Глава 3
4 января 2026 г., 01:29
— Ты действительно живешь здесь?
Слышимое неодобрение волнами исходит от Рена.
Дань Хэн раздраженно цокает, громко и очень решительно запирая за ними дверь квартиры. Может, его жилище и не роскошно, как у Стеллы, но здесь не было ничего такого, за что студенту было бы стыдно. Все было функционально: работающая духовка, которой он никогда не пользовался, работающий холодильник, заполненный рядами разноцветных энергетических напитков и воды с витаминами, и ванная комната, которая не протекала каждый раз, когда он включал воду.
Он неоднократно бывал в доме Март. Все могло быть гораздо хуже.
— Ты всегда так драматизируешь? — резко говорит Дань Хэн. Задержавшись у входа, он снимает одну за другой обувь и аккуратно ставит ее у двери.
К его удивлению, Рен почтительно делает то же самое. От Дань Хэна не ускользнуло, что обувь Фоксианца кажется намного больше и внушительнее его собственной. Каков хозяин, такова и обувь.
— Я просто называю это так, как вижу.
Сумка, которую Рен нес с бойцовского зала, с шумом падает на пол. Дань Хэн с любопытством наблюдает, как тот начинает осматривать место, которое Дань Хэн называет домом. Рен ничего не упускает, открывая шкафы и мысленно отмечая, что там есть (дюжина чашек с лапшой быстрого приготовления, как и ожидалось), а чего нет.
Когда Рен снимает кожаную куртку и бросает ее на спинку дивана, Дань Хэн отводит взгляд. Ему не нужно напоминание о том, как хорошо Рен одет. Или о том, как мало его простой наряд оставляет воображению. Вместо этого он обращает внимание на монитор компьютера, экран которого перешел в спящий режим, когда студент в отчаянном стремлении успеть в кафе вышел из дома.
— Блять. — его работа так и не была закончена.
— Что такое? — тон Рена стал легким и любопытным, когда Дань Хэн поспешил проверить свою работу. Он так торопился догнать Фоксианца - о чем пока не жалел - что задание было брошено на полпути. Он запустил компьютер и тихонько выругался, увидев недоделанную работу.
— Прости... Мне нужно закончить это сегодня вечером. — извиняется Дань Хэн. — Когда я уходил, я... — Его голос дрогнул. Слишком неловко признаваться собеседнику, что из-за него он решил пропустить крайний срок сдачи работы.
— Торопился на встречу с кем-то? — Рен заканчивает за него, уголки его губ искривляются в ухмылке.
Дань Хэн бросает на него взгляд. — Да. — неохотно признает он.
— Над твоим тайм-менеджментом нужно поработать.
— Не всегда все так плохо. — младший потирает виски, размышляя о том, сколько всего ему еще предстоит сделать. К счастью, он успел выполнить большую часть задания заранее, но, чтобы выполнить все требования, ему придется быстро наверстывать упущенное. Оставалось проработать над еще значительной частью требуемого материала.
— Не беспокойся об этом. — отвечает другой, к удивлению Дань Хэна. — Делай то, что нужно. Я разберусь здесь со всем.
Уверенный тон Рена вызывает недоверие Дань Хэна. — Ты здесь всего пять минут.
— Да, и что? Дай мне свой телефон.
Вытянутая ладонь выжидающе протягивается. Дань Хэн долго смотрел на нее, быстро обдумывая все плюсы и минусы передачи своего телефона почти незнакомому человеку, но потом прекратил. Если они собирались добиться результата - каким бы он ни был, - то доверие, прежде всего, должно стоять на первом месте.
Алые глаза весело блеснули, когда Дань Хэн сунул руку в задний карман и достал телефон. Это старая модель, но она удовлетворяет минимальные потребности Дань Хэна. Когда он вкладывает устройство в руку Рена, то полностью готов к неизбежной волне осуждения.
— Возможно, ты старше, чем я думал. — язвительно говорит Рен.
— Заткнись, черт возьми.
— А вот это было бы пустой тратой моего прекрасного рта, не находишь?
