Поверить в собственную ложь

***

      Если бы кто-то сейчас попросил Влада рассказать историю, за которую ему особенно стыдно, он бы без раздумий рассказал, как обычный вечер понедельника и виски наградили его ударом по затылку, причём чем-то явно очень тяжелым.       Это было похоже на цунами, когда сначала ты ни о чем не подозреваешь, потом тебя накрывает огромной волной, а после — в лучшем случае — ты уже лежишь на береге какого-нибудь необитаемого островка, который кажется просто невозможным спасением.       Именно так он себя и чувствовал — спасшимся, но потерявшим самое дорогое.       Фил, как партизан, помалкивал, не отвечая ему ничего дельного по поводу того, почему он оказался не в своей квартире и не в своей кровати.       Если ещё конкретнее, то не в свой тарелке. — Ну чего тебе? — Влад отвлекся от размышлений, переводя взгляд на кота, что громко мяукал в дверном проходе. — А, ну да, поесть.       Слова прозвучали нейтрально, и наверняка комок опешил, когда Князев молча прошел мимо него, направляясь на кухню.       Варя ушла минут десять назад, и всё это время Влад сидел на месте, практически не шевелясь. Он был выжат, как лимон, и, если отрезвляющее зелье избавило его от похмелья, то, чтобы заклеить пустоту, что съедала изнутри, зелья ещё не придумали. — Ну, рассказывай, где твоя хозяйка хранит корм?       Дракоша слишком настороженно прошел к одному из шкафчиков, опираясь на него лапками. Влад хмыкнул, открывая дверцу, за которой действительно оказалась пачка корма и ещё несколько небольших упаковок с вкусняшками. — А она тебя балует, — он взял нужную пачку, в которой находился мерный стаканчик, и пошел к миске кота, который чуть бодрее побежал за ним. — Если я тебя перекормлю, не смей рыгать.       Насыпав пушистому комку еды, Влад сел на один из кухонных стульев, облокачиваясь о жёсткую спинку. На свои слова он получил лишь недовольное рычание. — Ты видел, что я ничего лишнего не добавлял, так что прекрати смотреть так, будто там яд.       Дракоша ещё около минуты принюхивался к еде, но всё же — видимо удостоверившись в её безопасности — довольно принялся завтракать. — Я не хотел, чтобы всё так вышло, — неожиданно даже для себя вслух произнес Влад. — Мы никогда не были друзьями, но всё в последнее время так изменилось…       «Я испугался», — это он предпочёл оставить при себе.       Его взгляд вымученно скользнул по кухне, и глаза Князева раскрылись шире сами собой, когда он заметил на гарнитуре тарелку с сэндвичем и кружку кофе. Живот в этот же момент предательски заурчал, напоминая о том, что Влад не ел с обеда прошлого дня. — Это… мне? — он в неверии покосился на кота, что, проследив за его взглядом, мяукнул. — Я тебя не понимаю, ты хоть кивай, — пробубнил Влад, больше из желания на кого-нибудь огрызнуться, нежели потому, что правда не понимал.       Подобие Дракона зафыркало, возвращаясь к трапезе, а Морок тем временем аккуратно взял поднос с едой, вновь возвращаясь за стол. На кофе были наложены согревающие чары, благодаря чему из кружки до сих пор шёл пар. — Ветрова… — лишь протянул он, смотря куда-то сквозь еду. — Боже, ну что за ведьма.       Влад с наслаждением откусил первый кусочек сэндвича, прикрывая глаза. Это было лучшее, что он ел! После ещё пары укусов желудок точно сказал ему «спасибо», по крайней мере, Влада больше не шатало от пустоты. Однако приятное мгновение продлилось недолго, и на душе снова стало паршиво. — Идиот.       Беглый взгляд зеленых глаз прошелся по его лицу, прежде чем Дракоша вильнул пушистым хвостом, хмыкая.       Морок отвернулся от хрумкающего кормом кота, и сделал первый глоток кофе. С одной ложкой сахара… Прямо, как он любит.       От этого стало больнее. Его в принципе разрывала мысль о том, что из-за поганого языка их взаимоотношения находятся под угрозой. — Эй, комок, — Дракоша обернулся на Князева с таким важным видом, будто бы оказывал ему услугу, — я знаю, что она очень сильная и всё такое, но… она плакала?       Конечно, Влад понимал, что даже если это и было действительно так, то изменить ничего он бы уже не смог, но ему нужен был ответ. Это было важно. Всё, что было связано с Варей всегда было для него важно.       