Blood of my Blood, Flesh of my Flesh | Кровь моей Крови, Плоть моей Плоти.

      Нет... в глубине души он знал, что это началось еще до начала турнира. Когда Деймон пришел на заседание Малого совета весь в крови и грязи, снова жалуясь на свою Бронзовую суку. Он знал, что между братом и его женой, леди Реей Ройс, не было любви, но предлагать ее в качестве любовницы Отто было... отвратительно.       Когда он выразил свое раздражение Эймме, он ожидал, что она встанет на его сторону в защиту Отто и леди Ройс, но вместо этого она рассмеялась!         — О Визерис, — усмехнулась она, качая головой, — даже ты должен признать, что у Отто и Деймона очень разные вкусы! Рея Ройс, несомненно, подходит для такого как Отто, в то время как Деймон предпочитает…       Он закатил глаза: — И что Деймон предпочитает, дорогая? Более миловидных любовниц?         — В то время как Деймон предпочитает женщин с гораздо более таргариеновской внешностью, дорогой муж! Или ты не слышал, что он часто приглашает в постель более красивых девиц? Мои служанки рассказали, что он посещает только один Дом Удовольствий во всей Королевской Гавани, и он обязательно посылает за самыми светловолосыми девушками! — Эймма покачала головой. Она давно так не смеялась!          Она представила выражение лица этого сноба Отто Хайтауэра! Он не нравился ей ещё до того, как она стала королевой, и с течением времени эта неприязнь все усиливалась. Эймма знала, что это чувство было взаимным. Как бы она хотела быть там и посмеяться вместе с Деймоном, когда он поставил Десницу на место. Никто до этих пор не разговаривал с драконом таким тоном и не дожил до того, чтобы рассказать эту историю. Заметив недовольный взгляд Визериса при упоминании волос Таргариенов она накрыла его руку своей.       — Ну же, Визерис. Отто достиг многого для человека его положения. Он может быть твоим Десницей, но я та, кто предлагает тебе назвать новым Десницей Деймона. Давай не будем забывать, что Отто тайно замышлял заменить меня с тех пор, как я потеряла мальчика после рождения Рейниры. Я думаю, тебе давно пора избавиться от этого человека. Аннулируй брак с леди Ройс и назови Деймона своим новым Десницей. Боги знают, он это заслужил.         Визерис улыбнулся ей, иногда он считал Деймона и Эймму братом и сестрой, а не Деймона и себя. И как бы она не хотела заставить его поверить в обратное, он знал, что его жена поощряла те дикие и неженственные черты Рейниры, поскольку они напоминали ей о его брате. Словно почувствовав ход его мыслей, Эймма положила голову ему на плечо.         — Рейнира еще молода, Визерис. Скоро ее место займет брат, и она будет чувствовать себя покинутой. Пусть Деймон развлекает ее историями и безделушками; как только этот малыш родится, ей придется делить меня, свою мать, и я буду счастлива, зная, что ее очень любят и заботятся в мое отсутствие.         — Ты забываешь, что я, ее отец, и тоже люблю ее? Или моей любви недостаточно для нашей милой принцессы? — спросил он, целуя ее волосы. — Должны ли все дамы моего сердца вместо этого отдавать свою любовь Деймону? Ха, можно подумать, что он король, раз женщины так бросаются на него!         Эймма громко фыркнула, эту черту, унаследовала и Рейнира, которая делала принцессу еще очаровательней.       — Вы, любовь моя, великий король и похититель сердец всех женщин мира, но у вас есть жена и ребенок, которые любят вас. Вы можете поделиться своей любовью с нами и получить её в ответ и от нас тоже. У Деймона этого нет. Женить его на той, кого хотели видеть с ним вы, было ошибкой. Ему нужна родственная душа, способная бросить ему вызов. Та, перед которой даже он может склониться.         — Если бы я не знал тебя так хорошо, я бы мог подумать, что ты говоришь о себе! Или даже о Рейнире! — прошипел Визерис, его настроение испортилось, пока он выслушивал, как Эймма сравнивала его с братом! Он попытался встать с кровати, на которой лежала его беременная королева. — Я понимаю ваши опасения, ваша светлость, но я король. Я не буду сидеть здесь и слушать, как вы говорите о Деймоне и отсутствии у него семьи и сыновей, когда вы сами еще не выполнили свой долг, подарив мне только дочь.         