Казино "Призрачный город"

      Улицы города стремительно проносились мимо, навсегда оставаясь в прошлом. Ши Цинсюань безучастно смотрел в окно такси, а на душе было тяжело и даже немного тоскливо. Ближайшее будущее казалось ему безрадостным, ведь Хэ Сюань пообещал немедленно его уволить. Так и сказал: «Я тебя уволю». На что Цинсюань в сердцах бросил ему в ответ: «Ну и увольняйте. В таком случае, мой рабочий день уже закончен!». А после просто развернулся и ушел, оставив на полу рассыпанные ранее фрукты и разбитую бутылку шампанского.              В произошедшем не было вины Ши Цинсюаня. Он просто нес поднос в номер четыреста пять, когда на него налетела стайка детей. Цинсюань пытался увернуться, но не смог. Его толкнули, и он все уронил. К сожалению, управляющий не стал разбираться в том, кто прав, а кто нет, и просто наорал на бедного администратора, да еще и на глазах у гостей отеля. И теперь несправедливо обиженный Ши Цинсюань ехал прочь, даже не надеясь однажды вновь переступить порог «Призрачного города».              В клубе, в который он ехал его ждали друзья, чтобы отметить день рождения Не Хуайсана. Они собирались от души повеселиться. Ещё утром Ши Цинсюань жил в предвкушении чудесно проведенного времени, а теперь не хотел даже думать об этом. Все его мысли занимал управляющий. Сколько раз на глазах Цинсюаня другие сотрудники отеля что-либо роняли, и он никогда не грозился никому увольнением. Однажды была разбита дорогая ваза, но Хэ Сюань только устало вздохнул, немного побранил и просто лишил премии нерадивого работника. В другой раз, другой сотрудник слишком спешил и допустил ошибку в документации. Но и тогда всё обошлось исключительно выговором. Да, весьма строгим и неприятным, но человек продолжал работать как ни в чем не бывало. А стоило допустить оплошность Ши Цинсюаню и все — увольнение.              Ши Цинсюань горестно вздохнул. Он не мог понять, чем так досадил управляющему, что тот так сильно его ненавидел? Почему? За что? Ведь он всегда старательно подходил к делу, спешил сделать все, что от него требуется и даже чуточку больше. Кроме того, делал это не по принуждению, а по своему желанию, от всей души, потому что ему нравилось работать администратором в отеле и он хотел задержаться там, как можно дольше. И даже вечно недовольный Хэ Сюань никогда не вызывал в нем желания обозвать его козлом, что частенько за спиной проделывали другие сотрудники. Они называли его по-разному, но «козёл» было самым щадящим. И даже сейчас, сидя на заднем сидении такси и прильнув к окну, расстроенный Ши Цинсюань никак не мог набраться решимости, чтобы обругать управляющего хоть как-то. Вместо этого он задумался, начал копаться в себе, но не найдя ничего, что могло бы дать ответ на вопрос «за что он меня ненавидит?», Цинсюань начал размышлять над причиной поведения Хэ Сюаня.              Может, его кто разозлил? Или Господин Хуа сделал ему выговор, и управляющий Хэ был расстроен, а тут Цинсюань с подносом? Может, он вовсе и не хотел увольнять администратора, а просто как всегда ругался, чтобы выплеснуть свой гнев? Он ведь так частенько делал. Но теперь, после того, как Ши Цинсюань самовольно покинул рабочее место на пару часов раньше, даже если Хэ Сюань на самом деле не хотел его выгонять, то теперь точно уволит. И тогда получится, что Ши Цинсюань сам виноват в том, что лишился работы. Нет уж. Цинсюань сердито сдвинул брови. Даже если он и ушел, то вина за все лежит только на Хэ Сюане. Не нужно было грозить увольнением и постоянно орать. Любой от этого устанет и в итоге психанет.              