Горыныч на его вопрос лишь облизнулся и вновь продолжил есть. — Мистер мне-всё-равно, имей совесть! Я переживаю.       Неожиданно шикнув, кот перестал жевать, выбегая из кухни. Влад проследил за тем, как пушистое подобие Дракона удаляется и картинно цокнул, закрывая лицо руками.       Громкое «мяу» заставило его отнять ладони от лица и посмотреть на дверной проём. Дракоша испепелял его взглядом так, будто Князев был не смышлённее таракана. Влад нахмурился, но когда комок вновь пошел с комнату, оборачиваясь, словно проверяя идет ли за ним их сегодняшний гость, до парня дошло. — Сказать, что ли, не мог?       Влад дошел вместе с котом до гостиной, и тот без труда запрыгнул на большой книжный стеллаж, пытаясь выдвинуть лапой одну из книг.       Прищурившись, Князев внимательно наблюдал за действиями пушистого, и уже через пару секунд достал небольшой томик — тот, который так отчаянно царапал Дракоша, — в предвкушении прикусывая губу. — «Не знаю», — вслух прочитал он название романа на твёрдой обложке, и после этого медленно перевел взгляд на самодовольного Дракошу. — Это типа ответ на мой вопрос? — он вопросительно выгнул бровь, убирая книгу на место. — Ты второй Черных, честное слово! Ладно он ничего не знает, но ты-то где шлялся?       Кот на его замечание недовольно зафыркал, без труда спрыгивая с полки и мягко приземляясь на пол. — Не смей обижаться, это довольно конструктивное мнение.       Не соглашаясь с ним, Дракоша вновь подал голос, после чего очень «отважно» скрылся на кухне. Видимо, он всё же планировал завершить свой завтрак как полагается. Часы показывали одиннадцать утра, и теперь в планах у Влада было прибрать за собой, а после отдать девочкам ключи. Если Варе нужно было пространство, чтобы переварить всю информацию, то он не собирался лишать её и этого.

***

— …мы поднялись до её этажа, зашли в квартиру, я снёс эту чушь, а потом… Я никак не могу вспомнить, что было потом!       Разговаривать с несносным котом оказалось заразно и Влад, сам того не ожидая, втянулся в это дело слишком быстро. Дракон оказался неплохим слушателем — даже лучше некоторых волшебников, — и, благодаря тому, что он молчал, Князев постепенно расставлял все свои воспоминания по полочкам, соединяя те в единую хронологическую цепочку.       Коричневатый пушистик всё это время сидел на пуфике, внимательно наблюдая за тем, как Влад заправляет кровать, которую изрядно помял во сне. Сам же парень не мог отделаться от ощущения, что вспомнил лишь малую часть ночного диалога. Он не мог заснуть сразу же, как только высказал всё Варе в лицо — исключено, там явно было что-то ещё. — Чёрт, — он тяжело выдохнул, смирившись с тем, что память услужливо не подкидывала ему никаких воспоминаний. — Чтоб ты знал, у тебя лучшая хозяйка, Дракоша.       Кот перестал облизываться, ошарашено глядя на Влада, который первый раз назвал его по имени. — Я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы сохранить наше общение, но… если она не сможет это принять…       В спальне повисла звенящая тишина, которая начала сдавливать лёгкие. Возможно, ему так лишь казалось, потому что внутри была пустота, которую не заклеил бы ни один лейкопластырь. Влад заставил взять себя в руки и принялся застегивать рубашку. Одна пуговица. Вторая.       В голове всплыл её образ. То, в каком платье он встретил Варю в ресторане, то, как они неловко касались друг к друга на фотосессии, то, как она злись на него за то, что он умолчал о Руслане. И таких «то как» было бесконечно много. С момента их первой встречи и до сегодняшнего дня. Он искренне надеялся на то, что в будущем можно будет так же вспоминать всё, через что они прошли.       Он хотел, чтобы у них было это будущее.       Вероятно, Влад вновь абстрагировался от внешнего мира, погружаясь в мысли, и вероятно, когда Дракоша осознал, что Князев не реагирует на его сигналы, зверёныш решил прибегнуть к крайнем мерам, таким как укусить его за ногу.       Святой Сказочник, у него что, не было других игрушек? — Слушай, прекращай это делать.       