Фруктовая корзинка

Джеймс и сам не понимал, зачем он тогда заставил своего помощника найти телефон бизнес-партнёра Прапая Фаттира. Но лист с номером лежал на столе в его кабинете уже в шесть утра. После вчерашнего вечера принц безуспешно пытался разобраться в собственных мыслях и чувствах. Он слишком долго сопротивлялся буквально всему, отстаивая свободу действий и мыслей, и строптивость стала привычкой, мешая иногда принимать правильные решения. Здесь же, на эмоциональном плане, он вообще терялся. Жизнь его после знакомства с братом и смерти отца слишком изменилась, и он всё не мог освоиться в ней. Отказавшись от наследования официально, он не перестал быть внуком короля, королевским омегой брачного возраста, пребывающим под угрозой принудительного брака. Сможет ли он хоть когда-нибудь стать хозяином своей судьбы? Противореча самому себе, он взял смартфон и написал в пустой чат: «Привет, дайкон. Доброе утро». И лишь отправив, понял, что не знает, о чём говорить, если собеседник откликнется. Впрочем, долго волноваться ему не пришлось — за ним прислали слугу. Дедушка ждал его у себя. — Как твои дела? — вид у его величества был усталый, несмотря на утро. Круговорот дворцовых обязанностей не оставлял королю достаточного времени на полноценный отдых, а возраст уже давал себя знать. Глядя на пожилого седого альфу, Джеймс с облегчением думал о том, что всё это больше не его головная боль. — Хорошо, Ваше Величество. — он низко поклонился, но король махнул раздражённо рукой: — Давай по-простому, я сегодня не в настроении. Как я говорил раньше, у нас с тобой осталась одна проблема. И некоторые обстоятельства требуют её решить в ближайшее время. Но, как я понимаю, ты будешь против. Верно? Джеймс слышал раздражение и сухость в голосе деда, но не мог понять, на что они направлены — на него или на то, что кто-то посмел давить на короля. И да, альфа был прав, принц не собирался подчиняться. Только вот собственного плана у него не было. И он просто кивнул в ответ. А сердечко испуганно сжалось. — Тогда, думаю, тебе нужно уехать из страны. Год или два, проведённые заграницей, заставят интриганов забыть о тебе и утратить интерес к идее династического брака ради личных выгод. Что скажешь? Горячая волна прокатилась по телу омеги. Он обречённо ждал смертельного приговора, но внезапно ему вынесли оправдательный. Уехать? Да! Это был не просто шаг в сторону полной свободы, это была она сама. Уехать. Но куда? — Я… Я могу выбрать сам, куда уехать? И зачем? — он говорил тихо, не веря в то, что только что услышал. — Да. — король протянул руку и потрепал побледневшего внука по волосам. Ему нравился этот мальчик, которого он долго не замечал. Второй сын второго сына. Омега, который не захотел быть послушным. Сыновья его второго сына оба оказались себе на уме, но Королю это даже нравилось. Он знал, что его прямой наследник не выпустит власть из своих рук и передаст её своим детям в полном объёме. Поэтому смело выпускал этих двух вольных пташек в мир. И Скай Фаттира, и малыш Джеймс не могли посрамить королевский род, тем более — будучи исключёнными из него. — В таком случае, я отдам распоряжение подготовить тебе документы на фамилию твоего папы. И кроме назначенного небольшого содержания тебя больше не будет связывать с королевским родом ничего. Джеймс, не сумев обуздать свои чувства, вскочил на ноги и низко поклонился деду. — Благодарю, Ваше Величество! Благодарю!!! — Постарайся быть счастливым, мальчик. Ступай. -— рука повелительно указала на выход, и принц поспешил покинуть комнату. Он хотел связаться со Скаем и посоветоваться о том, куда и как теперь планировать отъезд. В голове наступила какая-то географическая чехарда — мелькали названия всевозможных стран, городов, что-то дрожало и вибрировало внутри, угрожая лопнуть, как перетянутая струна. Свобода была прекрасна, пока призрачна, став реальностью, она начала пугать. Навстречу принцу попался кхун Прасонг, который после смерти второго наследного принца остался при его сыне личным помощником. Всё это время он вёл расписание принца Джеймса, организовывал выезды к супругам Фаттира, следил за всеми нуждами королевского омеги и, конечно же, участвовал в его брачных перспективах, как советник. Будучи с виду холодным профессионалом, он всё же не желал Джеймсу судьбы политического и аристократического заложника и потому, когда пара древних родов выдвинули свои предложения отдать им омегу в мужья, он