Поверить в собственную ложь

                              ***       Утро прошло для Вари, как в тумане. Громкий стук в дверь и голос отца не дали им понежиться в постеле под лучами тёплого солнца, как обычно происходило во всех романтичных фильмах. Да и солнца-то, если честно, этим утром в столице Ветряного Королевства не было.       Они проспали. Часы показывали одиннадцать утра, а это означало, что им с Князевым уже как два часа нужно было быть в Сказочном мире. Времени на обсуждение пикантностей не было так же, как и на принятие душа. Спешно приведя себя в порядок и поправив одежду, они направились в столовую, чтобы предупредить родителей о своём отъезде.       Без подколов. Без неловких взглядов. Просто в приятном молчании.       Только по приезде домой Варя увидела несколько пропущенных звонков от девочек, которым принялась поочередно перезванивать, стараясь не вдаваться в подробности того, как всё прошло, дабы сохранить время на принятие ванны.       Если верить Машиному расписанию, заполненному вплоть до дня торжества, то у неё оставался всего лишь час на то, чтобы собраться — сегодня нужно было выбрать свадебный торт.       К счастью, основные блюда они смогли забронировать пару дней назад, не присутствуя в ресторане, а лишь помечая понравившиеся позиции галочкой на листовке, обсуждая всё в офисе. Блюд было не очень много. Около пятнадцати, по пять на выбор на каждую позицию.       В качестве закуски они с Князевым сразу же оставили лёгкий летний салат, сославшись на предположительно жаркий день в середине июня. С основным же блюдом пришлось повозиться, но в итоге они договорились, что лучше иметь и мясное и рыбное ассорти, заранее уточнив у гостей их предпочтения.       С десертом дела обстояли сложнее — при выборе торта нужно было присутствовать лично.       Варя зашла в выбранную Алёнкой кондитерскую, и сразу поняла почему Рыжова так настаивала именно на этом заведении.       Волшебница буквально попала в рай всех любителей сладкого.       Проходя мимо витрин, она пожалела, что со всей этой суетой не успела позавтракать — на них было слишком много манящих вкусностей, только от вида которых в крови подскакивал уровень сахара.       Она не могла не отметить и внутреннюю отделку помещения, к дизайну которого явно была приложена рука специалиста. Пастельные оттенки не резали глаза, а декор, присутствующий в интерьере не создавал визуального шума. Это вызывало восхищение. — Привет.       Она готовила себя к этой встрече, но его взгляд всё равно ощущался, как удар тока по телу.       Князев добрался до кондитерской раньше, чего Варя, честно говоря, не ожидала. У неё не было никакого плана — она смерилась с тем, что всё это, в её случае, бесполезно. — Привет, — кивнула Ветрова, чуть неловко улыбаясь ему в ответ. — Прости, не рассчитала время. — Без тебя бы всё равно не начали. Присаживайся.       В его поведении было что-то необычное, и только когда Варя заметила на светлой коже румянец, то наконец поняла в чём дело. Он тоже смущался. Признаться, от этого наблюдения ей стало намного легче.       Князев подвинулся, и Варя опустилась на диванчик серого цвета рядом с ним. Диванчик, на котором теперь держались их до одури странные отношения. — Ты… — он прочистил горло, прежде чем продолжить, — я должен был спросить это ещё утром, ты в порядке?       Она невольно вздрогнула, когда их плечи соприкоснулись. — Да, всё хорошо. — Хорошо. — Хорошо.       Варя была уверена, что не только она ощутила, как на один квадратный метр их общего «хорошо» стало слишком много. Это было похоже на дурдом, и её крыша стремительно ломалась под натиском его пронизывающих голубых глаз. — Варвара Викторовна, Владислав Владимирович.       Ветрова отвлеклась от разглядывания его брюк в районе коленей — к столику подошла девушка-консультант, улыбаясь им во все тридцать два зуба. — Через пару минут мы будем готовы вынести вам торты. — Отлично, спасибо, — Влад одобрительно кивнул, и девушка удалилась, стуча своими голубыми каблучками.       