Поверить в собственную ложь

***

      Каждый её шаг отдавался эхом в длинных коридорах. Здесь почему-то было светлее, чем на картинке, что напрочь сохранилась в ее детских воспоминаниях. И даже несмотря на то, что Варя навещала родных лишь полгода назад, эта официальная атмосфера всё равно не переставала поражать. Мыслей, давящих со всех сторон, было катастрофически много, и, чтобы хоть как-то отвлечься, волшебница разглядывала знакомый ей претенциозный интерьер.       Барокко — стиль, кричащий о пышности и вычурности, она узнала о нем ещё будучи ребенком, когда сидела по несколько часов в библиотеке, перебирая семейные фолианты. В дворце всегда было много позолоченных элементов декора. Канделябры, рамы зеркал, наличники — и все они идеально сочетались между собой.       Особой любовью для Вари в какой-то момент стали лестницы, застеленные красными дорожками, какими был наполнен замок. Золотые вензеля, что украшали перила, добавляли статусности и особой официальности.       Картины в изысканных рамах, огромные люстры — всё смотрелось непривычно после высоких городских зданий, к которым она успела привыкнуть, но в любом случае отзывалось быстрым стуком сердца. — Не нервничай, — Влад непринужденно коснулся её спины ладонью, пытаясь подбодрить, однако легче не стало.       В этот раз смотреть на Князева было еще опаснее, чем обычно. Он оделся с особой изощренностью — это было невозможно не заметить, даже если учесть тот факт, что официальные костюмы и так неотъемлемая часть его жизни.       Идеальная белая рубашка в кои-то веки застегнута на все пуговицы, и Варя, если честно, не в курсе хватит ли ему кислорода, — хватит ли кислорода ей — потому что галстук, слишком соблазнительно завязанный на его шее, наверняка может задушить.       На ней он смотрелся бы намного лучше…       Рукава рубашки совсем немного выглядывают из-под черного, словно ночь, пиджака, но Варя все равно улавливает блеск сапфировых запонок.       Сколько времени ему понадобилось, чтобы выбрать запонки под цвет своих глаз? Господи, а ведь она и так еле передвигает ногами.       Им оставалось пройти совсем немного до гостиной, где их уже ожидали Король и Королева Штормграда, но Варя все еще не могла оторвать взгляда от своего жениха.       Ткань его костюма неприлично дорогая — это видно невооруженным взглядом, и Ветрова даже не удивится, если окажется, что он сшит на заказ. Черный пиджак сидит как влитый на его фигуре, подчеркивая широкие плечи, к которым она так желает прикоснуться.       От вида мужских бедер в этих брюках хочется стонать, но волшебница лишь прикусывает губу, все ещё не теряя надежды отвлечься от встречи с родителями.       Пусть лучше она будет течь от вида Князева, нежели потеряет сознание от своего волнения… — Добро пожаловать, Ваше Высочество, — один из стражников кланяется, открывая перед ней дверь в зал. — Ваша Светлость, — ещё один легкий кивок в сторону Влада. — Благодарю, Александр, — улыбается девушка, собирая всю смелость в кулак.       Она делает глубокий вдох, прежде чем шагнуть в неизвестность.       Огромный зал встречает Варю своими такими же роскошными видами, как и вся остальная часть замка. Родители сидят на небольшой софе, но, как только видят её и Морока, тут же встают. — Отец, мама, — она улыбается, надеясь, что её улыбка выглядит не наигранно.       Взгляд Людмилы достаточно осуждающий, чтобы колени начали трястись. Варя впивается ногтями в ладонь, контролируя свои эмоции на лице; у нее тоже не тонкая броня самообладания и ее родители должны это учитывать. — Варвара, — Людмила подходит чуть ближе, однако в объятия её не заключает. Что ж, это было предсказуемо.       На удивление, всё пока что не так плохо, как представляла себе волшебница. Отец не держит в руках меч — это хороший знак.       А с напряженным лицом матери она справится, это лишь вопрос времени. — С приездом, дочка.       