На этом размышления Ши Цинсюаня оказались прерваны — такси остановилось около клуба, где его уже ждали Не Хуайсан и Вэй Усянь. Последний приветственно замахал руками, как только увидел вышедшего из машины друга. Цинсюань натянул улыбку и махнул рукой в ответ. Вздохнул пару раз, отгоняя обиду, и пошел навстречу.              — С днем рождения, Хуайсан, — вместо приветствия, Цинсюань сразу протянул другу бумажный пакет с подарком, — счастья, радости…              — Как официально, — фыркнул Вэй Усянь.              — Спасибо, — поблагодарил Не Хуайсан, забирая подарок, — Цинсюань, у тебя что-то приключилось? Невеселый ты.              — Управляющий Хэ приключился, — не стал скрывать Ши Цинсюань, — но давайте, я потом вам все расскажу. Сейчас мы идем праздновать твой день рождения и веселиться.              — Снова орал на тебя? И как ты только его терпишь? — сочувственно вздохнул Вэй Усянь.              — Теперь уже терпеть не придётся. Он сказал, что уволит меня, а я просто взял и ушёл.              Друзья переглянулись и сочувственно похлопали Ши Цинсюаня по плечу.              — Пойдём, дружище, — Вэй Усянь потянул его за собой в призывно распахнутые двери клуба, — пора забыть про управляющего. Не думай о том, что тебя расстраивает, иначе расстроится уже Хуайсан!              Ши Цинсюань согласно кивнул. Перекладывать свою грусть на друзей он не собирался и, хотя ему всё ещё было грустно, решил постараться не показывать этого. Да и не просто постараться — Цинсюань твердо решил, что не позволит Хэ Сюаню испортить этот вечер. Сегодня Ши Цинсюань празднует день рождения друга и будет радоваться назло вредному управляющему.              Громкая музыка накрыла всех троих сразу, стоило им войти. Ши Цинсюань слегка поежился — ему стало неуютно и хотелось куда-то, где потише, но таких мест в подобном заведении не было вовсе. Вокруг царил полумрак, разгоняемый светомузыкой, на танцполе собралась целая толпа веселящихся людей. Друзья уселись за небольшой столик, заранее забронированный Не Хуайсаном, потому что найти в это время свободное место было бы не осуществимой задачей. К ним сразу подошёл официант, и положив на столик меню, ушёл. Открыв его, Ши Цинсюань обнаружил там в основном алкоголь, коктейли и всего несколько видов закусок. Ни сока тебе, ни воды.              — Значит так, — заявил Вэй Усянь, — день рождения — отличный повод для веселья! Поэтому мы просто обязаны выпить за Не Хуайсана!              — Да, сегодня мы должны выпить, — поддержал виновник торжества, — Цинсюань, ты тоже не можешь отказаться. Иначе я на тебя обижусь.              Ши Цинсюань застенчиво улыбнулся. Он почти не пил и был образцом трезвости, но друзей обижать не хотел и решил, что так и быть, ради праздника, попробует какой-нибудь коктейль. Тем более его всё ещё глодала обида на Хэ Сюаня, и хотелось поскорее о нём забыть.              — О! У них есть коктейль «Улыбка Императора»! — обрадовался Вэй Усянь, изучив меню, — это мой любимый! Его и возьму! Лучше я ещё ничего не пробовал!              — Тогда я тоже попробую, — решил Не Хуайсан, — Цинсюань, а что возьмёшь ты?              — Я в них не разбираюсь, — признался юноша, — буду то же, что и вы.              — Отлично! — Вэй Усянь отложил меню и подозвал официанта, — нам три «Улыбки Императора»!              Заказ вскоре принесли и Вэй Ин первым пригубил свой напиток.              — О да! — блаженно протянул он, — то, что надо!              — В самом деле — вкусно, — похвалил Не Хуайсан.              