Дабы не терять времени впустую, Варя пододвинула к себе меню, принимаясь изучать страницы.       Кондитерская действительно предоставляла огромный выбор десертов со всевозможными начинками и декором. Было не удивительно, что это заведение приобрело популярность практически за первый месяц работы. Каждая картинка, изображенная на заламинированной странице, привлекала внимание, как и отдельный блок для выбора начинок.       Святой Сказочник, ну почему она не поела, перед выходом? Теперь вероятность переесть увеличилась в сотню раз. — Смотри, что думаешь насчет начинки манго-маракуйя? — Я вообще не могу думать, если честно. — Что? Поч…       Варя не смогла договорить. Слова застряли поперек горла, когда Влад, оказавшись в считанных миллиметрах от нее, заговорил на полголоса ниже: — Твоя юбка… Она не скрывает синяки на бёдрах, — он коснулся губами ее мочки, пока горячий шепот распространял мурашки по её телу. — И это выглядит так, будто… будто ты моя.       Она замерла не в силах ответить. В этот же момент стало душно, и от этой духоты перестали спасать даже кондиционеры. Внизу живота скопилась приятная тяга, что вновь напомнила ей о ночи в Штормграде.       Она так торопилась, что совсем забыла проверить видны ли последствия их вчерашней ночи. Оказалось, что были. — Это неправильно, — продолжал шептать Влад, — но мне нравится,       Да, это действительно было неправильно. Вот только ей тоже это нравилось…                               ***       Провести в компании Ветровой пару часов никогда не было для Влада проблемой. Просидеть с ней в библиотеке, заполняя документы, дать откровенное интервью на весь Сказочный мир или даже уединиться в одной из комнат в замке Штормграда. Однако выбрать с упрямой волшебницей десерт оказалось испытанием еще похлеще, чем фотосессия с Часиковой.       Князев знал, что есть какая-то подстава в том, что Варя не любит кофе, и оказался прав — она была до невозможности преданным фанатом сладкого.       Если он ничего не упустил, то они попробовали уже семь десертов, и все семь из них не угодили принцессе Штормграда. Она отодвигала тарелку за тарелкой, и в какой-то момент Влад просто засмотрелся на то, как Ветрова кусает губы всякий раз, перед тем как отклонить очередной вариант. — Чем плоха медовая начинка? — не удержался он, глубоко вдыхая. — Она горчит. — После такого количества сладкого ты все ещё различаешь вкусы? — он скептически проследил за тем, как девушка отодвигает очередной кусочек торта. — Я хочу вкусный торт на свадьбе, а ты? — А я хочу дожить до свадьбы, милая. Потому что такими темпами есть вероятность, что у меня скоро случится передоз.       Влад готов был поклясться, что её лицо в какой-то момент покраснело, и он бы наверняка решил, что у Вари снова началась аллергия, если бы не вспомнил, как ее тело реагирует на похвалу и комплименты. — Перестань так ухмыляться, — она забавно нахмурилась, складывая руки на груди. — Прости, тебя выдает румянец. — Смотри, чтобы тебя не выдала теснота в брюках, — парировала Ветрова, возвращаясь к тортам.       На самом деле, Князев медленно, но верно шел к своей цели — он, наконец, разгадывал её, читал с особой внимательностью, сверяя каждую строчку. Он знал достаточное количество информации о Варе, и то, что он узнал о ее уязвимости, говорило о многом.       Доставляло ли это ему удовольствие? Да. Хотел ли он когда-то разгадать её полностью, не оставив для себя ни одного загадочного слова? Этот вопрос не имел никакого смысла, потому что принцесса всегда находила возможность его удивить. — Попробуй, что скажешь?       Влад вернулся из раздумий. Его глаза широко раскрылись, когда он осознал, что Ветрова успела приблизиться к нему настолько, что теперь их ноги соприкасались друг с другом. Варя поднесла к его рту небольшой кусочек торта, видимо, рассчитывая на то, что он не побрезгует съесть десерт с её вилки.       