Неделя в борделе

      Вот и очередной день в "Пассифлоре". Девы снова ждали клиентов- все, кроме Евы, которая всë ещё была невыносимо пьяна. Пьянство еë имело характер затяжной и даже хронический. Когда она выпивала, ей становилось хорошо и спокойно, затем наступало похмелье, и Ева снова выпивала, чтобы успокоиться. Она пила столь много, словно жаждала допиться до смерти раньше, чем родит. Судя по количеству выпитых ею бутылок, она быстро шла к тому, чего желала.       Но оставим несчастную пьяницу и еë нерождённое чадо, и перейдëм к другой деве- Гетере. Сегодня она немного раздражена- Леонардо не смог прийти и дорисовать портрет. Вместо него пришëл еë прошлый любовник- музыкант Орфей (Гетере нравились работники пера и лиры). Он и так ревновал еë ко всем мужчинам, а когда узнал, что к Гетере захаживает известнейший художник, Орфей и вовсе долго кричал на неë. Леонардо он не затрагивал- уважал его творчество, да и почетал художника личностью отдалëнной от всего мирского, к женщинам интереса не проявляющей (что было близко к истине). Под конец музыкант и вовсе чуть не поднял на неë руку, но вовремя остановил себя. Развратность Гетеры ему была известна, да и сложно ожидать верности от человека, продающего свою любовь. Гетера в ответ на это лишь фыркала, понимая свою безнаказанность- рядом стоял страж, готовый оттащить от "бабочки" разъярëнного любовника. Впрочем, и у самой жрицы любви было своë решение проблемы. Она потянула Орфея за собой в сторону комнаты свиданий. Музыкант словно по старой памяти шагнул вперёд, но тут же отдëрнул руку и, попытался ударить Гетеру, но стражник вывел его за дверь. Она вздохнула и развела точëные плечики перед стражем, словно оправдываясь. Внезапно "бабочке" пришла в голову идея- она прошептала стражнику что-то про благодарность за "спасение" от музыканта и повела его в неприметную комнатку недалеко от входа. Привратница лишь молча поцокала языком- у неë с Гетерой была обоюдоострая неприязнь.       Жрица любви завела стража в закуток и горячо прошептала ему на ухо нечто невыразимо пошлое и спустила его штаны, после чего присела. Она взяла его уд в руки и удивилась размеру- вслух и очень грязно. Она начала быстро водить рукой, а затем, когда страж возбудился, Гетера с громким чмоканьем заглотила его. "Бабочка" двигалась быстро и приятно, выказывая обширные познания в удовлетворении. Еë ярко-алые губы плотно обхватывали длинный ствол, а зубы его технично покусывали. Дева словно доила корову- настолько еë действия были точны и бесчувственны. Она противно чмокала при каждом глотке- стенки пищевода были очень склизкие, а в еë горле что-то неприятно хлюпало и противно шлëпало. Звуки были похожи на таковые при разделке свежевыловленного гольяна, голая кожа которого издаëт непонятные влажные звуки при каждом разрезе. Стражник сосредоточился и вылился в горло Гетере. Она постаралась поймать все капли, а те, что всё-таки вылились из еë горла она слизала с пола с тщательностью суккубы, изголодавшейся по семени. Затем дева встала, вытерла с лица белую липкую жижу, и вышла, оставив стражника в одиночестве и удивлении. Похотливость жрицы любви удивляла- она желала всех мужчин, которых видела, но отдавалась лишь очень богатым или тем, кто ей особенно нравился. Было легко представить еë суккубой, жадно высасывавшей из человека все соки. Причины на то были- доктор, однажды пришедший в бордель, чтобы осмотреть девиц на предмет наличия "дурной болезни", сказал что у Гетеры редкая болезнь, называемая "бешенством матки".       