Кот на его слова совсем не отреагировал — что было очень предсказуемо, — гордой походкой направляясь к одному из выдвижных ящиков письменного стола. Сел рядом и принялся выжидающе смотреть на Влада. — Даже не думай, — поправляя напоследок волосы, сказал Князев. — Я не собираюсь рыться в её вещах.       Дракоша, явно со скепсисом, фыркнул, всё ещё поскрёбывая лапой по материалу. Влад закатил глаза, забирая со спинки стула свой галстук, в котором был вчера, и собирался уже уходить из комнаты, когда услышал, как за спиной что-то зашуршало. — Ну нет…       Комок довольно зыркнул на него, стоя рядом с открытым ящиком. Не давая Князеву вновь возразить, он сунул мордашку внутрь, уже через пару секунд доставая оттуда прямоугольный кусочек картона — И что это?       Он честно не собирался рыться в Вариных вещах, но раз уж её кот сам настаивал на том, чтобы он посмотрел, что находится в ящике…       Влад наклонился, чтобы поднять с пола картонку, но, прикоснувшись к материалу пальцами, понял, что это фотография. Она упала картинкой вниз и разглядеть пока что можно было только надпись, находящуюся на обратной стороне.       Её почерк был очень узнаваем — каллиграфический, какому и учат обычно наследников, однако сама цитата вселяла слишком много непонятных эмоций.       23.05.2024; и это не было ошибкой       Влад нахмурился, не до конца понимая, что это значит, но, когда развернул фотографию к себе лицом, замер, не отводя с нее взгляд.       Он уже видел это фото. В десятках газет, в социальных сетях, кажется, даже в парочке журналов, но эффект оно всё равно произвело знатный.       Князев провел пальцем по фото, не зная, что говорить. Это была фотосессия. Его секундная растерянность. Её безграничная уверенность, смешенная с каплей смущения.       Их первый поцелуй.       Поцелуй, который она так долго пыталась отрицать. — Что ж… Ты заслужил вкусняшку, Дракон.

***

      Третий час подряд Варя сидела на месте, составляя отчёт по последним изменениям, что были произведены их командой, в Сказочном мире. Пальцы привычно печатали по клавишам ноутбука уже пятую страницу, когда волшебница позволила себе на секунду отвлечься, дабы распечатать несколько необходимых документов.       В кабинете стояла нерушимая тишина, однако мысли в её голове гудели, как рой пчёл, не давая ни минуты на расслабление. Если попробовать описать её самочувствие, то внутри было… неудовлетворительно. Да, наверное это слово было бы самым подходящим.       Каждый день с момента их последней встречи с Князевым длился неимоверно долго, что оказалось — при всём нежелании Вари признаваться себе в правде — отвратительным испытанием.       Если именно так теперь ощущалась её потребность побыть наедине с собой, то она, вероятно, погрязла в болоте под названием «голубоглазый засранец» глубже, чем думала.       А думала она действительно много — в её распоряжении оказалось аж четыре дня для того, чтобы вытянуть из головы всевозможные мысли, какие только могли её тревожить и, наоборот, давать повод расслабиться. Вторых, честно говоря, было меньше, но обе категории вращались вокруг одного и того же объекта.       Князев.       Она стала плохо спать, потому что мозг всё время анализировал этого, что б его, заносчивого аристократа. Честно сказать, Влад удивил её, когда не ворвался в её кабинет после всего, что произошло на утро после бара. Не то чтобы Варя этого хотела или ждала… Нет. Конечно, нет.       Ей всего лишь было любопытно, почему Князев не стал делать всё — а это было, кажется, заложено в его ДНК — по-своему. Она ожидала бури, которая ворвется в её небольшую обитель спокойствия, заставляя коктейлю эмоций взорваться в ходе жаркого спора. Ожидала, что они начнут пылко ругаться и возможно — возможно! — пылко мириться.       Ничего из этого не произошло и она совсем не расстроилась! Да и что хорошего было бы в том, если бы Морок отвлёк её от работы?       Это даже звучало крайне легкомысленно и несерьёзно.       Тот день и так прошел для Ветровой в напряжении — они со Снежкой представляли свой отдел на магической конференции, которая выпила из неё все соки, и выдержать визит Влада наверняка стало бы затруднительно.       