Влад опустил взгляд на её губы прежде чем вновь посмотреть на торт. Он никогда не ел столько сладкого за несчастные два часа и сейчас, вероятнее всего, должен был побить свой же рекорд.       Он не побрезговал.       Торт действительно оказался вкусным, а возможно он решил так только потому, что Варя в этот момент смотрела на него с нескрываемым интересом. Ей, судя по всему, было забавно проверять его на прочность, а Владу отчего-то нравилось ей вновь и вновь проигрывать. — Вкусно. Но ты вкуснее, — он с удовольствием заметил, что аметистовые глаза стали чуть темнее.       для Князева стало неожиданностью движение волшебницы в его сторону. У него буквально перестали работать легкие, а по спине пронеслась волна жара. Он хотел ее поцеловать. Безумно. Еще с самого утра, пока Виктор не прервал их сон. — Приятного аппетита, дорогой, — лишь прошептала она ему на ухо, прежде чем вновь вернуться на свое место.       Влад в неверии открыл глаза, смотря на до невозможного самодовольную Ветрову. Это была месть за то, что он не принимал участие в выборе торта? Серьезно?       Хмыкнув, он принялся исследовать взглядом их стол, наполненный всевозможными тортами. — Попробуй этот, — рука Влада приблизилась к её лицу, он держал кусочек десерта в нескольких сантиметрах от её губ.       Кондитер, что принесла ещё пару вариантов на пробу, смущённо отвернулась, а Варя наклонилась, чтобы он смог накормить её. — М-м, красный бархат?       Стон, который непроизвольно вырвался от потрясающе вкусного десерта, заставил Князева тяжело сглотнуть. — Тебе нравится? — он машинально потянулся к её нижней губе и убрал лишние крошки. — Мне нравится лёгкая кислинка смородины и терпкое послевкусие солёной карамели.       Наверное, ему окончательно прорвало крышу, потому что «соленая карамель» прозвучало от нее так, будто бы это было самое сексуальное словосочетание начинок, о которых только слышал Влад.       Кондитер прокашлялась, привлекая внимание пары. — Давайте попробуем образец с фисташкой.       Так или иначе, принцесса Штормграда вновь лидировала.                               ***       До свадьбы оставалось чуть больше недели и каждый раз, вспоминая этот факт, Влада кидало в дрожь. Он мог надеть на себя хоть сотню всевозможных масок, но рядом с Варей каждая из них растворялась.       Она пробралась ему под кожу гораздо раньше, чем им пришлось играть в этот брак, гораздо раньше, чем Князев мог позволить себе в этом признаться. Наверное, это произошло когда она единственная пришла на его урок по боевым искусствам, или когда позволила спать на её кровати, а может, когда танцевала вальс на выпускном. Он влюблялся в нее снова и снова, из раза в раз. Влад чувствовал себя глупым мальчишкой, но если это всё происходило из-за нее, то он не хотел бы это заканчивать.       У них могло бы быть совместное будущее. Могло бы, если бы его чувства были взаимны.       У каждого из них были свои цели, свои выгоды от этого брака и у каждого они были разные. Даже если они совпали в сексе это навряд ли было больше, чем обычное желание абстрагироваться от стресса и преследовавшей их суровой реальности.       Реальности крайне несправедливой, раз именно им суждено было подписаться на фиктивную помолвку, которая удушала с каждым днем.       Владу было слишком хорошо с Варей, чтобы в какой-то момент отпустить её. Он просто не сможет смотреть, как она выходит замуж, но уже по-настоящему и уже не за него. — Я не давлю, но ты молчишь уже двадцать минут. — Черных не собирался задевать его чувства, но понимал, что ещё пять минут в том же темпе — и Влад напьется до такого состояния, что уснет прежде, чем они поговорят. — А это уже четвертый стакан.       