Остров невезения

       После памятной рыбалки традиция устраивать совместный выходной прижилась в его распорядке. Каждый такой день был непохож на предыдущий, поскольку Боруто не повторял одну и ту же «программу». Одним из самых запоминающихся был день, когда они готовили шашлыки. Приготовленные им под руководством Боруто мясо и рыба на углях оказались настолько вкусными, что ему хотелось ещё не раз повторить этот необычный опыт. За неизведанные ощущения от обыденных примитивных занятий ему и нравилась компания сына Хокаге. Но провести целый день на пляже — это уже перебор… Разморённый солнцем, он лениво поднялся с шезлонга и двинулся к мальчишке. Из огромной бесформенной кучи песка, с которой он его оставил, появились неплохо детализированные здания и дома. Разглядев их повнимательнее, Ишшики презрительно усмехнулся. — Соскучился по дому, Боруто Узумаки? В голубых глазах отразились безмятежное небо и лёгкая грусть. — Хотел бы я вернуться домой, но… — на его губах появилась горькая усмешка. — Лучше б мне остаться здесь с тобой навсегда, сенсей. Опять! Чёртов Момошики опять нашептал ему что-то такое, от чего мальчишка впал в уныние, невзирая на свой неубиваемый оптимизм. — Для тебя это, безусловно, лучший исход, — злорадно улыбнулся он. — Ведь когда мы вернёмся, то… — наступив на песочную резиденцию Хокаге, он на миг представил, что она настоящая, и ощутил искреннюю радость. — Я уничтожу весь твой жалкий мирок! Боруто флегматично наблюдал за тем, как он разрушает его труды. Растоптав всю песочную Коноху, он всмотрелся в его глаза, ожидая увидеть отголоски страха и боли. Но мальчишка поглядел на него в ответ, как на недалёкого дурачка, который сделал это от нехватки ума. — Знаешь, сенсей, иногда мне кажется, что у вашего вида закрепилась генетическая мутация, отчего ваш эмоциональный интеллект так и остался на зачаточном уровне. Паршивец увернулся от посоха и отбежал к морю. — Вот видишь! А я говорил, что у тебя проблема с контролем негативных эмоций! Он сегодня же заберёт у него все книги по психологии. Эти попытки поставить ему диагноз уже начинают бесить. Мальчишка кинулся навстречу морским волнам с жизнерадостным воплем. — Присоединяйся, хватит жариться на солнце! Он замер на месте, вспоминая тот единственный в своём роде «отпуск», устроенный им Виктой. Хитрый старикашка пытался подмазаться к каждому внутреннему, но в итоге никому не угодил. Только Дипа от души повеселился напоследок, с особой жестокостью поубивав весь персонал гостиничного комплекса. У него не возникло ни малейшего желания вновь растечься под жаркими лучами или присоединиться к Боруто. Приземлившись на влажный песок, он запустил в него руки. Придавая начальную форму легко разваливающейся массе, Ишшики осознал, что показавшаяся ему пустяковой работа не так уж и проста. Бестолковое занятие увлекло его, и он потерял счёт времени. Пока он возился в песке, пытаясь добиться идеального результата и превзойти уничтоженную Коноху мальчишки по сложности исполнения, тот наплавался вдоволь и оккупировал его шезлонг. Закончив с самым трудным — крышей, что опадала раз пять, он подошёл к Боруто и стянул с него свои солнечные очки. — Вставай. — А? — сонно заморгал тот. — Мы пойдём играть?.. — Я хочу, чтобы ты посмотрел. — Так ты уже закончил! — резво подскочив с места, он подбежал к его творению из песка и восхищённо воскликнул: — Ничего себе! Это обалдеть как круто, Ишшики-сенсей! Разглядев каждую деталь высокого здания, Боруто с любопытством уставился на него. — Это же не просто задумка, а что-то значимое, да? — Отчасти, — он опустился на корточки, чтобы ещё раз осмотреть плоды своего