Глава IV. Умеют ли демоны болеть?
18 февраля 2025 г., 17:06
После весьма утомивших событий они вернулись домой—то есть, для беса это был дом, а Алекс... не был уверен, что мог бы назвать так это место. По крайней мере, пока. Черная всеобъемлющая пустота, последи которой стояла кровать, а с недавних пор, по запросу Саши, еще и небольшая деревянная тумбочка. На ней сверху лежал телефон. Тот разрядился еще в первый день, а чтобы демон мог создать розетку, ему надо было понимать, как она работает. А чтобы он это понял, Алексу надо было ему это объяснить. А этого он не мог, потому что сам не знал. Жить и не деградировать в тик–токе хотя бы по пару часов в день, конечно, было непривычно, но сейчас непривычно было вообще все. Да и бес постоянно находил ему какие–то занятия, так что на скуку он жаловаться не мог.
Алекс спокойно спал себе в кровати, накрывшись с головой одеялом, никого не трогал, но, как известно, когда никого не трогаешь, кому–нибудь обязательно понадобится тронуть тебя. Так было и в этот раз. Мальчик почувствовал, как кто–то тормошит его одеяло, стягивая его с подростка, очевидно, с целью разбудить.
— Саша... Саш... — бубнил знакомый голос, только теперь он изменился чуть ли не до неузнаваемости. Хриплый, и говорил явно в нос.
— Чего тебе? Отстань, я сплю! — Алекс хотел было вновь накрыться одеялом, но на секунду все же открыл глаза. Бес, представший перед его взором, выглядел... как бы выразиться помягче... плохо. Да. Пожалуй, пусть будет "плохо". Бирюзовые волосы были растрепаны и запутаны до такой степени, что вполне можно было предположить, что на демона напал бешеный енот. Лицо его будто высохло, стало ещё беднее обычного, а по очереди моргавшие глаза в уголках покраснели. Еще недавно, когда они валялись в снегу, Алекс задавался вопросом: «могут ли демоны болеть?» Вот и ответ. Наглядно и во всей красе.
— Мне что–то... нехорошо... — пробурчала сущность, ежась на месте, как от холода.
— Я вижу.
— Слушай, ты, наверное, побольше меня разбираешься в том, что там у смертных происходит... Не знаешь, что со мной?
— Мой дар гадалки подсказывает, что ты заболел. — Алекс еще раз смерил его долгим взглядом, еще раз ужаснулся, и приложил руку к его лбу. Ему показалось, что его обожгло. — Ты определенно точно заболел. Ладно... Я целый один раз посетил ОБЖ, что–нибудь придумаю. — Он с трудом сел на постели. Спустил ноги на пол. В этот раз ужаснулся с того, что завалился спать в обуви. Опять. — Пробовал перейти в бестелесное состояние?
— Пробовал. Мне слишком херово, чтобы производить такие заклинания.
— Нда... — разочарованно протянул Алекс, цокнул языком и закатил глаза. — Так себе новость. Придется тебя как–то лечить.
— А из–за чего это?.. Я понимаю, там, чума или оспа: ими можно заразиться, но я же ни с кем почти не контактировал..
Алекс мысленно усмехнулся с того, насколько бес не приспособлен к обычной жизни. Он раньше не гулял зимой никогда, или что? Или до этого у него был мозг и он догадывался одеться, а в присутствии Саши он внезапно отрафировался?
— А это, друг мой, простуда. Проще говоря, ты замерз в том снегопаде и оттого заболел. — Алекс мастерски воспроизвел тон, которым бес обычно объяснял ему что–нибудь, но, к огромному его сожалению, демону было слишком плохо даже для того, чтобы оценить его шутку. Вообще–то, Алекс сам тоже был в неподходящей одежде, но у него иммунитет крепкий. Да и вообще, он гулял в одежде и полегче при снегопаде и похуже. А у черта что не так? Он серьезно в первый раз простудился? Нет, не может такого быть, ему же лет столько!.. Ну, непонятно, конечно, сколько конкретно, но явно много. Очень странно. В бесе вообще странностей было куда больше, чем хотелось бы. Иногда Алексу казалось, что у него передоз.