Она улыбается Виктору, но уже в следующий миг нервно стискивает зубы, когда взоры родителей возвращаются к её жениху. — Ваше Величество, — Влад кланяется им по очереди, держа руки за спиной. — Для меня честь прибывать у вас в гостях.       Князев буквально излучает уверенность, как солнце свои яркие лучи, от которых хочется щуриться, но девушка, вместо того, чтобы закрыть глаза, спасая те от боли, засматривается на эту его непоколебимую позу. Он, кажется, совсем не нервничает, и это успокаивает ее, в том числе. — Владислав Владимирович, — Король кивает, а Варя внимательно следит за реакцией отца. — Давно желал встретиться с Вами лично, не думал только, что повод окажется таким.       Принцесса Штормграда и Людмила переглядываются одновременно. Варя физически ощущает это нерасположение матери на милый разговор. Ладно, это тоже не такая уж и огромная проблема… По крайней мере, Королева относится к Мороку снисходительно, а это уже очевидный плюс. — Мы ждали Вас, Владислав. Вы не против, если я буду обращаться к Вам так? — Людмила делает к ним несколько небольших, но твердых шагов. — Только рад, — сдержанно улыбается Князев, пока Варя невольно восхищается его поведением.       Он, оказывается, умеет сдерживать свою привычную ухмылку. Кто бы мог подумать. — Предлагаю пройти за стол, — переводит тему Ветрова-старшая, — наш шеф-повар трудился весь вечер, Вы не пожалеете. — С удовольствием.       Варя чуть медлит, чтобы поравняться с Князевым и ободряюще ему улыбнуться. Ее подкупают его манеры даже больше, чем чертовы костюмы. Для Морока же это явно не больше, чем привычная сдержанность, как на постоянных светских мероприятиях.       Она закатывает глаза, когда Влад игриво улыбается, соблазнительно подмигивая ей, а после еле ощутимо касается костяшками пальцев ее руки.       Всё такой же невыносимый, как и обычно. — Прошу, — Влад по-джентельменски отодвигает ей стул, будто бы минуту назад и не было никаких переглядок.       Первая половина трапезы проходит не так уж и напряженно, как могла бы пройти. Родители не спешат переходить к теме свадьбы. Королева задает вполне сдержанные вопросы: как они добрались, вкусная ли еда, успели ли пройтись по улицам Штормграда, и Варя понимает, что она таким образом прощупывает почву, прежде чем воткнуть туда лопату.       Влад же, если и чувствует себя некомфортно, то вида не подает — умело маневрирует между вопросами, подхватывая любую тему, о которой начинает идти речь. Это не может не радовать, потому что на лице отца проскакивает улыбка, когда тема касается политики и вооруженных сил. В этом у Морока опыта достаточно, чтобы удовлетворить Виктора своими ответами. — Варвара, Владислав… — в момент наступившей паузы произносит Ветрова-старшая, и тут волшебница ветра понимает, что настал тот самый момент, которого она боялась и одновременно ждала. — давайте всё же перейдем к теме, из-за которой мы собрались. Не буду врать, ваша новость о помолвке стала для нас огромной неожиданностью.       Варя сглатывает, невольно чувствуя, как сдавливает виски от нервов, а спустя пару секунд ощущает прохладную ладонь Влада; судя по всему от Князева не укрылось её волнение, и он решил воспользоваться тем же способом, что и на их первом интервью — успокоить её с помощью касаний. В этот раз, к счастью, он лишь сплетает их пальцы, а не забирается ей практически под юбку. Тогда бы она точно забыла обо всём на свете. — Мы внимательно следим за СМИ, но почта приходит на пару дней позже, чем хотелось бы. И оказалось, что объявлена помолвка была ещё в середине мая, — продолжает Виктор, и Варя понимает, что знает этот тон.       Он не в восторге, однако больше заинтересован, нежели зол. — Это действительно так, — тут же отвечает Ветрова, не давая Владу вставить и слово, — но… — Так это правда?       