйти на дорогу до больницы стало сложнее. - Деррил! Грей! Юстис встал, отряхнулся и осмотрелся. Сумка оказалась на половину пустой - паёк и тёплые вещи выпали. За воротником и в ботинках было полно снега. Волна унесла его далеко от дороги. Он радовался тому, что ничего не сломал. - Я здесь! Сюда-сюда! Юстис услышал надорванный голос Грея. Их с Деррилом отнесло дальше. На ровной поверхности был большой валун, сдвинуть с места который было невозможно. Грей, весь замёрзший, махал Юстису руками. На его спутанных волосах были видны веточки. Под валуном сидел Деррил и выворачивал свой рюкзак на землю, ругаясь под нос. - С вами всё в порядке? - Юстис рассматривал их, но ничего, кроме порванных рукавов куртки, не нашёл. - Всё хорошо, только… - Моя техника, - выдохнул Деррил. - Она растерялась. Радио засыпало, теперь это очередная бесполезная херь. Он был в отчаянии. За свои “шестерёнки” можно было продать душу. - Я потерял паёк. Все остатки выпали. Неприятный ветер касался тела. Их охватила безысходность. С полупустыми сумками им пришлось идти дальше, но Грей сделал пятиминутный привал. Рука Деррила требовала ухода. От столкновения она только больше разболелась. Они все понимали, в какой ситуации оказались, и это не радовало. Голод и погода настигнут их на обратном пути. Усталость и ранение лишь замедляли поход. После перевязки Деррил закинул таблетку обезболивающего в рот и ринулся вперёд. Цель была уже совсем близко. Обойдя горы без новых происшествий, забор больницы маячил на горизонте. Железные прутья были погнуты в разные стороны. Ворота примёрзли. Юстис толкнул плечом, но это не помогло. По периметру не было ничего, что могло бы их отворить. Юстис отошёл на два шага назад и перебросил сумку через забор - она удачно приземлилась. - Я пойду, а вы будьте здесь. - Ещё чего, - буркнул Деррил. - Мне придётся перелезать. У тебя не получиться. Будет лучше, если вы останетесь тут. - Тогда мы поищем обходной путь. Юстис вздохнул. Спорить с ним было бесполезно, он всё равно сделает по-своему. Оставив их бродить под воротами, Юстис вцепился в ледяные прутья и перелез. Уже приземлившись, он накинул сумку и двинулся внутрь. Больница имела два этажа. Окна кое-где были выбиты, краска потеряла цвет, а вывеска проржавела. Дверь не выполняла своей цели - сдвинуть её с места было до ужаса просто. Войдя внутрь, Юстис попал в другой мир. Когда-то сюда приходили люди - и дети, и старики - сидели, разговаривали, обсуждали свои проблемы и пересказывали последние новости. На стенах в коридоре висели фотографии врачей и детские рисунки. Это место было пропитано запахом медикаментов, который не выветрился по сей день. В каждой палате были кровати, а рядом личные вещи пациентов, их документы и заключения врачей. Когда наступил Конец света, людей эвакуировали, оставив лишнее на своих местах. Юстис заглянул в очередную палату, где на подоконнике стояла игрушечная лошадка, и ему стало не по себе. Видя смерти каждый день, он не мог привыкнуть к тому, что среди них бывают дети. Это всегда напоминало ему о брате. Отбросив мысли, Юстис шёл вперёд. Ему была нужна лаборатория с препаратами. По словам знающих, лекарство было в колбе с жёлтой этикеткой. А Деррил продолжал искать вход. На территорию больницы вели всего одни ворота, и это было проблемой. От раздумий болела голова. В какой-то момент он устал искать, но понимал, что оставлять Юстиса одного нельзя - пришли вместе и уйдут вместе. Ещё будучи мальчишкой, которого интересовала только техника и книги, Деррил видел в своём друге родственную душу. Пусть разница между ними видна любому, они самые близкие друг другу. - Что ты там копаешься? Под забором оказалась вырытая яма. - Иди сюда. Думаю тут можно пролезть. Деррил обернулся на Грея. Юноша побледнел