Фил взглянул на него с опаской, но Князев почему-то был уверен, что увидел в ярких глазах друга сочувствие. — Я так больше не могу, — он махнул бармену, прося того повторить заказ. — Это чертова зависимость! Я смотрю на Ветрову — и хочу прикоснуться к ней. Я чувствую на улице запах духов — и вспоминаю о Ветровой. Я остаюсь дома — и думаю о Ветровой. Я сижу на работе — и хочу уйти к Ветровой. Это не может продолжаться вечность!       Его стакан вновь был наполнен виски, и Князев сделал после своей тирады большой глоток, обжигая алкоголем горло. — Ты скучаешь, и это нормально, — понимающе протянул Фил, и теперь Морок был уверен в том, что в прошлый раз во взгляде Черныха всё-таки было сочувствие. — Так происходит, когда кого-то сильно любишь. — Как ты понял, что любишь Снежку? — неожиданно даже для себя спросил Влад.       Эти двое нашли друг друга слишком быстро, притянулись как противоположные полюса магнитов, так идеально собирающиеся воедино.       Филипп после этого вопроса заметно поменялся в лице. Острые скулы смягчились, а на губах появилась теплая улыбка. Так не улыбаются, когда слышат знакомое имя, так улыбаются, когда готовы положить к ногам человека весь мир, даже если он этого не просил. — Не знаю, — вдруг пожал он плечами, водя пальцем по лакированной столешнице. — Я люблю в ней всё: её доброту, её смелость, её глаза, люблю, как она смеется, как пачкается мороженным. Как поёт, когда моет посуду, как пересказывает мне свой день…       На секунду Черных замолчал, неловко проводя пятерней по волосам, как засмущавшийся первокурсник, но уже в следующие мгновение посмотрел на Влада. — Я не знаю за что её люблю и очень рад этому, потому что если бы я знал ответ, то навряд ли это качество не поменялось бы со временем. — Ты будто из сказки вылез, — хмыкнул Князев, крутя в руках граненный стакан.       Любил ли он Варю так же? Светились ли его глаза так ярко, когда он рассказывал о ней? Имел ли он в принципе право на эту любовь? Влад не знал, но внутри что-то стремительно раскалывалось, оставляя глубокие, болезненные порезы. — Я знаю, что Вам сложно признаться друг другу, — неожиданно вновь начал Фил, — но всё ведь намного серьезнее, чем вы думаете. — Серьезнее, — лишь подтвердил Князев, прикрывая глаза.       Это было серьезнее для него, но нужно ли было это всё Ветровой? Она сбежала в десять лет от родителей, зная, что единственная наследница престола! Сбежала, не имея понятия, что будет дальше, но с твердым намерением поменять свою жизнь. Что могло твориться у маленькой девочки в голове в тот момент? Влад не знал, потому что никогда бы не осмелился сделать так же.       А она решилась на подобное будучи ребенком, и Князев не сомневался, что если потребуется, то ей ничего не помешает сделать это снова.       Он хотел признаться ей во всём, но каждый раз его начинали угрызать сомнения. Влад был собственником и эгоистом — и эти две черты портили абсолютно всё. Он до жути боялся, что Варя в какой-то момент просто не выдержит подобного, задохнется в его дрянном омуте жадности к «своему», что ей может не хватить той свободы, которую она обрела, сбежав из Штормграда.       И это будет больно, в тысячи раз больнее, чем оставить её сейчас, пока они не привязались друг к другу. — Как прошла ваша сегодняшняя подготовка?       Влад отвлекся от самобичевания, концентрируясь на вопросе Фила. — Просто чудесно, — не без сарказма протянул он, пригубив ещё один стакан виски. — По мне разве не видно?       По нему было много чего видно, но Черных предпочел промолчать. — Утром мы дегустировали торты, но мой организм решил, что пробовать мы будем только угадай кого? Правильно, Ветрову! Я не помню ни одного вкуса тех пирожных, зато прекрасно помню цвет крошек на её губах. Превосходно, верно?       