Это тонкая фраза, которую не стоит воспринимать всерьез. Тем не менее, удар Рена вслепую попадает в цель. И прежде чем он успевает остановиться, его воображение подводит Дань Хэна. Его взгляд опускается вниз и ласкает розовые губы собеседника, представляя, как они изогнутся вокруг него и прижмутся к нему, когда Рен опустится на колени и-
— Позже.
Словно прочитав все мысли Дань Хэна, обещание было произнесено дурманящим шепотом, от которого на щеках младшего вспыхнул румянец. Дань Хэн громко прочищает горло и намеренно отводит глаза от испытующего взгляда Рена. — Ты очень высокого мнения о себе. — огрызнулся он.
— И не зря. — без тени скромности подтверждает Рен. Проклятая улыбка задерживается на его лице, когда он поворачивается с телефоном Дань Хэна в руках, чтобы пролистать доступные приложения для доставки. — Разве у тебя нет дел? — бросает он в след, дразняще напоминая.
К сожалению, есть. Компьютерные часы показывают, что до окончания срока сдачи осталось меньше двух часов. Если он хочет получить достойную оценку, Дань Хэн должен работать быстро. Это не так уж и сложно, если не отвлекаться на отвлекающие факторы.
Это оказалось проще, чем он ожидал. Как только Дань Хэн вставляет наушники обратно и включает плейлист на том самом месте, где он его оставил, он легко впадает в рутину, к которой привык как прилежный студент. Он полностью сосредоточен на редактировании текста, переписывая и удаляя ненужные фрагменты, добавляя источники, где это необходимо.
Он так сосредоточен на компьютере, что не замечает, как алые глаза задерживаются на его спине.
.・゜゜・
Когда Рен хмурится, он задумчиво смотрит на того, кто так настойчиво предлагал взять под свою опеку Фоксианца. Дань Хэн не замечает, насколько компетентен его новый сосед, поскольку печатает достаточно эффективно, чтобы написать еще пять страниц работы высочайшего качества. (Как и то, как Рен эффективно пользуется невниманием Дань Хэна к нему). Обратив внимание на отсутствие еды в квартире, Рен не заказывает обещанную еду на вынос, а делает заказ на доставку продуктов на неделю. Он не говорит об этом Дань Хэну, оставляя младшего полностью поглощенным своей работой, пока Рен бессовестно оплачивает все картой Дань Хэна. Как новый хозяин, это самое малое, что может сделать этот милашка. Задумчивые лиловые глаза на мгновение останавливаются на тонком профиле собеседника. Он смотрит, как очки в тонкой оправе привычно надеваются и сдвигаются на переносицу Дань Хэна, когда тот перечитывает последний набранный абзац. Очень мило. Рен с удвоенной скоростью несется за оставленной в зале сумкой в ванную, чтобы смыть с себя пот, кровь и грязь, оставшиеся после предыдущей драки. Целый день работы в кафе, а также незапланированный вечер на бойцовской площадке изрядно вымотали его. Он берет одну из бутылочек с шампунем Дань Хэна и недовольно морщит нос от простоты этикетки. Надо бы приучить его к чему-то получше. Освежившись и не чувствуя боли от неудачного удара по бедру, он выходит как раз к тому моменту, когда на телефоне Дань Хэна загорается уведомление. Не задумываясь, он проверяет его и подтверждает, что пока его не было, к его двери прибыла доставка продуктов. Он также бросает короткий взгляд на имена, заполняющие входящие сообщения Дань Хэна, и прокручивает их. Стелла. Март. Они были знакомы. Никакой угрозы. Келус. Датировано прошлым месяцем. Он его запомнил. Беглый взгляд показывает, что второй мужчина остается на том же месте, явно не собираясь делать ни единого перерыва, так как старается закончить работу в срок. Видя напряженное состояние соседа, Рен только подтверждает, что, отказавшись от университета, он абсолютно ничего не потерял. Он кладет телефон Дань Хэна на журнальный столик и направляется к двери. Студент не замечает, как Рен подхватывает упакованные продукты и без труда