Вторая в Игре

      В глазах снова замелькали статуи, словно кадры из старого кино. Одна из них — с мечом, занесенным над головой. Я чувствовала, как легкие наполняются горячей, вязкой кровью, но взгляд мой был прикован к Джин Ву. Затем — резкая, непроглядная тьма. Словно кто-то выключил свет. И тут я услышала голос, женский, нежный, но такой далекий:       — Добро пожаловать, игрок…       Пик-пик-пик…       Что это за звук? Может, это писк аппарата? Я сплю? Мне это снится? Я медленно, с трудом разлепила веки. Надо мной — белый, безликий потолок. В ноздри тут же ударил резкий запах антисептика и спирта. В ушах звенело, так же, как и от того странного писка.       — Где я? — прошептала я, пытаясь приподняться. Оглядевшись, я осознала, что нахожусь в палате. — Что? Почему я здесь? — вопрос повис в воздухе, пока двери не распахнулись. Повернув голову, я увидела медсестру. Её глаза расширились от удивления.       — Боже… Госпожа Ли! — воскликнула она. — Вы очнулись! Я сейчас же позову доктора!       Я молча наблюдала, как медсестра, словно испуганная птица, выпорхнула из палаты, ее шаги быстро затихли вдали по коридору. Белый потолок, едкий запах лекарств, назойливое гудение аппаратуры — все казалось нереальным, словно я все еще находилась в том жутком сне. Но прохлада простыней под моими пальцами, давящая тяжесть во всем теле — все это говорило о суровой реальности. Снова закрыв глаза, я попыталась ухватиться за ускользающие обрывки воспоминаний. Статуи… кровь… Джин Ву…       Дверь снова отворилась, и в палату вошла медсестра, а за ней — мужчина в белоснежном халате. Его взгляд был полон одновременно беспокойства и нескрываемого любопытства. Медсестра что-то возбужденно шептала ему на ухо, активно кивая в мою сторону. Я почувствовала, как мое сердце застучало чаще, словно испуганная птичка в клетке.       — Наконец-то вы очнулись, госпожа Ли, — произнес доктор, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась явная нотка настороженности. — Вы были без сознания несколько дней. Сейчас мы проведем ряд тестов. — Он говорил, а я, вдруг, мой взгляд упал на руку… рука… она была…       Я замерла, словно каменная статуя. Доктор, заметив мой испуганный вид, встревоженно спросил:       — Госпожа Ли, что с вами?       Стерильный запах больничной палаты наполнил мои ноздри, резко контрастируя с хаосом, который я смутно помнила. Я осторожно пошевелила пальцами, наблюдая, как они подчиняются моей воле с пугающей быстротой. Дрожь пробежала по моей спине. Это было неправильно. Ужасно неправильно. Последним осознанным ощущением была жгучая боль, когда лезвие статуи пронзило мою плоть.       — Что... что случилось с моей рукой? — Мой голос был хриплым шепотом, чуждым моим собственным ушам. Медсестра и доктор обменялись взглядами. Брови доктора слегка приподнялись, его взгляд скользнул по моей руке, прежде чем вернуться ко мне.       — Ваша рука? С вашей рукой все в полном порядке, госпожа Ли. — сказал он тщательно взвешенным тоном. — Видимых повреждений нет. Мы все были очень удивлены, что вы остались невредимы.       Невредимый? Я уставилась на них, пытаясь осознать их слова.       — Позвоните Баек Юн Хо! — Потребовала я, и настойчивость в моем голосе удивила даже меня самого. Они заверили меня, что все приготовления уже приняты.       — Администрация уже связывается с ним. Вам нужно сохранять спокойствие, вы только что проснулись. — предупредил доктор, и я попыталась выровнять свое прерывистое дыхание. Это было невозможно. Как я могла здесь оказаться? Это был сон?       Но острый укол иглы, когда они вынимали капельницу, подтвердил, что это не так. Они провели ряд анализов, и врач объявил, что я совершенно здорова. Затем дверь со скрипом отворилась. Повернув голову, я увидела Юн Хо. Он выглядел так, словно примчался сюда бегом, его грудь тяжело вздымалась, глаза были расширены от ужаса, который отражал мое собственное замешательство.       — Ава! — воскликнул он, врываясь в комнату и сразу же заключая меня в крепкие объятия. — Боже мой, ты проснулась! — выдохнул он хриплым от волнения голосом. Его объятия были сокрушительными, и с большим усилием мне удалось выдохнуть:       — Юн-Хо! Отпусти! Я не могу дышать! — Он мгновенно отпустил меня, и я жадно втянула в себя воздух.       — Я думаю, вам следует оставить вас наедине. — сказал доктор, а затем они ушли. Мы с Юн Хо остались в тихой палате.       — Ава... Что я тебе говорил насчет осторожности?! — взорвался он, его слова были как удар физической силы. — Что, черт возьми, заставило тебя пойти в двойную тюрьму с этими идиотами?! Разве мы с Мин Хо не говорили тебе?! — продолжал он орать, и я инстинктивно закрыла уши руками, ошеломленная его яростным натиском.       — Юн Хо! Не кричи на меня! А то я тоже начну кричать! — говорила я ему суровым голосом, застонав от усталости. — Юн Хо, пожалуйста, не читай мне сейчас нотаций, когда я перенесла это! — крикнула я ему, и тот замер, как статуя. Сначала на его лице была ярость, а затем она постепенно начала утихать. Он глубоко вдохнул и сказал:       — Прости, я не должен был сразу набрасываться на тебя. Ты понимаешь, как я испугался! Ты была без сознания несколько дней, как я должен себя вести? — спросил он меня.       И тут снова в мою палату зашли еще двое мужчин. Юн Хо тут же бросил на них злой взгляд:       — Какого черта вы зашли сюда? — начал Юн Хо, поднимаясь на ноги. Это были двое мужчин, один светловолосый, а другой темноволосый, оба одеты в строгие костюмы и носили очки.       — Я приношу свои извинения, Белый Тигр, но нам нужно поговорить с госпожой Ли. — начал говорить светловолосый мужчина.       — ...Хорошо, только я буду здесь, и это не обсуждается. — сказал Юн Хо, и светловолосый мужчина кивнул.       — Как вам угодно, — ответил светловолосый.       Подойдя ко мне, он достал свое удостоверение:       — Госпожа Ли, меня зовут У Чин Чхоль. — сказал он, и тут же представился другой парень с темными волосами:       — А мое имя Кан Тхэ Сик. — тоже показал свое удостоверение.       И тут я поняла, что они из Корейской Ассоциации Охотников, Отдел Наблюдения за Охотниками. Из всех отделов Ассоциации охотников, Отдел Наблюдения за Охотниками (ОНЗО) был единственным, состоящим из сильных охотников. Как отдел, отвечающий за контроль и поддержание охотников в строю, имело смысл, что он будет заполнен охотниками высокого уровня.       — Ну надо же, — сказала я, подняв свои глаза на них, и спросила:       — И чем же я заслужила, собственной персоной, Отдел Наблюдения за Охотниками? — спросила я и увидела кривой взгляд от Юн Хо. Он одновременно говорил "Ава!" — кричал он на меня, но еще была ухмылка. И тут мне ответил господин Чхоль:       — Госпожа Ли, скажите, вы знаете, сколько дней вы пропадали? — спросил у меня господин Чхоль, от чего я замерла.       — Врачи сказали, что я проспала несколько дней. — ответила я им, пытаясь собраться с мыслями.       — А точные данные не знаете? — спросил снова он, и я косо на него бросила. Тот вздохнул и ответил:       — Вы проспали практически неделю. — От его слов я замерла:       — Сколько?! Неделю?! — Я была в полном шоке, но в голове тут же возникла новая волна вопросов. — Я проспала неделю? — повторила я их ответ и тут же крикнула:       — А что с остальными выжившими?! Они живы?! — В голове роились мысли, но все они сводились к одному: если я жива, значит, и он жив! Пожалуйста! Скажите только, что он жив!       — Да, все выжившие выжили, только, к сожалению, Сонг Чи Юл потерял руку, возможно, ему придется уйти из охотников. Что касается Ли Джу Хи, она цела, но в шоковом состоянии и проходит лечение. Боюсь, после того, что случилось, ходить в рейды она не сможет. А вот Сон Джин Ву тоже был без сознания, как и вы, собственно, госпожа. — сказал он, и у меня с плеч камни упали. — Он проспал только меньше вас, он очнулся четыре дня назад. — От его слов в моей голове снова пришли воспоминания: как статуи отрубили пополам Пака, как они еще давили людей и убивали, и как нас оставили одних умирать — меня и Джин Ву.       — После того, как с нами связались выжившие, отдел наблюдения охотников и гильдия 'Белый Тигр' прибыли на место происшествия, только чтобы найти… — Я сразу посмотрела на Юн Хо, который сидел в стороне и скрестил руки на груди.       Он явно пошел туда, как только узнал, что это моя группа. Если мы были втянуты в эту ситуацию ассоциацией, это означало, что Ассоциация осознала масштаб опасности. Я сглотнула: что же там произошло?       — Чтобы найти...? — спросила я их, и господин Чхоль бросил свой взгляд на Юн Хо и сказал:       — Думаю, что лучше было бы, если бы сам 'Белый Тигр' рассказал вам, что там произошло. — сказал он, и я увидела злой и одновременно удивленный взгляд Юн Хо. Он вздохнул и повернул свой взгляд на меня. Он сказал:       — Там было... ничего. Всё исчезло. Никаких следов каких-либо статуй или той статуи Бога. Только лежавший без сознания Сон Джин Ву. — сказал он, и я замерла.       — Только он? — спросила я, и Юн Хо замолчал. — Юн Хо! Говори! Что случилось?! — Я начала выходить из себя, становясь все более злой.       — Вас не было в том подземелье, госпожа Ли. — заявил мистер Чхоль, заставив меня в полном недоумении посмотреть на него.       — Что вы имеете в виду? — Прошептала я.       — У нас есть теория, что произошла телепортация. Однако мы не понимаем, почему Сон не отправил его с вами в деревню Намсангол. Жители деревни нашли вас в прудах без сознания. Работа охотника всегда сопряжена с опасностью, но такие потери редки. — продолжил мистер Чхоль, заслужив мой холодный взгляд.       — Вы намекаете, что мы вам лжем? — Начала я, глядя ему прямо в глаза. — Внезапно шестеро выживших начинают нести одну и ту же чушь? О, похоже, все сошли с ума, какое редкое явление, вам не кажется? — Я заговорила, и на моем лице появилась улыбка.       — Итак, знаете что? Ты можешь просто уйти... — Я уже собиралась закончить, когда Юн Хо внезапно прикрыл мне рот рукой.       — Ммм!       — Прости, она... она в точности как её брат, — произнес он.       Я попыталась убрать его руку от своего рта, чувствуя, как неловкость буквально повисла в воздухе. Господин Чхоль тем временем натужно кашлянул и поспешно обмахнулся ладонью.       — Ничего страшного. Она и правда его точная копия, — он перевел на меня пристальный взгляд. — Скажите, госпожа Ли, а не было ли у вас признаков «Второго пробуждения»?       Я невольно вздрогнула. Второе пробуждение — явление крайне редкое и почти легендарное. Повторный всплеск магической силы позволял охотнику преодолеть свои лимиты. Охотники ранга «C» внезапно обретали мощь ранга «A» или даже становились «S-ранговыми». В мире, где твоя сила запечатана в момент первого пробуждения, это было единственным шансом изменить судьбу.       — Может, я стану как брат? Или как мама с папой? — эта шальная мысль на мгновение обожгла меня изнутри.       — Принесите это, — скомандовал Чхоль.       Его помощник подошел к углу и осторожно достал из сумки какой-то предмет.       — Это... — начала я, но господин Чхоль перебил меня:       — Это портативный инструмент для измерения магической силы.       Несмотря на компактность, этот прибор мало чем уступал стационарным установкам в штаб-квартире Ассоциации.       — Просто положите руку сюда.       Он указал на черное магическое ядро, встроенное в верхнюю часть устройства. Размером с кулак, оно поглощало свет, напоминая крошечную черную дыру. Это был предмет высочайшего качества — ядро монстра А-ранга стоимостью более миллиарда вон.       Я молча смотрела на этот пугающий камень, затем, глубоко вздохнув, опустила на него ладонь. Ядро тут же отозвалось, вспыхнув обычным, неярким светом. Спустя мгновение сияние исчезло.       Мужчины сняли солнцезащитные очки и жадно прильнули к экрану. Юн Хо тоже подошел ближе, затаив дыхание в ожидании моего ранга. Я увидела, как глаза Чхоля расширились, а руки начали мелко дрожать. Палата погрузилась в гробовую тишину.       — Этого не может быть! — выдохнул он.       Он проверял цифры снова и снова, но результат оставался неизменным.       — Как же так?..       Понятно. Значит, никакого «Второго пробуждения» не случилось. Я отвела взгляд, чувствуя на себе тяжелый, недоуменный взгляд Юн Хо.       — Простите, кажется, мы сделали поспешные выводы, — глухо произнес Чхоль.       Я лишь горько хмыкнула.       — Если вас больше ничего не интересует, не могли бы вы оставить меня?       — Конечно... Выздоравливайте, госпожа Ли, — пробормотали они и, наконец, поспешно скрылись за дверью.       Я проводила их взглядом, и как только замок щелкнул, из моих легких вырвался тяжелый вздох облегчения. Тишина в палате после этого разговора казалась почти оглушительной. Юн Хо, видя мое состояние, осторожно присел на край кровати. Его взгляд был полон заботы, но в нем также читалась растерянность.       — Так значит, не пробуждение... — пробормотала я. Мои мысли окончательно запутались.       Юн Хо первым нарушил тишину:       — Ава... как ты себя чувствуешь?       Его голос звучал непривычно мягко, словно он боялся разрушить мою и без того хрупкую стабильность. Я просто качнула головой, не в силах подобрать слова. Физическая боль от ран отступила, проигрывая перед этим новым, пугающим чувством неопределенности.       — Я не знаю, Юн Хо. Я просто... ничего не понимаю, — призналась я, и только его присутствие мешало мне окончательно провалиться в бездну отчаяния.       Юн Хо обнял меня, словно я была его самым драгоценным сокровищем. В его объятиях мир вокруг растворился, уступая место безмятежному покою. Я втянула воздух, и тонкий, едва уловимый аромат его нового, явно дорогого парфюма, словно невидимая завеса, окутал меня.       — Что это за больница? — нарушила я тишину, и его взгляд, обычно такой спокойный, поднялся на меня с высоты своего роста.       — Это хорошая больница, частная. — ответил он. Слово "частная" прозвучало для меня двойным ударом: я мигом поняла, что все счета оплачены им, из его собственных средств.       — Юн Хо! Зачем? Ты мог отправить меня в обычную. — я произнесла это с легкой ноткой упрека, уже готовясь свернуть эту тему, когда его руки вновь сомкнулись на мне, прижимая сильнее.       — Ты моя младшая сестра, и хватит считать мои деньги. Я сам решаю, на что их тратить. — его слова заставили меня закатить глаза, но, к моему собственному удивлению, на губах появилась легкая, неуловимая улыбка.       — Я уже думал, ты не очнешься. Больше всего боялся… — проговорил Юн Хо, нежно перебирая мои волосы.       — Я тоже боялась… — прошептала я в ответ. Тот подвал был воплощением страха; будь я хоть чуточку наивнее, возможно, и не выжила бы.       В этот момент тишину нарушила настойчивая вибрация телефона. Юн Хо достал мобильный, и его губы невольно скривились.       — Черт, как же они достали, — раздраженно пробормотал он, поднимаясь с кровати и направляясь к окну, чтобы ответить. Я наблюдала за ним, чувствуя, как напряжение, исходящее от него, становится почти осязаемым.       — Алло! Да что не так? — голос его прозвучал резко, словно он выплеснул накопившееся раздражение. — Я же взял сегодня отгул по семейным обстоятельствам. Неужели больше некому? — Его вызывали на работу, и, честно говоря, меня это совсем не удивило.       — Хорошо, хорошо, я приеду через 20 минут. Буду. — закончил он, коротко бросив трубку.       Раздражение на его лице сменилось решимостью. Он снова повернулся ко мне, и наши взгляды встретились. В его глазах я увидела не только прежнюю заботу, но и новую, едва уловимую тревогу, родившуюся в момент телефонного разговора.       — Мне нужно ехать, — произнес он, и его голос прозвучал иначе, более официально, словно он мгновенно переключился в режим деловой поездки.       — Что-то серьезное, — мелькнула мысль, но прежде чем я успела задать вопросы, Юн Хо подошел ближе.       — Береги себя, — сказал он, и я лишь кивнула, ощущая, как внутри нарастает едва уловимое волнение.       Я лишь молча кивнула, понимая: спорить сейчас бесполезно. Его мир всегда казался мне перегруженным — бесконечный круговорот срочных дел, обязательств и опасных вылазок. Моя внезапная слабость и потеря сознания явно стали лишним грузом в этом и без того безумном графике.       — Хорошо, — ответила я, стараясь придать голосу уверенности, хотя внутри всё ещё неприятно дрожало, словно натянутая струна. — Ты скоро вернешься?       — Постараюсь, — пообещал он.       Юн Хо подошел к кровати и снова обнял меня. В этот раз в его жесте не было нежности или утешения — это было сухое, почти деловое прощание.       — Береги себя. Если что-то пойдет не так — немедленно зови медсестру.       Он стремительно собрался, и я в очередной раз проводила его взглядом. Дверь закрылась с коротким, сухим щелчком. Тишина мгновенно заполнила палату, но теперь она не казалась такой удушающей и оглушительной.       Я бессильно повалилась на подушки, уставившись в стерильно-белый потолок. Мысли путались, наслаивались друг на друга, пока сквозь этот гул в моей голове не прорезался голос. Чужой. Незнакомый. Совсем не похожий на низкий баритон Джин Ву. Это был женский голос — чистый, мелодичный и пугающе механический.       В голове вспыхнуло лишь одно слово: «Уведомление».       — Уведомление... — эхом повторила я, завороженно глядя в пустоту, пока прямо перед моими глазами, разрезая воздух, не возник полупрозрачный сенсорный экран.       — Приветствую вас, госпожа Ли Ава.       От неожиданности я резко подскочила на кровати. Сердце испуганной птицей забилось о рёбра. Прямо передо мной, в паре шагов от постели, стояла... девушка? Но она не была человеком. Её тело, сотканное из мерцающих пикселей и мягкого голубоватого света, казалось нереальным, призрачным.       — Мать твою! — вскрикнула я, едва не схватив сердечный приступ. — Ты... ты ещё кто такая?!       Цифровая гостья почтительно склонила голову, и её губы тронула безупречная, программная улыбка.       — Я ваша личная помощница по уровням, госпожа.       Я ошеломленно замерла, пытаясь осознать увиденное. Сенсорная проекция? Система? Помощница по уровням? Это звучало как бред, как сценарий из второсортной фантастики, но никак не часть моей реальности. Однако её присутствие было слишком осязаемым, а холодный свет экрана — слишком ярким для сна.       — Помощница по уровням? — переспросила я, не веря собственным ушам. — Что это вообще значит? Какой ещё уровень?       — Это значит, что я приставлена к вам, чтобы направлять вас в вашем путешествии, госпожа Ли Ава, — ответила она с вежливой, почтительной легкостью. — Ваши показатели, навыки, скрытые резервы и цели — всё это теперь находится под моим контролем. Я здесь, чтобы предоставлять вам информацию, давать советы и помогать в стратегическом планировании.       Я часто заморгала, пытаясь переварить этот информационный взрыв. Моё «путешествие»? Мои «навыки»? Слово «уровни» всё ещё казалось чужеродным, но в контексте подземелий, в которых я так отчаянно боялась оказаться, всё это внезапно обретало пугающий смысл.       — Но... откуда ты знаешь моё имя? — спросила я, чувствуя, как липкий страх медленно уступает место жгучему, почти болезненному любопытству.       — Ваши данные уже вошли в систему, госпожа, — пояснила она. — С момента, как вы впервые столкнулись с угрозой, требующей активации вашего потенциала, я стала вашим персональным ассистентом.       Улучшенный вариант текста       — Значит… ты действительно можешь мне помочь? — спросила я, чувствуя, как в голосе крепнет решимость.       — Именно для этого я здесь, госпожа, — подтвердила она. Её глаза на мгновение вспыхнули мягким, приветливым светом.       Теперь я смогла рассмотреть её получше. На вид ей было около двадцати семи — статная, по-настоящему красивая женщина. Иссиня-черные волосы были стянуты в безупречный высокий хвост. На ней был элегантный черный костюм: приталенный пиджак, строгие брюки и идеально завязанный галстук. Она выглядела как первоклассный личный секретарь из какой-нибудь корпорации-гиганта.       — У вас есть одно непрочитанное сообщение. Желаете ознакомиться? — раздался её ровный голос.       