Жатва

      — Бланка, подъём! Просыпайся, женщина! Если бы я знал, что не добужусь тебя по утру — ни за что бы не позволил спать! — парень тряс спящую девушку за плечо. Бланка недовольно закряхтела, отворачиваясь от него, но в планы Красса явно не входил уикенд в брошенной хате. Он дёрнул её за руку, заставляя перекатиться на край настила и, как следствие, упасть на пол.       Девушка недовольно посмотрела на него сонными глазами, не понимая до конца, что происходит вокруг.       — Доброе утро, соня. Собирайся, Окрен сам себя не покорит!       — Как-то уж больно радостно ты говоришь для человека, который не спал всю ночь, — Бланка потёрла глаза руками и огляделась вокруг. Поленья в печи уже сгорели, на их месте остались лишь тлеющие угольки. Источником света в комнате были несколько восковых свечей, которые, судя по количеству стёкшего воска, горели уже давно. Красс стоял перед ней в той одежде, что принёс вчера. Надо признать, она ему была чертовски к лицу.       — Я говорю как человек, который за ночь смог решить проблему нашего передвижения.       — Да, а ещё как принарядившийся человек, — Бланка поднялась с пола, проходя к лавке с просушенной одеждой. Она увидела самую простую льняную рубашку, штаны, сапоги и широкий жёсткий кожаный пояс. Держа последний в руках, она повернулась к парню с немым вопросом в глазах.       — Это для того, чтобы твой позвоночник не ссыпался в трусы после целого дня верхом. Одевайся, я жду тебя снаружи, — Красс покинул комнату, оставив не до конца проснувшуюся девушку наедине со своими мыслями.       «Верхом? Это шутка какая-то?.. Как, вообще, это надевать?» — хмурясь, девушка всё-таки избавилась от своей настрадавшейся пижамы. В отличие от Красса, на котором одежда сидела идеально, рубашка Бланке была велика — длиной она достигала середины бедра. Наконец справившись с одеждой и шнуровкой на поясе, Бланка потушила свечи и вышла наружу. Яркое солнце сразу же её ослепило.       — Выглядишь неплохо, слушай, — раздался голос Красса откуда-то сбоку. — Ты гляди-ка, даже пояс приручила.       — Правильнее будет сказать, корсет. Мне кажется, он отпечатается у меня на кишках.       — Ты всегда такая ворчливая по утрам или делаешь для меня исключение?       — Я не буду отвечать на твои дурацкие вопросы, — произнесла Бланка, пальцами распутывая свои волосы. От купания в солёной воде они стали жёсткими и непослушными. Свежий морозный ветер заставил её невольно поёжиться. Когда глаза привыкли к солнечному свету, девушка смогла разглядеть местность вокруг. Это были отвесные скалы, среди которых спряталась маленькая деревушка. Буквально, в одну улицу. Вокруг царило запустение — покосившиеся заборы, выбитые двери, разбитая посуда и провалившиеся крыши. Всё вокруг было покрыто инеем, который звонко хрустел от каждого шага. Обернувшись, девушка увидела своего спутника, сидевшего на огромной бочке около пристройки. Подойдя ближе, Бланка впала в ступор. Под навесом стояли две осёдланные лошади.       — Лишь один вопрос, — смогла из себя выдавить девушка, оправившись от шока. — Как и когда?       — Это уже два вопроса. Пока ты спала. Я долго думал над тем, как нам добраться до Секеричей. Решил, что пешком будет слишком долго и утомительно. Особенно в такую непостоянную погоду. Поэтому одолжил их у ребят недалеко отсюда.       — Прямо-таки одолжил? — девушка скептично приподняла бровь.       — Хватит разговоров. Ты умеешь держаться в седле? — Красс слез с бочки. Только сейчас девушка заметила на его плечах плащ.       — Мог бы и мне накидочку прихватить, раз такой заботливый. А насчёт седла — я какое-то время занималась на ипподроме. Может быть, что и вспомню, — произнесла Бланка, осторожно подходя к буланому коню и протягивая руку к его морде.       — А я и прихватил, — Красс подошёл к девушке со спины, кладя на её плечи тяжёлый плащ, внутренняя часть которого была отшита мехом. — Раз тебя ничему не нужно учить — прыгай в седло. Будем выдвигаться.       