Traître

Риколит надеялся, что в пещере его поглотит тьма и он исчезнет, словно тень в лучах утреннего солнца. Жители деревни подыграли ему, обволакивая его молчание, как густой туман, который скрывает все следы. Прошло много лет, и его поступок, как старый, заброшенный дом, покрылся пылью времени. Риколиту было противно от себя, как от предателя, который случайно уронил ключи от своей души. Он не видел другого выхода, кроме как скрыться в этой сырой пещере, где его шаги заглушались эхом. Он не заметил, как за ним следили двое полицейских и глава деревни, словно тени, которые ждали своего часа. Они кивнули друг другу, как заговорщики, и ударили Риколита по голове, как молот, разбивающий камень. Маринетт смотрела на это, её глаза были холодными, как ледники, а губы искривились в ухмылке, как у кошки, которая поймала мышь. Она лишь хмыкнула, когда Риколит упал без сознания, словно сломанная ветка. Его поместили в сырую камеру, где он лежал неподвижно, как статуя, забытая временем. — Теперь ваша очередь, госпожа, — сказал работник, его голос был тихим, как шелест листвы. — Теперь свободны, — ответила Маринетт холодно, как зимний ветер. Те кивнули и исчезли, как тени, растворяющиеся в ночи. Маринетт осмотрела Риколита. Он не изменился, остался таким же, как и прежде, словно камень, который никто не смог стереть. Она замерла, увидев, как его тело зашевелилось, как спящий вулкан, который вот-вот проснётся. Он резко открыл глаза, но тут же зажмурился от яркого света, как цветок, который боится солнца. — Наконец-то ты очнулся, — сказала она ехидным голосом, который был похож на скрежет ножа по стеклу. Он дёрнулся, как марионетка, которую кто-то резко потянул за ниточки. Переведя взгляд на девушку, он понял, что это была она, его прошлое, его кошмар, его боль.