Я подняла голову, завороженно глядя на неё:       — Да, давай.       Прямо перед моим лицом вспыхнуло еще несколько полупрозрачных панелей.       — Уведомление: Вы получили статус «Игрок». Ежедневный квест: «Подготовка к силовой тренировке», — беспристрастно зачитала она.       — Квесты? — я вскинула брови от удивления.       — Данная система создана для содействия в развитии Игрока, — продолжила помощница. — В случае невыполнения условий задания назначается штраф. В случае успеха — начисляется награда.       Я вчиталась в светящийся текст интерфейса и замерла.       — Ежедневный квест: «Подготовка к силовой тренировке». Подтверждаю… — прошептала я, и текст тут же обновился, раскрывая детали.       Мои глаза округлились. «Отжимания», «поднятие корпуса», «приседания» и «бег»… Эти слова выглядели так, будто их вырезали из устава спецназа. Но когда я дошла до цифр — по 100 повторений каждого упражнения и пробежка на 10 километров — я не сдержала истерического смешка.       — Вы серьезно?! — я посмотрела на девушку. — Это просто невозможно! Я в больнице, мне прописан строгий постельный режим, а вы хотите, чтобы я марафон бежала?       Она промолчала, сохраняя вежливую полуулыбку. Я вздохнула, понимая, что спорить с программой бессмысленно.       — Ладно, забудь. Можешь идти, — бросила я с облегчением.       Девушка мгновенно растаяла в воздухе, словно её и не было.       — Что? Так быстро? — я моргнула, глядя на пустое место.       Сил больше не было, и я снова рухнула на подушки. Мой взгляд невольно заскользил по стенам палаты, а мысли сами собой вернулись к нему…       — Интересно, как там Джин Ву? — тихо спросила я саму себя.       В памяти тут же всплыла сцена нашего разговора. Моё признание… и то, как он ответил. Его поцелуй. Я почувствовала, как щёки мгновенно обдало жаром, а сердце пропустило удар. Я закрыла лицо ладонями, чувствуя, какими горячими они стали.       — Ох, ты ж… Я всё-таки сделала это! — я победно улыбнулась в пустоту. — Выкуси, Ким! Ну что, кто теперь «ледяная принцесса»? Видела бы ты моё лицо сейчас…       Я снова завалилась на спину, глядя в потолок. Но радость быстро сменилась привычной тревогой. Не прошло и минуты, как я снова осталась одна, и тишина в палате стала еще более гнетущей. Помощница, квесты, «Игрок»… Всё это казалось полнейшим абсурдом.       Зачем этой системе понадобилась моя «активация потенциала»? И какую цену мне придется заплатить за эту новую силу?       Я попыталась переключиться на что-то привычное и обыденное, но мой мозг, казалось, объявил забастовку. Перед глазами настойчиво, словно выжженные на сетчатке, продолжали пульсировать строки уведомления: «Ежедневный квест: Подготовка к силовой тренировке».       Сотня отжиманий... сотня приседаний и скручиваний на пресс... и в довершение — десять километров бега. В моем нынешнем состоянии это звучало не как задание, а как смертный приговор. Я чувствовала себя настолько слабой, что даже попытка просто сесть в кровати заставляла мир вокруг неприятно покачиваться.       Я плотно зажмурилась, отчаянно пытаясь отогнать навязчивые мысли. Может быть, всё это — лишь плод моего воспаленного воображения? Жестокая галлюцинация, порожденная стрессом, магическим истощением и больничной палатой?       Я осторожно ощупала прохладную ткань подушки, провела рукой по простыням и тумбочке, проверяя, не спрятан ли где-то проектор или тончайший сенсорный экран, способный имитировать этот проклятый интерфейс. Тишина. Пустота. Никаких механизмов. Только мои дрожащие пальцы и стерильный запах антисептика.       И снова, вопреки логике, нахлынули другие воспоминания. Тот самый поцелуй. Мое признание. Я — та, кто годами носила маску неприступной «ледяной принцессы», — сама разрушила свои стены. И это было… правильно. Это было до пугающего приятно.       Я почувствовала, как по щекам снова разливается предательский жар. Всего лишь короткий момент, одно касание губ, а внутри до сих пор бушует настоящий ураган. Такая, казалось бы, мелочь, но она перевернула всё мое представление о себе.