труда. — Это место, где я долгое время существовал на грани между жизнью и смертью. Храм, в котором Джиген был послушником. — Вот как, — мальчишка помрачнел. — А он ещё существует или ты уничтожил и его тоже? — Если и так, то я не прикладывал к этому руку. Я же не варвар. — Да ну, правда что ли? — он раздражающе громко рассмеялся над его словами. — Значит, уничтожать целые планеты — это вовсе не варварство для тебя? — Молчи уж, ничтожный червяк, — одним ударом он разрушил храм из песка, стерев из реальности свидетельство своего сентиментального порыва. Боруто встал и потянул его за предплечье. — Доставай ракетки и пошли играть! Второй раунд игры в теннис он всухую проигрывал. Его маленький оппонент источал такую бешеную энергию, словно не уставал, а напротив, подпитывался от беспощадного полуденного солнца. Пропустив очередную подачу, он убрал спортивный инвентарь. — Всё, хватит. Мне надоело. — Но, сенсей! — заскулил мальчишка. — Это ж так весело! — Вот тебе утешающий приз, только не ной. Он протянул ему стаканчик с ванильным мороженым, и глаза Боруто изумлённо расширились. — Ого! Спасибо огромное! Достав себе порцию шоколадного мороженого, он вернулся к шезлонгу и спрятал голову от палящих лучей под большим пляжным зонтом. Не стоит переоценивать возможности совершенного тела и рисковать стать первым Ооцуцуки, схватившим солнечный удар. Он и без этого испытал немало позора на проклятом острове. Быстро слопав мороженое, мальчишка навис над ним, состроив щенячий взгляд. — А можно ещё? — Нет. — Ну пожалуйста, сенсей! Я уже, считай, полтора года как не объедался мороженым! — А мне наплевать. — Раз так, то ты не оставил мне выбора! — сложив незнакомую печать Боруто покрылся облаком белого пара. — Техника Гарема! Пять длинноволосых и пышногрудых девиц облепили его со всех сторон. Он уронил полупустой стаканчик с мороженным на песок. — Ишшики-сама! — с томным придыханием протянули девицы. — Будьте так добры угостить нас мороженым! Вопреки холодному рассудку, его тело бурно отреагировало на явный обман. Сердце забилось быстрее, а кровь прилила к щекам. Он разозлился на подлый приём и, активировав бьякуган, определил среди теневых клонов настоящего Боруто по скрытому следу кармы. Опрокинув пискнувшего мальчишку на песок, он склонился и прошипел ему на ухо: — Ты хоть осознаёшь, что и с кем ты это делаешь? Или у тебя совсем нет инстинкта самосохранения, маленький идиот? Глупо захлопав длинными ресницами, тот совершенно невинно спросил: — Ты чего, сенсей? На солнышке перегрелся? — Если ты ещё не в курсе, то у взрослого мужчины есть определённые потребности… — он красноречиво взглянул на обтянутые нескромным купальником большие груди. — Или мне преподать тебе урок полового воспитания?.. Наивные голубые глаза расчётливо сощурились, и он ощутил сильнейшую боль в паху от удара коленом. Гадкий мальчишка вылез из-под него и громко расхохотался. — Как можно так обращаться с невинной девушкой?! — возмущённо заверещали остальные девицы. — Похотливый козёл! От боли глаза защипало слезами. Он скрючился на песке, представляя, как разорвёт их всех на мелкие куски. — Момошики просил тебе передать, что ты неудачник, — продолжил издеваться паршивец. — Он сейчас от смеха второй раз помрёт! — Сучёныш!.. Он высечет его до полусмерти! Девицы исчезли с хлопком, и ставший собой Боруто положил руку ему на лопатку. — Ты прости уж, сенсей. Я перестарался. Но ты и сам виноват! Напугал меня этим своим сальным взглядом. Буду теперь знать, что блондинки в твоём вкусе. Он забрался обратно на шезлонг. Боль понемногу начала отступать. На него навалилась усталость, и растерзать