дотаскивает их до кухонного стола. Он более чем знаком с этой рутиной, поскольку игра в дом с Кафкой и Сильвер подготовила его к роли мальчика на побегушках, и прошло совсем немного времени, прежде чем продукты оказались там, где нужно. Энергетические напитки отодвигаются в сторону в пользу свежих овощей. Рамен быстрого приготовления выбрасывается в мусорное ведро, а пакеты с рисом заполняют (теперь уже) пустое пространство шкафа. Не найдя до этого никакой посуды - Дань Хэн действительно не шутил насчет своей неудачной диеты, - Рен убедился, что прочная сковорода и кастрюля тоже добрались до места назначения. Сначала он вымыл их, а сковороду оставил сушиться, мысленно сверяясь с составленным списком. Так поздно вечером, когда их всего двое, можно было быстро приготовить множество блюд. Рен оглядывается через плечо и замечает, как Дань Хэн устало трет глаза. Из его наушников доносится неразборчивая музыка, и Фоксианцу становится любопытно, что тот слушает, пока работает. Его слух обостряется и улавливает ноты, которые звучат слишком спокойно для рок-жанра. Слишком хаотично для классики - что впрочем, не в стиле Кафки. Возможно, это ближе к EDM, от которого тащится Серебряный Волк. Когда очки для чтения Дань Хэна снова сползают вниз, Рен молча наблюдает за тем, как тот бесцеремонно поправляет их на место. В конце концов Рен отводит взгляд..・゜゜・
Через двадцать минут на компьютерном столе оказывается дымящаяся миска жареного риса. Дань Хэн подпрыгивает, пораженный видом восхитительно ароматной еды, которая так и кричит "домашняя". Мелко нарезанные овощи выглядят свежими и хрустящими, а рис ни капельки не размяк, что обычно бывает в случае с доставкой. Пальцы Дань Хэна замирают на клавиатуре, когда прохладное прикосновение ложится на затылок младшего. Рука Рена успокаивает, вселяя холод в ноющие мышцы Дань Хэна, когда он без слов привлекает внимание младшего. Дань Хэн вытаскивает наушники и растерянно смотрит на него. — Ты это заказал? В тот момент, когда он задает этот вопрос и получает в ответ надменный взгляд Рена, Дань Хэн осознает, что пропустил еще несколько моментов: Во-первых, Рен принял душ и не почувствовал необходимости надеть новую футболку. К его ужасу, подтянутая фигура, которую Дань Хэн представлял себе раньше, выглядела еще лучше без скрывающего ее хлопкового барьера. Во-вторых, Рен навел порядок в тех местах, куда Дань Хэн не успел добраться за ночь. Его учебники всегда лежали бессистемно, а рядом - только для удобства. Теперь же они были разложены по разделам и аккуратно сложены на журнальном столике. Занавески на окнах уже были закрыты и создавали ощущение вечернего уюта в маленькой однокомнатной квартире. Нефритовые глаза вопросительно смотрят в алые. Рен лишь пожимает плечами. — Ешь, пока не остыло. Он отходит, но ощущение его прикосновения приятно задерживается на коже Дань Хена. Холодок рассеивается, оставляя его в тепле. — Ты это приготовил. — вслух заключает Дань Хэн. Он оборачивается, чтобы оглядеть кухню, и с удивлением видит на столешнице новую посуду и кухонные принадлежности. Сколько кредитов он потратил? — Мгм... Дань Хэн выныривает из своих запутанных мыслей и снова смотрит на экран компьютера. Он сделал все, что мог, и выполнил задание за десять минут до окончания срока. Он еще раз проверяет, что задание отправлено на правильную электронную почту, и отсылает его. Затем его ладони обхватывают тарелку. Он поднимается на ноги и морщится от боли в мышцах, которая настигает его при движении. — Тебе нужно чаще делать перерывы. — замечает Рен. Свернувшись калачиком на диване, он сидит, скрестив ноги, обхватив хвостом бедра, а на коленях у него покоится его собственная порция жареного риса. Фоксианец просматривает свой телефон, а Дань Хэн с любопытством разглядывает выбранный Реном чехол для телефона. Меч, окруженный