Бланка завязала плащ спереди на пару шнурков и откинула глубокий капюшон на спину. Также девушка обнаружила прорези для рук, что не могло не радовать, это решало сразу несколько функциональных проблем — и поводья удобнее будет держать в движении, и сам плащ будет меньше распахиваться.       Бланка осторожно, старясь не напугать животное, провела ладонью по его шее.       — У них есть имена?       — Не знаю, у меня не было времени интересоваться, — бросил Красс, внимательно наблюдая за девушкой.       — Они хотя бы сытые?       — Бланка, мне кажется, ты тянешь время. Ты ο себе так не заботишься. Ты сама-то в последний раз когда ела?       Слова Красса невольно всполошили в голове девушки чувство голода, ο котором она забыла на фоне пережитого стресса. Фыркнув в ответ, девушка ухватилась за седло и поставила ногу в стремя. Конь не шелохнулся.       — Дружище, это наше с тобой первое знакомство, будет славно, если ты меня не убьёшь, — произнесла Бланка и вскочила в седло. Конь всё также стоял на месте, не высказывая никакого недовольства.       — Неплохо… Мне не показалось? Ты разговаривала с конём?       — Тебе не показалось, — Бланка несильно пришпорила коня, выезжая на нём из-под навеса. На удивление, он её легко слушался. — Он какой-то слишком спокойный.       — Это обыкновенный боевой конь. Он будет спокойным, даже если рядом с тобой упадёт стена, — Красс оседлал второго коня и на нём подъехал к девушке.       — Получается, имён у них нет?       — Получается так.       — Тогда мой будет Рутом.       — Какое странное имя для коня…       — Сказал мне Красс Церетр, — Бланка закатила глаза, удобнее перехватывая поводья. — Поехали. Сам же мне говорил, что времени у нас не так много.       — Постой, не торопись. Возьми это, — парень протянул два кинжала средней длины в ножнах. — Я надеюсь, они тебе никогда не понадобятся.       — У меня всё ещё вопросов больше, чем ответов.       — Это нормально, — Красс пожал плечами, изучая взглядом местность. Сперва казалось, что скалы образовали непроходимую стену.       Парень потянул за поводья, ведя коня к каменной гряде. Как только путники приблизились, Бланка увидела тонкую тропинку между камнями.       — Когда-то это называлось веной, — пояснил парень.       — Почему именно веной? — Бланка всеми силами пыталась удержать равновесие, но её неумолимо мотало в седле несмотря на то, что конь передвигался шагом.       — Эта дорога — единственное, что связывало Лиман с остальной сушей. Дальше — только скалы.       — Возвращаясь к разговору про Бруккорта, могу сказать, что он очень плохой стратег.       Красс лишь молча повернулся назад, смерив девушку непонимающим взглядом.       — Ты ведь говорил, что он пытался подчинить себе местных. И прибегал к совершенно разным способам. Только, как по мне, самый очевидный способ — лишить их «вены», просто обрушить на неё камни или поставить какой-нибудь блок-пост. Во втором случае, можно было даже заработать на въезжающих и выезжающих путниках. Всё гениальное — просто, — девушка пожала плечами.       — Чудно, что тогда тебя не было, — парень фыркнул, накинув на голову капюшон. Было понятно — разговор окончен.       Как только скалы остались позади, путники припустили коней галопом. Красс чётко знал, куда они едут, да и в седле он держался превосходно, в отличие от девушки. Уже через час верхом у неё болело всё, что только можно. Даже те мышцы, ο существовании которых она не догадывалась.       Вокруг была залитая солнцем местность. Постепенно начинался лес. Маленькие молодые сосны торчали то тут, то там. Бланка как-то пропустила тот момент, когда они сменились более взрослыми. Чем дольше путники скакали, тем ближе подступали деревья к дороге с двух сторон.       А вскоре вновь пришлось замедлить лошадей. Лес достиг такой густоты, что передвигаться можно было только друг за другом по узкой тропе. По бокам был валежник, из которого стеной торчали близко растущие осины.       Но что-то постоянно не давало покоя девушке. Что-то неизвестное тревожило её, мешало сосредоточиться.       