Изогнутая бровь Людмилы осуждает их отношения куда более прозрачно, чем Варины знакомые. Если бы не Князев рядом и его крепкая хватка, что отвлекает её от прочих эмоций, она точно уже призналась бы матери во всём как на духу. — Мама… — Ты не считаешь, что разумно было бы оповестить нас с отцом заранее?       Варя почти что фыркает от того, что ее перебивают уже во второй раз. — Вы правы, — непоколебимо отвечает она, откладывая столовые приборы.       Все-таки Ветрова больше не маленькая девочка, и это осознание придает ей храбрости. — Я собиралась приехать к вам намного раньше с этой новостью, но в те же дни пресса раздула скандал, связанный со мной и Владом. Мы были вынуждены дать интервью в срочном порядке, а иначе были бы последствия. — Ты не подумала какие последствие могут быть у нас? — протягивает Людмила, смотря на нее с такой же серьезностью, что и до этого. — Помолвка — это не игры, ты будущая Королева и оттого на твоих плечах ещё больше ответственности. Мы должны были узнать заранее за кого ты выходишь замуж.       Ладно, тема ее личных границ всегда была для них острой, а уж в том, что со свадьбой возникнут проблемы, у Вари сомнений не было. По крайней мере, родители ещё пока что не решили навязывать ей другой фиктивный брак с каким-нибудь принцем Воздушного Королевства.       Видимо, Князь их устроил. — Варя, мы приняли твоё желание быть публичной персоной и спасать мир от Темных сил, — подхватывает Виктор, смотря отчего-то на Влада, — но скрывать от нас собственную помолвку я считаю моветоном. Ты взрослая девушка, и не должна забывать, что на тебя возлагает надежды весь Штормград. Мы отмалчивались достаточное количество времени, чтобы в столице успели поползти слухи.       Он обращается к ней, но Ветрова никак не может отделаться от чувства, что Король испытывает Князева. Будто бы хочет увидеть его реакцию на происходящее, услышать объяснение именно от Влада. — Ваше Величество, я согласен, что не сообщить вам о свадьбе было грубо.       Значит ей всё-таки не показалось, и Морок тоже уловил желание Виктора услышать его ответ. Господи, дайте им дожить до конца приема и выйти из этого замка самостоятельно, а не от потоков магии правителей. — Мы просим прощения за все неудобства, какие могла принести эта новость, — она удивлена, что для Влада не составляет усилий смотреть её отцу прямо в глаза, — будьте уверены, я сделаю всё возможное, чтобы в Штормграде не возникло каких-либо непониманий, из-за того, что мы не осведомили Вас. — За последние годы мы сблизились с тобой, Варя, — во взгляде Людмилы сквозит разочарование. — Мне казалось, у нас достаточно близкие отношения хотя бы для того, чтобы узнать быстрее, чем весь мир, о твоей помолвке. — Мама… — Не оправдывайся, — женщина берет в руки вилку и нож, показывая этим, что разговор окончен.       Гордость нависает над Вариной головой беспроглядным черным дымом, который не в силу рассеять даже ветрам. Если ее мать не собирается её, как минимум, выслушать, то она не пойдет навстречу из принципа.       В какой-то момент Варя замечает, как изучающе Князев наблюдает за ней, а после, будто бы находя ответ в ее выражении лица, переводит взгляд на Ветрову-старшую. — Ваше Величество, не стоит рубить с горяча, — Людмила прерывает трапезу, обращая внимание на Князя.       «Ему запеченная курица голову пробила?!»       Варя освобождает свою руку из хватки Влада, начиная хлопать его по колену, что парень принципиально игнорирует.       Она, конечно, знала, что в самомнение этого аристократа врезаются самолеты, но он что, правда решил посоревноваться в смелости с Королевой Штормграда?! — Вы ошибаетесь, если думаете, что Варя не переживала за ваши взаимоотношения. Она переживала, и в особенности за то, что новость о нашей помолвке может негативно повлиять на ваше к ней доверие.       