сильнее, чем обычно. Глаза словно были готовы вот-вот закрыться. Деррил схватил его за руку, облокотив на забор спиной. Выглядел он плохо. Грей коснулся своего затылка и сполз вниз. Кончики бледных пальцев окрасились кроваво-красным. - Почему ничего не сказал? - Деррил усадил его на снег. - У нас было мало времени. Нужно было идти, - Грей вытер руку о брюки. - Всё в порядке. Давай пойдём дальше. - Да ты свалишься раньше, чем мы дойдём. - Не свалюсь. Юстис там сейчас один и ему может понадобиться помощь. Я немного приложился головой, всего-то. Деррила порадовала целеустремлённость юноши, но волноваться о нём он не перестал. Присев на корточки, Деррил пролез под забором первым, протянув сумку за собой. Грей крепко держался за прутья. На снегу виднелись следы Юстиса, ведущие к главному входу. Войдя внутрь, они искали, где пополнить запасы лекарств. Пробежавшись по первому этажу, на котором ничего не оказалось, Деррил повёл Грея на второй. В одной из комнат были большие стеклянные стеллажи с большим количеством нужных баночек. Открывая полки, они сваливали бинты, обезболивающее, вату и перекись в сумку. - Думаю этого хватит. Мои шестерёнки героически отдали своё место, - взяв в руки необходимое, он посмотрел на Грея. - Присядь. Юноша залез с ногами на стол. Голова кружилась и болела. Катясь кубарем вниз под волнами снега, он встретился с чем-то до боли острым. Понимание того, что случилось пришло к нему не сразу. Деррил разглядел рану с нескольких сторон. - Не смертельно, - утверждал он. Обработав голову водой и приложив к ней кусок ваты, Деррил намотал бинт. Ухаживать за кем-то ему ещё не доводилось. Когда мать заболела, первым делом её посадили на карантин, дабы вирус не разошёлся. В следующий раз мальчик увидел свою родительницу, когда её вели наружу. На сына она даже не взглянула. Не обернулась, когда он её звал. - Как твоя рука? - Пока не отвалилась. - Что Юстис ищет тут? - Лекарство для мамы, - Деррил завязал узелок на бинте. - Она болеет серьёзно. Если не поправится, то всё. - Что всё? - Больных в метро выводят наружу без всего. Они умирают от переохлаждения или их добивают волки. У нас такие законы. - Моя мама со мной тоже так сделала, - Грей улыбнулся. - Я родился слишком маленьким, лекарь сказал, что я не выживу. Мама решила избавиться от меня, пока не стало поздно. Ночью пыталась отнести меня в лес, но её поймали. Пока я лежал в лазарете она не приходила. - А отец? Парень пожал плечами. - Не знаю кто он. Никогда не спрашивал. С каждым рассказом Грея о прошлом Деррил всё больше поражался. Церковь - это самое ужасное место на земле. Пройдя столько испытаний в своей жизни, юноша продолжал улыбаться и быть непоседой. В нём не угасал огонёк. Деррила он удивлял всем: сотней вопросов, энтузиазмом, легкостью в разговорах. Поразительно, насколько Грей был великолепен. Он меньше всех заслуживал той судьбы, что у него была. Больница стояла среди пустоши. Из её окон когда-то можно было разглядеть дома и парки, которые сравнялись с полем, и теперь кроме льда ничего другого быть не могло. Юстис смотрел на всё со скукой. За дни походов, как пешего, белоснежные виды ему надоели. У него была цель, и он старался замечать только её. Дойдя до комнаты с надписью “Лаборатория”, он принялся искать заветный пузырёк. Сколько дней, проведённых на холоде с пустым желудком, прошли не зря. Выворачивая содержимое стеллажей на стол, в одной из пластиковых коробочек с прозрачными стенками был флакон. Надпись на нём стёрлась, но это ни капли не расстраивало Юстиса, ведь этикетка была жёлтой. Мама. Слово, которое знакомо каждому с первых дней жизни. В метро быть родителем было почётно, точно как вносить вклад в будущее человечества. Мать Юстиса проработала всю жизнь на огороде, снабжая