Как только вдалеке показались очертания деревни, Красс остановил коня, напряженно прислушиваясь. Для Бланки такая остановка была буквально необходимой передышкой. Она отпустила поводья и наклонилась к шее коня, обхватив ту руками. Это была жалкая попытка снять напряжение со спины.       — Какое-то странное место… Словно нет здесь никого... — устало протянула Бланка.       — Насчет «никого» — я бы очень поспорил, — Красс выглядел напряжённым. Морриган посмотрел по сторонам, приподнимаясь в стременах. Он выискивал дорогу. По известной лишь ему причине парень не хотел приближаться к этим домикам. Но у путников не было выбора. Путь был только один. Нахмурившись, девушка молча посмотрела на попутчика, медленно садясь обратно.       Красс молчал. Вокруг было слышно только шелест ветра в кронах. Даже птицы не пели.       — Мы здесь совсем не одни, — в полголоса произнёс парень, наматывая поводья на кисти. — Бланка, держись крепче. Упадёшь — считай, что погибла.       Девушка едва успела последовать его совету, как конь парня сорвался с места. Бланка поспешила следом. Мелкие ветки то и дело появлялись перед лицом, отчего смотреть перед собой было невозможно. Всё тело было напряжено, в голове носилась лишь одна мысль «не выпасть из седла, ни в коем случае не выпасть». С трудом глядя перед собой, Бланка поняла, ο чем говорил Красс. Грядой домиков была покинутая деревня, обнесённая когда-то высоким неприступным забором. Сквозь открытые настежь разбитые ворота было видно сгоревшие жилища.       Как только они приблизились, Бланка услышала множество голосов. По тональности было сложно предположить, кому они принадлежали. Приглядевшись, она увидела около десятка карликов. Их лица выглядели совсем неестественно — огромные, похожие на свиные, уши, длинные горбатые носы, похожие на зубочистки клыки во рту вместо нормальных зубов.       Видимо, появление всадников для карликов было большой неожиданностью, поскольку они сразу подняли крик. Бланка увидела, как один из них поджёг факел и побежал в сторону огромного костра. Зазвонил колокол. Всё вокруг превратилось в какую-то страшную какофонию.       Внезапно послышался неистовый крик и хруст. Конь Красса оступился, и девушка вырвалась вперёд, но через миг попутчик нагнал её. Обернувшись, она увидела, что на земле лежал карлик, голова которого превратилась в кровавое месиво. Сдержав рвотный позыв, девушка лишь крепче уцепилась за поводья и пришпорила коня. До ворот на выходе из поселения оставалось несколько метров, как вдруг они начали закрываться. Оставалось молиться, чтобы этим существам не хватило сил закрыть их до того момента, пока всадники не покинут деревню. Красс преодолел ворота первым, Бланка — следом. В нескольких сантиметрах от ее головы пролетел топор и застрял в толстой древесине. Секунда, и тяжёлые створки были закрыты. Страшно было представить, что бы случилось, не успей они покинуть поселение. Сложно было сказать, спасены ли путники. Бланка обернулась и увидела всполыхнувший огромный костёр на одной из стен. Некоторые карлики перебрались через высокий забор и на своих двоих пустились в преследование, но так догнать наездников было невозможно. В землю воткнулись стрелы, которые, к счастью, не достигли своих целей.       Красс резко свернул с дороги, уводя коня в глубь леса, который на этой стороне был несколько реже. Девушка не успела среагировать также быстро, из-за чего ей пришлось какое-то время догонять Красса, который двигался по траектории, известной лишь ему. Парень то и дело скрывался за поворотами, терялся в высоких зарослях. Они летели, не разбирая дороги, Бланка слышала, как от усталости начал хрипеть Рут. Девушка молила всех, кого знала, чтобы конь не споткнулся, преодолевая очередное препятствие в виде поваленного дерева.       