Фил рассеяно сглотнул, прося у бармена стакан обычной воды. — Мы же ещё до этого ходили смотреть цветы. У Вари началась идиотская аллергия на лилии, я отвез её домой, а она…       Князев так усердно провёл по лицу рукой, что Филипп испугался увидеть на нём синяки. — Она смотрела на меня этими красными от пыльцы глазами… А ещё она плакала в мою рубашку! — будто бы вспомнив, воскликнул он. — Это было перед поездкой к её родителям. Она прижималась ко мне так, как эти бездомные котята, когда хотят, чтобы их приютили.       Фил уже хотел ответить, что-то, но Влад тут же закричал вновь: — А танец?! Мы танцевали, Фил. Она прекрасна! Ты в курсе? Прек-рас-на, — по слогам разложил он, прежде чем снова схватиться за стакан. — Блять, это просто невозможно. Я так хочу быть с ней! — Ты ведь явно ей тоже нравишься, — не выдержал Черных, забирая у Влада очередной опустевший стакан. — Прекрати пить, тебе завтра на работу. — Нет. — Что «нет»? — с тяжелым вздохом нахмурился блондин. — Я ей не подхожу. Я не должен больше давать ей ложные надежды.       Честно говоря, Фила удивляло, что Князев был все еще в состоянии излагать какие-то свои мысли. — Поехали. — Что? Куда мы едем? — оставляя на барной стойке пару крупных купюр, Филипп пошел вслед за Владом, пока тот не успел в кого-нибудь врезаться.       Морок не знал сколько он выпил, там точно было больше пяти стаканов, но дальше уже не было смысла считать. Точно так же не было смысла и строить иллюзию того, что между ним и Ветровой что-то есть. Секса мало, чтобы построить здоровые отношения, они оба понимали это с самого начала, но оба продолжали верить в собственную ложь. Такую приторно сладкую на вкус в начале и такую ужасно горькую в конце.       Их сил не хватало, чтобы тягаться с громкими ударами сердца. Игра заведомо была проигрышной, как бы сильно в свой выигрыш не хотелось поверить. — Куда ты собрался?! — К Варе, — наконец остановившись, четко произнес Влад. — Это конец, Фил, и я хочу хотя бы сейчас сказать ей это в лицо.       Князев выпил достаточно, чтобы походка стала менее твердой, но в его глазах читалась такая непоколебимая решительность, что Черныху впервые стало по-настоящему не по себе.                               *** — Какой же бред… — потянувшись к тарелке с попкорном, простонала Варя. — В её районе живет маньяк, а она шарится по ночам одна.       Громко цокнув, девушка закатила глаза, продолжая смотреть фильм и гладить своего любимого пушистика, которого только вчера забрала от Снежки и Филиппа. Ей хватило напряжения за эти недели и о чем-то думать не было никакого желания. Варе вдруг стало абсолютно всё равно на происходящее, а из такого состояния ей помогали выходить фильмы, для просмотра которых не требовалось прилагать особых интеллектуальных усилий. Она поняла кто маньяк ещё на середине и теперь с заслуженным спокойствием просто наслаждалась детективом, получая удовольствие от любовной линии главных героев.       Неожиданно раздавшийся дверной звонок заставил Дракошу под ее боком вздрогнуть. Варя напряглась, смотря на время — в два часа ночи она точно никого не ждала. — Кого это занесло?       Дракоша спрыгнул с дивана, более чем грациозно выбегая в коридор.       Проверив телефон на наличие сообщений или пропущенных, Варя нахмурилась лишь больше. К ней точно никто не собирался приходить. Очередной звонок оповестил о том, что за дверью всё ещё кто-то ждет.       Волшебница поставила телевизор на паузу и тихими шагами подошла к двери, заглядывая в глазок. — Да чтоб их! Два придурка.       Она с облегчением выдохнула, открывая дверь и в ту же секунду чуть было не упала, когда Князев, еле передвигая ногами, оказался в её объятиях. — Не разбудили? — спросил Фил, заходя следом. — А… что, собственно говоря, происходит? — она рефлекторно начала гладить Влада по спине, а когда поняла что делает, тут же убрала руки. — Нам надо поговорить, — Князев быстро отстранился от нее, делая пару шагов назад.       Варя посмотрела на Фила, что стоял в проходе, но тот лишь пожал плечами, видимо заявиться к ней ночью было не его идеей. — Варя… Я долго думал об этом. Насчет фиктивной помолвки, насчет свадьбы… Насчет нас.       