Просто как факт: Варя могла поставить всё своё имущество на то, что Морок был в курсе во сколько заканчивается встреча.       Исходя из его характера, он мог бы заявиться в офис до обеда или, если уж на то пошло, вечером, потому что был прекрасно осведомлен о её предрасположенности засиживаться в офисе допоздна. Но вместо этого Варя получила в конце рабочего дня лишь ключи от своей квартиры и информацию о том, что Влада отправили в командировку на несколько дней.       «Иди ты к черту, Князев!», — она откинула в сторону папку с документами, зарываясь пальцами в волосы.       Стук в дверь не дал раздражению распространиться по телу ещё дальше. Отмахиваясь от собственных грёз, точно от надоедливых мух, Варя поправила причёску, принимая свою официальную позу. — Варечка, — при виде Алёны девушка тут же расслабленно опустила плечи. — Заканчивай сидеть за бумажками. Мы с девочками идём обедать, и настаиваем, чтобы ты присоединилась.

***

      От болтовни Алёны кружилась голова и, тем не менее, Варя довольно увлеченно слушала о последнем визите подруги к Ядвиге Петровне.       И, судя по новым обрывкам фраз, сказанных принцессой Сказочного мира, историю с Бабой Ягой она закончила уже как минут десять назад.       Варя за эти дни совсем растеряла какую-либо концентрацию — она не могла не заметить такого острого изменения в своём состоянии, а причина, к сожалению, не менялась и такая зацикленность на Князеве начинала её откровенно бесить. Если за работой она хоть немного отвлекалась от навязчивого образа, то во время перерывов её самоконтроль давал просто несоизмеримую трещину, в которую она то и дело проваливалась. — Владик!       Варя вздрогнула не столько от его имени, сколько от звонкого голоса Алёнки, что сидела по правую руку от неё. Девочки выбрали столик, благодаря месторасположению которого можно было рассмотреть всё помещение, так что неудивительно, что Рыжова заприметила Морока.       Удивительно было то, что никто даже не заикнулся о его сегодняшнем приезде!       Если бы её предупредили, она бы пожертвовала обедом и закрылась в кабинете.       Столкнуться с ним взглядом оказалось страшнее, чем получить выстрел в спину, потому что голубые глаза даже на таком расстояние умудрились пробраться ей в душу за считанные секунды.       Как бы она не хотела, чтобы Влад сменил курс направления, он всё равно продолжал подходить к ним всё ближе. С каждым его шагом её сердце делало кульбит, а щёки от подобного внимания к её персоне становились краснее.       Это было неправильно, но после всего, что они успели сделать, Варя уже не удивлялась ничему.       Князев, вопреки всем её молитвам, всё же подошел к их столику и игнорировать его стало невозможно. Его парфюм опасно пробрался в легкие, и приветствия девочек теперь отзывались в голове лишь отдаленным эхом. Когда хвойный аромат стал оказывать на неё такое влияние? Когда её ноги стали подкашиваться при его присутствии?       Несмотря на то, что Маша уже во всю спрашивала как прошла командировка, Влад всё равно продолжал смотреть ей в глаза, будто бы время остановилось.       Будто они остались в этом чертовом мире одни. — Влад, ну садись уже.       Голос рыжей бестии просочился в сознание, а в следующее мгновение Варя ощутила резкий толчок — Алёнка отодвинула её вместе со стулом в свою сторону, предоставляя Князеву место.       Разумеется, именно рядом с ней… — Привет, — наконец вымолвил он, и уголок его губ дрогнул в улыбке.       Боже, и давно его улыбка стала такой красивой? — Привет, — она надеялась, что её голос прозвучал не слишком тихо, но почти сразу поняла, что Влад её услышал.       Куда делась вся та храбрость принцессы Штормграда, которая была ей сейчас нужна как никогда?!       Признаться, Варя столько раз прокручивала в голове их следующую встречу, что предвкушала её настолько же сильно, насколько и боялась. Можно было официально объявить, что все её представления оказались напрасны — она никак не ожидала, что всё произойдёт так.       