Между тем, жрица любви перебирала своих любовников, размышляя, с кем стоит продолжить отношения, а кто ей бесполезен и кого следует бросить. Среди еë клиентов было много знатных людей. Все они были или богаты, или известны, но не все нравились Гетере. Некоторые были скучны в постели, другие имели слишком странные желания, третьи стремительно нищали и теряли известность- зато оставшиеся по телосложению напоминали Апполона, были прекрасны в любовных ласках и являли собой высший слой общества. Мысленно вычеркнув клиентов из первой группы и поискав кандидатов во вторую, она пошла отдыхать- сегодня клиентов больше не было, ибо немногие достойные еë тела сегодня были заняты. Несомненно, Гетере иногда хотелось выйти на улицу и отдаваться всем встречным, но неимоверное желание греховных утех в ней сдерживало не менее неимоверное желание земных богатств. Именно из-за этой неудовлетворимой похоти Гетера содержала в своих покоях множество длинных объектов самой причудливой формы, которыми она удовлетворяла себя в любой свободный момент, даже не стесняясь присутствия других "бабочек".       Она уже хотела было взять какой-нибудь из этих объектов, но на своей кровати внезапно увидела небольшую записку, написанную знакомым почерком Орфея. На записке была угроза различных казней египетских, которые ниспадут на её голову если она не перестанет изменять музыканту со всеми подряд. Гетера спокойно посмотрела на записку, а затем выкинула её в окно, взяла одну из своих "игрушек", самую длинную, после чего сняла свою немногочисленную одежду и легла в кровать. Она направила предмет в сторону своего отверстия- оно как обычно было очень мокрым и прямо-таки истекало от желания- после чего ввела предмет в себя, моментально и во всю длину. "Игрушка" скользнула внутрь, издав громкий хлюпающий звук, какой бывает, если нажать на большую улитку. Жрица любви застонала, протяжно и пошло, после чего продолжила проникать в себя. Её руки очень быстро скользили, а стенки плотно сжимали инородные предмет, что было совсем непросто- вся поверхность внутри Гетеры была очень влажная, а стенки давно потеряли былую узость, так что "игрушка" выбивала капельки при каждом входе, а на выходе постоянно выскальзывала. Впрочем, "бабочке" не было до этого дела. Она протянула вторую, незанятую руку и начала активно мять небольшой бугорочек плоти, вздувшийся между ног. Несколько секунд такого дикого темпа, сопровождаемого громкими, развратными стонами- и отверстие Гетеры словно взорвалось, выплёскивая капли любовного сока, а она сама задрожала и выгнулась, словно от удара молнии. Несколько секунд дева не могла пошевелиться и лишь судорожно дышала- так сильно было удовольствие. Впрочем, через пару секунд она словно очнулась и вновь ввела в себя свою "игрушку", уже изрядно вымокшую в смазке. Впрочем, сейчас у неё были несколько другие планы. Проверив, что предмет полностью покрыт смазкой и сильно скользит, она взяла ещё один предмет- уже поменьше, после чего ввела длинные предмет в ту дырочку, что поменьше, а маленький- в ту, которая до сих пор истекала соком. Дева громко застонала- второе отверстие было неразработанным и столь длинный предмет причинял дискомфорт. Однако, деву это не волновало. Она спустилась на пол и присела на корточки таким образом, что конец длинного предмета опирался на пол, после чего обхватила его рукой, чтобы было проще контролировать процесс. Второй рукой она взялась за предмет поменьше- он уже выскользнул из-за новой порции смазки- и тоже ввела его в себя. Стенки обоих отверстий плотно сжали инородные тела- теперь Гетера была уверена, что они не выскользнут и не выпадут- после чего начала медленно приседать. Из-за узости заднего прохода каждый сантиметр давался медленно, зато переднее отверстие очень хорошо принимало "игрушку". Дева стонала так громко, что её крики и противное хлюпанье её отверстий было слышно во всём борделе, а описываемое ей удовольствие было сложно описать. Капли сока настолько обильно изливались из неё, что под "бабочкой" образовалась небольшая лужица. Несмотря на медленное погружение одной из игрушек, Гетера успела испытать оргазм трижды за то время, что потребовалось для полного проникновения в заднее отверстие. Она попыталась вынуть длинный предмет, но он вышел сам, вытолкнутый стенками меньшей дырочки. Дева в очередной раз испытала волну удовольствия, после чего упала на пол и уснула прямо так- голая, раскрасневшаяся, истекающая любовным соком и не вынув из себя "игрушку".