всё метро запасами продовольствия. В свои тридцать она вышла замуж за пешего первого ранга и родила двоих сыновей, чья судьба была пойти по их стопам. Для Юстиса мать была символом отваги и мужества. После всего, что случилось в их семье, она старалась не пасть духом, пусть у неё смутно получалось. Похоронив мужа и сына, женщина была потеряна. Её горе не знало границ, но у неё оставался Юстис, в котором была частичка покойного супруга. Глядя на него, она пыталась выкарабкаться из пучины скорби. Болезнь настигла в самый неподходящий момент. Вспоминая угасающий взгляд своей матери, Юстис ужасался. Пузырёк в руках должен был вернуть ей сил. За дверью скрипнула половица. Кажется, Деррил всё-таки нашёл другой путь. Юстис положил флакон в сумку и, закинув на плечо, вышел в коридор. Теперь им осталось только дойти до метро, и дело сделано. - Вы закончили? - Юстис заметил тень, падающую на стену. - Все бинты к рукам прибрали? А может ты ещё что стащил? Тень качнулась и вышла из своего укромного места. Это был не Деррил и не Грей, и Юстис был рад, потому что то, что он видел, не походило даже на человека. Мужчина с прогнившей дырой в щеке, словно её прожгли, стоял и качался, пока по его костлявому подбородку текла слюна. Глаза прокаженного были бешенные, вокруг них всё алело, как при аллергии. Он не издавал звуков, кроме тяжкого пыхтения. Юстис заметил, что руки у этого существа были все обгоревшие и в них виднеются кости. Он завёл рюкзак за спину, чтобы вытащить пистолет. В нём оставалось как минимум четыре патроне. Нож Льюиса висел за ремнём. - Помо, - сглотнуло существо. - Помоги мне. Юстис сделал шаг назад. За ним была дверь ведущая на первый этаж, а оттуда, до ворот, всего пятьдесят метров. Только бы Грей и Деррил не вошли на территорию. Юстис сделал ещё шаг и побежал не оборачиваясь. По звуку скрипучего пола, существо бежало за ним и достаточно быстро. В какой-то момент оно почти коснулось его шеи. Юстис перепрыгнул несколько ступеней вниз, пытаясь оторваться. забежав за угол, он вытянув пистолет и попал нечисти в плечо - она взвыла, но бежать не перестала. Дыхание то и дело сбивалось, лёгкие горели. В конце больничного коридора показался Деррил. - Беги! Беги! - закричал Юстис во всё горло. - Что? - Деррил ничего не слышал из-за расстояния между ними. Но когда существо показалось в конце коридора, он схватил свою сумку и принялся бежать. Они обогнули лестницу, запутав прокажённого, как им казалось. Перед ними встала преграда - дверь, ведущая на задний двор, которая примёрзла. Юстис загородил друга собой, вскинув пистолет вверх. Нужно было передать ему пузырёк, если обоим выбраться живыми не суждено. Существо с прогнившим телом их настигло, оно тянулось вперёд. Выхода не было. Послышался выстрел. Но стрелял не Юстис. Пуля врезалась прокажённому в затылок, и он упал замертво. Из раны текла кровь вперемешку с тёмно-зелёной слизью. Они осмотрели коридор. За спиной существа стоял молодой мужчина, лет двадцати пяти, с пистолетом в руке и в странной форме с эмблемой на плече, где красовалась повязка из бинта. Юстис держал Деррила рядом. - Вам повезло, что эта тварь не успела вас “поцеловать”, - крикнул незнакомец и улыбнулся. Вид у него был доброжелательный. Юстиса же он напрягал. - Кто ты? -Я живу тут неподалёку. Частенько бываю, - он положил свой пистолет на пол и поднял руки. - Меня зовут Габриель и у меня нет намерений вам навредить. Я рад, что нашёл хоть кого-то. - Ты здесь один? - Совершенно, - в его голосе слышалась искренность. - Я врач, меня учили спасать, а не убивать. Вашему другу совсем плохо. Его стоит осмотреть. - Грей приложился головой, - шепнул Деррил на ухо. - Я вывел его на улицу, подышать. За окном не было назойливого ветра, но с двумя ранеными идти было