Варя не поняла в какой именно момент это произошло, но Князев отвел от неё взгляд и дышать стало чуть легче — кажется, девочки всё-таки утянули его в свою беседу, окончательно завалив вопросами.       В желудке стремительно переворачивалось и, беря в руки вилку, дабы заняться хоть чем-то, Варя с явной растерянностью осознала, что не съела даже половины своего обеда, слишком увлекшись размышлениями.       Подобное влияние на её разум не являлось ничем хорошим. Возможно, ей стоило бы обратиться к врачу и уточнить возможно ли потерять рассудок от присутствия рядом наглых Князей. Возможно, уточнить лечится ли это — чем бы это ни было.       Она постаралась ненавязчиво посмотреть из-под длинных ресниц на Влада, боясь признаться себе, что не видеть его эти дни было не самой простой задачей.       На мужском лице проступила небольшая щетина, а под глазами пролегла еле заметная тень усталости. Не будь она к нему так близко — навряд ли заметила бы эти не внушительные изменения, которые почему-то поселили в груди непонятное щемящее чувство. Захотелось предложить ему взять выходной, хотя сама Варя никогда так не делала.       Даже чтобы загнать её на больничный девочкам требовались определенные усилия…       В остальном Влад оставался всё таким же. Острые скулы, пронизывающе ярко голубые глаза, идеально уложенные волосы и такой же идеальный костюм. К нему хотелось прикоснуться, и Варя вовремя отдёрнула себя от этой мысли, потому что знала, что при его присутствии её тело переставало принадлежать никакому контролю кроме его собственного.       От этой мысли вдоль спины пробежали мурашки, вызывая покалывание в сосках и пока что не сильный трепет внизу живота.       Нет. Нет. Нет. Пожалуйста, только не при таком количестве людей…       Чувствуя, как щёки вновь приобретают румянец, Варя принялась за обед, на самом деле даже не рассчитывая на то, что какая-то картошка вытеснит из головы все те воспоминания, что только что окатили её волной жара. — …его презентация произвела впечатления, так что руководители обсуждали предложение по популяризации занятий в области невербальных заклинаний ещё на протяжении двух дней.       Ветрова понятия не имела чья презентация так восхитила организаторов, но от его невербального жеста невольно вздрогнула.       Проклятие.       Князев почти невесомо коснулся тыльной стороны её ладони пальцами, будто бы спрашивая разрешения.       Что-то ей подсказывало, что нужно кричать «нет», но Ветрова не могла вымолвить и слова.       Новое знание того, как могут ощущаться его пальцы на её более уязвимых зонах, дало сильный толчок ей в спину, чтобы она в одно мгновение свалилась в ад. Варе пришлось прикусить губу, чтобы не застонать, когда перед глазами появилась картинка их ночи, проведенной в Штормграде.       Нет, так низко она не опустится.       Краем глаза девушка заметила появившуюся на его потрескавшихся губах улыбку, и тут же почувствовала, как широкая ладонь сжимает её руку.       Её тело однозначно не должно было взрываться от его близости подобно фейерверку, но именно это оно и делало.       Варя понятия не имела сколько ещё они сидели в столовой. Может, прошло минут пятнадцать, но ей казалось, что она находится здесь уже вечность. По правде говоря, она могла бы просидеть ещё столько же. — Варя, всё хорошо?       Волшебница подняла взгляд на Снежку, что несколько взволнованно изучала её взглядом.       Всё не хорошо. И очень вероятно, что от его прикосновений у неё поднялась температура. — Да, просто… — усмешка Князева совершенно не помогла ей быстрее подбирать нужные слова. — Просто вспомнила, что не отправила в Департамент магии документы. Я… я, пожалуй, пойду.       Освободив свою руку, Варя спешно принялась убирать за собой тарелку. — Мне тоже пора работать, — голос Влада заставил её резко поднять на него взгляд. Какой же гадёныш. — Пойдём, Ветрова. Если ты не против, я тебя провожу.       Её подруги загадочно переглянулись между собой, заставляя расползтись смущение на её шее красным пятном. — Не против, — вопреки собственному внутреннему голосу кивнула Варя, покачиваясь на ватных ногах.