десятками лотосов. — Не надо придираться. — недовольно отругивается Дань Хэн. — Ты мне не муж. Рен поднимает брови, но не отрывается от экрана телефона и хихикает. — Осторожно, ты выдаешь желаемое за действительное. — Ты переписываешься с Цзин Юанем? — спрашивает Дань Хэн, намеренно игнорируя издевку, когда подходит к другому и садится на диван. Его вес опускается на подушку, и младший устраивается поудобнее, набирая в ложку рис. — Нет, блять. — огрызается Рен. — Пошел он. Как и его выпечка, готовка Рена оказывается более чем достойной. Даже если она немного более острая, чем та, к которой привык Дань Хэн. Он кашляет, когда жар от приправы поднимается в горле. — Какая милая принцесса. — промурлыкал Фоксианец, но в его голосе не было ни капли жалости. — Не может справиться с небольшой остринкой? Дань Хэн сужает глаза, но в следующее мгновение они расширяются, когда Рен сует ему в ладонь бутылку холодного чая. — Ты хочешь меня отравить? — хриплым голосом спрашивает Дань Хэн у собеседника. Тем не менее он принимает напиток и с наслаждением отпивает его. По крайней мере, это была не вода. — Яд - для трусов. — с ехидством говорит Рен. — Я бы выбрал нож в сердце. — Как предусмотрительно с твоей стороны. — Спасибо, Рен, — глумится Фоксианец, — за то, что ты постарался приготовить мне хороший ужин. Дань Хэн зловеще молчит, продолжая понемногу поглощать пищу, не желая тратить ее впустую, какой бы острой она ни была. Лишь закончив есть и встретившись с веселым взглядом Рена, он наконец, с большой неохотой, пробормотал: — ...Спасибо, что приготовил. — Для тебя все, что угодно, малыш. — Не смей. Мягкий хвост Фоксианца поднимается и непринужденно опускается на колени Дань Хэна. Младший смотрит на него и хмурится, доедая то, что осталось в чаше. Он ничего не говорит, пока кончик хвоста Рена дразняще задевает грудь Дань Хэна. — Я загляну к Кафке после завтрашней смены. — сообщает Рен. — Мне нужно забрать остальные вещи, так что не жди меня. По причине, которую он не хочет называть, настроение Дань Хэна ухудшается. — Ты жил с ней? — невозможно скрыть горечь в его голосе, когда он думает о женщине, которая лечила раны Рена после боя. — Ты бы предпочел, чтобы я был бездомным? — Нет. — бормочет Дань Хэн. Пустая чаша кажется ему тяжелой, когда он смотрит на ее пустоту. — Сильвер тоже там жила. Хвост Рена становится еще смелее и обвивается вокруг тонкой талии Дань Хэна. Когда младший ворчит и пытается ослабить хватку, его останавливает теплая тяжесть прислонившегося к нему Фоксианца. Пиала вырывается из рук Дань Хэна и ставится на стол. — Как бы это ни было сексуально, тебе лучше обуздать свою ревность. Приказ был отдан холодным, властным тоном, от которого Дань Хэн почувствовал себя... странно. Дань Хэн не любит, когда ему что-то диктуют, поэтому, подняв голову и осознав, насколько они близки, он неожиданно потерял дар речи. Ладонь Рена находит изгиб челюсти Дань Хэна и сжимает ее, а большой палец целенаправленно проводит по мягкой нижней губе юноши. — Я не буду повторяться, Дань Хэн. — вкрадчиво прошептал Рен. Хриплый тон ласкает Дань Хэна с той же эротичностью, что и прикосновения пальцев Фоксианца к его коже. — Она моя хорошая подруга. Она не представляет для тебя угрозы. Кто же хозяин, безмолвно вопрошает Дань Хэн, когда желание подчиниться соблазнительному высокомерию Рена так сильно бьется с его гордостью? — Я не ревную к ней. — лжет он, нахмурившись. — Каким бы умным ты ни был, ты, должно быть, ничего не понимаешь в моей расе. Брови Дань Хэна нахмурились в замешательстве. — Почему ты так думаешь? Когда Рен улыбается, от вида его острых клыков по телу Дань Хэна разливается волна жара. Он непроизвольно вздрагивает, и эта дрожь не остается незамеченной Фоксианцем. Рен еще сильнее прижимается к нему, окутывая Дэн Хэна манящим теплом, а