Система предубеждений

«Он не знает сколько времени проходит, когда они сворачивают под навес, но весь этот путь Чимин не сводит своего взгляда с силуэта Юнги перед ним».

Чимин замечает, что Юнги совмещает работу где-то в городе с работой дома. Юнги занимается мастерингом, он работает со своим лучшим другом и мужем своей сестры по совместительству. Чимин узнаёт об этом из переписки с альфой, и вопрос этот сам задаёт, когда понимает, что знает о Юнги совсем немногое. У Юнги дома маленькая студия, которую в прошлый раз Чимин не увидел — не было повода. Юнги прислал фото оттуда с подписью «тут скромно, поэтому если захочется посмотреть на настоящих музыкальных гигантов, то могу провести с экскурсией в нашу главную звукозаписывающую студию». На фото отнюдь не скромно. Чимин видит широченный рабочий стол, на который вмещаются два монитора, клавиши, стопка тетрадей, массивные многоуровневые колонки, микшерный пульт и несколько приборов, название которых омега банально не знает.

Чимин:

«Да, кажется, о скромности ты не слышал 🙂»

Юнги: «Но это правда немногое оборудование. Я здесь ничего не записываю, только свожу готовые дорожки»

Чимин:

«Ладно-ладно, убедил. Но ты совсем не шумный сосед несмотря на твою работу»

Юнги: «Наушники — наше всё»

Чимин:

«Так значит ты всё равно выбрал творческую профессию🧐»

Юнги: «Да, к другому душа не лежит. Но у меня так-то диплом экономиста»

Чимин:

«Серьёзно? Дядя, из тебя такой же экономист, как из меня Мона Лиза»

Юнги: «Ахахах вообще-то я был довольно неплох, ладно?» «И ты конечно с Мона Лизой не сравнишься, но ты стал бы отличной альтернативой Кстати об этом» «Чимин-а, у меня на плёночном фотике ещё восемнадцать кадров осталось. Хочу добить уже плёнку. Сегодня вечером. Может быть ты захочешь пойти со мной?»

Чимин:

«Что ты хочешь пофотографировать?»

Юнги: «Город. Обожаю вечерний Сеул, особенно на закате. Просто пройтись по улицам, возможно ограбить вагончик с корн догами»

Чимин:

«Звучит неплохо. Тогда сегодня вечером»

