suicide boy(s)

Минхо торчит на работе, когда получает звонок от Чонина. Дома ему не для чего и совершенно не хочется находиться, ведь теперь различные уголки его квартиры напоминают ему о Сынмине. Диван, на котором они впервые поцеловались, сначала с пьяным, а потом и трезвым Сынмином; кухня, где Сынмин готовил свою ужасающую на вкус подгоревшую яичницу, которую Минхо слопал до последней крошки, получив в награду счастливую улыбку младшего; спальня, где они медленно изучали тела друг друга, после засыпая вместе. Тошно теперь находиться в собственном доме. На работе его, хотя бы, окружают животные и минимум людей. Так что в десять вечера Минхо по-прежнему сидит в своем кабинете, просматривая рабочие записи. После разговора с Чаном легче ему не стало, но он хотя бы смог выплеснуть какие-то эмоции. Он чувствует себя обузой на плечах старшего, в очередной раз убеждаясь, что ему не следует иметь каких-либо близких связей. Но с Чаном невозможно было не подружиться даже такому нелюдимому человеку, как он. У Минхо появилось желание забыться, как он это делал ранее. Пойти и хорошенько нажраться, возможно, потрахаться с рандомным человеком. Хоть как-то вытеснить мысли о Сынмине из головы до конца своих дней. В то же время ему хочется сорваться с места, помчаться в квартиру к Сынмину и прижать его к себе крепко-крепко, долго извиняясь за все. Он ужасно скучает по его присутствию, по его теплу рядом, по тону голоса, когда он чем-то недоволен или возмущен, по ощущению его кожи, губ. Минхо умрет с мыслями о нем, он в этом уверен. Звонок телефона вырывает его из раздумий. Минхо сначала удивляется имени Чонина на экране, а потом пугается, ведь зачем ему звонить, если не из-за Сынмина?  – Чонин-а, что стряслось? - пытается спокойно говорить Минхо, когда отвечает на звонок, но голос его дрожит. – Приедь и забери своего парня из моей квартиры. До Минхо не сразу доходят слова Чонина, но за несколько секунд он успевает удивиться, испугаться и, наконец, запаниковать. – Что-то случилось? - он уже не скрывает беспокойства в голосе, поднимаясь с места и быстро собирая вещи. – Ты случился. В его жизни, - недовольно фыркает Чонин, – С ним все нормально. Просто приезжай. Он хочет поговорить. – Скинь адрес, я скоро буду. Минхо пулей вылетает из клиники и ловит такси с руки, чтобы как можно быстрее добраться до дома Чонина. Он ничего не объяснил про состояние Сынмина, поэтому Минхо оставалось только догадываться, что привело его в квартиру к другу и почему именно он, а не сам Сынмин, звонил ему с просьбой приехать. Минхо готов молиться всем богам и высшим силам, чтобы он ничего плохого с собой не сделал.  – Скажите, мы можем как-то объехать эту пробку? - Минхо нервно стучит по ручке сидения в автомобиле, обращаясь к водителю. Несмотря на прогрессивное постапокалиптическое будущее, машины не летают по воздуху, как в Пятом элементе, а ездят по твердой земле, поэтому избежать пробок не получается. Несмотря на позднее время сегодня, вероятно, проходит какой-то фестиваль, отчего по пути и скопилось большое количество авто, выстроившихся в один ряд. – Другие дороги перекрыты сегодня, вам только пешком, если сильно торопитесь, сэр. Минхо передергивает от этого обращения. Так как сейчас в одном месте, по сути, живут представители самых разных культур и стран, люди, порой, могут по-разному называть одни и те же вещи либо же обращаться другу к другу. Минхо никогда не нравилось это «сэр» - он сразу чувствовал себя снобом.  – Сколько нам ехать по навигатору? – 73 минуты. В обычное время добрались бы за пятнадцать. Минхо быстро прикидывает варианты у себя в голове, но останавливается на единственно верном для себя. Он слишком беспокоиться, чтобы тухнуть в пробке, а еще имеет хорошую стамину и крепкие ноги. – Я и правда лучше доберусь своим ходом. Можете списать со счета как за полную поездку. Спасибо! – Постойте, это же восемь километров… Но Минхо уже вышел из авто, осматриваясь по сторонам. На часах половина одиннадцатого вечера, но на улицах довольно людно. Минхо не думает долго, когда сверяется с навигатором в телефоне и пускается в бег. Он не может ждать так долго, а его физическая форма позволяет сократить время таким образом. Он минует людей, выкрикивая им, чтобы они расступились перед ним, пару раз все же сталкиваясь со случайными прохожими, быстро извиняясь и продолжая бег. В голове ноль мыслей, только цель как можно скорее убедиться, что его Сынмин в порядке. Его Сынмин. Минхо давно не хотелось назвать кого-то своим. Самое удивительное, что ему хотелось бы, чтобы и Сынмин его так называл, чтобы он присвоил Минхо себе. Быть нужным особенному человеку оказывается так приятно.  Спустя минут 25-30 непрерывного бега он оказывается напротив двери квартиры Чонина, много раз нажимая на дверной звонок. Ноги его ослабли, а дыхание все никак не восстановится, горло обжигает от сухости и он весь вспотел. Видок так себе для встречи с любовью своей жизни, но других вариантов нет. Дверь перед ним распахивает Чонин. – Ну наконец-то, хен… Господи, ты что, бежал сюда? - удивленно смотрит на него Чонин, отходя в сторону, чтобы впустить его домой. – Где он? - запыхавшись спрашивает Минхо, озираясь по сторонам в поисках Сынмина, но не видя его нигде. Волнение вновь подступает к горлу, – Чонин, где Ким Сынмин? – Эй-эй, успокойся, - Чонин подходит, кладя руку ему на плечо, – С ним все в порядке, не считая, что он напился и проблевался. Сейчас он спит.  – Я хочу его увидеть… – Хорошо-хорошо, сейчас увидишь, но выпей воды для начала, ты еле дышишь, - Чонин быстро подходит к большой бутылке с водой, наливая ее в стакан и протягивая Ли. Он не отказывается, быстро осушая его. – Пожалуйста, дай его увидеть… – Он в моей спальне. Только не напугай его.  Минхо кивает, подходя к двери в комнату и тихонько приоткрывая ее. На постели, свернувшись калачиком, лежит Сынмин в своей офисной одежде. Он повернут лицом к двери, щечка его мило распласталась по подушке, а приоткрытые губы надулись. Все, чего хочется сейчас Минхо - это зацеловать это лицо, каждый его миллиметр. Но он лишь тихо подходит к нему, наконец позволяя себе осесть на пол возле кровати. Только сейчас он ощущает, насколько его ноги устали. Он кладет руки на край кровати, устраивая на них голову, и просто смотрит на Сынмо, осматривает на предмет изменений за эти несколько дней. Наверняка это выглядит крипово со стороны, но ему как-то все равно. Главное, что перед ним сейчас мирно посапывает Ким Сынмин. Минхо ловит себя на мысли, что готов, пожалуй, сделать что угодно, лишь бы младший был в порядке. Однако, его возможности весьма ограничены. Теперь он сам - причина бед в его жизни.   Он не замечает, как его веки тяжелеют и он погружается в дремоту. Ему снится, как он вновь бежит, но в этот раз не один. В его руке чья-то ладонь и, несмотря на быстрый бег, он чувствует себя легко, спокойно, свободно. Он знает, чью держит руку, ему даже не нужно смотреть назад, чтобы понять это.  – Хен, поторопись, нам нужно успеть! Куда? Куда они бегут? Минхо плевать. Единственное, что его волнует, это то, что он не один. Так ему не страшно. Оказывается, все, в чем он всегда нуждался - человек рядом. Особенный, единственный человек. Он слишком поздно это понял.  Внезапно дорога перед ними обрывается и Минхо еле успевает схватить Сынмина, чтобы тот не упал в пропасть, возникшую перед ними.  – Хен, ты спас меня, - улыбается Сынмин, обнимая Минхо за шею, – Спасибо тебе. – Это ты меня спас, Сынмини, - улыбается в ответ Ли, крепко прижимая хрупкое тело к себе, – Теперь все будет хорошо.  – Пока что нет, - качает головой Сынмин, – Но еще может. Ты должен постараться. – Что мне нужно сделать?   – Не сдавайся, - Сынмин оставляет нежный поцелуй на его губах, – Не бросай меня, Минхо-хен.  – Я не брошу, - из глаз Минхо медленно текут слезы, но он не чувствует той боли, что обычно посещает его во снах. Он чувствует странное спокойствие, почти что умиротворение. Он готов на все, лишь бы остаться рядом с Сынмином.  – Я тебе верю. И ты мне поверь. С этими словами Сынмин делает шаг в пропасть. Минхо не пытается его остановить, лишь сильнее прижимая младшего к себе. Они летят вниз, летят и летят, не отпуская друг друга, и тут Минхо открывает глаза.  Сынмин смотрит на него заспанными глазами, такой ужасно милый. – Ты пришел… – Прибежал, - улыбается Минхо, поглаживая щеку младшего. – Ненавижу тебя, - всхлипывает Сынмин, потираясь щечкой о ладонь старшего. Минхо смеется в ответ. – Я знаю, я заслужил это. Прости, я такой идиот, правда. Я знаю, что не достоин тебя, но ты перевернул мою жизнь. И я не жалею, что мы встретились.  Сынмин дует губы, присаживаясь на кровати.  – Я тоже не жалею, хотя не понимаю, как я мог влюбиться в такого идиота, который до сих пор не поцеловал меня.  В следующую секунду Минхо уже на кровати, нависает над младшим и нежно целует, но эта нежность переходит в требовательность. Он ужасно соскучился. Сынмин обхватывает его ногами за талию, мертвой хваткой цепляясь за шею руками, и отвечает на поцелуй. Минхо так сильно соскучился, что не контролирует себя, когда ладонями ведет по бокам Сынмина, забираясь под рубашку, а поцелуями ведет к шее, пока младший пытается отдышаться. Он даже забывает, что они сейчас в постели Чонина. – Хен, хен, погоди, - Минхо словно не слышит его, посасывая тонкую кожу на шее, но Сынмин вплетает руку в его волосы, ощутимо потягивая назад. Боль приятная, но Минхо все же тормозит. – Прости.  – Все нормально, я тоже скучал, - Сынмин мягко целует красивую скулу, – Но мы в кровати Чонина. И нам нужно поговорить.  Минхо кивает, отстраняясь и садясь напротив Сынмина. Он смотрит в ставшие уже родными глаза, решив сначала рассказать о своих мыслях. – Позволь мне начать, Сынмини, - после кивка от младшего, он продолжает, – Ты прав, я передумал. И это все благодаря тебе. Ты изменил мою жизнь, изменил меня. Я не хочу тебя оставлять, но я, блять, не знаю, что делать. Я такой мудак, что затеял это все. – Мы бы не встретились, если бы ты не затеял это, хени, - мягко улыбается Сынмин, беря руку Минхо в свои, – Это единственный плюс всего этого.  – Ты прав, и я счастлив, что встретил тебя, пусть поначалу и вел себя, как придурок. Но я не представляю, как выбраться из этого дерьма. Хотя я готов пойти на все. – Даже убить кого-нибудь? - хихикает Сынмин, наклоняя голову набок. – Даже убить кого-нибудь. – Не стоит тратить людской ресурс, хени. В том числе и твою жизнь.  – Но… – Мы пойдем юридическим путем, - Минхо забавно хмурится, что Сынмин не удержался и поцеловал его в лоб, продолжая, – Я нашел юриста. Он согласился помочь. Я не думаю, что мы можем как-то повлиять на твой контракт, кроме как законным путем.  – Но я гуглил, никто не борется за дела суицидников… – Этот возьмется. Он друг Чанбин-хена и дикий карьерист. Выиграть такое дело будет ахуительным пунктом для его резюме, так что он постарается. Это единственный возможный путь, хени.  Минхо чувствует, как начинает щипать его глаза.  – Ты… Я не заслуживаю тебя, Ким Сынмин… – Минхо-хен, - серьезном голосом говорит младший, – Ты изменил мою жизнь. Не так, как ты об этом думаешь. Я знаю, что и я твою изменил, и я ужасно рад этому. Я рад, что ты захотел жить. Мы вместе и мы сделаем все возможное, чтобы тебя спасти. Ты больше не один.  Минхо прикрывает глаза, наконец позволяя своим слезам пуститься в пляс. Эмоции захватывают его и он дает себе раскрыться перед Сынмином, который прижимает его подрагивающее тело к себе, успокаивающе поглаживая по спине. Он словно уменьшился в размерах, прижимаясь к младшему, позволил себе сделать это, разбив все стены, которые выстраивал вокруг себя.  – Я не знаю, чем заслужил тебя… - шепчет Минхо, тяжело дыша от переполняющих эмоций. – Ты везунчик, хени, - хихикает Сынмин, хотя у самого слезы на глазах.  – Ты чертовски прав, Ким Сынмин, - всхлипывает Минхо, посмеиваясь.  Они сидят так, пока Минхо не перестает трястись в объятиях младшего. Ли после этого выпрямляется, позволяя Сынмину сцеловать остатки его слез. На самом деле, для Кима так ценно то, что Минхо открылся перед ним с этой стороны, ведь обычно он такой сдержанный в плане эмоций. Сынмин был рад позволить своему сильному хену выплакаться в свое плечо и благодарен за доверие к себе. А его слова оказались очень важными. Минхо кажется замотивированным, а это уже половина успеха.  – Что теперь нужно делать? - спрашивает Минхо, поглаживая младшего по бедрам. – Для начала встретиться с Хенджином. Это и есть тот юрист, - поясняет Ким на вопросительный взгляд Минхо, – Он звонил мне сегодня, сказал, что попробует помочь. До этого он послал меня, но узнав, что речь о тебе, почему-то передумал. Я не знаю подробностей, нам нужно встретиться с ним.  – Что во мне особенного, что он передумал? - задумчиво смотрит Минхо. – Не знаю, может то, что ты красавчик? - усмехается Сынмин, заставляя Минхо откинуться на кровать и седлая его крепкие бедра. Минхо игнорирует боль после бега в них. – Ты же сам сказал, что мы в кровати Чонина. – Я просто хочу поцеловаться с тобой, или ты против? - вскидывает Сынмин бровь, спрашивая в самые губы Ли, на что тот сам подается вперед, располагая ладони на аккуратной заднице младшего и слегка сжимая половинки. Тот сдавленно стонет на это, Минхо проглатывает этот сладкий стон, посасывая язык младшего, а затем проходясь своим по остреньким клыкам. Сынмин прикусывает нижнюю губу старшего, отстраняясь, от чего она аппетитно пружинит, освобождаясь от хватки его зубов.  – Ты такой красивый, - выдыхает Минхо, на что Сынмин покрывается румянцем.  – Прекрати. – Нет, правда. Почему говоришь прекратить? – Я не умею принимать комплименты как все, - Сынмин склоняется, целуя Минхо в адамово яблоко и двигаясь дальше по шее. – Но это правда, - Минхо плавится от этой ласки, закатывая глаза в удовольствии как кот, которому чешут животик, – Ты нереально красивый, Ким Сынмин. Но твоя душа еще красивее. – Ты заговорил как герой дорам. Мне нравится, - Сынмин в награду кусает тонкую кожу на шее, сразу же зализывая после. Минхо крепче сжимает половинки, заставляя младшего плотнее устроится на своих бедрах, как вдруг оба слышат шум из-за двери. – Я захожу! - разносится из-за нее и на пороге показывается не самый довольный Чонин. На него устремляются две пары глаз, – Вы что, трахаться здесь собрались? – Йена! - возмущается Сынмин. – Что? Руки Минхо-хена буквально на твоей заднице.  Сынмин краснеет, как помидор, скатываясь с Минхо. – Стучаться надо, - тихо ворчит он, пока довольный Минхо принимает сидячее положение. – А ничего, что это моя спальня? - вскидывает бровь Чонин, – Я рад, что вы помирились, но продолжайте это делать не на моей постели. Ребята прощаются с Чонином и уходят в квартиру Сынмина. Чонин не забывает пригрозить Минхо расправой, если ему еще раз придется терпеть пьяного Сынмина с разбитым сердцем в своей гостиной. Минхо пообещал, что сделает все возможное, чтобы этого не случилось.  