Эмма в шоке отпрянула: — Визерис… успокойся. Откуда взялся этот гнев? Недавно ты сам спрашивал моего совета по этому поводу, а теперь делаешь меня виноватой за то, что я дала тебе мой искренний и честный ответ...         Используя все свои оставшиеся силы, она поднялась с кровати, опираясь на ближайший стол, чтобы удержаться.         — Я подарила тебе детей, Визерис! Сыновей! Но богам было угодно забрать их себе! Что ты хочешь, чтобы я сделала? Если боги подарили нам дочь Рейниру, то возможно, это знак! Ты почти назвал Деймона своим наследником, его женитьба на Рейнире укрепила бы его притязания и обеспечила бы продолжение нашего рода, если боги потребуют и этого ребёнка!         — Придержи язык, женщина! Твой долг - обеспечить продолжение моей крови! Моей! Не моего брата! Любой его ребенок, который сядет на трон, будет от его плоти и крови, от него! Рейнира — девушка, она может носить имя Таргариенов не больше, чем отправиться в бой!         — Любовь моя, пожалуйста, если это отречение от нашей дочери вызвано ядом, который Отто шепчет вам на ухо…         — Замолчи! — закричал Визерис, бессознательно отбрасывая ее руки, когда она положила их ему на плечи. Не услышав ее крика боли, он начал расхаживать по комнате. — Я больше не хочу слышать этих разговоров о престолонаследии, Рейнире, Деймоне или лорде Хайтауэре до тех пор, пока не пройдет турнир и не родится мой сын…         Он обернулся на звук шарканья и болезненный стон…         — Эймма… — он потянулся к ней, чувствуя, как его охватывает стыд при виде того, как она пытается подтянуться на руках, в то время как две ее служанки поднимают её держа между собой. — Эймма, позволь мне помочь тебе.         — Не трогай меня! — она взревела со всей мощью истинной королевы Таргариенов. Бледная кожа, покрылась капельками пота, когда она собралась с силами, чтобы встать и уйти от него. — Никогда за годы нашего брака мне не было так стыдно за тебя! Когда этот младенец выйдет на свет и я снова буду здорова, я попрошу Хайтауэра уйти! Я больше не потерплю, чтобы такой лживый человек шептал вам на ухо. Рейнира — лучшая из нас всех, и если ее пол застилает тебе глаза, то я молю богов, чтобы этот ребенок родился девочкой, а если нет, то я велю им забрать и этого сына! Ведь только глупец не может видеть, что вы творите!         Гвардеец выбрал именно этот момент, чтобы войти и объявить, что турнир должен начаться через час, и что король должен проследить за последними приготовлениями. Бросив последний взгляд на свою жену, Визерис не мог не почувствовать, что это был их последний нормальный разговор.         Выходя из комнаты, он повернулся к мейстеру: — Пока королева не родит моего сына, вы будете вести все дела с Десницей Короля.         — Мой Лорд, вы уверены, что это мудро? Королева часто говорит о своей неприязни к Деснице…         — Королева беременна, и поэтому ей нельзя доверять какие-либо решения! Милорд Десница более чем способен контролировать такие вещами. Его слово — мое слово, пока я не скажу обратного. Это понятно?         — Да, ваша светлость.

***

      Тряхнув головой, чтобы избавиться от неприятных воспоминаний, Визерис улыбнулся, когда его взгляд остановился на будущей невесте. Алисента весело разговаривала со своими недавно назначенными служанками, жестикулируя, рассматривая драгоценности и другие безделушки, которые Отто прислал в честь счастливой помолвки.         Вокруг его молодой невесты, на столах, стульях, даже на полу валялись книги, картины, диадемы, ожерелья, даже сборники стихов из-за моря. Как бы он хотел, чтобы Рейнира была здесь, но он верил словам Отто, что она вскоре приедет, когда ее новая мачеха отправится в Старомест. Его сердце согрело то, что Отто смог так быстро успокоить Рейниру. Он не мог желать лучшего союзника, чем его верный Десница.         Он все еще чувствовал боль потери Эйммы и своих сыновей, но когда его глаза встретились с глазами его юной возлюбленной, он не сомневался, что боги благословят его сыновьями достаточно скоро.