их губы почти соприкасаются. Словно зная о предательском желании Дань Хэна, о стремлении попробовать на вкус его губы и узнать их вкус, высокий мужчина сдерживает последнее роковое расстояние. — Ты забыл о наших обостренных органах чувств. — шепчет Рен, и глаза Дань Хэна расширяются. — У ревности есть свой запах - острый и холодный. Резкий. Горький. Каждый раз, когда я упоминаю Кафку, этот запах ощущается на тебе. Дань Хэн сглотнул. Затем мрачно прошептал: — Как неудобно. — Помни об этом. Кроме того, если в дальнейшем ты позволишь другому мужчине приблизиться к тебе слишком близко, я буду знать об этом. — Значит, тебе можно иррационально ревновать, а мне нельзя? Разве это справедливо? — Мне есть что терять. — Рен опускает голову и утыкается носом в изгиб тонкого горла Дань Хэна. Он спокойно вдыхает, закрыв глаза и вдыхая естественный запах младшего. — Так что не испытывай меня, милашка. — Не говори глупостей. — шепчет Дань Хэн, тут же смущаясь от того, что его голос звучит с придыханием. — Кто вообще еще может быть? Рен низко хмыкнул. Дань Хэн резко вдыхает, ощущая горячее прикосновение губ Фоксианца к пульсу. — Р-Рен... — задыхается он. Инстинкт, побуждающий его отстраниться, подавляется тем, как вторая рука Рена крепко сжимает его плечо. За нежным поцелуем следует смелый, горячий засос. Зубы и язык властно обхватывают адамово яблоко Дань Хэна, а Рен с легкостью его метит. Непроизвольный стон срывается с губ Дань Хэна от болезненного, но невероятного сочетания ощущений. Он хватается за волосы Рена - не для того, чтобы оттолкнуть его, а для того, чтобы прижать к себе: его пальцы крепко впиваются в полуночный шелк. — Рен. — повторяет он со стоном. Фоксианец поднимает голову и облизывает губы. Залюбовавшись раскрасневшимся лицом Дань Хэна и тем, как тот тихонько пыхтит, пытаясь восстановить дыхание, он удовлетворенно улыбается. — Теперь ты знаешь, что обладание идет в обе стороны. — мурлычет Рен. Когда кончики его пальцев касаются мягкого края лисьих ушей Рена. Дань Хэн испытывает пьянящее чувство удовлетворения от того, как алые глаза темнеют от желания. — Ты такой драматичный. — ворчит он, почти рычит. Но Дань Хэну не хватает остроты ощущений, так как он смакует томительное ощущение метки Рена на своей коже. Каждый его вздох отдается слабой болью, оставленной Фоксианцем. — Тебе не стоит опасаться Кафки. — еще раз успокаивает его Рен. — Она приютила нас с Сильвер на долгие годы. Я обязан ее доброте, которую быстро не вернешь. Когда он снова прижимается к шее Хэна, тот инстинктивно выгибается под ним. — Я... Я не нуждаюсь в заботе. Меня не нужно успокаивать. То, что он хочет сказать, застревает у него в горле. Вместо того чтобы оттолкнуть Рена, как он должен был бы сделать, Дань Хэн притягивает его ближе, его руки проникают в темные локоны Фоксианца и дергают. Когда рука Рена проходит по нижней части живота Дань Хэна, а его пальцы скользят под подол футболки, Дань Хэн испускает дрожащий вздох. — Я... Хочу в душ. — резко произносит он, замирая. Он мгновенно выпускает Рена. Багровые глаза с любопытством следят за учащенным дыханием Дань Хэна, который пытается восстановить контроль над собой. Над своими желаниями. Ради всего святого. Всего несколько часов назад он хотел сохранить между ними нейтралитет. Рен поднимается на ноги, не протестуя, когда Дань Хэн шатко поднимается на ноги. Мышечная боль, которую он заработал, просидев так долго в компьютерном кресле, не ослабевала. Потянувшись, Дэн Хэн жалобно застонал, когда боль перешла с плеч на поясницу. — Тогда иди. Я приведу себя в порядок. Дань Хэн оглядывается через плечо на Фоксианца, который без колебаний встречает его взгляд. Рен лениво откидывается на спинку дивана, его мускулистая рука вытянута вдоль спинки, и он ухмыляется, глядя на напряженное выражение лица Дань