Ши Цинсюань осторожно понюхал, прежде чем сделать первый глоток, а затем отпил немного, чтобы лучше распробовать. Напиток оказался приятным на вкус, свежим и слегка обжигающим, а на душе сразу потеплело и стало как–то радостнее. Даже огорчение по работе угасло — ну уволили, ну и что с того?              — Давайте-ка, за день рождения Хуайсана! — поднял тост Вэй Усянь и три бокала звонко стукнулись друг о друга.              Бокалы быстро опустели и Вэй Усянь заказал всем еще, а потом попросил пару бутылок вина. Цинсюань едва успевал пить, как тосты сыпались один за другим. Как оказалось, Вэй Усянь был в этом деле весьма хорош и очень скоро одна бутылка уже опустела.              — Повторим? — предложил Не Хуайсан, — выпили мы ещё очень мало.              — Давай ещё! Я ещё не всё тебе пожелал! — обрадовался Вэй Ин.              — Да! Я тоже хочу сказать тост! — воскликнул повеселевший Ши Цинсюань.              — Отлично! Сейчас закажем! — Не Хуайсан решительно подозвал к себе официанта, — принесите нам виски! — заказал он.              — Вот это дело! — одобрил Вэй Усянь, — повышаем градус!              Официант не заставил долго ждать, и уже спустя несколько минут на столе стояла вскрытая бутылка виски, а ароматный напиток плескался в стаканах. Ши Цинсюань встал из-за стола и торжественно заявил:              — Хуайсан! Пусть в твоей жизни будут только добрые и милые управляющие, которые никогда не будут тебя отчитывать! Ну, разве что самую чуточку. И никогда не уволят без причины! Выпьем за это! — и, звонко стукнувшись стаканом со стаканами друзей, Цинсюань залпом его опустошил.              Горло обожгло, Цинсюань кашлянул, но терпкое послевкусие оказалось настолько приятным, что, не обращая внимания на чрезмерную легкость в голове, юноша потянулся за добавкой. Друзья его не останавливали, только подливали, чувство радости от безудержного веселья витало над столом и пьянило похлеще алкоголя. После еще нескольких тостов со стороны Вэй Усяня, была разлита последняя порция и пустая бутылка опустилась на стол. Ши Цинсюань, уже окончательно захмелевший, поднял руку.              — Меня уволили, — заявил он, решив рассказать о наболевшем, а на губах появилась улыбка, — представляете? Управляющий Хэ меня уволил! Но он ещё пожалеет об этом, — решительно заявил он, — выпьем за то, чтобы он чихнул в своём кабинете! К… Козёл, вот кто он! — и, отсалютовав стаканом, довольный собой Цинсюань залпом осушил свой бокал. На этом алкоголь закончился и, не дожидаясь, пока друзья закажут ещё, Ши Цинсюань поднялся из-за стола.              — Хочу танцевать! — заявил он, резко встав и едва не упав от закружившейся головы, — идёмте танцевать! Танцуем!              И, не обращая внимания на то, пошли друзья за ним или нет, Цинсюань устремился в толпу людей: кого-то задев, кому-то едва не наступив на ногу. Он нашёл себе свободное местечко и начал двигаться, пытаясь поймать ритм. Громкая музыка уже не оглушала, звала за собой, и он танцевал, танцевал, забыв все свои проблемы, словно их и не существовало. В голове теперь царила приятная, звенящая пустота, сердце отбивало в такт музыке, тело было легким, гибким и пластичным. Ши Цинсюань блаженно прикрыл глаза и отдался пульсу танцующей вокруг него толпы, позволив поглотить себя, унеся все его проблемы далеко за горизонт.              Когда Цинсюань вернулся к друзьям, то увидел, что на столе прибавилась еще бутылка текилы и какого-то неопознанного напитка, но они почти опустели. Ши Цинсюань плеснул себе в бокал, принюхался и с отвращением поморщился:              — Фу, ну и гадость! — заплетающимся языком проворчал он, — а что виски больше нет? Что за… Всё вып… выпили, а мне не оставили.              