Ирантия

Значит, всего два цикла пути до Осени, и это если без передышек, пустяки какие. Хирон говорил, что если идти практически ровно по границе, то очень мал шанс встретить даже животного, не говоря уже о человеке, но мне всегда «везет». Около трех часов назад я вышла на границу и брела себе на уме спокойно и тихо, но вот, вдали, я вижу двоих. Решив не сворачивать, потому что это может выглядеть подозрительно, я твердым шагом пошла вперед. Даже если это патруль, что маловероятно, ибо он обычно состоит из человек десяти, то в этом облике мне бояться нечего. Я обычная зимняя девушка, которая идет с огромной сумкой одна по границе. Проговорив это в уме я поняла, что стоило все-таки свернуть, ради своей же безопасности. Набрав в легкие побольше воздуха, я медленно выдыхала, с каждым шагом все больше приближаясь к паре незнакомцев, но вдруг поняла, что один из них лежит на земле не шевелясь. Это отрезвило меня, и на ходу снимая сумку я подбежала к мужчине, который свернувшись калачиком, дрожал, как осенний лист на ветру. Вокруг него бегал мальчонка, лет 10 с такой же потрепанной, мешковатой одеждой, и молил о помощи. — Он. просто упал. даже ни слова не сказал. я пытался. помогите ему. Я перекатила старика на спину, чтобы осмотреть и увидела что его рот в чём-то красном. — Вы ели ягоды Култа? — задала я самый очевидный вопрос, потому что эти ягоды растут только здесь, и очень ядовиты. — Я... я не знаю. мы давно в пути. а здесь только они и растут — все так же заикаясь тараторил мальчик, жестикулируя руками, и показывая в сторону красных кустов. Конечно, ягодки выглядят аппетитно, но мне казалось, про их яд знают все. — Конкретного лекарства у меня нет, но я могу замедлить действие яда и убрать симптомы, ему станет легче и вы сможете дойти до ближайшей деревни, где вам помогут уже полноценно — сказала я, копаясь в сумке и вытаскивая нужные ингредиенты. Пока я делала смесь, старик начал громко кашлять, а мальчик тем временем прошмыгнул мне за спину. Повернувшись, я увидела что он успел уже наполовину вытащить книгу. Вот же наглый врун и воришка! Они еще и со стариком в сговоре! Я резко подскочила, бросая ступку и пестик на землю. Успев схватиться за корешок, я дернула ее на себя, но малец не собирался сдаваться. — Да я на нее целую жизнь могу жить, не отказывая себе ни в чем! Отдай, паршивая девчонка! — кричал он, хватаясь за книгу крепче. Тем временем старик уже встал, и обхватив мои руки сзади, пытался меня сковать. Я бросила все силы на то, чтобы выхватить книгу, а старика планировала познакомить со своим локтем: он ни разу не встречал таких бесстыдных носов. Мальчик поднял ногу и попытался ударить меня, упираясь другой в землю. Такой маленький, а силы хоть отбавляй! Старик поменял позицию, и уже схватился за мальца, и тянул его назад, в то время как тот тянул книгу. Мои пальцы начинали соскальзывать, а в голове пронеслась мысль, какая же у него жизнь, раз он в таком возрасте уже начал грабить людей? Тут и дураку очевидно, что все изначально подстроено. Я собрала последние силы и потянула на себя, посмотрев в глаза парню. Он не отрывал взгляда от книги и своих побелевших пальцев на ней. Затем он поднимает глаза, и отпускает книгу, да так, что я лечу вниз и больно ударяюсь о землю. Подняв голову, я вижу быстро удаляющегося мальчишку, и хромого старика, еле поспевающего за ним. В моей голове возникает вопрос: что это вообще было? Прижимаю книгу к себе, и смотрю наверх: на чистое небо, а затем слышу радостный возглас: — Олли, да у нас тут девка с запретной! Говорил тебе, на границу идти нужно! И вот он ответ: патруль.