— И что теперь делать?.. — демон чуть не повалился на пол.
— Расскажи для начала, что у тебя болит—а исходя из этого я смогу понять, что мне... тебе... нам с тобой делать. — Алекс успел поймать беса за талию, предотвратив падение, и усадил его на кровать. Все это время он старался не смотреть на него—демон и обычно слегка жутковат, а теперь его и подавно можно использовать в качестве скримера в фильмах ужасов—но когда его лицо—единственное, что выделяется на черном фоне, это сделать довольно проблематично.
— Горло... и в груди что–то давит. — Жалобно протянул бес.
— Как я и думал, — учительским тоном отчеканил Алекс. — Ты сможешь докинуть меня до ближайшей аптеки, желательно на Земле, а еще более желательно в моем городе? Никаких личных интересов, я там просто названия препаратов знаю. Честно. — Конечно, это не было исключительно честно. Максимум на треть. Ну ладно, на четверть. Но бес был зациклен на собственном состоянии, и Алекс мог позволить себе пиздеть умалчивать некоторые моменты в открытую.
— Постараюсь...
Демон принялся невнятно бормотать себе под нос какое–то заклинание. Пару минут спустя, у Алекса перед глазами все поплыло. Еще с первого перемещения мальчик возненавидел телепортации, но куда уж деваться, если это теперь часть обыденности. Это все равно, что ненавидеть ходить. Или дышать. В общем, приходилось привыкать.
Хотя Алекс, засыпая вчера, так и думал.
Алекс пошарил по карманам. Пусто. «Вот бля–я...» — пронеслось в голове у подростка. Как он собрался покупать лекарства без денег? Гений. Взять у родителей? Нет. Определенно нет. «Мам, пап, привет, меня тут слегка добровольно–принудительно спиздил демон, а теперь он больной и мне надо его подлатать, чтоб не разнылся. Есть двести рублей?» Естественно, это бред. Он не хотел показываться на глаза ни родителям, ни сестре. Он не хотел давать им ложную надежду. Однако, он мог пойти к самому близкому ему другу, к тому, а точнее к той, кто всегда подставит плечо в трудной ситуации и отвесит подзатыльник, если Алекс будет вести себя как дебил. Конечно, он сразу подумал о Мире.
И вот, он уже шел в сторону давно знакомого дома. Зеленая трава шуршала под ногами, издевательски коля в лодыжки. Здесь, в Городе Без Названия, осень только начиналась, и солнце еще тепло согревало голову. Алекс не знал, что он чувствует. Одновременно сердце трепетало от скорой встречи, и сжималось до желания выть от того, что эта встреча будет короткой... Слишком короткой. Он отстутствовал недолго: может быть, неделю, не больше, но за это время истосковался по друзьям, по семье... наверное, они по нему тоже. С одной стороны Алексу хотелось верить в это, но с другой он считал, что для них было бы лучше, если бы они просто забыли его. Вычеркнули из своей жизни.
Он прошел квартал, другой, свернул в проулок, срезал через парк, и вновь оказался на широкой асфальтированной дороге. Маленький одноэтажный желтый домик с треугольной крышей морковного цвета неизвенно ждал за поворотом. Алекс хотел постучать в дверь, но тогда могут открыть родители, а не сама Мира, а они уже расскажут его родителям. Тогда Саша подобрался к окну, как раньше, как... да что это такое! Заело это «как раньше, как раньше»—и все тут! Хотелось выкинуть из головы, а оно лезет и лезет, настойчивым голосом заглушая остальные, более приятные, мысли.
Алекс помотал головой, отгоняя чувства и мысли, как назойливых мух, и постучал в окно. Прохладное стекло оставило мурашки на костяшках пальцев. В следующую секунду фрамога открылась. Мира сначала недоуменно, а потом шокированно взглянула на гостя.