Ему никто не ответил: его друзья уже благополучно уснули, положив головы на стол.              — Слабаки! — фыркнул Ши Цинсюань.              Рядом с Не Хуайсаном лежал мобильный телефон, который засветился от входящего звонка, но вскоре потух, так и не дождавшись ответа. Цинсюань попытался его разбудить, но тот лишь отмахнулся и потянулся за бутылкой. Задел одну, не размыкая глаз попытался выпить, но уронил обратно на стол и затих.              — Пить хочется, — пожаловался сам себе Цинсюань, прекратив попытки достучаться до собутыльников, — и жарко… Выпить. Надо что-то выпить.              Под руку ему попалась та самая бутылка с неопознанной жидкостью. Цинсюань не стал даже читать название, просто схватил её и хлебнул прямо из горла. Градус тут же ударил в голову, стало ещё жарче. Ши Цинсюань закашлялся и потянулся расстегнуть рубашку, как почувствовал жужжание в собственном кармане.              — Что это? Жужжит, — пошатнувшись и едва удержавшись на ногах, буркнул он и принялся шарить по себе руками, пытаясь отыскать источник вибрации. Карман таинственным образом ускользал. Наконец, он нащупал телефон и достал его. Взглянув на дисплей, Цинсюань поначалу не смог разобрать, что на нём написано, поскольку от выпитого перед глазами всё расплывалось. Экран внезапно погас, звонок оборвался.              — Ну и ладно, — решил юноша, — значит и не надо.              Он хотел уже убрать телефон обратно, как тот зазвонил снова. На этот раз, перевернув его в нормальное положение, Цинсюань всё-таки сумел разобрать имя управляющего Хэ.              — О, начальник! — почему-то сначала обрадовался Цинсюань, но потом загрустил, — противный управляющий! — решительно высказался он, а затем принял вызов.              — Здрасти! — поздоровался, даже не заботясь о том, чтобы это звучало вежливо.              — Администратор Ши, где ключ? , — грозно вопросили в трубке.              — Ка… Какой ещё ключ? — не понял юноша.              — Ключ от винного погреба. Ты был последним, кто сегодня туда ходил!              — Не знаю, я с ним не знаком, — заявил Цинсюань, едва держась на ногах. Хотелось танцевать, спать и послать управляющего Хэ куда-нибудь подальше.              — Ши Цинсюань! Не испытывай моё терпение! — недовольно прозвучало на том конце, — немедленно вспоминай!              Ши Цинсюань хотел было высказать, что не знает никаких ключей, как опустив руку, он нащупал в кармане очертания какого-то предмета. Вытянув его на свет, он, наконец, понял что именно требует от него управляющий.              — А, ключ! У меня, — довольно засмеялся он. А потом Цинсюань икнул прямо в ухо Хэ Сюаню. Но извиняться за подобное он не собирался.              В трубке на пару секунд воцарилась тишина.              — Ты что, пьян? — наконец, спросил управляющий.              — Вовсе нет! Я трезв, как сте-е-ек–лышко! — мгновенно возмутился юноша.              — Ясно, — не поверил ему управляющий. — Где ты?              — В клубе!              — Каком?              — Ривьера Лаунж.              Больше ничего спрашивать Хэ Сюань не стал и сбросил вызов. Ши Цинсюань несколько мгновений подождал, прежде чем осознал, что связь прервалась, а затем убрал телефон в карман.              — Ну и ладно, — решил он.              Телефон Не Хуайсана снова ожил. Ши Цинсюань толкнул друга, но тот не пожелал просыпаться и юноше ничего не оставалось, кроме как взять в руки его телефон, на котором кроме входящего, отображалось уже двадцать пропущенных вызовов.              — Брат, — прочитал он, — у него есть брат? А, ну да, брат…              И Цинсюань ответил на звонок Не Хуайсана.       

