Поднося вино (экстры)

— Князь Либэя не носит обувь! Сяопаньцзы [1] прижался к Шэнь Цзэчуаню, его лицо пылало от возбуждения, когда он громко рассказывал детям, которые его окружали: — Князь Либэй был в дьявольском бронзовом шлеме, с блестящим холодным светом клинком в руке, когда он верхом на своем коне вырваться из тяжелой осады сквозь море крови. Он так напугал лысых бьянши, что каждый из них в ужасе намочил штаны и тут же рассыпался, как сыпучий песок. На улице стояла жара, и горячий воздух колебался над землей. Торговцы, обычно продававшие свои товары на улицах, исчезли. Казалось, под открытым небом, стоит бамбуковая парилка, ведь было так жарко, что все готовы были свариться. И только в этом месте росло старое дерево акации, которое все еще могло дать немного тени. Дети слушали, затаив дыхание, а вот Шэнь Цзэчуань возразил: — В прошлый раз ты ясно сказал, что князь Либэя не снимает доспехи, когда спит, так почему же он снял обувь в этот раз? Мой старший брат говорил, что после осени в Либэи становится так холодно, что люди могут замерзнуть до смерти, следовательно, он не смог бы сражаться будучи босиком. Пухлый мальчик весь в слюнях от увлеченного рассказа, перебитый Ланьчжоу нервно хлопнул себя по ноге: — Ой! В этот критический момент евнух, возглавлявший армию, посланную Цюйду, уже был практически убит, так что, когда Либэйский князь взлетел на коне в бой, у него не было времени надевать обувь! — О, и правда, — согласился Шэнь Цзэчуань, развернув обертку от конфеты. Глаза детей привлек сладкий запах, и все они посмотрели на сладости в руках мальчика. Шэнь Цзэчуань открыл ладонь, предлагая всем и дети, радостно закричав, быстро разобрали все конфеты. Сяопаньцзы страдал от жары, вытирая пот и жуя сладости, когда с завистью сказал Ланьчжоу: — Твой старший брат такой хороший, вон каждый день покупает тебе конфеты. — Я в последние дни болел, — ответил Шэнь Цзэчуань невнятно, держа во рту конфету, — а я не люблю принимать лекарства, поэтому мама попросила брата купить их для меня. — Твоя мама тоже хорошая, видно сразу, не то что моя мама, ух! — пухляш любил строить из себя великого рассказчика, поэтому быстро поправил позу и перешел на более громкий тон: — Из разрушенного двора вышла женщина с зеленым лицом [2] и клыками, одной рукой приподнимая юбку, а другой сжимая ковш. Она внезапно шагнула вперед - эй! Один ее удар, и не успели мы опомниться, как мой старший брат увидел звезды и стал искать на земле свои зубы! Шэнь Цзэчуань и дети разразились хохотом. Сяопаньцзы тоже смеялся, все более увлекаясь рассказом: — То умение владеть ковшом, которым обладает моя мать, ничуть не уступит на поле боя мужскому мастерству в боевых искусствах. В нашем доме, начиная с моего отца, никто не избежал её наказаний, она очень строгая! Вот посмотрите на моего брата, какой он хулиган, даже украл мой танхулу [3]. Настоящий разбойник, но домой возвращается в слезах после встречи с мамой. Как только он закончил, позади раздался чей-то крик. — Маленький негодяй, целыми днями торчишь вне дома и портишь мне репутацию! — Ай! — неудавшийся рассказчик в панике слез со скалы и бросился бежать. — Мой брат здесь. Увидимся в следующий раз! Дети последовали его примеру и с шумом разбежались, а Шэнь Цзэчуань, оглянувшись, увидел вдали Цзи Му. Он сложил обертку от конфеты в виде лягушки и дождавшись приближения брата, надавил на неё, чтобы та прыгнула ему на ладонь. Стояла ужасная жара, и пот покрыл лоб Цзи Му. Он, слегка приподняв подол халата, присел рядом с юношей и увидел уродливую жабу без ног, которая неустойчиво шаталась при прыжке. — Где ее ноги? — спросил парень. Шэнь Цзэчуань указал на другую сторону. — Вот тут две. Цзи Му наклонил голову, чтобы посмотреть, и не смог удержаться от улыбки. — Если у тебя есть знания, как собрать их вместе, давай сделаем это, — затем он встал, отодвинул ветки, загораживающие путь, и под палящим солнцем он обратился к Шэнь Цзэчуаню. — Пойдем домой. Ланьчжоу спрыгнул с каменной скамьи и, подхватив оставленную на земле матерчатую школьную сумку с книгами, пошел следом за Цзи Му. Он все еще думал о только что услышанной истории, поэтому спросил брата: — Либэйская бронекавалерия никогда не входила в город Чуаньчэн, так откуда все знают, как выглядит либэйский князь? — Все знают, потому что никто не знает. Шэнь Цзэчуань не понял, но Цзи Му не стал ничего объяснять, лишь посмотрел в сторону младшего брата и перевел тему: — Ты хорошо учился и вел себя на уроках в эти дни. Учитель случайно встретил отца на рынке и сказал много слов похвалы. Мама была так счастлива, что тайком сшила тебе новые туфли. Юноша удивленно поднял голову: — Откуда ты про это знаешь, если мама сделала их тайком? — Как я мог не знать? — Цзи Му вздохнул. — Она переделала их из моих новых туфель. Шэнь Цзэчуань перекинул школьную сумку через плечо, не зная, что ответить. Хуа Пинтин всегда заботилась о нем, отдавая все лучшее. Пройдя половину пути, Цзи Му похлопал Шэнь Цзэчуаня по спине. — Носи их чаще, мама работала всю ночь. Шэнь Цзэчуань посмотрел на Цзи Му и кивнул. *** [1] Сяопаньцзы «小胖子» - пухлый мальчик. [2] Зеленое лицо используется в литературе, чтобы описать кого-то наполненного яростью и злостью [3] Танхулу - распространённый китайский десерт, представляющий собой засахаренные фрукты на палочке.