От Влада заметно несло алкоголем, но то, с каким взглядом он это всё говорил, почему-то вызывало на ее теле мурашки. Как бы глупо со стороны это всё не казалось, она всё равно слушала. Может, потому что это было смешно, а может, потому, что для нее это было важно. — Ты знаешь, и я тоже всё знаю. Мы не дети, чтобы верить в эти игры. — Влад, тебе нужно проспаться. — Черных, заткнись, я должен сказать, — прервал Фила Князев, нервно зарываясь пальцами в волосы. — В общем… Мы не можем быть вместе, Колючка. Так будет лучше. Для тебя в первую очередь. Мне больно это говорить, но… Прости, я не люблю тебя.       Черных широко раскрыл глаза, не зная за что стоит схватиться, чтобы ударить друга больнее. Он опустошил идиотский бар за полчаса, чтобы сейчас снести ересь, от которой из ушей полилась кровь?!       Ветрова проследила за тем, как Влад облокотился о стену, закрывая лицо руками.       Волшебница думала, что её мир начал рушиться в тот момент, когда она решила сбежать из Штормграда, тайно собирая в комнате сумки. Он был крайне неустойчив, когда в колледже над ней начали издеваться, к чему маленькая принцесса не была готова. Всё было несправедливо и три года назад, когда её проект по поддержке наследников, над которым она работала целый год, отвергли, и мир под ногами вновь разошелся по швам.       В те моменты ей казалось, что идти дальше бессмысленно и тем не менее она шла.       По-настоящему же её мир разрушился сейчас. И виной тому было четыре слова, каждое из которых Князев вонзил в её истекающее кровью сердце.       Сколько людям нужно для того, чтобы сломаться? Ей хватило его жалкого «я тебя не люблю».                               ***       Влад проснулся с ужасной головной болью и диким сушняком во рту. Посмотреть, где он находится не было ни сил ни желания — веки налились свинцом, а мышцы неприятно ныли. Ему нужно было всего лишь минуты две, чтобы вновь уснуть, но весь настрой ушел, когда по его лицу пришелся удар мягкой… чем-то.       В принципе, ему было всё равно.       Но ровно до того момента, пока щеки не коснулось что-то шершавое и явно живое. Влад через силу открыл глаза, и тут же обнаружил рядом с собой кота, который, удовлетворенно заметив, что он проснулся, отошел. — О Боже… Опять ты, — хрипло простонал Влад. — Ты что, меня облизывал? — парень поморщился, вытирая ладонью лицо.       Зацикливаться на этом Князев не собирался, и, перевернувшись на живот, уже почти было провалился в сон, когда на спину вдруг запрыгнуло килограмма три чистого меха. — Ты, что ли, издева… Чертов кот!       Когти усатого гаденыша впились ему в кожу. Это подобие Дракона совершенно не собиралось облегчить ему задачу пережить утро после вчерашнего пьянства. — Мелкий засранец, брысь отсюда! — С неприкрытой в голосе угрозой крикнул Влад, ощущая, как жжение от царапин распространяется по спине.       Откуда у него вообще в квартире кот?       Заставив себя сесть, он всё же оглядел комнату, в которой оказался, осоловелым взглядом, и только после этого смог внятно осознать, что находится далеко не дома.       С каждой минутой всё интереснее…       Обнаруживая на прикроватной тумбочке стакан и графин с водой, Влад, не раздумывая, потянулся в их сторону, как к своему единственном спасению.       Что ж, ладно… Ни у кого из его друзей больше не было такого наглого зверёныша, а значит он оказался в квартире Ветровой. Это плохо. О том, что вчера произошло, Влад помнил лишь смутно — это было ещё хуже. — Черт! Ты специально?       Очередной укус кота пришелся на его ногу и, не выдержав, парень схватил с кровати подушку, прицеливаясь в сбегающего со всех лап комка. После того, как снаряд не попал в мишень, раздался громкий знакомый голос: — Князев!       