***

      Хэ Сюань швырнул телефон на стол и мрачно выругался. Внутри него бушевала целая буря, но она отличалась от того, что он испытывал обычно.              По всему выходило, что Ши Цинсюань должен его бесить. Захотел уволиться, стоило только отчитать его, а теперь ещё и нужный ключ с собой прихватил. Но сколько не убеждал себя Хэ Сюань, что испытывает к молоденькому администратору неприязнь, сам прекрасно понимал, что это самообман. Нет, не бесит. Что бы он ни сделал, Хэ Сюань чувствовал к нему нечто совсем иное, чему пока не мог подобрать определение. И именно это бесило его ещё сильнее. И он злился, раздражался и каждый раз срывался на Ши Цинсюане, который всегда покорно переносил все его вспышки злобы.              Сегодня Хэ Сюань сорвался на нем снова. Он наорал на него потому, что тот просто попался под руку после того, как совершенно другой человек испортил ему настроение. И плевать на разбитую бутылку дорогого шампанского и рассыпанные фрукты — Хэ Сюань знал, что Цинсюань не виноват. Столь глупых ошибок он никогда не допускал. Слишком хороший, слишком идеальный и слишком милый администратор. Лучший во всём. Но как же бесит, что он совсем не бесит!              Хэ Сюань хотел его уволить, чтобы освободиться от странных чувств, но не вышло — даже Хуа Чен слишком ценил Ши Цинсюаня и не позволил управляющему своевольничать.              — Тоже мне, лицо отеля, — бушевал в своём кабинете Хэ Сюань, — самовольно свалил, ещё и напился так, что язык едва ворочает!.. А если кто пристанет?              И он выругавшись, схватил телефон, накинул снятый ранее пиджак и быстро вышел из кабинета.              Был уже поздний вечер и сейчас в холле почти никого не было. Только ночной администратор клевал носом на ресепшне. Хэ Сюань даже не взглянул на него, пересёк холл и вышел на улицу. Своей машины у управляющего не было, долги висели тяжким грузом, и позволить себе личный транспорт мужчина не мог. Обычно он обходился общественным, но в этот раз сел в такси.              «Лишние траты», — негодовал Хэ Сюань, хмуро смотря в окно на проплывающие мимо дома, — «вычту из зарплаты этого бездельника».              Ему просто нужен был ключ от винного погреба. Всего лишь ключ и ничего больше. Хэ Сюань всю дорогу убеждал в этом себя, но не мог избавиться от какого-то смутного беспокойства, охватывавшего его, стоило подумать, что его администратор сейчас там один, пьяный в стельку, а потому совершенно беззащитен. И от этого странного чувства, Хэ Сюань с каждой минутой злился всё сильнее.              Наконец, машина остановилась перед клубом. В сгустившихся сумерках, неоновая вывеска ярко сияла, зазывая посетителей. Хэ Сюань тихонько выругался, он терпеть не мог подобные места — слишком шумно и люди ведут себя отвратительно. Но выбора не было, Ши Цинсюаня нужно было оттуда забрать. У него ведь очень важный ему ключ от погреба.              Хэ Сюань решительно направился внутрь. Музыка оглушала и била по мозгам, неоновые лучи слепили. Управляющий начал озираться, пытаясь найти в толпе нужного ему человека, но только сильнее разозлился — в таком месте отыскать кого-то казалось непосильной задачей. Но Ши Цинсюань был пьян и Хэ Сюань решил пока исключить танцпол из зоны поиска. Он направился к стойке и принялся осматривать сидевших. Спустя некоторое время, он увидел Ши Цинсюаня в компании ещё двоих парней, мирно спящих за столом. Над ними уже склонился здоровенный мужик с усами, который принялся расталкивать одного из них. Хэ Сюань поспешил подойти ближе.              Усатый, казалось, не заметил приближение нового лица, он безжалостно тормошил одного парня, попытался разбудить второго, и только когда дошла очередь до Ши Цинсюаня, его руку грубо остановил Хэ Сюань. Их взгляды встретились.              — Ты ещё кто? — спросил усатый, — что нужно от них?              — Это тебе что нужно от моего администратора? — раздражённо ответил вопросом Хэ Сюань.              Усатый окинул его взглядом и смягчился.              — Так ты его знаешь. Отлично. Заберешь?              Хэ Сюань удивился, но начал понимать, что этот мужик здесь не для того, чтобы приставать к молоденьким и симпатичным юнцам. Тут заворочался паренёк, которого усатый недавно расталкивал, сонно взглянул на мужчин и улыбнулся.              — Бра–а–ат пришёл! — и потянулся к усатому с объятиями, и схватив его за бедра, снова сладко заснул.              — Хуайсан! Немедленно проснись! — рявкнул мужчина, но молодой человек только схватил его покрепче и засопел, — ну что за наказание!              Он раздражённо вздохнул, затем снова взглянул на Хэ Сюаня.              — Так заберешь? — он кивнул на Ши Цинсюаня.              — Только его, — кивнул Хэ Сюань.              — Прекрасно, — и больше не церемонясь, усатый схватил двух собутыльников за шкирку и поволок к выходу.              Хэ Сюань проводил его взглядом, чему-то усмехнулся и перевёл взгляд на мирно спящего Ши Цинсюаня. Улыбаться сразу расхотелось. Юноша был растрепан, ворот рубашки распахнут, обнажая ключицы. Слишком открытый и беззащитный.              — Эй, Ши Цинсюань! Немедленно проснись! — прикрикнул на него Хэ Сюань, но часть этого крика заглушила громкая музыка, — ну что за!..              Он ещё раз встряхнул юношу, тот шевельнулся и приоткрыл один глаз. Затем, увидев Хэ Сюаня, приоткрыл и второй. Сонно посмотрел на него и поднял руку, указав на него пальцем.              — О! Упра–ляю–щий Хэ! — по слогам, запинаясь выговорил Ши Цинсюань. — Почему вы мне снитесь? Не хочу, опять ругаться будете, — и Ши Цинсюань замахал рукой, пытаясь прогнать привидевшегося ему мужчину. Тот не исчезал и упрямо продолжал стоять напротив, буравя юношу недовольным взглядом.              — Какой настойчивый сон… Уйду сам! — и Ши Цинсюань поднялся с места, пошатнулся и завалился прямо на Хэ Сюаня, — как мягко и тепло, — пролепетал он, прижавшись к груди опешившего от такого мужчины, обнял его руками и затих.              Хэ Сюань закатил глаза. С пьяного ничего не возьмёшь, а вот что с ним самим творится? Почему в груди так приятно потеплело, стоило тому обвить его руками? Он должен злиться на него, а вместо этого… Нет, всё-таки он злится и ему просто нужно забрать ключ. Сейчас как выйдут, сразу отчитает Ши Цинсюаня за поведение!              Мужчина выбрался из объятий, закинул его руку себе на плечо и попытался вывести из клуба. Идти так оказалось тяжело. Ши Цинсюань упрямо не хотел просыпаться, потому вывести его на улицу оказалось задачей крайне сложной — он всё время норовил упасть. Хэ Сюань сдался и взвалил его себе на спину. На свежем воздухе Ши Цинсюань зашевелился.              — Упра–ляю–щий, — позвал он.              — Проснулся? — мрачно бросил Хэ Сюань, упрямо идя вперед.              Тот завозился, отрицательно качая головой.              — Управляющий Хэ! — выговорил Цинсюань строго, — вы — козёл!              Хэ Сюань едва не споткнулся от такого заявления. Он, конечно, слышал, что за спиной его как только не зовут, но слышать это от Ши Цинсюаня было неожиданно и как-то неприятно.              — Да, вы самый настоящий козёл! — повторил свою речь Ши Цинсюань. Речь его всё ещё звучала пьяно и сонно, но буквы не путались и говорил он уверенно, — козёл. Но я вас всё равно уважаю, — тихо добавил он и, подняв свисавшие руки, обнял Хэ Сюаня за шею.              Хэ Сюань ничего на это не ответил, но неприятное чувство сменилось чем-то иным. Он и сам не понял, чем именно, но скидывать юношу со спины как-то внезапно расхотелось.              — Что за ерунду ты там несёшь? — наконец, проворчал он. — Осмелишься повторить, когда протрезвеешь?              — Нет, — честно ответил Цинсюань и обиженно добавил: — Я вас больше не увижу.              — Это ещё почему?              — Вы меня уволили.              — Я тебя не увольнял, — возразил Хэ Сюань. — Ты из-за этого так напился?              — День рождения праздновал. Друга… — Цинсюань повернул голову, устраиваясь удобнее на плече управляющего и спустя несколько мгновений сладко засопел. Его дыхание опалило кожу на шее Хэ Сюаня и тот на миг замер на месте, пытаясь понять, раздражает его это или нет. А в следующее мгновение, шеи Хэ Сюаня коснулись губы Цинсюаня. Управляющего словно током прошибло. Нет, злости он не испытывал, однако всё равно разозлился и обернулся, насколько смог.              — Цинсюань, ты!..              Но юноша только сильнее сжал руки, едва не придушив своего руководителя, сладко улыбнулся и продолжил спать.              Хэ Сюань вздохнул, понимая, что то мимолётное касание произошло случайно, недовольно сдвинул брови и, увидев неподалёку свободное такси, направился к нему. Запихнув внутрь сначала Цинсюаня, а затем сев рядом, он внезапно осознал, что совершенно не знает, куда его везти.              — Эй, проснись и назови свой адрес, — он подергал юношу за плечо, но безрезультатно. Ши Цинсюань спал крепко и только отмахнулся от него во сне.              — В отель «Призрачный город», — сдавшись, сказал Хэ Сюань водителю.              Такси тронулось с места, увозя их прочь от клуба.              Всю дорогу Ши Цинсюань спал. Хэ Сюань сидел рядом с непроницаемым выражением лица и размышлял о том, что не так давно случилось. Возможно, Цинсюань и в самом деле возненавидел его после сегодняшней ссоры, раз посмел обозвать козлом. Но при этом он его уважает. Почему-то это успокоило Хэ Сюаня и он решил не ругать его, когда тот проснётся. Но спокойно проехать всю дорогу не вышло. В какой-то момент Ши Цинсюань склонил голову на плечо Хэ Сюаня. Управляющий аккуратно отстранил юношу, но тот через некоторое время снова прислонился к нему.              — Ши Цинсюань! — негромко позвал Хэ Сюань.              Тот продолжал спать и управляющий снова отстранил его голову. Но когда Цинсюань приник к нему в третий раз, Хэ Сюань сдался, вздохнул и просто отвернулся к окну, позволив юноше спать на его плече. Мимо проплывали дома и деревья, водитель посматривал на них через зеркало, но Хэ Сюаню стало всё равно. Лишь бы довёз поскорее уже до отеля.              Наконец, такси остановилось рядом со входом. Хэ Сюань вытащил из машины, так и не проснувшегося администратора, снова взвалил на плечи и потащил внутрь. Было уже поздно и за стойкой ресепшена по-прежнему находился только ночной администратор. Хэ Сюань мог бы доверить Цинсюаня ему, но не стал. Вместо этого, взяв ключ от свободного номера, он отправился к лифту.              Поднявшись в номер, Хэ Сюань сбросил свою ношу прямо на мягкую кровать. Цинсюань сонно что-то пробормотал и перевернувшись на бок, улыбнулся. Управляющий Хэ нахмурился. До чего же этот юноша беззащитный и такой наивный. Так сильно напился, а если бы его никто не забрал из того клуба? В какой компании он бы сейчас находился? Представив один из вариантов развития событий, Хэ Сюань почувствовал, что умиротворение его покидает и он снова начинает злиться. И что Цинсюань вообще себе позволяет? Заставляет переживать за него, а потом ещё и козлом обзывает? Нет, это уж точно ни в какие ворота не лезет.              Хэ Сюань резко развернулся и вышел из номера, намереваясь уйти к себе, чтобы успокоиться. Но уже через пять минут вернулся и поставил на тумбочку бутылку воды и таблетки от похмелья. Посмотрел на Цинсюаня, вздохнул, стянул с него ботинки и укрыл одеялом. И только тогда вышел из номера, закрыв за собой дверь.              О ключе от винного погреба он даже не вспомнил.       

