Временная петля Мономы

Я стоял перед экраном, который Шигараки использовал для общения со своим Сэнсэем, и у меня в груди поднималась ледяная волна тревоги. Монитор включился, но я ничего не видел. Похоже, трансляция велась из темной комнаты. Слегка были различимы какие-то медицинские трубки, и ничего больше. – Приветствую. Я Все За Одного, основатель Лиги Злодеев, – донесся мощный голос из динамиков. Все в комнате дернулись, кроме меня. Я рухнул на колени, парализованный страхом. – Я вижу, тебе поведали пугающие истории о моих действиях, – произнес он, сделав паузу, прежде чем продолжить. – Нейто Монома. Он назвал мое имя, и это заставило меня задрожать. Я явно недооценил, насколько ужасающе было даже слышать его голос, не говоря уже о том, чтобы находиться в его присутствии. – Мне... жаль, — хрипло отозвался я. – У меня... было некоторое представление, которое мне внушили. Все За Одного рассмеялся. – Это общество героев распространяет слухи о моих злодеяниях, наводя ужас на всех, кто со мной сталкивается. Они и словом не обмолвятся о безмерной доброте, на которую я способен, – он снова выдержал паузу. – Но это не единственная причина, по которой ты меня боишься, не так ли? — Нет, это… — я запнулся, сомневаясь, как к нему обращаться. — Как мне…следует вас называть? Он тихо посмеивался. – Ты можешь обращаться ко мне так, как пожелаешь, — он умолк на пару секунд. – Нейто. Когда я слышал, как он озвучивал мое имя, к горлу подступала тошнота. Даже мои одноклассники не звали меня Нейто. – Тогда... я буду называть вас Сэнсэй, как Шигараки. Если бы я не произносил “Все За Одного”, может, мне было бы легче с ним разговаривать. — Ну что ж, ученик, — сказал он тоном, который казался почти саркастичным. – Почему ты так боишься меня? Вероятно, какая-то из его причуд могла распознавать ложь. Мне следовало отвечать максимально честно, даже если это уменьшало мои шансы завоевать доверие злодея. Я глубоко вздохнул, прежде чем ответить. – Ваша причуда… Сэнсэй, — это слово сорвалось с моего языка, словно я проглотил рвотное средство. – Меня пугает, что вы отнимите у меня мою причуду. Он снова хохотал, но я сомневался, что его смех должен был разряжать обстановку. – Тебе не нужно бояться потери своей причуды, Нейто, если ты будешь послушно выполнять мои приказы. Кроме того, — он снова сделал паузу, как будто желая убедиться, что завладел моим вниманием. – В данный момент мне не интересна твоя причуда, Нейто. В сочетании с моими собственными способностями это излишне. Я позволил себе почувствовать облегчение и на мгновение расслабиться. Меня не волновало, если бы потом все омрачилось, сейчас мне это было необходимо. – Твоя причуда — не более чем копия моей. Эти слова ударили меня под дых. – Если я желаю завладеть какой-либо причудой, я просто забираю ее. В твоей причуде нет нужды, поскольку она во всем уступает моей. Я совсем поник, вжимаясь в пол, если это вообще было возможно. Я был практически счастлив узнать, что он не хотел красть мою причуду. Но понимание того, что он лишь не собирался посягать на столь никчемную и бесполезную причуду, опустошило меня самым немыслимым образом. — Томура передал тебе мой подарок? Рука Сецуны? Это больше походило на предупреждение, а не на подарок. – Да... Он передал, Сэнсэй. – Замечательно! А знаешь, почему я подарил тебе это? — Чтобы… показать сходство между мной и Шигараки? Рука на его лице принадлежала его отцу, верно? А ту, что вы мне подарили, принадлежала моей однокласснице. Вы хотите, чтобы мы сблизились? – Что ж, это определенно было одной из причин. Но главная причина заключается в вечном напоминании. Хотелось, чтобы у тебя всегда было что-то, заставляющее тебя помнить, как ты предал своих одноклассников. Мне бы хотелось забыть это. – Этот подарок будет важным напоминанием о том дне, когда ты наконец стал злодеем. “Наконец стал злодеем” — сказал он. Не просто “стал злодеем”. Как будто это был вопрос “когда”, а не “если”. — Это все, что я могу сказать тебе сейчас, Нейто. Но знай, я с нетерпением жду твоего выполнения моих команд. И, конечно же, команд Томуры. Экран потемнел. Я сделал глубокий вдох. Я и не заметил, как сильно колотилось мое сердце во время разговора. Мое первое общение с “Сэнсэем” прошло не по лучшему и не по худшему сценарию, да и вряд ли это имело значение. Мне было ясно, что даже если он мне не доверял, мой новый Сэнсэй не считал меня угрозой. Возможно, он даже разглядел во мне шпиона и позволял мне это только потому, что пребывал в полной уверенности, что я не способен его остановить. – Он очень добрый человек, — заверил Шигараки, поднимая меня с колен. — Тебе не нужно его бояться. Я и сам хотел бы не бояться. – Верно, – с неловкой улыбкой ответил я. – Просто плохое первое впечатление. Твайс снова обнял меня, и на этот раз я это приветствовал. Я бы с радостью принял объятия от кого угодно в данный момент. – Первое, что тебе нужно сделать, — объявил Шигараки, — это научиться контролировать причуду Твайса. Я кивнул и проследовал за Шигараки и Твайсом в спортзал. Мне вручили листок, на котором были записаны параметры всех членов Лиги Злодеев, включая меня самого. — Возможно, ты не захочешь начинать с себя, — сказал Шигараки. Я скопировал причуду Твайса, прежде чем создать второго Шигараки. Двойник Шигараки в замешательстве оглядел комнату. – Ты — двойник. Ты был создан, чтобы проверить, сможет ли Монома скопировать причуду Твайса, — объяснил настоящий Шигараки. – Ага, — отозвался двойник, а затем распался. – Похоже, никаких трудностей с копированием самой причуды не возникает, – сказал я Шигараки. – Попробуй удвоить себя, – кивнув, предложил он. – Подожди, Шигараки! — прервал нас Твайс. – Если он удвоит себя… Он умолк на полуслове. – Есть ли какая-то опасность в том, чтобы использовать причуду на себе? – напрягся я, переводя взгляд с одного злодея на другого. – Твайс использовал ее на себе. Это привело к тому состоянию, в котором Твайс до сих пор. – Что конкретно послужило причиной этого? – Твайс часто командовал своими двойниками, как будто он был королевской особой, – ответил Шигараки, принявшись чесаться. – Они подняли восстание, привязали его к стулу, спорили о том, кто из них настоящий, и поубивали друг друга. Я повернулся к Твайсу. Он сгорбился, обхватив себя за плечи, как испуганный ребенок. – Есть ли способ предотвратить подобное? — спросил я Шигараки. – Используй двойников только для мелочей. Не относись к ним как к постоянным слугам. Я применил причуду Твайса к себе. Странно было видеть себя, когда передо мной отсутствовало зеркало. Мой двойник испытывал то же замешательство, что и предыдущий, прежде чем встретиться со мной взглядом. – Другой я? – слегка удивилось оно. Твайс свернулся клубочком на полу и застонал. – На самом деле, ты - двойник, — встрял Шигараки. Двойник продолжал смотреть мне в глаза. – Мы не боимся смерти, верно? – Нет, не боимся, — отозвался я.