Омега смотрит в экран телефона на переписку и шалеет сам с себя. Он только что согласился на прогулку с альфой? Да, Юнги вроде как хочет просто пофоткать, и чтобы скучно не было, позвал с собой Чимина. Но это уже достаточно много значит для омеги. Он откладывает телефон и смотрит на время в углу рабочего монитора. Сегодня суббота — сокращённый день, значит уже к четырём он будет дома и сможет спокойно собраться, ведь смеркается теперь достаточно поздно. Тэхён маячит перед ним, таская коробки с готовыми заказами на склад. Он лепечет о чём-то с Чимином, но омега отвечает через раз, слушая также вполуха. И это, конечно, не остаётся незамеченным. — О чём призадумался, душа моя? — Тэхён падает в соседнее кресло за стойкой и закидывает одну ногу на бёдра Чимина. Тот охает от неожиданности. — О том, что буду делать дома после работы, — отвечает омега, облокачиваясь на спинку кресла. Тэхён понимающе кивает. — Есть варианты? — Ну… ладно, на самом деле, вечером я собираюсь прогуляться с одним знакомым, так что думаю, что бы такое надеть, чтобы не вспотеть от жары в начале и не застыть от холода, когда солнце зайдёт. — Действительно трудная задача, — прыскает Тэхён, однако этот вопрос актуален каждое лето. Смена заканчивается быстро. Удивительно даже, потому что по ощущению короткие смены нарочно тянутся дольше. И вот они с Тэхёном уже закрывают двери фотосалона, выйдя на душный и жаркий воздух. Оба омеги недовольно стонут, потому что находиться на улице в такую погоду совершенно не хочется. Они идут к одной станции метро, но садиться им на разные поезда. Перед тем, как отпустить друга, Чимин ловит его за локоть. — Тэ… слушай, — омега смотрит в ответ заинтересовано. А Чимин с неловкостью в голосе продолжает, стараясь звучать достаточно громко, чтобы шум поездов не заглушал голос. — Я сегодня иду на встречу с одним альфой. Не мог бы ты быть на связи вечером? На всякий случай. Тэхён смотрит лишь слегка удивлённо. Кажется, он искренне хочет скрыть свои истинные эмоции, а потому сдержанно кивает. — Волнуешься? — Немного. Он хороший, правда, просто я… — продолжает Чимин, чувствуя, как неконтролируемо щёки заливает румянец. Тэхён видит это и спешит приободрить друга, не заставляя его вдаваться в смущающие подробности. — Я всё понял. Действуем по обычной схеме. Если ты почувствуешь, что хочешь уйти, неважно почему, напиши мне. Пускай кодовым словом будет… «апельсин». Напиши мне «апельсин», и я позвоню тебе. Отмажем тебя. Чимин смотрит сначала из-под ресниц, а после хихикает несдержанно. Тэхён надувает губы на такую реакцию и шлёпает по плечу. — «Апельсин», ладно, я понял. — Не смейся ты, боже, — улыбается однако тоже Тэхён. — Ладно, мне пора. Хорошо тебе сегодня провести вечер. Чимин благодарно кивает, поджимая губы. Ни насмешек от Тэхёна, ни недоумения, ни вопросов он не получил, от чего испытывает невероятное облегчение. Тэхён знает, что как только Чимин будет готов, он поделится всеми новостями: что этот альфа за человек, как зовут, сколько лет, кем работает и как выглядит. Но пока что омеги прощаются, оба спокойные от банальной договорённости между ними. Дома Чимин выворачивает шкаф наизнанку в попытках подобрать одежду. Он повторяет себе как мантру «это не грёбаное свидание, Пак Чимин», но всё равно желание выглядеть хорошо овладевает им. Он злится на себя за разведённый беспорядок, но всё-таки выуживает из кучи вещей позабытый им когда-то оверсайз лонгслив с тонкими цепочками. В нём нет ничего особенного, и при этом он не выглядит слишком буднично. Юнги приходит, как и обещал, к половине восьмого. Он выглядит скромно, но любимые свободные шорты в этот вечер меняет на прямые джинсы. Альфа улыбается, складывая фотоаппарат в сумку через плечо. И пока Чимин выходит из квартиры, закрывая дверь на ключ, он думает о том, как же Юнги чертовски хорошо идёт эта чёрная рубашка и выглядывающий ворот белой футболки. — Отлично выглядишь. — Тебе идёт чёрный. Они говорят одновременно, после чего оба замирают на месте. Юнги смеётся первым, и Чимин подхватывает его, широко улыбаясь. Неловкость первых секунд встречи сходит на «нет», когда