Влад затаил дыхание, боясь поднять взгляд на обладательницу этого самого голоса. Только сейчас он осознал, как всё же выгодно иметь возможность телепортироваться. — Решил заняться зарядкой? — Ветрова прошла в комнату, поднимая с пола подушку, которая изначально попала ей по ногам. — Можешь не стараться, так быстро она твой алкоголизм не искупит. — Святой Сказочник, прости, я не хотел, — хрипло отозвался он, вжимая голову в плечи. — Дракоша вылетел из комнаты так, будто начался пожар, — Варя словно его не слышала, зато он слышал её слишком хорошо.       От звонкого голоса волшебницы создавалось ощущение, что по голове долбят молотком. Князев зажмурился, потирая пальцами виски, даже не надеясь на то, что девушка смилуется и начнёт говорить тише. — Твой Дракон меня терпеть не может. — Он ревнует, — хмыкнула Варя, отправляя подушку ему обратно.       Она точно использовала магию, удар получился сильнее, чем могла бы осуществить обычная среднестатистическая подушка. — Ко мне? — Влад громко выдохнул, когда принялся разминать правую руку, которую отлежал и на которой остались красные полосы. — Нет, к тому, что ты можешь напиваться, а он нет!       Ладно, возможно его вопрос и правда был глупым. — Ты ввалился вчера ко мне домой, еле перебирая ногами, — Варя фыркнула, направляясь к окну, чтобы впустить в комнату свежего воздуха.       Солнечные лучи тут же оказались на его лице, заставляя Влада зажмуриться, к горлу начала подступать тошнота. — Держи, взбодрись.       Он не сразу осознал, что протянула ему волшебница, а когда, моргнув пару раз, понял, что это отрезвляющее зелье, организму мгновенно стало легче. — Даже кота ошарашил своей неземной наглостью, — продолжала причитать Ветрова, пока он делал спасительные глотки.       Она не успела и произнести имени своего комка, как тот в одну секунду запрыгнул на кровать, важно садясь ближе к хозяйке и насмешливо глядя на Влада. Еще бы, что могло обрадовать Дракона больше, чем бессилие нежеланного гостя перед принцессой Штормграда и его помятый вид. Честно говоря, у Влада было ощущение, что он до этой квартиры полз, а не шел. — Что-нибудь помнишь? — она облокотилась о стол, чуть склонив голову в бок.       После зелья стало намного легче. Мигрень ослабевала, а в висках не стоял непрекращающийся звон. Сознание потихоньку приходило в норму и вдруг в голове всплыл мутный фрагмент вчерашнего вечера. — Куда ты собрался?! — К Варе. Это конец, Фил, и я хочу хотя бы сейчас сказать ей это в лицо.       Он вспомнил, с какой уверенностью выбежал из бара, как они с Филом сели в такси, как долго он звонил в её дверной звонок, пока внутри что-то разрывалось.       Как Черных позволил ему притащиться к ней в таком состоянии?! — Плохо, если честно. — Понятно, — без особого эмоционального оттенка кинула Варя.       Влад тяжело вздохнул, потирая затекшие мышцы, и только сейчас, когда разум начал проясняться, обратил внимание на то, что лежит в чужой постеле без рубашки и штанов. Одни боксеры.       Нет… Нет, они же не могли… — А мы… — он запнулся, оглядывая комнату на наличие его вещей. — У нас что-то было? — В принципе? — складывая руки на груди, вдруг усмехнулась девушка. — О, да, у нас был потрясающий секс.       Ветровой было смешно, а Влад не знал куда себя деть. Все мысли сбились в кучу, пока мозг пытался восстановить хронологию событий. — Вчера, Варя, что между нами было вчера? — А-а, ты про это, — будто бы она не понимала о чём прежде шла речь. — Вчера ты, Князев, вёл себя как последний мудак!       Ветрова любила поругаться — это не было открытием, но услышать «мудак» из её уст стало чем-то новым. На Влада постепенно наваливалось осознание того, что он определённо перед ней сильно оплошал. — И я хочу, чтобы ты всё-таки попытался вспомнить хоть одну треть того, что говорил.       Не нужно было быть прорицателем, чтобы услышать в её голосе разочарование и желчь. Больше всего Князеву не хотелось бы расстраивать эту девушку, но каким-то блядским образом он все равно умудрился это сделать.       