* * *

      Глубокая ночь окутала Сеул. Небо за окном давно стало иссиня-черным, и город погрузился в сон. Я тоже спала, провалившись в тяжелое, вязкое забытье, пока какой-то странный звук не прорезал тишину.       — Аах... что это? — пробормотала я сквозь сон, не понимая, наяву это происходит или в кошмаре.       Внезапно я почувствовала вибрацию. Сначала легкую, едва уловимую, словно кто-то осторожно тряс мою кровать, но с каждой секундой толчки становились всё сильнее. Кровать начало швырять из стороны в сторону!       — Что за херня?! — вскрикнула я, резко обернувшись, и замерла. Прямо у изножья стояла та самая цифровая помощница.       — Нарушение правил! — ледяным тоном провозгласила она.       От её крика стены палаты дрогнули и пошли трещинами. Я в ужасе уставилась на неё, не в силах вымолвить ни слова, как вдруг пол подо мной просто исчез. Тряска достигла пика, я потеряла равновесие и с коротким вскриком рухнула в разверзшуюся под кроватью бездну.       Удар был жестким. Я ощутила под собой не прохладные простыни, а сырую землю и жесткую траву. Распахнув глаза, я лишилась дара речи: я была в лесу. Настоящем, густом и пугающе темном лесу!       — Откуда здесь лес?! — закричала я, вскакивая на ноги. — Это сон? Я сплю?!       Я отказывалась верить своим глазам, пока за спиной не раздалось низкое, утробное рычание. Я медленно, до хруста в шее, повернула голову на звук. Прямо на меня смотрел чудовищный гибрид — огромный Кабан-тигр. Он был просто исполинским, размером с небольшой грузовик. Его алые, налитые яростью глаза не отрывались от моей шеи. Над головой монстра пульсировала ярко-красная надпись: [Кабан-убийца]. От этого кровавого свечения мне стало по-настоящему дурно.       Внезапно, без всякого предупреждения, зверь издал оглушительный рёв и бросился в атаку. Инстинкт выживания сработал быстрее мозга.       — БЛЯТЬ! — заорала я, вкладывая все остатки сил в заклинание.       Волна магической энергии ударила монстра в грудь, отбросив его на несколько метров. Не теряя ни секунды, я рванула прочь, продираясь сквозь колючие кусты.       — Что я здесь делаю?! — мой крик тонул в шуме листвы.       Зверь не отставал. Его тяжелые шаги сотрясали землю, а удары клыков о деревья звучали как пушечные выстрелы. Я уворачивалась, петляла, сердце колотилось в горле в каком-то бешеном, ломаном ритме.       — Чёрт! Да что происходит? Эй, помощница! — закричала я в пустоту, и голос системы тут же отозвался в моей голове.       — Вы нарушили правила. За невыполнение ежедневного квеста вам назначено наказание...       — НАКАЗАНИЕ?! — я едва не споткнулась о корень. — Вы издеваетесь?!       Я судорожно оглядывалась по сторонам, но видела только вековые стволы и оскаленную морду Кабана-убийцы, который явно не собирался прекращать охоту. Адреналин обжигал вены, вытесняя боль и слабость.       — Сколько?! Сколько мне здесь торчать?! — кричала я, из последних сил убегая от монстра.       — Время пребывания в Штрафной зоне — три часа. Вы должны выжить, — беспристрастно ответил голос.       От этих слов мне захотелось просто упасть и сдаться, но клыки зверя, клацнувший прямо за спиной, быстро привели меня в чувство.       — ТРИ ЧАСА?! — я не верила своим ушам. — Я же только из больницы! Вы там совсем охренели?!

***

      Глубокой ночью молодая медсестра начала свой обход. Тишину коридоров нарушал лишь тихий шелест её халата и скрип ручки по бумаге — она методично проверяла, все ли пациенты на месте, и ставила отметки в журнале. Всё шло своим чередом, пока она не подошла к палате под номером 402, где лежала Ли Ава.       Медсестра нажала на ручку и медленно, стараясь не шуметь, приоткрыла дверь. Она не хотела будить девушку, которая и так была истощена. Но стоило ей сделать шаг внутрь, как сердце пропустило удар. Она замерла, не веря собственным глазам.       В палате царил настоящий хаос, словно здесь только что произошло стихийное бедствие или ожесточенная борьба. Прикроватная тумбочка была каким-то немыслимым образом перевернута, лампа валялась на полу, разбитая вдребезги, а постель... постель была пуста. Одеяло было скомкано и наполовину сползло на пол, но самой пациентки нигде не было.       — Что за?.. — потрясенно прошептала медсестра, чувствуя, как по спине пробежал холодок.       В этот момент в дверях появилась её коллега, совершавшая обход в соседнем крыле.       — Эй, ты чего застряла? — негромко спросила она, но, заглянув в палату, тут же осеклась. — Боже... Что здесь произошло? Где Ли Ава?       Молодая медсестра обернулась к ней, её лицо было бледнее больничной простыни. Она не знала, с чего начать, и лишь судорожно сжала в руках планшет.       — Она... она пропала, — наконец выдавила она дрожащим голосом.       Вторая медсестра в ужасе прижала ладонь к губам.       — Как пропала?!