***

      Утром Ши Цинсюань проснулся позже обычного. Обнаружив себя в непривычной обстановке, юноша подскочил на месте, но сразу сел обратно, хватаясь за голову — болела она нещадно. Цинсюань осмотрелся и увидел оставленные рядом таблетки и бутылку с водой. Задумчиво взял их и повертел в руках.              — Как я здесь оказался? И кто это здесь оставил? — задался он вопросом, впрочем одну из комнат отеля Призрачного города он узнал. Но вот что он здесь делает так и осталось не выясненным. Вспомнить ничего Цинсюань так и не сумел.              Запив таблетку целой бутылкой воды, Ши Цинсюань снова лег, ожидая, когда обезболивающее подействует. Когда ему немного полегчало, он схватился за телефон — нужно было выяснить, где его друзья и что с ними. К счастью, его уже ждало сообщение от Не Хуайсана, что его и Вэй Усяня забрал старший Не и они в полном порядке. Цинсюань ответил, что у него тоже всё в норме. После этого он попытался привести себя в порядок, но удалось это не до конца. Одежда помялась, пока он спал, а переодеться было не во что. Впрочем, он всё ещё считал, что его уволили, потому решил не обращать на сей досадный факт внимание.              Спустившись вниз, Ши Цинсюань столкнулся с Хэ Сюанем. Управляющий что-то выговаривал одному из работников и обернувшись, сразу наткнулся взглядом на Цинсюаня, застенчиво остановившегося неподалёку.              — Проснулся, — констатировал факт Хэ Сюань.              Ши Цинсюань осознал, что тот не удивлён тому, что юноша находился в отеле, что немало его удивило и озадачило. Это могло означать только одно и он решил сразу это выяснить:              — Управляющий Хэ, это вы меня сюда привезли? И таблетки на тумбочке…              — Ничего не помнишь?              Цинсюань отрицательно покачал головой.              — Мне просто нужен нормальный администратор, а не тот, кто будет ходить и страдать похмельем, — холодно отрезал Хэ Сюань, — если пришёл в себя, иди работай.              — Да, управляющий… И спасибо… — ответил Цинсюань, не став уточнять, уволили его или нет. По всему выходило, что нет. А значит, лучше и не нарываться на неприятности.              Голова всё ещё побаливала, но Цинсюань принялся за работу. Несмотря на помятый вид, всё шло хорошо. Только вспомнить прошлую ночь так и не удавалось.              Спустя около часа, случилось то, чего Ши Цинсюань ожидал меньше всего. Он проходил мимо управляющего, когда совсем рядом раздался тонкий писк и мимо юноши быстро пробежал маленький серый комочек. Ши Цинсюань испуганно отскочил в сторону и ухватился прямо за Хэ Сюаня. Всё произошло настолько быстро, что управляющий не успел никак среагировать, как Цинсюань повис у него на спине, а мимо пробежал маленький мальчик с небольшой клеткой в руках:              — Мой хомячок, осторожно, там мой хомячок! — кричал он, пытаясь поймать шустрого зверька.              — Цинсюань, что ты творишь? — вопросил Хэ Сюань, слегка обернувшись к юноше.              Ши Цинсюань взглянул на него и только теперь осознал, что натворил. Их лица оказались совсем близко и Цинсюань впервые смог хорошенько рассмотреть своего управляющего. И то, что увидел, юноше понравилось — несмотря на сердито сдвинутые брови, Хэ Сюань оказался очень красив. Что-то затрепетало внутри Цинсюаня, сердце будто пропустило удар, но уже в следующий миг, в голове что-то щёлкнуло, и он услышал собственный голос, говоривший: «Вы самый настоящий козёл!». И Цинсюань вспомнил, как прошлой ночью управляющий пришёл за ним и точно так же, как сейчас, нёс его на спине из клуба.              Ши Цинсюань встрепенулся. Он залился краской, соскочил со спины управляющего и, бросив ему: «Простите», — поспешил сбежать и скрыться за ближайшей же дверью.              Оказавшись наедине с самим с собой, Цинсюань попытался успокоиться. Он сильно смутился, а сердце пустилось вскачь.              — Теперь он меня точно уволит, — простонал несчастный администратор. — И как он только мне козла простил?.. Что я только что натворил?              Спустя некоторое время в комнату постучали и раздался женский голос, позвавший Ши Цинсюаня по имени. Юноша осторожно выглянул. Горничная протянула ему какой-то лист и Цинсюань напрягся, ожидая что сейчас увидит, что уволен. Но нет, это был всего лишь один из документов, относящихся к отелю.              — Управляющий велел передать тебе, чтобы перестал страдать фигней и принимался за работу, — передала ему сообщение девушка, — кажется, он на тебя не сердится, — добавила она с лёгким смешком.              — Ты всё видела, да? — осторожно уточнил Цинсюань.              — Не только я, ты знатно всех развеселил. Но не волнуйся, хомячок уже пойман, а управляющий Хэ куда-то ушел. Можешь спокойно возвращаться.              Всё ещё смущённый Цинсюань послушно вышел из своего укрытия. Управляющего Хэ нигде не было и юноша немного успокоился и вернулся к своим обязанностям администратора. Но произошедшее все еще не выходило у него из головы и с этим похоже предстояло разобраться.