— Алекс?! — Она высунулась из окна чуть ли не наполовину. Саша успел подумать, что ее придется ловить. — Как ты вернулся?!
— Тихо! — Он приставил указательный палец к губам, призывая прекратить орать, и нервно осмотрелся по сторонам: вдруг рядом был кто–то из знакомых. — Выходи. Надо поговорить. — На лице его не было привычной улыбки. Алекс был тем же, но... другим. От его беззаботности не осталось и следа.
Горячо закивав, Мира, ни секунды не размышляя, перемахнула через оконный проем, приземлившись на мягкую траву. Она была в пижаме и без обуви, но времени и так было мало. Они сели в укромное место промеж двух домов. Алекс опирался на стену, обнимая колени руками, а Мира опустилась на корточки. Она не спрашивала, ждала, пока тот заговорит первым.
— Слушай, у тебя не найдется рублей так двести в долг? — Алекс вернул себе обычный беспечный вид. Он боялся, что не выйдет, что он растерял все свое актерское мастерство, но, судя по раздраженному лицу Миры, у него получилось. — Мой черт тут приболел, — он только что назвал его своим? — надо ему лекарства купить, а то совсем скис.
— У меня столько вопросов, — Мира медленно вертела головой из стороны в сторону, — и так мало ответов.
— Так деньги есть?
Мира отвесила ему мощный такой подзатыльник.
— А почему бы тебе просто не остаться тут? Считай, ты сбежал.
— Ему ничего не мешает просто телепортировать меня обратно, — грустно усмехнулся Алекс, — да и скорее всего... он и сейчас наблюдает. — Мысль, что черт следил за всеми их приключениями с самого первого дня, все еще вгоняла в дрожь и была более чем непривычной.
— Ладно... — Мира шумно выдохнула, от бессилия сжав кулаки до белых костяшек. — Давай тогда сначала хотя бы поговорим. Как тебе... там?
Алекс прокрутил в голове события прошедших дней, рассказал несколько историй: о том, как он поначалу намерено бесил демона, об игре на непонятном языке, о лесе, о снежках в другом мире, стараясь выглядеть бодро и весело—хотя, возможно, ему действительно уже не было так грустно: то, что раньше раздражало, злило или расстраивало, сейчас казалось... даже забавным. Мира в ответ рассказала свои: о том, как поживают ребята, о приемной семье Миши, о Катрине... Вскоре они забылись, вспоминали былые будни, долго смеялись, уже катаясь по траве и в шутку пытались подраться.
«Алекс, по–моему, ты занимаешься чем–то не тем.» — послышался голос беса прямо в голове парня. Он замер в той же позе, в которой сидел, на одном колене, замахнувшись рукой, а улыбка спала с его лица.
— Твою мать, ты и такое можешь?! — Проорал он куда–то в небо.
«Я и такое могу.» — Хихикнул звонкий голос.
— Алекс, у тебя шиза? — Девушка любопытно склонила голову набок, — Кто там что может?
— В голову мне залез, собака! — Алекс теребил себя за волосы, чуть ли не вырывая их клочками, как будто это выгонит демона из его мыслей.
«Ты такой забавный... В любом случае, иди уже за лекарствами. Я тут как бы помираю, не жалко тебе меня, а? Деньги появятся у тебя в кармане.»
— Мне... Пора. — Алекс поднялся на дрожащих ногах, и крепко обнял Миру, все же позволив себе разок всхлипнуть. — Надеюсь, мы еще увидимся.
— Я тоже, Алекс, я тоже...
Взяв с девушки обещание не рассказывать о произошедшем никому, особенно Катрине, Саша ушел. Он постоянно, почти каждое мгновение, оглядывался на Миру, которая осталась сидеть там же, пока не дошел до поворота. Он опять преодолел дорогу, парк, переулок, прошел два квартала, и оказался у «Апреля».