прямо высказал своё мнение королю. И оно было о том, что это попросту сломает мальчика, воспитанного в рамках множества ограничений и условностей, лишённого семьи и поддержки родительской любви. Кхун Прасонг знал тогда, что берёт на себя очень многое, но считал это своим долгом перед покойным хозяином, которому незадолго до его смерти поклялся опекать принца и передать его в достойные руки путём брака ли, других ли условий. И узнав, что король пригласил к себе внука сегодня, он поспешил к Джеймсу, чтобы узнать о высочайшем решении и поддержать омегу, если будет нужно. Поэтому вместо разговора с братом Джеймс встал перед тем, кому до сих пор доверял не очень, но понимал, насколько велика роль кхуна Прасонга в его дворцовой жизни. — Кхун Прасонг. — принц сделал вежливый вай и внимательно посмотрел на помощника. Хотя, Джеймс всё же воспринимал Прасонга больше как воспитателя. — Ваше высочество. — поклонился Прасонг. — Вы говорили с… — Дедушкой. Я говорил с дедушкой только что. — Мы можем поговорить? — помощник выразительно шевельнул бровями, и Джеймс пригласил его за собой. В бывшем кабинете отца он чувствовал себя уверенно, но кхун Прасонг отчего-то покачал головой и прошёл в личные покои принца. Джеймсу стало неловко за скомканное на кровати одеяло, но его помощник не придал этому значения и включил кондиционирование на максимальную мощность. Встав так, чтобы поток не дул прямо на него, он поманил к себе принца. — Что такое, кхун? — Есть подозрение, ваше высочество, что ваши покои прослушиваются. Поэтому это необходимая мера безопасности. О чём с вами говорил дедушка? Мы говорили с ним о вас пару дней назад. Две высокопоставленные семьи имеют на вас брачные виды. И обе готовы на многое, чтобы породниться с королевским родом. — Дедушка хочет, чтобы я покинул страну. — Джеймс кивнул. — Но выбор места оставили за мной. — Хорошо, ваше высочество. — Прасонг заметно приободрился и даже улыбнулся принцу краешками губ. — Пока королевское решение не донесено до общественности, вы в относительной безопасности, но вам следует поторопиться. Джеймс разволновался ещё сильнее. Внезапно его вынуждали принять некое глобальное решение, не давая практически времени на обдумывание, не сообщая всех условий и давя на него угрозами. Это злило. И пугало. Прасонг внимательно следил за лицом Джеймса. И осторожно взял его ледяные пальцы в свою руку. — Ваше высочество, обсудите это с братом и его мужем. Семья Фаттира — надёжные люди. И любят вас. Думаю, вам даже стоит перебраться к ним на пару ближайших недель. Пока ваши документы подготовят. Я сам лично смогу всё вам передать. — Хорошо, кхун Прасонг. Я сейчас же свяжусь с братом и уеду к нему. Думаю, мы сможем каким-то образом скрыть мой отъезд? — Да. — Прасонг улыбался с облегчением. — Мы с моими людьми организуем вам вирусную инфекцию на пару недель. — Тогда подготовьте машину, я соберу вещи. И позвоню Скаю. *** Джеймса отвезли не в дом Фаттира, а в дом на побережье. Это было гораздо удобнее. Он достал спрятанный под искусственным камнем у порога ключ и вошёл в гостиную, осматриваясь. Здесь он до сих пор не был ни разу. Лёгкий аромат персиков и озона смешивался с запахом моря и чистоты. Джеймсу понравились и светлый интерьер, и легко узнаваемые картины на стенах авторства хозяина дома. Лёгкие занавески на окнах, светлая мебель, уют — всего этого не было в дворцовых покоях и так не хватало Джеймсу. Он отнёс вещи в гостевую спаленку, небольшую и тоже очень светлую. Жаль, из неё был вид не на пляж перед домом, но никто ведь не мог помешать омеге любоваться видом из окна гостиной. Несмотря на относительную уединённость дома, Скай попросил брата до своего приезда из дома лишний раз не выходить, и Джеймс приготовился терпеливо ждать. Он плюхнулся на удобный диван и решил полистать телефон. И сразу же увидел несколько сообщений от контакта «Дайкон». «Привет». «Как ты?» «Почему дайкон?» «А-а-а! Я понял! Потому что так говорили дети? Потому что дракон?» «Джеймс?» А потом была пара стикеров — грустный и недоумевающий. И отчего-то Джеймс увидел эти выражения на лице Нэта. Эта картинка тронула его и рассмешила одновременно. Он собирался было что-то написать, но остановился. Сейчас, меняя свой статус и место жительства, что он мог сказать этому альфе? Осторожность, впитанная с раннего детства, осмотрительность и понимание того, что он в сложной ситуации, не просто тормозили его сейчас — они вынуждали отступить