***

— Как всё прошло?       Варю несколько напрягало то молчание, в котором они поднимались на нужный этаж и в котором прошли уже половину коридора. Несколько раз она обратила внимание на Князева, но того, казалось, совсем не смущала тишина, окутывавшая их с каждым шагом в свои крепкие сети всё плотнее.       То ли он не видел необходимости начинать диалог — что было очень подозрительно, — то ли хотел, чтобы она заговорила первой. Ни один вариант, честно говоря, не вызывал у Ветровой должного воодушевления, но его расслабленное и несколько надменное выражение лица не давало покоя.       Князев выглядел так, будто узнал какой-то её грязный секрет и готов выдвинуть условия в обмен на своё молчание. — Как обычно, — Влад равнодушно пожал плечами, даже не повернувшись в её сторону. — Да и я, вроде как, потратил полчаса на то, чтобы рассказать всё твоим подругам.       Уголок его губ поднялся вверх в ухмылке, Варя нахмурилась сильнее. — Или ты витала в облаках? — К счастью, мы не в колледже, могу позволить себе отвлечься, — съязвила она, зачем-то проходя следом за Князевым в его кабинет.       Ей определенно не нужно было туда, но и возвращаться к себе, не выяснив ничего дельного, Ветрова не спешила. — Не спорю, — довольно хмыкнув, Влад прошел к столу, облокачиваясь на него ягодицами и складывая руки на груди.       На такое смотреть было по-настоящему опасно, и Варя в серьез начала задумываться о том, чтобы издать законопроект о помощи женщинам, которые работают в одном помещении с настолько сексуальными мужчинами. — Что-нибудь будешь? Чай, печенье, меня?       Она невольно поперхнулась от такой наглости, чувствуя, как по телу растеклась волна знакомого жара. Если Варя иногда и думала о том, что его телосложение так прекрасно ей подходит, то точно не собиралась в этом признаваться.       Какого чёрта он снова решил вести себя так откровенно-нахально?! — Как тактично, — язвительно фыркнула волшебница, машинально прикрывая за собой дверь, не сразу осознавая, что подобным образом закрыла одну из своих возможностей к отступлению. — А умалчивать о том, что я сказал ночью, по-твоему, тактично?       Захотелось сжать ладони в кулаки, чтобы впиться ногтями в кожу, и девушке потребовались определенные усилия, чтобы не выдать свою нервозность. Варя поняла, что он имеет в виду слишком быстро. Быстрее, чем могла бы сбежать из этого кабинета.       Прикусив губу, она перевела на Влада взгляд, пытаясь настроить все мысли на то, чтобы разобраться в его эмоциях. Он в свою очередь, как назло, скрыл всё за маской, которая буквально кричала «Я вывел тебя на чистую воду, можешь даже не пытаться».       Стало некомфортно.       А скрывать его правоту, судя по всему, стало бесполезно. Да, Варя умолчала о довольно важной половине его слов, и нет — ей не было за это стыдно. У неё были свои причины на то, чтобы оставить его слова отзываться лишь гулом глубоко в душе, дабы не разбивать сердце каждый чёртов раз. Снова и снова, пока разбивать станет уже нечего. — Ты молчал. Я решила, что ты не хочешь это обсуждать.       Плечи Влада дрогнули, а Ветрова всё так же продолжала неловко топтаться на месте. — Ты сейчас серьезно?       Если бы не вся эта ситуация, то ей бы доставил удовольствие тот факт, что маска Князева начала трещать по швам, словно была отдельным предметом гардероба. — Ты был пьян! — Но ты-то — нет!       Может, под алкоголем она и не была, но сказать что-то в ответ всё равно не смогла.       Раздражение, ударившее по щекам, резко подлетело по её личной шкале вверх, достигая точки невозврата. Точки, когда закричать было острой необходимостью.       