Алекс проверил карманы. Как и обещал демон, там появились деньги. Двести пятьдесят рублей. Шумно вздохнув, мальчик поднялся по лестнице. Одной рукой он распахнул дверь, вызвав звон колокольчиков, оповещавших о том, что клиент зашел в аптеку. Внутри ничего не изменилось: белый пол и стены, прилавки с лекарствами, яркие лампы, а пахло хлоркой, как в больнице. Тщательно вытерев ноги о серый коврик, он подошел к стойке.
— Здрасьте. — Буркнул он аптекарше. — Мне как обычно.
— А, Саша! — Узнала его тетя Лена, — Здравствуй, здравствуй! Опять, небось, Катя разболелась? — У Алекса сердце сжалось. Он мысленно проклял аптекаршу за ее излишнюю болтливость. Нахмурившись, он кивнул. — Сейчас все принесу. — Женщина ненадолго удалилась, и, как только вернулась, положила на стол пачку «арбидола», «риномарис» и «тантум верде». — Двести два рубля.
Еще раз кивнув, он положил деньги на стойку, забрал лекарства, бросил, что сдачи не нужно, и, не попрощавшись, ушел. Стоило ему только выйти за дверь аптеки, как он провалился во тьму.
***
Выпав из небытия, Алекс оказался аккурат возле «Апреля», аптеки на первом этаже с уличной стороны одной из многочисленных хрущевок. Лет десять назад казалось, что ярко–зеленые светящиеся буквы неуместны на сером фоне здания: они будто не отсюда, не должно их тут быть. Но теперь они вросли в обшарпаные стены: буква «п» перегорела, кто–то понаписал прямо на табличке матерных слов черным маркером, да и сама она, казалось, посерела, став частью дома. Именно в эту аптеку еще мелкого Сашу всегда посылали купить что–нибудь от простуды или от боли в животе Кате: она частенько болела, в отличие от брата. Он перепрыгивал через три ступеньки, оступаясь на четвертой и раздирая коленки, с трудом тащил стеклянную дверь с белой рамой, забывал вытереть обувь о дверной коврик, бодро здоровался с аптекаршей теть–Леной и, путаясь в терминах, пытался объяснить, какие именно таблетки ему нужны. Воспоминания отозвались теплом в сердце. И теперь он вновь стоял перед бежевыми в черную крапинку кафельными ступеньками. Одна. Две. Три. Четыре. Как в прошлый раз. Как всегда. Сбоку—железные перила: летом—горячие от солнца, а зимой—ледяные от его отсутствия. Как в прошлый раз. Как всегда. На двери—скромная табличка «открыто» в офисном файлике. Как в прошлый раз... Как всегда... Что было не как в прошлый раз? Цель его визита. Он шел за спреем от горла и противовирусными не Катрине, а... ему. Отношения у них, конечно, наладились, но ощущение–то все равно гадское. Нельзя вот за один хороший денек простить все дерьмо, что произошло.***
В этот раз голова после перемещения болела даже больше, чем обычно. Потерев линию роста волос рукой, Алекс проморгался. Бес был совсем плох. Он сидел на кровати, кутаясь в одеяло и обняв колени руками, и почти безостановочно кашлял. Саша ойкнул. Подойдя поближе к бесу, он принялся возиться с лекарствами. Надо было сбить температуры, брызнуть горло... Как там мама в детстве делала? Демон морщился от горечи лекарств, но не противился: спасибо и на этом. — Мне никогда ещё так плохо не было... Даже при инквизиции. Чертово слабое человеческое тело... — Хрипя, жаловался он. Слова то и дело прерывались громким кашлем. Его было почти что жалко. Вздохнув, Алекс присел рядом с ним на кровать. Бес тут же уронил голову ему на плечо и закрыл глаза. Он все еще был бледным и горячим, но, раз уж стал болтать, значит — ему уже лучше. Алекс понадеялся, что выздоровит он быстро, уложил под одеяло, а сам лег на полу. Он многого еще не понимал, но успел понять одно: он не ненавидит демона.