чёртового мальчишку перехотелось. — И с чего ты решил, что блондинки в моём вкусе? Боруто усмехнулся: — Ну я ж не слепой. И у тебя к тому же кровь с носа пошла. Проклятье! Даже не заметил!.. Он вытер под носом тыльной стороной ладони, и его замутило от вида собственной крови. Разволновавшись, он перепроверил оставшийся срок жизни. Жизненная энергия была на прежнем уровне. Ещё приблизительно сутки по земному времени и два роковых звона по местной безумной системе. Если, конечно, её принцип работы останется тем же, попросту не убив его в любой момент… Сердце сдавило в груди, как в тисках, и ему резко перестало хватать воздуха. — Эй, тебе плохо?! — мальчишка затормошил его, обеспокоенно заглядывая в лицо. — Ты прям посинел! Блин, пойдем-ка отсюда поскорее! Похоже, ты действительно перегрелся на солнце! Страх внезапной смерти сковал его волю. Он не мог сдвинуться с места. У него еле как получилось активировать сукунахикона. — Унеси меня отсюда. Боруто подхватил его на руки и побежал в лес, но тень и едва ощутимая лесная прохлада не приносили ему облегчения. — Чёрт! Ты так дерьмово выглядишь! Что мне делать?! — испуганно затараторил мальчишка. — А ты захлопнись, урод! Ты не помогаешь! Он немного пришёл в себя, когда Боруто побрызгал его холодной водой из ручья. Приступ удушья прошёл, но в груди ещё кололо от наплыва страха. У него не было сил вернуться к обычному виду. — Сенсей, ну ты как? — прошептал мальчишка. — Ты так напугал меня! — Плохо. Мне надо в убежище, — он с трудом приподнялся. — Верни меня туда. — Хорошо, но… — Боруто старался держать его ровно. — Я же не знаю, где оно. Подскажи хотя бы, в какой стороне искать. С трудом сориентировавшись, со сбитым ощущением координат, он указал ему направление: — На юго-запад. Иди к возвышенности за озером. Прикрыв глаза, Ишшики обмяк на тёплой ладони. Он не умирает. Он всё ещё жив.

***

Боруто обошёл весь крутой холм по кругу, но так и не обнаружил ничего похожего на вход. Тревожить изморённого пришельца не хотелось, но другого варианта у него не было. — Сенсей, — он позвал его шёпотом. — Мы вроде на месте… Маленький Ооцуцуки зашевелился и встал, оперевшись на его указательный палец. — Туда. Подойдя к высокой земляной насыпи, он непонимающе заозирался и, наконец, увидел это. Издали похожая на торчащую корягу изогнутая полая трубка вызвала у него недоумение. А потом Ишшики, пошатнувшись, поднялся и, став ещё меньше, пролетел прямо внутрь неё. — Эй! Впусти и меня тоже! — волнуясь, выкрикнул Боруто. Ничего не происходило, и он прокричал в трубку повторное требование. Земля вдруг зашевелилась и вертикальным слоем отошла от остальной насыпи. Ооцуцуки стоял, прислонившись к обратной стороне толстой металлической двери. — Проходи. Боруто заскочил в узкий проход. Дверь захлопнулась, и под потолком загорелись светодиодные трубки-лампы. Он застыл, увидев электрические провода, спускающиеся вдоль тоннеля. Это только вход. Как же тогда обустроено само убежище?.. — Спускайся поживее. Он обернулся к Ишшики. — Ты выглядишь неважно. Уверен, что дойдёшь сам? Тот снова уменьшился и сел ему на плечо. Он быстро сбежал вниз по ступеням. Ещё одна металлическая дверь вела в другой подземный тоннель. Чуть шире предыдущего, этот тоннель так же вёл вниз. Боруто ускорился, спускаясь в неизвестность, и уже не удивился, когда в конце оказалась дверь. За ней ждало «приятное» разнообразие: тоннель был прямым. Дойдя до его конца, он удивлённо выдохнул. Двери не было. Арочный проход открывал вид на очень просторную пещеру. Холодный подземный воздух обдал его кожу, и Боруто поёжился. Впопыхах он убежал в лес в одних плавках и сандалиях, не