Ветрова чувствует на себе взгляд матери, но поднимать голову не торопится. — Быть наследником тяжело, и я знаю это не понаслышке, — проницательный взгляд голубых глаз дезориентирует. — Но если Варя не признаётся в том, что ей тяжело, то это не значит, что так оно и есть. — Всем наследникам нелегко, Владислав Владимирович, — тактично замечает Виктор. — Конечно, вы правы, но я говорю о том, что вижу на протяжение последних лет. Говорю о своей невесте, за которую переживаю, которую, как любой любящий мужчина, хочу сделать счастливее.       Варя слушает Князева с приоткрытым ртом, потому что слышит в его словах искренность. А может, она только хочет это слышать, но почему-то сейчас это уже не важно. — Она плохо спит и мало ест, уходит из офиса глубокой ночью, а вдобавок защищает весь Сказочный мир.       Волшебница ветра наконец находит в себе силы перевести на Влада взгляд, растерянность перерастает в осознание, и она чуть сильнее хлопает его по ноге.       Ей неловко, что он так открыто рассказывает о большей части ее жизни, но крайне интересно чем закончится этот семейный ужин. Идеи давить родителям на жалость у нее не возникало даже в мыслях, зато Морок сейчас успешно расписывает на пустом листе свои правила игры. — Свадьба — это действительно большая ответственность, а подготовка к ней уж тем более требует огромного количества времени, — он слегка поправляет галстук, и девушка обращает взгляд на вздувшуюся венку на его шее. — Из-за статуса это всё обременяется постоянными интервью и журналистами, которые отнимают немалое количество сил.       Когда Князев берет минутную паузу, Варя всё же встречается взглядом с матерью, однако не совсем понимает, о чем именно думает Королева в данный момент. Это незнание её напрягает, но ещё больше напрягает Влад, который возобновляет монолог. — Ваше Величество, поверьте, Варя не хотела Вас расстроить, она просто, как и все дети, дорожит вашим общением, и, как и все люди, испытывает стресс.       В зале наступает звенящая тишина. Казалось бы, всё, занавес, однако аплодисментов по окончании представления не следует. Ветрова вполне осознанно сжимает руку парня крепче, потому что её сердце уже готово проломить ребра.       Он сжимает её руку в ответ, поглаживая тыльную сторону ладони большим пальцем в успокаивающем жесте.       Варя не злится. Да и как она может себе это позволить, когда Морок буквально залез на чужую территорию и решил установить там свои правила?       Она волнуется за себя. Волнуется за него. Терпеливо ждет, пока кто-то за этим столом вымолвит хоть слово, даже если одновременно с этим не хочет слышать абсолютно ничего.       Сейчас её самое честное желание — увести Влада подальше от родителей и обнять. Так, как обнимают, когда это ценнее любых слов. Так, будто они остались на земле одни. Так, будто они живут последний день.       Варя понимает, что находится в шаге от того, чтобы признаться, что она не хочет, чтобы помолвка была фиктивной… — Владислав.       Все синхронно поворачивают голову в сторону Короля, пока тот выжидает напрягающую паузу. Но Ветрова уже не нервничает. Даже если родители не благословят их на брак, она не поменяет своего решения. Ее чувства от этого не растают, как снежинка от тепла ладони, как она когда-то хотела. — Я рад, что у моей дочери есть рядом такой человек, как Вы.       Это… неожиданно, но до чертиков приятно. Слова отца сглаживают все острые углы, и Варя больше не боится рассечь о них голову. Кажется, она краснеет. И кажется, Владу это льстит.       Она не успевает спрятать с лица до одури счастливую улыбку, когда голос Людмилы проникает в сознание: — Варя, знаешь… вы правы.       Шатенка чуть ли было не давится, когда слышит подобные слова от матери, а потому хватает со стола бокал, смачивая горло. — Я должна была тебя выслушать. Прости, — волшебница знает, как тяжело даются матери эти слова, а потому ценит это особенно сильно.       В первый раз за этот вечер Королева позволяет себе улыбку, и Ветрова, после такого, считает себя самым везучим человеком на планете. Кажется, её мама кивает и Владу, будто бы благодаря его за правду таким жестом.       «Только подумать, его смазливая мордашка сделала свое дело», — они одаривают друг друга теплым взглядом, будто бы без слов понимая, что самая напряженная часть осталась позади.       Следующий час проходит более, чем гладко — родители обсуждают всё, что касается организации свадьбы: бюджет, декор, еду, платье — которое Ветрова до сих пор не купила — и от всего этого у нее кружится голова.       Когда она думала об этом сама, то старалась не придавать помолвке особого значения, теперь же, когда Людмила с таким воодушевлением подключилась к обсуждению свадьбы, Варя поняла, что, чем больше Королева говорит, тем больше она начинает верить в собственную ложь. — У вас уже поставлен свадебный танец? — Королева сидит с идеально ровной спиной, и Варя, думая об этом, буквально ощущает, как болит позвоночник. — Да. Сегодня репетировали.       Фруктовый чай, что налила ей Ветрова-старшая, намного вкуснее, нежели тот, что продают в магазинах. В какой-то момент она даже чувствует вкус детства.       Влад с Виктором стоят в дальнем углу зала, и Варвара периодически посматривает на то, с какой увлеченностью отец показывает Князеву свою коллекцию старинных монет. — Варя, вы уже задумывались о детях?       Вопрос, заданный матерью так прямо и исподтишка, застигает её врасплох, отчего девушка закашливается, привлекая к себе внимание мужчин. — Всё в порядке, — сипло утверждает она, вытирая тыльной стороной ладони выступившие слезы. — Мам, дети, ну… ещё слишком рано… — То есть вы не поднимали эту тему?       Что ей нужно ответить? Что они и в брак-то как таковой вступают только ради репутации? — Ну, мы… — врать Королеве Штормграда определенно не лучшая затея, — мы обсуждали, конечно, — что ж, Варя делала вещи и похуже!       Если этот ответ удовлетворит ее мать, то даже сатана будет вправе засчитать подобное враньё ложью во благо. — Не беспокойся, мам. И насчет Штормграда тоже не волнуйся, — волшебница уводит тему от опасного обрыва под названием «беременность» подальше, — мы подготовим интервью и объясним почему информация о помолвке поступала до Королевства дольше, чем должна была.       Людмила смотрит на нее, как на пятилетнюю девочку, что пытается незаметно пробраться на кухню и забрать конфеты со стола, однако ничего по этому поводу не говорит, лишь делает глоток чая, скрывая еле заметную улыбку.       Будьте добры, дайте Варе мантию-невидимку… — Варя, — волшебница оборачивается на его голос, — родная, нам пора возвращаться.       В последнее время ей кажется, что Князев научился читать её мысли. — Ваше Величество… — Вы уезжаете? — прерывает Влада Людмила, и Ветрова вопросительно приподнимает бровь.       Она искренне не понимает, что в словах Князева не было понятно её матери. — Уже ведь так поздно.       На часах около часа ночи, но в это время даже дети в Сказочном мире ещё иногда щеголяют по улицам. — Мам, но нам действительно нужно… — Вы и так устали за весь день, разве есть смысл тратить и эту ночь на поездку домой? Тем более, Владислав говорил, что ты не высыпаешься, разве не так?       Варя с трудом сдерживается, чтобы не закатить глаза, однако выстрелить взглядом в болтливого Князя ей ничего не мешает. Кто его вообще тянул за язык? — Виктор, я ведь права? — зачем-то добавляет Ветрова-старшая. — Ну… — Вот видите, — утвердительно кивает она, прежде чем получает ответ от мужа. — Розетта уже подготовила вам комнату. Владислав, будьте добры, задержитесь у нас ещё ненадолго.       Её мать всегда умела подбирать слова так, чтобы отказ звучал как неуважение, и Варя глубоко ошибалась, раз позволила себе подумать, что эта привычка испарилась в никуда. — Что ж, если уже даже всё готово… Хорошо, мы останемся.       Она не осуждает Князева, но со своей безграничной наглостью он мог бы и попытаться настоять на отъезде. — Прекрасно. Не хотите перед сном прогуляться в саду? У меня расцвели восхитительные розы.