Хэна. — Спасибо. — бормочет младший. В ответ Рен весело хмыкает, а Дань Хэн топает в ванную. Хороший холодный душ - это именно то, что ему нужно, - бурно размышляет Дань Хэн. Во всяком случае, теоретически, потому что Дань Хэн терпеть не может душ, температура которого меньше вулканической. Но раз уж заморозка не поможет, он уверен, что обжигающая вода смоет с него пот и все метки, которые уверенно нанес на него Фоксианец. Он старается не думать о том, как Рен был здесь совсем недавно. Как он явно пользовался шампунем и мылом Дань Хэна и в итоге случайно стал пахнуть как Дань Хэн. Дань Хенг не обращал внимания на то, что мысль об этом - о том, что запах Рена смешался с его запахом, что другие Фоксианцы узнают, кому принадлежит этот высокий мужчина, - вызывала у Дань Хэна чувство неуместного удовлетворения. Абсурд. Они просто... находились в удобном положении. Дань Хэн самоотверженно делил дом с очень привлекательным, очень собственническим, очень язвительным, очень агрессивным, превосходно готовящим мужчиной, который, к тому же, был абсолютно точно во вкусе Дань Хэна в качестве возлюбленного... Блять..・゜゜・
— Какого- Ты кот? Дань Хэн выдает свои мысли в полном недоумении. В однокомнатной квартире нет стен, кроме необходимых (и уединенной ванной комнаты, которую он только что покинул), поэтому Дань Хэн сразу же заметил, что Рен не только покинул свое место на диване, но и свернулся калачиком на кровати Дань Хэна. — Ты выглядишь так, будто прошел через все уровни ада и вернулся обратно. — заметил Рен со своего удобного места. — Ты весь красный. Он все еще без футболки. Дань Хэн говорит себе, что не хочет знать, насколько обнаженным был Рен под одеялом. — Ты даже вежливо не предложил сначала поспать на диване. — раздраженно замечает Дань Хэн. — Социальные ситуации требуют определенных песен и плясок ради вежливости, Рен. — Мы могли бы начать привыкать спать в одной постели, муж. Младший медленно выдохнул. — Возможно я даже начинаю презирать тебя. — Холодный душ на тебя не подействовал, да? На этот раз Дань Хэн действительно зарычал. — Хватит вести себя так, будто я украл твою девственность в постели. — Рен приподнимается, и взгляд Дань Хэна, естественно, падает на то, как одеяло сползает вниз и опускается на колени другого. Гладкая, подтянутая кожа до самых бедер. — Я устал. — добавляет Рен более резким тоном. — А ты выглядишь так, будто вот-вот свалишься. Идти сюда или нет, решать тебе, но я не буду спать на этом крысином диване. Диван был куплен на распродаже за приличную цену, когда Дань Хэн только переехал. Даже если критика Рена была оправдана, Дань Хэн все равно чувствовал себя странно защитным. — Он не был крысиным, когда ты хотел трахнуть меня на нем ранее. — ворчит он. Рен рассмеялся. — Для этого подойдет любая поверхность. От хрипловатой, уверенной нотки в голосе Фоксианца у Дань Хэна перехватывает дыхание. Щеки разгорелись до румянца, более яркого, чем его слишком натертая кожа, и он нехотя подошел к кровати и откинул одеяло. К своему несказанному разочарованию, Дань Хэн обнаруживает, что на Рене все еще есть свободные спортивные штаны. — Сегодня твоя девственность в безопасности. — промурлыкал Фоксианец, словно угадав мысли собеседника. — Пока что. — Никто и никогда не говорил об этом. Дань Хэн скользит под одеяло и ложится на спину. Смотреть в потолок гораздо лучше, чем на самодовольное удовлетворение, которое, как он уверен, присутствует на красивом, но удручающем лице Рена. — Мне все же интересно, Дань Хэн. То, как Рен произносит его имя, греховно. Каждый слог произносится с бархатистым, чувственным обещанием. Дань Хэн отказывается смотреть на него, его глаза плотно закрыты, и он заставляет себя не обращать внимания на жар, который мгновенно вспыхивает, как только рука Рена находит его талию. Фоксианец - воплощенное тепло, его