надев даже майку. Огромные сталактиты и сталагмиты внутри пещеры были покрыты чем-то голубым и светящимся. Присмотревшись поближе, он понял, что это какие-то причудливые грибы, испускающие споры-светлячки в воздух. — Сенсей?.. — покосившись на плечо, он нервно вздрогнул. Пока он отвлёкся на окружающий вид, Ишшики ослаблено повис на нём. Осторожно взяв его на руки, Боруто посмотрел на него, подмечая неестественную даже для Ооцуцуки болезненную бледность. — Иди прямо, — отреагировал тот, и он поспешил последовать указанию. Продолговатая подземная пещера вела в очень тёмный сужающийся проход. Решительно шагнув в темноту, Боруто зажмурился от вспышки света. Они оказались внутри каменного кармана, обставленного мебелью. Под невысоким потолком горели длинные лампы, испускающие холодный свет. Похоже, что тут установлены датчики движения и есть какой-то скрытый источник питания… Встряхнувшись от лишних мыслей, он аккуратно уложил пришельца на чёрный диван. — Сенсей, ты там живой? Тот тихо, вымученно вздохнул и вернулся к нормальному размеру. Бегло осмотревшись вокруг, Боруто стянул тонкий плед с чёрного кресла и накрыл им Ооцуцуки, что, как и он, был в одних пляжных плавках. Почему-то у него никак не получалось вспомнить первую помощь людям, ставшими жертвами солнечного удара. И, разнервничавшись, он рявкнул на Момошики, облокотившегося на спинку дивана и разглядывающего Ишшики с надменным довольством: — Чего ты вылупился, мудак?! Как мне ему помочь? — Ты никак ему не поможешь. Он уже одной ногой в могиле. — Иди к себе, — отмахнулся Ишшики. — Я скоро буду в порядке. — Никуда я не пойду, пока ты такой!.. — Беспомощный, да? — хмыкнул он. — Не мельтеши перед глазами. Боруто отошёл от него и, присев на кресло, оглядел обстановку. Довольно простенькая, обезличенная мебель, преимущественно тёмных оттенков, омрачала и без того унылые стены пещеры. На журнальном столе и стеллажных полках располагалось минимальное количество вещей. «Комната» не выглядела жилой. В её глубине, за ширмой виднелась крыша душевой кабинки. От этой роскоши ему стало завидно, и теперь он знал, что пожелает, когда обыграет Ооцуцуки в следующий раз. Зазевавшись, он чуть не упустил того из виду. В руке Ишшики появился знакомый бокал. Он успел выбить его, ударив по запястью, и тот разбился, упав на пол. Брызнувшее вино растеклось красной лужицей. — Какого чёрта ты делаешь?! — накричав на него первым, Боруто в порыве эмоций треснул по подлокотнику. — Тебе разве можно сейчас пить, балда?! Разномастные глаза сузились в злые щёлки. — Я сказал тебе уйти, паршивец! — Ну теперь-то я точно никуда не уйду! Ишшики выругался на него инопланетной бранью и, привстав на локтях, уже спокойнее произнёс: — Принеси мне воды. Здесь должен быть полный графин. Опасаясь подвоха, он не спускал с него глаз переливая воду в найденный стакан. Но тот вёл себя прилично. Отодвинувшись к спинке дивана, Ишшики изучал рассыпанную перед собой горку запакованных пачек. — Помочь тебе найти таблетки? — Я сам справлюсь. Вытащив блистер из безымянной синей упаковки, он взял у него стакан и выдавил пару таблеток. — Вот так-то лучше, — с облегчением выдохнул Боруто. — Хватит пугать меня, глупый старик. Ощущение неправильности сказанного настигло не сразу. Но когда до него дошло, как именно он обратился к врагу, ему захотелось побиться головой об стену. К счастью, Ишшики этого не заметил. В отличие от Момошики. Мерзкий паразит расплылся в злорадной улыбке: — Твоя сыновья забота просто очаровательна! Но смотри не расплачься, когда твой второй папочка сдохнет у тебя на глазах! Он показал ему неприличный жест обеими руками.