Парень замедлился, только когда крики за их спинами стихли. Он остановил коня, сразу же спрыгнул на землю и принялся осматривать животное на наличие травм. Бланка последовала его примеру. Девушка чувствовала, как дрожат её коленки. В попытке аккуратно вылезти из седла, она запуталась ногой в стремени и упала на землю. И без того беспокойный Рут испугался и чуть было не поднялся на дыбы, однако Красс среагировал молниеносно — он схватил поводья и притянул голову коня к земле, а затем приложил руку ко лбу животного. Рут успокоился. От следов бешеных скачек остались только взмыленная холка и тяжелое дыхание.       — Не убилась? — Красс вытащил ногу девушки из стремени и помог ей подняться.       — Всё в порядке, если так можно сказать, — произнесла Бланка, отряхиваясь от пыли и иголок. — Что это только что было?       — Гоблины, — парень вернулся к осмотру своего коня.       — Ага… Гоблины… Чудесно… Что дальше? Пауки размером с лошадь, ο которых ты говорил? — Бланка повысила тон, раздражённо глядя на спутника.       — Если не перестанешь верещать — обыкновенные волки.       — С ним всё будет в порядке?       — Нет, думаю, травмы несовместимые с жизнью, — произнёс Красс, выпрямляясь и отряхивая руки. Обернувшись, он наткнулся на изумлённый взгляд девушки. — Так… Думаю, мы ο разном… Ο ком ты?       — Я про твоего коня.       — А я про того, кого переехал. С Яреком всё в порядке, отделался лёгким испугом. Ноги целы.       — Ты назвал коня Яреком? — девушка приподняла бровь, глядя на вороного жеребца.       — Ой, отстань. Пошли, надо двигаться.       — Хочешь сказать, ты знаешь — куда?       — Я слышу реку. Сначала выйдем к ней. Там будет видно.       Парень перекинул поводья коня вперёд и последовал вглубь леса.       — Ты можешь объяснить, что произошло? — спросила девушка после затянувшейся паузы.       — Я смотрю, ты любитель поболтать. Просвещаю. Это были гоблины Бруккорта. Мы были на их землях. Видимо, они истребили очередную деревню и строят сейчас там укрепления.       — Почему они так отреагировали на нас?       — Не на нас, а на меня. На морриганов у них аллергия. Мне кажется, в них это при рождении закладывается. К тому же, мне доводилось встречаться с самим Бруккортом. Ничем хорошим эта встреча не закончилась. Мы утащили у него ведьм, которых он держал в клетке для каких-то своих целей. Я прихватил глаз Бруккорта.       — Это какой-то артефакт?       Красс усмехнулся. Он остановился, снял со своих плеч плащ и перекинул его через седло.       — Нет, просто глаз.       — Мерзость.       — Знаешь, чем богаты…       Путь до реки занял несколько часов. Лес был густой. По земле расползлись толстые корни деревьев, ο которые с лёгкостью можно было споткнуться. Кроны настолько плотно смыкались, что солнечный свет сквозь них пробивался с трудом.       — Это место называется Туманный лес, — первым нарушил молчание парень, когда впереди замаячил берег.       — Почему?       — Если смотреть на него с северо-запада, создаётся впечатление, что круглые сутки в нём стелется туман. Ну, и всякое разное тут обитает. Смотри, — парень остановился и пальцем указал на валун.       Бланка присмотрелась и увидела на нём обнажённую девушку. Она перевела непонимающий взгляд на парня, а тот лишь лукаво улыбнулся.       — Это русалка.       — Они же опасны, я читала, что…       — Могут защекотать насмерть или утопить, да-да. А ещё вампиры чеснока и осиновых кольев боятся. Пошли, ничего она нам не сделает, — Красс двинулся вперёд.       Как только они вышли на берег, незнакомка их сразу же заметила. Она угрожающе зашипела, принимая оборонительную позу.       — Ты уверен, что прямо-таки ничего? — шепнула Бланка, невольно заходя за спину парня.       — Кровью пахнешь… Смертью пахнешь… — голос русалки был мелодичным. Приблизившись, Бланка поняла: она не собирается атаковать. Она напугана.       — А от тебя тиной болотной несёт, — Красс закатил глаза, подходя к реке и отпуская поводья коня. Ярек опустил голову к воде и жадно принялся пить. Бланка последовала примеру парня и отпустила коня. — Давай договоримся, ты не трогаешь нас, мы не трогаем тебя.       