Они идут домой в тишине, держась за руки. Ощущение присутствия друг друга рядом уже привычное, греющее их сердца взаимностью. Несколько дней порознь явно показали обоим, что друг без друга им тяжело, невыносимо даже. Их борьба за собственное счастье теперь и правда будет походить на “все или ничего”, но мотивация бороться от этого лишь растет. Особенно для Минхо. Его взгляд на все действительно перевернулся на 180 градусов. Все меняется, когда осознаешь, что тебе есть ради кого жить. Дома у Сынмина Ли переодевается в свою домашнюю одежду, которая хранится у младшего, предварительно приняв душ. Он дожидается, когда Сынмин тоже сделает это, уже лежа в постели. Спать хочется, но он ждёт, пока Сынмин не плюхается к нему под одеяло. Минхо тут же прижимает хрупкое тело к себе, утыкаясь в шею и вдыхая любимый запах. – Ты так вкусно пахнешь, Ким Сынмин. – Ты использовал тот же гель для душа, - улыбается Сынмин прижимаясь спиной к груди старшего. – Дело не в геле для душа, - качает головой Минхо, – Дело в том, что это ты. – Звучит слащаво, но мне нравится, - Сынмин смеется, переворачиваясь в объятиях Минхо лицом к нему, – Я так соскучился. – Я тоже, пиздец как, - Минхо мягко чмокает в губы, – Ты знаешь, что приснился мне? – Что? Неужели снова кошмары, хен? - обеспокоенно хлопает глазами младший. Это так очаровательно мило, но Минхо спешит успокоить его волнение. – Нет, совсем нет. Это был хороший сон впервые за все время моих кошмаров. Даже во сне ты спасаешь меня, Ким Сынмин. – Надеюсь, это был вещий сон, - мягко улыбается Ким, напоследок чмокая старшего в нос, – Нам нужно поспать. Завтра встреча с Хенджином. Уже сегодня, если быть точнее.  – Ладно-ладно. Спокойной ночи, Сынмин-а. – Спокойной ночи, хени. Кошмары Минхо в эту ночь не снились.  На утро Минхо ворчит, что у Сынмина вновь пустой холодильник и не из чего приготовить завтрак. Тем не менее, он все же смог сделать яичные сэндвичи, пока Сынмин варил кофе, наблюдая за нервозностью своего хена. Не сказать, что сам он спокоен, но старается вести себя именно так.  – А надо как-то специально одеться? - спрашивает Минхо, вертя в руке кухонный нож. – Как? В школьную форму? Тебе бы пошло, - пытается отшутиться Сынмин, но Минхо не обращает внимания на шутку, поэтому Ким продолжает, – Мы идем встречаться с обычным человеком, а не королем Англии. Не парься на этот счет, просто одеться в чистое. – Мы идем встречаться с человеком, от которого слишком многое в моей… в наших жизнях зависит, - возражает Минхо, тыча кончиком ножа в Сынмина, – И у меня тут даже нет чистой одежды. Я вчера бежал к тебе и весь вспотел. – Бежал? Ты точно сумасшедший, хен. И положи уже нож на место, боже, - вздыхает Сынмин, забирая острый предмет из рук Минхо, а сам усаживается на его колени, обнимая за шею и смотря в глаза, – Я дам тебе спортивные штаны и рубашку. Штаны черные, их можно спутать с брюками. Рубашка оверсайз, так что тебе налезет без проблем. И напшикаю тебя своим парфюмом, раз ты так любишь мой запах. – Твой, а не твоего парфюма. – И я тоже буду рядом, глупый хени, - улыбается Сынмин, даря Минхо мягкий поцелуй в губы, – Все пройдет нормально. Но нужно будет все честно рассказывать, если он будет задавать вопросы. Может быть важна любая мелочь.  – Знаю, зануда, - вздыхает Минхо, поглаживая поясницу младшего, – Надеюсь, он толковый парень, этот твой Хенджин. – В вопросе юриспруденции он точно толковее нас, - смеется Сынмин, поднимаясь с колен старшего. Тот в свою очередь отвешивает по его заднице звонкий шлепок. – Эй! – Это помогает мне от стресса, - пожимает плечами Минхо, также поднимаясь со стула, – Давай же, приодень меня, Ким Сынмин. Не самом деле, Минхо по итогу выглядит скорее нелепо в слишком длинных штанах Сынмина. Вариант с рубашкой они отмели, потому что так Ли и вовсе был похож на городского сумасшедшего, остановившись на худи. Сынмин же оделся в джинсы и серый свитшот с лого YALE UNIVERSITY, напоминая типичного студента. Весьма горячего, как отметил вслух Ли. В оговоренное время они стояли напротив кабинета с надписью «Хван Хенджин». Сынмин сказал, что табличка с именем на двери - хороший знак, на что старший возмутился, ведь у него такой таблички нет. Минхо все никак не мог унять дрожь в ноге, тогда Ким уложил свою ладонь на его бедро, поглаживая. – Я сейчас сдохну от нервов, - тихо простонал Минхо, кладя свою ладонь поверх руки младшего. – Хен, посмотри на меня, - дождавшись внимания Минхо, Сынмин продолжил, – Не волнуйся, тот факт, что он позвонил мне, до этого отказав в этом вопросе, уже что-то значит. Просто будь честен. Все будет хорошо. – Нам нужно потрахаться после, - вдруг выпаливает Минхо. Сынмин мгновенно заливается краской.  – Сдурел?! Разве это хорошее место, чтобы говорить об этом прямо сейчас? – Мысли об этом тоже снимают стресс, - нервно давит смешок Ли. – Ты такой странный, - качает головой Сынмин, быстро оглядываясь по сторонам, после чего быстро касается языком шеи Минхо, тут же отстраняясь. Настала очередь старшего краснеть. – Это я странный?! – Я попытался снять твой стресс, - пожимает плечами Сынмин. В этот момент дверь кабинета открывается и из него выглядывает Хван Хенджин в солидном костюме. Минхо оценивает парня, который словно слишком молод для человека, который должен им помочь, а еще чертовски красив. Конечно, красоту Сынмина в его глазах не переплюнет уже никто, но если смотреть объективно, этот Хенджин больше смахивает на модель, чем на адвоката.  – Ким Сынмин и… Ли Минхо, я полагаю? - улыбается он, получая кивки от обоих, – Прошу, заходите. Парни проходят в кабинет, а Хван закрывает за ними дверь. – Присаживайтесь, будьте как дома - разговор будет долгим, - Хенджин указывает на коричневый кожаный диван, а сам садится в кресло с другой стороны кофейного столика.  – Как прием у психолога, - тихо бурчит себе под нос Минхо, садясь рядом с Сынмином. У Хенджина оказывается очень хороший слух. – Хорошее сравнение, Ли Минхо-щи, ведь мне придется выслушать всю историю вашей жизни, чтобы она не оборвалась в ближайшие несколько месяцев, - дружелюбно смеется Хенджин. – Скажите, вы позвонили, потому что нашли какую-то зацепку? - с надеждой в голосе спросил Сынмин. – Я узнал, что ваш клиент - Ли Минхо, который вывел или помог вывести множество видов вымирающих животных. Было странно не упомянуть об этом сразу, ведь за такую жизнь действительно можно попробовать побороться. Минхо хмурится, а Сынмин непонимающе хлопает глазами. – Что вы имеете в виду? Вы ведь сказали ранее, что статус не влияет на это и что даже самые большие богачи не могли оспорить решение. – Все верно, - со знанием дела кивает Хенджин, отчего его длинная челка колышется, – Но прецедента с человеком действительно важным для общества, для будущего, еще никогда не было. Такие люди, как правило, не решают покончить с собой, ну, или не передумывают о своем решении.  Минхо ощущает, как его челюсть непроизвольно напрягается. Сынмин словно чувствует исходящее от него напряжение и берет его за руку.  – А что по срокам? - спрашивает он, – Мы успеваем? – Если успеем открыть дело, Ли Минхо-щи нельзя будет убить себя, пока оно не закроется. – Звучит так, словно у нас есть шанс. – Если мы выстроим дело в нашу пользу и грамотно создадим этот прецедент - шанс есть. Но вероятность успеха далека от стопроцентной. И мне нужно многое узнать о вас, господин Ли Минхо. Я вижу, вы не особо любите болтать, но вам придется, если хотите жить. Мне нужна ваша помощь, без нее ничего не выйдет. Минхо вздыхает, смотря под ноги, а Сынмин кидает в него опасливый взгляд. Он словно засомневался на секунду, будет ли готов Минхо всецело открыться, ведь он не делал этого даже перед Сынмином. – Я сделаю все, что от меня требуется. Мне нужно оспорить контракт. И я надеюсь, вы сможете мне в этом помочь. Груз с плеч Сынмина падает, разбиваясь возле его ног на крошечные осколки. Минхо не собирается отступать. Вчерашние его слова - не пустая эмоциональная болтовня. Хенджин же удовлетворенно улыбается.  – Рад это слышать. Расскажете, каким образом сформировалось ваше желание покончить с жизнью? Желательно под видеосъемку, чтобы предоставить это в суде. – Видеосъемка? Это обязательно? - нервно спрашивает Сынмин, прекрасно понимая, что Минхо итак тяжело дастся этот разговор, а тут еще и на камеру.  – Если вдруг мы выйдем на присяжных, что было бы очень хорошо для нас, эмпатия, вызванная визуализацией рассказал господина Ли будет нам только на руку. Я знаю, это непростая тема для исповеди, но… – Все в порядке, - прерывает Минхо, поворачивась к Сынмину с улыбкой, – Не переживай, Сынмин-а, я справлюсь с этим. Я все расскажу на камеру, - обращается он уже к Хенджину. – Отлично, - кивает Хенджин, – Подскажите, вы ведь продолжаете работать в лаборатории? – Да, конечно. Мне нужно взять выходные или..? – Нет-нет, совсем наоборот. Продолжайте усердно трудиться, спасайте больше зверушек от вымирания. Вы же недавно вывели немецких овчарок? – Мы с группой других сотрудников, да. – Замечательно, такой вклад в работу полиции, - Хенджин что-то отмечает в своих записях, – Можете предоставить документально все доказательства вашей работы по выводу животных? Какие-то справки или отчеты? – Могу и то и то, да, - кивает Минхо. Все это хранится в архиве у Банчана. Минхо вдруг захотелось порадовать его тем, что он решился бороться дальше, ведь Чан так сильно переживал. Что же, будет повод поделиться этим.  – Хорошо. Ким Сынмин-щи, вы ведь куратор господина Ли по этому контракту? - Сынмин неуверенно кивает, – Мне нужно все, что у вас есть по контракту с Ли Минхо. Сможете прислать сегодня? Это нужно хорошенько изучить. – Да, конечно.  – И еще кое-что… Вас двоих ведь не дружба связывает, так? Кончики ушей Минхо краснеют несмотря на всю нервозность и волнительность этого разговора, однако, когда Сынмин порывается убрать свою руку из его, он крепко сжимает чужую ладонь. – Мы встречаемся, - говорит Минхо, несмотря на то, что они до сих пор не обсуждали статус своих отношений. Но теперь он уже более чем очевиден. Хенджин улыбается чуть мягче, хоть и с хитринкой. – Теперь понятно, почему господин Ким был так эмоционален при первой нашей встрече. Об этом тоже нужно будет упомянуть. Будет еще одной из причин смены решения. – Это основная причина, вообще-то, - признаться Минхо.  – Если все получится, будете жить долго и счастливо. Но, скажу сразу, легко не будет. Особенно, когда начнутся суды. – Я уже сказал, что пойду на все. Если это поможет делу - я сделаю это, - решительно произносит Минхо. – Рад это слышать. Если я выиграю это дело, то стану самым известным юристом нового мира. Я к тому, что тоже замотивирован, так что, - смеется Хенджин, поднимаясь с места, – Тогда я жду все документы от вас обоих и завтра мы встретимся для записи видео. Я постараюсь изучить все, что вы предоставите, до завтра. Встретимся в 18:30, после вашей работы.  Они прощаются и Сынмин с Минхо покидают кабинет, а затем и здание. Напряжение от предвкушения разговора словно не спало, добавив новых переживаний. Сейчас нужно оперативно предоставить все документы, но Минхо решает все же узнать кое-что. – Эй, Сынмини, - зовёт он, когда они чуть отходят от здания. Сынмин поворачивается к нему в немом вопросе, – Так ты согласен встречаться со мной? Брови Сынмина ползут вверх, а потом он начинает смеяться, так искренне, что Минхо наслаждается каждым звуком. – Ты серьезно, хен? После всего, что мы прошли, и что нам еще предстоит пройти? И ты же сам сказал, что да. – Но я не спросил тебя, - улыбается Минхо, притягивая Сынмина к себе за талию. Ему плевать на прохожих, плевать на весь мир, – Так ты будешь моим парнем, Ким Сынмин? Вместо ответа Сынмин примыкает губами к чужим. Минхо чувствует, как из глаз младшего стекают слезы, когда он шепчет в самые губы: – Конечно, миллион раз да, хен.