Горыныч все ещё сидел и потрошил его взглядом, однако на этот раз кот смотрел на Влада не менее укоризненно, чем мог бы смотреть на мирового преступника.       Слишком неожиданно в голове начал взрываться салют из воспоминаний. Рефлекторно закрывая глаза, Князев постарался сосредоточиться. — Я долго думал об этом. Насчет фиктивной помолвки, насчет свадьбы… Насчет нас. — Мы не можем быть вместе, Колючка. Мне больно это говорить, но… Прости, я не люблю тебя.       А дальше темнота; у него перекрыло дыхание. Невидящим взглядом Влад уставился в одну точку на постеле, не имея сил посмотреть ей в глаза. Он готов был признаться, что взгляд пушистого комка был полностью оправдан.       Это была такая гнусная ложь, что его вновь начало тошнить, только уже не от алкоголя, а от самого себя.       Конечно, соврать — было одним из вариантов, чтобы оставаться на плаву до истечения фиктивного брака, но сказать «я тебя не люблю» означало буквально утопиться, самолично привязав к шее огромный булыжник. — Ничего не скажешь?       Она не плакала, и в глазах у неё стоял холод, от которого пробирала дрожь. Ветрова ещё никогда не смотрела на него с таким разочарованием, и это выбивало из него остатки кислорода. — Я не должен был говорить, что… — Влад запнулся, опуская взгляд. — Что не любишь меня? — слишком просто сказала она. — Бывает. — Позволь мне всё объяснить, — на одном дыхании выпалил он, подрываясь с места. — Всё, что между нами было… — Не стоит, — волшебница прервала его, поджимая губы. — Стоит! Вся моя жизнь этого стоит!       Варя, кажется, не собиралась его слушать, лишь отвернулась, забирая со стола какие-то документы. — Я предупредила ребят, что ты сегодня не выйдешь на работу, — её непоколебимый тон начинал раздражать. — Ты уходишь? — У моего отдела сегодня важная конференция, — он заметил, как она сжала документы в руках крепче. — Я не могу нянчиться с тобой в ущерб работе.       Он не просил нянчиться с ним! Владу нужно было лишь пару минут её драгоценного времени, чтобы всё объяснить, но настаивать сейчас, судя по всему, было бессмысленно. У Вари были все основания ненавидеть его и умножать эту ненависть он уж точно не горел желанием. — Я оставлю тебе ключи, навряд ли ты сейчас успеешь собраться. Передашь их назад через девочек. — Ты не хочешь даже видеть меня? — распахнул он глаза, вновь ощущая головную боль. — Варя…       Они никогда не говорили друг с другом о своих чувствах. Не до секса, не после и уж тем более не в обычной обстановке. По идее, его слова должны были намного больнее ударить по нему самому — потому что чертовы чувства сжирали Влада изнутри, — а не по Ветровой. Это было странно, и теперь в его голову закрались сомнения насчет того, что между ними происходило весь этот месяц. — Не знаю, — она отвела взгляд на окно. — До свадьбы осталось совсем немного, мы просто продолжим делать вид, что всё отлично.       Князев проследил за её взглядом, так же устремляя всё своё внимание на улицу. Отлично всё было у того цветущего дерева, у пролетающих мимо птиц, у колышущихся штор, которые трепал утренний тёплый ветер, но точно не у них. — Покорми, пожалуйста, перед уходом Дракошу, его корм на… — Я люблю тебя.       Влад сказал это не затем, чтобы перекрыть всё, что натрепал вчера, не чтобы заслужить её прощения, не чтобы ему стало легче.       Это вырвалось как что-то обыденное и разумеющееся. Он хотел, чтобы в той кучи лжи, что он выплеснул на хрупкую девочку вчера, была хоть капля правды.       Ветрова молчала, смотря на него так, будто бы увидела перед собой приведение. Влад лишь цеплялся за крупицы надежды в то, что их взаимоотношения не сойдут на нет. — Я опаздываю… — наконец вымолвила Варя, прикусывая губу. — Не забудь передать ключи…       Ветрова спешно выбежала в коридор, а в следующее мгновение Влад уже слышал, как хлопает входная дверь.       Она от него сбежала, так и не договорив о том, где находится корм для Дракоши.