Юнги говорит, что сегодня точно будет ярко-алый закат и они обязаны дойти до рынка Намдэмун. Идти прилично, поэтому часть пути приходится ехать на метро, но и это оказывается полезно, потому что Юнги делает на станции несколько фотографий. Чимин слушает Юнги, который время от времени рассказывает о своём дне, но и сам отвечает уверенно, когда от альфы звучит вопрос. Постепенно разговор гармонично укладывается меж ними, вопросы и рассуждения уместны и интересны. Чимин искренне принимает участие в диалоге, заинтересованный в том, что альфа думает насчёт той или иной темы. Оказывается, Юнги абсолютно открытый и искренний человек. Он не болтает о себе каждую секунду, но и от вопросов не увиливает. Чимин узнаёт, что Юнги не планирует заниматься вождением, потому что не уверен до конца в скорости собственной реакции. Несмотря на то, что права у него есть, как и некоторый опыт вождения, но всё это не для него. Юнги сам научился музыке. Когда-то в детстве мама научила его играть на фортепиано несколько мелодий, но этого хватило, чтобы детский интерес пустил в нём корни и не отпускал по сей день. Со своим лучшим другом, Намджуном, он познакомился в университете. А тот познакомился с его сестрой, Джиюн, случайно, когда та по просьбе брата принесла забытый дома реферат. Юнги был первым, кто узнал о беременности старшей сестры. А ещё Юнги, оказывается, первые шаги в фотографии делал на цифровую мыльницу, но в старшей школе сестра подарила ему профессиональный фотоаппарат. Уже после Юнги изучил множество техник, набил руку и освоился в фотошопе. Первые деньги с фотосессий пошли на покупку плёночного фотоаппарата и нескольких катушек. С этими атрибутами Юнги не расстаётся по сей день. — Хорошо, что в школе прознали о моей любви к фотографии почти что под самый выпуск. Так бы подрабатывал за «спасибо» школьным фотографом, — усмехается альфа и жмурится от яркого солнца, что склонилось к горизонту. Свет и правда алый. Чимин оглядывает полупустую улицу. Фасады зданий, десятки наружных блоков кондиционеров, несколько автоматов с охлаждающими напитками и три-четыре выцветшие вывески частных магазинчиков. — Чимин-а, можно я..? Юнги показывает на камеру и окидывает взглядом местность. Чимин кивает, понимая, чего тот хочет. Юнги находит подходящий ракурс и на счёт «три» щёлкает его. Чимин чуть неловко ведёт плечами и смотрит на альфу, а тот улыбается довольно. — Жаль нельзя сразу посмотреть плёнку, — вздыхает он. — Но на телефоне тоже есть камера. Позволишь? Кадр отличный выходит. — Да, конечно. Юнги достаёт из сумки телефон и, чуть присев, делает несколько фотографий. Чимин от затянувшегося молчания чувствует возрастающее волнение, которое тут же маскирует смешком. — Хён, ты слишком сосредоточен, — выдыхает омега. — Ещё бы, я не могу упустить такой красивый кадр, — альфа меняет ракурс и подходит немного ближе, беря его лицо более крупным планом. — Хён, — Чимин глядит в камеру из-под ресниц. Он не привык фотографироваться, а уж делать портреты — подавно. — Ты очень красивый, знаешь? А с этим светом так и вовсе… — зачарованно говорит Юнги, кажется, ничуть не замечая в своих словах ничего лишнего. Он честен, каким и был всегда. Чимин удивлённо смотрит в камеру, а затем поворачивается вбок, позволяя взять в кадр профиль лица. — И ещё один кадр на плёнку. И я отстану от тебя, клянусь. Юнги быстро меняет в руках телефон на фотоаппарат и когда Чимин несдержанно улыбается, быстро щёлкает, оставаясь полностью удовлетворённым сегодняшним уловом. — Эй! Ты не предупредил, а я не был готов. — Неправда, я поймал самый лучший кадр только что. — Боже мой, ну хватит, — смеётся Чимин громко, уже не сдерживаясь. Он идёт дальше по улице, пряча руки в карманы джинсов, не замечая, как на плёнке становится на ещё один кадр меньше. Он чувствует вибрацию телефона в кармане. Омега смотрит в экран и замечает сообщение от Тэхёна. Тэхён: «Пупс, всё хорошо?» Чимин оглядывается на Юнги, а тот плетётся позади. Затем он присаживается на корточки и фотографирует на телефон не замеченную омегой кошку, развалившуюся на плиточной ступеньке. Омега коротко улыбается.