высокое тело поглощает маленькое тело Дань Хэна, когда он придвигается ближе к младшему. Он прижимает Дань Хэна к груди, и тот вздрагивает, чувствуя, как нежелательное удовольствие накатывает на него волнами. Обниматься - это что-то новое для него, чуждое. Он никогда не делал этого - ни со Стеллой, ни с Март. Даже с Келусом когда-то давно. И все же ему уже знакомо восхитительное прикосновение губ Рена к его коже, когда Фоксианец целует основание его горла. — Я никогда... Ни с кем... — в этом почему-то трудно признаться. Когда он открывает глаза, то встречает неожиданно понимающий алый взгляд. Сердце Дань Хэна громко заколотилось от терпения, которое он увидел в этом завораживающем взгляде. — Значит, с женщиной Дань Хэн медленно кивает. — Много лет назад. — признается он, затаив дыхание. — Мы оба хотели бы забыть об этом. — Но никогда с мужчиной? — настойчиво спрашивает Рен. Дань Хэн качает головой в ответ, но он не готов к тому, что рука Рена плавно скользнет вниз между их телами. Когда Рен проводит кончиками пальцев по внутренней стороне бедра Дань Хэна, тот издает тихий, дрожащий стон. Он пробирается еще глубже, кончиком пальца лаская маленькое, сжатое отверстие сквозь тонкий слой хлопка. — Не здесь? Дань Хэн снова качает головой, его губы поджимаются. — Все в порядке, детка. В тоне Фоксианца прозвучала нехарактерная мягкость, которая заставила Дань Хэна растеряться. Он не ожидает, что Рен прикоснется к нему еще раз, только слегка, прежде чем полностью убрать руку. Удивительно, как Дань Хэн вдруг начинает скучать по этому прикосновению - призраку чего-то, что заставляет его испытывать необъяснимую потребность. — Не называй меня так. — угрюмо говорит Дань Хэн. — Тебе больше нравится "муж"? Когда кончики ушей Дань Хэна окрашиваются в привлекательный красный цвет, Рен может только смеяться от восторга. — У нас есть все время в мире, муж. — нарочито мурлычет он на ухо Дань Хену. — Прости. Твой муж просто измотан тем, что выбил все дерьмо из заносчивого сопляка и отработал полную смену с самого утра. — Похоже, это ты у нас старый. — ворчит Дань Хэн. Он зажмуривает глаза и старается не думать о том, как рука Рена обвивает его талию. И уж тем более он старается не думать о том, как приятно, когда хвост Фоксианца скользит по ногам младшего. — Еще достаточно молод, чтобы научить тебя кое-чему, милашка. Безумие, как он мог уснуть в таком состоянии. Дыхание Рена дразнит его ключицы - единственную кожу, которую открывает круглый ворот спальной футболки. Упругие мышцы, маняще прижимающиеся к спине Дань Хэна, когда Рен обхватывает его большой ложкой и прижимает к себе младшего. И то, как Рен располагается именно так, горячий и твердый, прижимаясь к упругому изгибу спины Дань Хэна. — Рен. — простонал Дань Хэн, стараясь не двигаться и не усугублять ситуацию. Другой не отвечает, но ему это и не нужно. Не сейчас, когда Дань Хэн чувствует улыбку, когда Фоксианец утыкается носом в плечо Дань Хэна. Через несколько минут Дань Хэн чувствует, как из тела Рена уходит напряжение, и он погружается в дремоту. Младший понимает, что он не лгал. Должно быть, он действительно был измотан. Когда спокойное дыхание Рена становится ровным, Дань Хэн переплетает свои пальцы с его. С того самого момента, как он увидел Цзин Юаня через камеру Стеллы, он задавался вопросом, не завидует ли он неожиданным отношениям своей лучшей подруги. Дело было не в том, что он потерял позицию любимого мужчины в жизни Стеллы. Дело было в том, что он жаждал присутствия кого-то другого, чтобы скрасить обыденные дни, которые проходили практически без разницы между ними. У Дань Хэна была учеба и друзья, но не это - общение с кем-то, с кем можно спорить, целоваться, делить жизнь. Это можно было обрести только через безрассудные, сумасбродные перемены. Дань Хэн крепко сжимает руку Рена.