опасно. Риск слишком велик. Габриель не внушал доверия, но у него можно было отсидеться, если это не уловка. Юстис вышел вперёд, протянул руку новому знакомому и пожал. Деррил выбежал на улицу в попыхах, и они пошли за ним. Грей к тому времени практически лежал на снегу, закатив зрачки и дрожал от холода. Выстроился новый маршрут. Дорога отныне лежала за больницей, где никто не жил уже давно. Это был посёлок из десяти домов. При ужасной погоде большинство из них развалились. Габриель жил в самом большом доме: четыре спальни, две ванны, кухня и сарай. Внутри было тепло - стоял камин. Хозяин велел отвести Грея в одну из свободных спален, а сам достал консервы и выставил на стол. - Вы, должно быть, голодны. - Откуда ты? - Это долгая история. Давай дождёмся твоих друзей. Юстис был очень голоден. Консерва с тушёнкой на столе выглядела аппетитно. Габриель сел за стол, приглашая гостя присоединиться. Юстис выполнил просьбу, но только для того, чтобы рассмотреть его поближе. Он был высоким, ближе к ста восьмидесяти, с карими глазами с чёрными вкраплениями, среднего телосложения, умело стрелял, имел аккуратно уложенные короткие тёмно-русые волосы, как у Деррила, и носил форму с нашивкой “три - сорок семь”. Габриель был не из метро, но был похож на пешего; он был не из церкви, но пытался выглядеть святым. - Почему ты не ешь? - Аппетита что-то нет, - врал Юстис. - Я предложу остальным. Может они захотят. Габриель поднялся на второй этаж. У него было слишком просторно для одного, потому приютить у себя троих путников не составило труда. Деррил завёл Грея в самую большую комнату и уложил на кровать. Вид у юноши был плачевный. Повязка на голове окрасилась красным. Рана не была глубокой, но глаза у Грея, то и дело закатывались. - Со мной всё хорошо, - твердил он. - Да я вижу. - Ты меня ругаешь, хотя сам такой же. - Тоже мне сравнил. Габриель достал из тумбочки вату, бинты и пузырьки. Деррил отсел подальше, дабы не мешаться, но не сводил глаз с каждого движения, каждого взмаха. Габриелю он не доверял, как бы тот не старался расположить к себе. Им были нужны лишь его знания и умения. - Это ты перевязывал? - обратился он к Деррилу. - Не плохо. Ему могло стать хуже, если бы не ты. - Но он не умрёт ведь? - Нет, ему просто нужно отдохнуть. Вы голодны? Я принесу поесть и позову вашего друга. Мне есть что рассказать. Габриель вышел из спальни. Грей, как ни в чём не бывало, сел на постель. - Что думаешь о нём? - Он что-то знает. Видел во что одет? Не припомню такого в магазинах. В любом случае нам нужно будет вернуться, как только тебе станет лучше. Нас заждались. Они умолкли, как только Юстис открыл дверь и сел с ними рядом. Полностью готовые слушать, Деррил и Грей переглянулись. Никто из них не мог представить, к чему приведёт это путешествие и что ещё предстояло узнать. Габриель сел на деревянную табуретку напротив, дотронулся до своей повязки на плече и сосредоточился. Его история была самой выразительной и самой главной в жизни всего живого, что осталось. По ночам он спрашивал себя, как бы сложилось будущее, если бы однажды Верум не встретил его с распростёртыми объятиями. Город-призрак никого не отпускал. - Меня зовут Габриель, у меня нет позывного. Я вырос в приёмной семье врачей, был у них единственным ребёнком. Меня с рождения готовили для выполнения задания. Выйдя в город я понял только, что Верум меняется. Это головоломка. Объекты словно перемещаются с места на место, а системы координат выходят из строя. Юстис взглянул на Деррила. Они вспомнили про компас. - В это сложно поверить. Многие гражданские до сих пор не знали о многом. Чтобы у вас не возникало недопонимания со мной, я начну с самого начала. Усевшись поудобнее, под вой поднявшегося ветра, Габриель всё им рассказал.