Какая разница, в каком состоянии была Варя, если с недавних пор именно Князев стал причиной любого из её состояний?!       Она не заметила, как оказалась всего на расстоянии вытянутой руки от Влада, ощущая, какой громкий ритм отбивает сердце в её груди, как на кончиках пальцев искрится магия. — Ты идиот, Князев, несусветный идиот! Может, для тебя это будет открытием, но я без понятия, что творится в твоей голове, и это ещё невыносимее, чем твоя чертовски идеальная выдержка! Я не умею читать мысли, не знаю, что правда, а что ложь, потому что из твоего поганого рта всё звучит слишком правдоподобно! — Варя дернулась к нему ближе, хватаясь за лацканы возмутительно дорогого пиджака, который с радостью бы сейчас разорвала. — Так что либо говори прямо, либо прекрати делать мне больно, это, представь себе, ужасно раздражает!       Дыхание после гневной тирады сбилось, и теперь волшебница дышала через раз, не сводя с Князева пронзительного взгляда; она лишь на секунду задумалась о том, не сможет ли случайно стереть его таким образом в пепел. Руки предательски дрожали, пока пальцы всё ещё впивались в грубоватую чёрную ткань. Однако она точно была не грубее её желания ударить его по плечам. — Хорошо, я скажу прямо, — его серьезный, но довольно спокойный тон стал для неё ведром ледяной воды, которое привело в чувство.       Варя опешила, когда осознала, что расстояние между ними намного меньше, чем казалось в порыве гнева. Теперь же она могла с уверенностью сказать, что коснуться его губ не составило бы никакого труда.       Замерев, словно на неё наложили заклинание, Ветрова ожидала, когда же терпение Влада иссякнет, и он её оттолкнёт, однако минуты шли, а его руки всё ещё не предпринимали никаких попыток поскорее отстраниться от неё. — Во-первых, прекрати называть меня идиотом, это обижает.       Не это девушка ожидала услышать, но, тем не менее, бегло проанализировав свои слова, стыдливо опустила глаза. — А во-вторых, прости, — от его глубокого дыхания по телу бежали мурашки. — Я скажу честно и прямо. Мне тоже страшно. Страшно, что могу потерять тебя. Я не знал, что это может повлечь за собой такие последствия. Я никогда бы не сказал, что не люблю тебя, Ветрова, потому что это невозможно.       Её руки обессилено отпустили его пиджак, когда Варя осмелилась встретиться взглядом с голубыми глазами. Это было чистое стекло, в котором можно было увидеть своё отражение, и её голова начала кружиться, пока тело медленно утопало в искренности слов. — Если ты готова дать мне шанс… — он неловко поджал губы, прикрывая на секунду веки.       Может, пора было прекратить мучить их обоих? Может, стоило хоть раз не думать о будущем, и попробовать жить сейчас? Может… Может, её любовь была не таким уж и плохим чувством? — Я скучала.       Слова, так долго перекрывающие ей кислород, вырвались наружу, и Варя, привстав на носочки, обняла его, утыкаясь носом в шею и вдыхая успокаивающий хвойный аромат. Ей было это нужно, как никогда, и, если бы он отстранился, она бы, наверное, умерла.       Мужские руки уже в следующее мгновение заключили в кольцо её талию, притягивая к себе чуть ближе. И Варе стало спокойно. Впервые за все те дни, что она проводила одна в офисе и дома.       Это почему-то ощущалось интимнее секса, и, позволив себе небольшую слабость, волшебница оставила на его шее поцелуй, мягко поднимаясь к скулам и переходя, наконец, к губам. — Я тоже очень скучал, милая.       Князев нежно провел по её губам своими, успокаивающе поглаживая большим пальцем по её щеке. Варя и не заметила, что из глаз бегут слёзы, оставляя за собой на коже мокрые дорожки.