Чимин:

«Да. Думаю, помощь не понадобится»

Тэхён: «Ок. Но напиши, как будешь дома. Если не напишешь, я пойду в полицию»

Чимин:

«Понял-понял, спасибо, Тэ»

Чимин возвращается к Юнги, сидящему на корточках ради хорошего кадра спящей кошечки. Омега и сам тянется за телефоном, чтобы быстро щёлкнуть представшую картину. А затем он вытаскивает из сумки альфы фотоаппарат и делает ещё одно фото. — Там осталось всего два кадра. Будь мудрым, — предупреждает Юнги, когда понимает, что его только что нагло обворовали да ещё и сфотографировали на скорую руку. — О, я достаточно мудр и знаю, на что уйдут эти два кадра. Вставай ко мне спиной и смотри… вон на ту крышу, — омега отдаёт приказы точно и безукоризненно, а Юнги с улыбкой подчиняется. Встаёт спиной, поворачивает голову и смотрит на нужную крышу. Под козырьком висит переливающаяся на закате музыка ветра, которая очень тихо позвякивает от едва ощутимых потоков воздуха. — Угу, не двигайся. Щёлк. Фото сделано. — А теперь посмотри на меня, — Чимин входит в роль фотографа уверенно. Он смотрит в видоискатель сосредоточенно, выравнивая композицию по центру. Юнги мягко улыбается и наклоняет голову набок. Когда Чимин добирается взглядом до лица альфы, то абсолютно по-дурацки зависает. Тот смотрит так мягко, с лёгким прищуром из-за ласкающих кожу последних лучей солнца. Омега коротко сглатывает и делает фото, не сразу отнимая камеру от лица. Плёнка закончилась, поэтому Юнги благодарит за помощь и убирает шумно закручивающий катушку фотоаппарат в сумку. Солнце садится, но небо всё ещё горит там, где оно последний раз коснулось горизонта. Воздух сразу становится прохладнее, а вдалеке слышится гул людских голосов. Они совсем рядом с рынком Намдэмун. Видимо, омега выглядит слишком задумчивым, раз Юнги решает осторожно поинтересоваться у него, хочет ли он продолжить прогулку. — О конечно, хён. Прости, я задумался немного. — Хорошо. Как только захочешь домой, говори. А пока… ты голоден? — Честно? Да. До того только на работе перекусывал. — Непорядок. Идём тогда за стрит фудом. Они доходят до рынка быстро, а там едва не теряются в потоке людей. Слишком много как местных, так и туристов. Юнги идёт впереди и постоянно оборачивается, чтобы не потерять омегу. В Чимина несколько раз врезаются, после чего извиняются, конечно, но всё равно неприятно. Он отстаёт от Юнги, но быстро находит в толпе растерянный взгляд альфы. — Боже, Чимин, извини. Я не подумал, что тут сегодня может быть столько людей, — говорит Юнги, когда они находят друг друга в галдящей толпе. — Сегодня же суббота, хён, — улыбается Чимин. — Всё в порядке. Веди, куда хотел. Чимин не знает, что творит, когда берёт альфу за руку. Первым. Но он знает, что сейчас это уместно — так они точно не потеряются. И ему нравится наблюдать за тем, как меняется выражение лица Юнги. От лёгкого волнения с извинением до благодарности с увлечённостью. Омега знает, что не был бы против, если бы Юнги сам предложил взяться за руки, но первый самостоятельный шаг ощущается так правильно. Он сам решает, как будут развиваться их отношения и может сам это контролировать. Это чувство дарит спокойствие. Юнги сплетает их пальцы, когда идёт вперёд, держа руку за спиной. Чимин поспевает за ним, глядя в затылок. Он не знает сколько времени проходит, когда они сворачивают под навес, но весь этот путь Чимин не сводит своего взгляда с силуэта Юнги перед ним. — Здесь небольшое кафе. Давай посмотрим, есть ли места? — предлагает Юнги, оборачиваясь к нему. Чимин согласно кивает, не уводя взгляд в сторону ни на секунду. Место, на удивление, есть. Причём только за одним столиком, который они быстро занимают. Чимин пролистывает меню, а Юнги, кажется, и так весь ассортимент знает, потому что заглядывается только на напитки. — Чимин, ты не будешь против, если я угощу тебя? В качестве благодарности за фотографии. — Хорошо. Но в следующий раз плачу я, — парирует омега с улыбкой. — Договорились, — без недовольства отвечает альфа. «Следующий раз», — думает Чимин, сам себе не веря. Это что получается, один вечер так основательно снёс ему голову? Юнги подзывает официанта коротким движением руки, а Чимин смотрит на него и думает, как это его угораздило. Они вкусно ужинают, венчая вечер комфортным разговором. Чимин рассказывает про свою учёбу и про необходимость скоро возвращаться к занятиям. Юнги спрашивает про преподавателей, ведь он учился в том же университете и может кого-то знать. Они находят общий язык, когда обсуждают преподавателя по истории Корё, который вёл курс и у Чимина в прошлом году, и у Юнги в его студенческие годы. Они смеются, когда оба цитируют его один в один. Оказывается, преподаватель не меняет свою тактику уже несколько лет, даже используя одни и те же выражениями. Но когда еда съедена, напитки выпиты, а вечер уже граничит с началом ночи, Юнги предполагает, что им пора домой. Омега соглашается, несмотря на то, что домой он вовсе не спешит. Они выходят из кафе, благодаря работников за отличную еду. Снаружи оказывается уже не так многолюдно, поэтому они идут плечом к плечу. Чимин прикусывает губу, когда напоминает себе, что теперь брать альфу за руку нет необходимости. В квартале от рынка они заказывают такси и доезжают до дома в комфортном полумраке автомобиля. Переговариваются негромко и сидят, соприкасаясь коленями. Чимину спокойно, но между тем несколько волнительно от стольких эмоций за один вечер. Он отлично провёл время — это факт. Но что будет дальше? Что об этом думает Юнги? Омега не знает, боится он завтрашнего дня или же ждёт его. Лёгкое волнение от непонимания собственных чувств и реакции на них держит его в ожидании. Что будет дальше? Юнги коротко касается его колена ладонью, чтобы показать фото, сделанные на телефон. Чимин там сначала стоит в лучах солнца безумно красивый, хотя даже сам о себе такого не знал. А на следующих фото выглядит смущённым. Юнги тихо смеётся, листая галерею. Но затем спрашивает, может ли выложить одно фото к себе в профиль, на что получает тихое согласие. Из такси они выходят молча, и поднимаются по лестнице без разговоров. На своей площадке они благодарят друг друга за вечер, но прощаться почему-то никто не спешит. От их молчания датчик звука даёт сигнал лампе потухнуть, и подъезд погружается в темноту. Из-за света фонарей в окнах мрак не пугает. Наоборот, Чимин видит неловкую квадратную улыбку Юнги и сам не знает, что между ними сейчас происходит. — Знаешь, я бы мог проявить плёнку. Завтра. На работе, — предлагает Чимин. — О, правда? Да, было бы отлично, спасибо. Юнги достаёт из сумки фотоаппарат и ловким движением рук извлекает катушку, после чего протягивает омеге. — Спасибо за вечер, Юнги, — скромно говорит Чимин, всё также боясь нарушить тишину. — Это тебе спасибо. Без тебя было бы совсем не то. Что ж… пока. Они прощаются коротко и как–то скомкано даже. Не под стать этому вечеру. Свет загорается снова, смущая, когда раздаётся звон ключей и поворот замков. Когда Чимин оказывает один в квартире и сбрасывает обувь, то пишет другу короткое сообщение.

Чимин:

«Я дома».