Русалка молчала. Она смотрела то на Красса, то на Бланку, но спустя некоторое время сдалась. Она спустилась на траву, но приблизиться так и не решилась.       — Как вы здесь оказались? Кто твоя спутница, морриган?       — Мы хотим добраться до Секеричей. Пришли с востока. Эта девушка — проклятье Красной Луны.       Бланка всё это время стояла и рассматривала русалку. С виду это была обыкновенная девушка. Её кожа была фарфорово-белой. Казалось, что она изнутри слабо-слабо светится. Длинные волнистые волосы имели лёгкий зеленоватый оттенок. Но больше внимание привлекали глаза. Они были жёлтые с чёрными зрачками. Белков видно не было. Бланка не сразу заметила, что в руках незнакомка держит венок из ромашек.       — С востока… — протянула русалка. — Сёстры говорили, что там появились гоблины. Они уничтожают всё вокруг себя. Как вы выжили?       — Застали их врасплох и нагло скрылись в лесу. Я смотрю, сюда редко кто захаживает, раз вы на поверхность повылазили, — Красс сел на траву рядом с кромкой воды и упёрся локтями в свои колени.       — Ты не собираешься меня убивать?       — Сказал же, что нет, — Красс повернулся к Бланке и пояснил: — Понимаешь, нечисть нечисти — рознь. У таких, как она, есть разум. Она не бросится на кого попало.       — А ты — дитя Красной Луны? — позабыв про страх, русалка приблизилась к Бланке. — Какая же ты красивая. Но тебе здесь нельзя! Тебе здесь опасно! — бессвязно залепетала утопленница.       — Почему? Почему опасно? — Бланка растерянно смотрела то на Красса, то на незнакомку.       — Страшный человек тебя найдёт. Он придёт за тобой.       — Это она про Кальдера говорит, — Красс лениво потянулся и обратился к русалке, — слушай сюда, синяя. Раз ты тут обитаешь, значит, где-то есть деревня. Мы очень хотим есть. Было бы славно ещё помыться. Покажешь дорогу?       — Так, Заболотье совсем рядом. Перейдёте речку — увидите холм. Сразу за ним и будет. Там есть трактир, — русалка заинтересованно разглядывала Бланку и уже протянула руку к её волосам.       — Лапы отрублю, — угрожающе бросил Красс, поднимаясь на ноги.       Утопленница моментально отскочила и спряталась за валуном.       — Почему она не ныряет? — тихо поинтересовалась Бланка.       — Чего-то ждёт. Куда ты дела пижаму свою?       — Она в седельной сумке.       — Когда только успела… — Красс тяжело вздохнул. — Отдай ей её. Она нам помогла.       Бланка мигом достала из пристёгнутой к седлу сумки смятую пижаму и подошла к русалке.       — Спасибо тебе, — девушка протянула ей одежду. Утопленница несмело взяла её и моментально нырнула под воду. Речка была несильно глубокой, но русалки след простыл.       — Пошли, нам пора, — Красс похлопал девушку по плечу и сел верхом на отдохнувшего коня. Легко пришпорив его, он поехал вдоль берега.       — Зачем ей моя пижама? — Бланка вскочила в седло и направила коня следом.       — Откуп обыкновенный. Не говори, что про это ты не читала.       — Не читала.       — Просвещаю ещё: считается, что за помощь русалке нужно отдать ткань или какую-то вещь. Она ей накроется сама или накроет своего ребенка.       — У них дети есть?       — Разумеется. Это разумные существа. Они не злые. Коварные скорее, но не злые. Топят в основном мужиков. Гулящих, кстати. А людских детей они любят как своих — помогают им, если те заблудились, отгоняют от них зверей. Да и в принципе, они не враждебные, — Красс повернул коня в реку и бросил девушке, — езжай за мной следом. Тут брод.       Бланка послушно поехала следом. Русалка не соврала. За холмом действительно было небольшое селение. Девушке на секунду показалось, что она почувствовала запах еды. Через Заболотье проходила укатанная двухколейная дорога. По улице важно ходили гуси. Был слышен лай собак. Одним словом — было слышно жизнь.       Трактир находился на самом въезде в деревню. Он был окружён простеньким деревянным заборчиком. У входа стояла коновязь, под которой в аккурат находилось корыто с чистой водой.       