назад. И Джеймс закрыл чат и отложил телефон. Когда Скай с кокосиками вошёл в дом, Джеймс сладко спал, свернувшись калачиком на диване. Хозяева на цыпочках прокрались на кухню, преувеличенно шикая друг на дружку. Дети весело помогали Скаю разгрузить пакеты с едой и расставить в холодильнике любимые пюрешки, а Артит то и дело заглядывал в гостиную, следя, чтобы дядяди не проснулся. Поэтому первое, что увидел Джеймс, открыв глаза, — заботливая мордашка альфочки со следами мангового пюре на щёчках. — Дядяди? Пивет. Ставай. Посли пить сяй. Джеймс поморгал спросонья, улыбнулся племяннику и немного потискал милое дитя, а потом пришёл к столу, на котором стояла тарелка с бутербродами и чашки с чаем. Арун помогал папе делать бутерброды, и глядя, как малыш раскладывает по кусочкам хлеба ломтики сыра и ветчины, Джеймс понял, что очень голоден — он ведь даже не завтракал. — Арун, Артит, поиграете немного на заднем дворе? Нам нужно поговорить с дядей? — обратился к кокосикам Скай, и они, переглянувшись, утопали во двор, куда омега заранее выставил сумку с игрушками. — А теперь рассказывай, что у тебя стряслось. Почему и от кого ты здесь прячешься? Лицо брата было обеспокоенным, и утихшая было тревога снова охватила Джеймса. Он поделился всем, что произошло сегодня и ранее и замолчал, надеясь, что Скай предложит ему сейчас волшебное решение его проблемы. Но… Скай потрясённо молчал. Ему не хотелось в это верить. Да, с братом у них были совершенно разные судьбы, но уровень свободы и принуждения и у того, и у другого — удручали. И пусть свои беды Скай давно оставил позади, он не знал, чем помочь принцу. — А куда бы ты сам хотел уехать? — помолчав, спросил он. — Не знаю. Никуда. Куда бы я ни поехал — окажусь совершенно один среди чужих и чуждых мне людей. Я ведь вырос во дворце, я даже в магазин ходить не умею. — горько усмехнулся омега. — А ещё мне придётся расстаться с тобой. И кокосиками. А вы — моя единственная семья. Скай взял дрожащие пальцы Джеймса и сжал их, стараясь поддержать расстроенного брата. — У тебя ведь есть ещё немного времени, чтобы подумать? — Есть. Оформление документов займёт несколько дней. Два, может, три. Я не знаю. Кхун Прасонг обещал сказать мне, когда будет нужно моё окончательное слово, но… Скай. Почему я снова должен всего лишиться? За их спинами, там, где была дверь на задний двор, раздалось дружное громкое всхлипывание. — Дядяди, не уизай! Дядяди, оставасся! — близнецы распахнули дверь и, рыдая, бросились обнимать любимого дядю. Джеймс и сам тут же расплакался, чувствуя, как болит сердце. Проклятое происхождение, его слабость, его уязвимость, то, что не давало ему сейчас собраться, стать сильным и стукнуть кулаком по столу. Он обнимал плачущих детей и даже не пытался их успокоить, потому что был не в силах успокоиться сам. — Всем привет! Кто в этом прекрасном домике ждёт гостей и вкусный тортик? — от входной двери раздался голос Прапая, только что переступившего порог. — Встречайте скорее, у нас снова гости! Вслед за Фаттира порог дома переступил вчерашний гость — Нэт Сирапхоп со встревоженным лицом, держащий в руках небольшую округлую сумку. — Папа! — Арун первым оторвался от Джеймса и кинулся к отцу. — Папа, дядяди уизает! — Папа! — мгновение спустя к нему присоединился Артит. — Не пускай дядюди! Джеймс, заметив стоящего растерянного Нэта, мгновенно перестал плакать и стал судорожно стирать слёзы с раскрасневшихся щёк, а Скай вручил ему пару бумажных салфеток и подтолкнул незаметно к гостевой ванной. Джеймс поспешил туда, а его брат вышел к мужу, забирая у того коробку с тортом. — Привет, Пи Па-ай. У нас небольшие неприятности, но не переживай. Проходите, кхун Нэт. Дети, дайте папе пройти в дом. Пойдёмте, поможете мне приготовить всё для чаепития. Если честно, Скаю тоже хотелось поплакать вместе с принцем и близнецами, но должен же был хоть кто-то сохранять в этом доме спокойствие? Прапай выглядел встревоженным, Нэт, потеряв Джеймса из виду и услышав, что тот уезжает, тоже начинал паниковать. Кокосикам досталось по папиной ноге, на которых они добросовестно висли, проливая слезами дорогие серые брюки. И вот в тот момент, когда растерявшийся Нэт с сумкой был усажен на диван, а кокосики отлеплены от отца и уведены в кухню, из ванной вышел Джеймс. Спокойный. Почти ледяной сын второго наследного принца. — Вы… Ты… Вам нужно уехать? — тихо спросил Нэт. Джеймс молча кивнул, боясь снова расплакаться. — Насовсем?