***

      — ДА ТВОЮ МАТЬ! — мой крик сорвался на хрип, когда из кустов, ломая ветки, на меня вылетел ещё один кабан-тигр.       Я неслась так быстро, как только позволяли ослабевшие ноги, но, казалось, эти твари были повсюду! Я петляла, ныряла под низкие коряги и даже попыталась запрыгнуть на деревья, перескакивая с одного ствола на другой, как обезумевшая белка.       Ветки хлестали по лицу, оставляя жгучие, кровоточащие царапины, но я почти не чувствовала боли. Её вытеснил леденящий, парализующий страх. Я потеряла счет времени. Не знала, сколько уже бегу и сколько миль оставила позади в этом проклятом лесу. Каждый шорох, каждый треск сухой ветки заставлял сердце замирать в ожидании новой атаки. Один монстр — это уже проблема, но встретить сразу двух — верная смерть.       — Только не снова! — выдохнула я, когда из густых зарослей прямо передо мной выскочил очередной усатый кошмар.       Его алые глаза полыхали в полумраке, как два угля, а рычание, казалось, вибрировало прямо в моих костях. Я споткнулась, едва не полетев кувырком, но в последний момент успела отпрянуть, чувствуя, как массивный клык едва не распорол мне бок.       — Да сколько же вас здесь, тварей?! — в отчаянии закричала я, продолжая свой безумный марафон.       В этот момент прямо перед моим лицом вспыхнул системный экран. Я бросила быстрый взгляд на таймер и похолодела.       [Оставшееся время: 02:00:00]       — Ещё два часа?! — мой голос сорвался на визг. — Мне бежать ещё два часа?!

***

      Медсестры уже оббежали практически всю больницу. Запыхавшиеся и напуганные, они встретились возле стойки администрации.       — Ну что? Нашла её?! — тяжело дыша, спросила она у своей коллеги.       Та лишь бессильно покачала головой, пытаясь восстановить дыхание.       — Её нигде нет! Я проверила все туалеты, лестничные пролеты и даже заглянула в столовую — пусто!       — Я пойду ещё раз проверю палату, — решительно сказала первая медсестра. — Может, она просто спряталась? Или мы что-то пропустили в той неразберихе...       Коллега кивнула, вытирая пот со лба.       — Давай... Я очень сомневаюсь, что она в своём состоянии могла незаметно покинуть здание больницы. Это просто невозможно.       На настенных часах стрелки неумолимо приближались к трем часам ночи.

***

      Я задыхалась. Горло обжигало огнем, а ноги превратились в бесполезные куски свинца, которые больше не слушались. Почти три часа... я бежала почти три бесконечных часа, балансируя на грани обморока.       Твари всё ещё были за спиной. Я слышала их тяжелое, хриплое дыхание и клацанье челюстей. Двое выживших монстров неумолимо сокращали дистанцию.       — Я... больше... не могу... — прохрипела я.       Голос, сорванный долгими часами криков и тяжелого дыхания, едва напоминал человеческий. Силы окончательно покинули меня, и я рухнула на землю, по инерции проехав несколько метров вперед.       Земля была холодной и влажной. Грязь мгновенно пропитала тонкую ткань больничных штанов, но мне было плевать. Я чувствовала только пульсирующую, разрывающую боль в каждой мышце и слышала скрежет когтей, приближающийся сзади. Две тени, ужасающие в своей скорости, нависли надо мной.       Я зажмурилась, ожидая неизбежного конца... как вдруг мир снова содрогнулся. Та же яростная вибрация, что вышвырнула меня из реальности, повторилась. И в следующее мгновение — тишина. Ни рычания, ни хруста веток.       Распахнув глаза, я онемела. Я была в своей палате. Я... я вернулась!       Я жадно ловила ртом воздух, не в силах поверить, что этот кошмар закончился. Перед глазами снова всплыл полупрозрачный интерфейс:       [Штрафной квест завершен]       — Штрафной... квест... — едва слышно прошептала я.       Сил не осталось даже на то, чтобы просто лежать. Я распласталась прямо на холодном линолеуме, не в силах пошевелить даже пальцем. Сознание начало медленно уплывать.       — Госпожа Ли!       Где-то вдалеке раздался испуганный крик медсестры, топот ног и звук открывающейся двери, но для меня всё это уже не имело значения. Тьма окончательно накрыла меня, и я, наконец, провалилась в глубокий, беспробудный сон.