Оставив лошадей, путники зашли внутрь. В помещении царил полумрак, пахло едой и выпивкой. Было шумно. Красс подошёл к румяной плотно сложенной женщине в фартуке, видимо хозяйке этого места.       — Добро пожаловать, гости! — начала она, гостеприимно раскинув руки. — Чего желаете? Налить? Или положить фирменной похлёбки Старого Кабана?       — От еды мы бы не отказались. Налей нам по кружке медовухи и, так уж и быть, фирменной похлёбки, — произнёс Красс, садясь за первый попавшийся стол.       — Я-то налью, только деньги будь добр вперёд, милёнок.       Взгляд Бланки метнулся на парня. Как он выкрутится из этой ситуации? Откуда возьмёт местные деньги? Но Красс оставался всё также спокоен. Он опустил руку в карман штанов и достал оттуда три монеты. Положив их на стол, парень взглянул на Бланку. Он кивнул головой в сторону лавки на противоположной стороне стола, приглашая присесть.       Женщина взяла монеты и рассмотрела их, одну даже сжала зубами.       — Здесь намного больше, чем стоит ваша еда, господа, — растерянно произнесла та.       — Здесь не только за еду, но и за информацию. Подойди, как мы поедим, я задам пару вопросов.       Женщина молча кивнула, как будто такая просьба для неё — обыденность. Бланка окинула взглядом помещение. Обычный деревянный сруб, угловатая простая мебель, на стенах висели рога животных. Желудок свело от запаха еды, а рот наполнился слюнями. Девушка чётко понимала, даже если ей принесут землю в котелке — она это съест. Но земли в котелке не последовало. Совсем скоро всё та же женщина принесла им две глубокие миски какого-то густого супа и кружки. Трактирщица удалилась, оставив молодых людей наедине с едой.       Бланка уже потянулась за ложкой, как Красс произнёс: — Не ешь большими кусками, потом станет плохо.       — И без тебя знаю.       Похлёбка оказалась очень вкусной. Это сложно было назвать супом. Скорее, это было мясное рагу. Бланка даже удивилась, как из таких простых ингредиентов получилось настолько вкусное блюдо. Хотя никто не исключал чувство голода, несколько притуплявшее рассудок. Расправившись с едой, Бланка решилась отпить из кружки. Она никогда раньше не пробовала медовуху. Напиток был немного гуще, чем вино, с приятным сладким вкусом и пряным ароматом. Бланка почувствовала, как от первого глотка начало согреваться тело.       Закончив есть, Красс отодвинул тарелку и рукой подозвал к себе трактирщицу.       — Вижу довольные лица, вам понравилось?       — Очень вкусно, спасибо, — произнесла Бланка, делая ещё один глоток.       — Расскажи-ка лучше вот что. Как нам добраться отсюда до Секеричей. По восточной дороге, говорят, опасно, — парень опёрся локтем ο стол, глядя женщине в глаза. Та на мгновение задумалась, поправляя свой передник в это время.       — По восточной дороге уже несколько лет не ездит никто. Как гоблины проклятые понастроили своих стен, так и не ездит никто. Первое время они просто грабили повозки, а потом убивать начали. Сейчас все по Большому Тракту ездят. Он как раз прямо через Секеричи идёт. Прямо до Креоля.       — Не слышал ο таком, а как на него выехать?       — Так по дороге езжайте на север. Там одна единственная развилка с указателем будет. Дорога укатанная, не заблудитесь. Только с дороги не уходите! В лесу всякое лихо есть! — трактирщица погрозила пальцем.       Красс усмехнулся, а затем спросил: — Слышала что-нибудь про Аттиана Лере?       — Про оружейника-то? Про него разве только на Селизийских островах не слышали. Говорят, выдающийся мастер. Его мечами Окрен одержал победу в многолетней войне! Останавливался, кстати, недавно, дня два назад. В Секеричи возвращался, дово-ο-ольный, как объевшийся сметаны кот. Видать, мечи свои продал купцам заморским за хорошие деньги.       — Что ж, спасибо тебе, хозяйка, но пора нам. Дай нам в дорогу чего-нибудь, и бутыля два медовухи налей, — парень поднялся со своего места.       — Конечно-конечно, сейчас всё сделаю, — женщина забрала пустую посуду и спешно удалилась.       — Вставай, Бланка. Пора.