Я просто ждал тебя

Парни вернулись в Гамбург. Никогда прежде домашние стены так не грели Дориана, не дарили ощущение покоя и защищенности. Но одновременно с этим они гнели, будто медленно и ненавязчиво сдвигались, грозясь раздавить. В последнее время его не покидало ощущение подобной двойственности. Словно в нём поселились два совершенно разных человека, у одного из которых всё было хорошо, а второй… А второй всё понимал. И неожиданно для себя Дориан столкнулся с тем, что ему стало сложно оставаться наедине с близнецом. И дело было не в Леоне и не в его поведении, пусть всё чаще оно выходило за рамки привычного, ставя в тупик. Дело было в самом Дориане. Он, как и всегда, взахлёб болтал с братом, обсуждал всё на свете, бежал к нему, когда намечался текст новой песни, они так много смеялись, будто ничего страшного и не происходило. Дориан действительно порой забывал о том, что Леон употребляет наркотики, наверное, он хотел забыть. И старший не принимал при нём, но это ничего не меняло. Дориан прекрасно видел расширенные зрачки близнеца, его возбуждённо взбудораженное состояние, которое порой доходило до того, что речь начинала путаться. Он чувствовал его состояние на клеточном уровне. Будто каким-то магическим образом кайф проникал и в его кровь, только вместо возбуждения и прилива энергии он дарил тревогу и убыстрённое сердцебиение, в такие моменты Дориан сидел, будто на иголках, исподлобья поглядывая на близнеца. И раз за разом ловя себя на том, что трусливо закрывает глаза на проблему близнеца и делает вид, будто её нет, Дориан пытался достучаться до него, приводил аргументы против его увлечения и просто просил завязать. Но всякий раз Леон играючи и с улыбкой уходил от разговора, ограничиваясь словами «расслабься» и «успокойся». Дориан уже начал ненавидеть их. Леон не слышал его, не желал слышать, потому что в его реальности всё было прекрасно. Ещё один день плавно перетёк в хмурый вечер, небо затянуло плотными облаками, которые странным образом отливали болотно-зелёным. В воздухе так и витало ощущение надвигающейся грозы: вечер был тих, кристален. Дориан в одиночестве сидел в гостиной. Телевизор надоел ещё полчаса тому назад, и теперь он просто смотрел в погасший экран, нервно покачивая ногой и зачем-то продолжая сжимать в руке пульт. Наконец-то бросив пульт на диван, Дориан развернулся к лестнице, устремляя взгляд на её верх. Там было сумрачно, складывалось такое ощущение, что не начавшаяся гроза уже успела просочиться в их квартиру и сконцентрировалась на втором этаже. Леон не спускался уже давно; посидев ещё пару минут, Дориан поднялся наверх и зашёл в спальню близнеца. От увиденного челюсти непроизвольно стиснулись до боли, а ладонь сжала дверную ручку. Леон сидел за столом и тщательно собирал шприцом какой-то мутноватый раствор, перед ним лежали несколько пакетиков с порошком. Быстро подойдя к старшему, Дориан рывком развернул стул с ним к себе и чётко произнёс: - Не смей. Леон поднял на него удивлённый взгляд. - Ты чего? - Ничего. Просто, раз ты не можешь решиться завязать, я сделаю это за тебя. Отдай шприц. Дориан требовательно протянул ладонь. Но Леон лишь усмехнулся и хлопнул его по раскрытой ладони, после чего несильно сжал её. Для него всё было игрой, а серьёзность младшего забавляла. - Нет. - Леон, ты думаешь, я шучу? Ты думаешь, что это всё шутки? - Ди, успокойся, - бросил старший и снова развернулся к столу, - не пыхти ты так. А то перенапряжёшься и снова в больницу попадёшь. Дориан удивлённо поднял брови на такую наглость и опять развернул близнеца к себе. - Хватит меня дёргать туда-сюда! – прикрикнул Леон. - Ты же меня не слушаешь, когда я говорю тебе «хватит», так почему я должен?! Дориан хотел ещё что-то добавить, язык в запале эмоций уже работал значительно быстрее мозга, но взгляд зацепился за пакетики с порошком, заставив переключиться. - Вот и правильно, успокойся и не кричи, - хмыкнул Леон. Заметив, куда близнец так пристально смотрит, он добавил: - Тоже хочешь? Дориан будто не слышал его вопроса. - Что это? – спросил он, взяв один свёрток в руки и показав брату. Содержимое пакетика было не привычно белого цвета, а голубоватого, что привлекло внимание и ввело в некоторое недоумение. - Первитин, - пожав плечами, ответил Леон. - Что? – Дориан непонимающе нахмурился. - Мет. Мозгу потребовалось несколько секунд на осознание услышанного, затем в глазах Дориана отразилась полная растерянность. Если с кокаином всё было более или менее понятно, и он и сам опробовал его, то все его познания о мете ограничивались одним сериалом, на который некогда всю группу подсадил Эван. - Метамфетамин? – переспросил Дориан, будто надеясь, что ошибся. - Да. - З-зачем? – младший даже заикнулся от захлестнувших эмоций, взгляд заметался по лицу близнеца в поисках ответа, но не находил его. - Что, зачем? - Зачем ты начал принимать ещё и его? Ты что… мешаешь? Дориан взял другой пакетик, в его содержимом легко угадывался кокаин. Он вертел оба свёртка в руках, сумбурно разглядывая их и отказываясь верить своим глазам. Мысли хаотично метались в голове, путались. - Мешают вино с коньяком, а я смешиваю, - отозвался старший. – Мне подсказали, что так лучше. Да и кокс действует максимум два часа, а мет намного дольше. У Дориана даже рот открылся от шока. Он широко распахнутыми глазами смотрел на близнеца и не понимал, как так могло получиться, каким глубоким сном спал рассудок Леона и почему он не понимал, куда скатывается. Полагая, что младший оставил его в покое, Леон зажал пальцами вену на сгибе локтя и ввёл под кожу иглу. С небольшим опозданием среагировав, Дориан вырвал у него шприц, от этого неосторожного движения по руке старшего потекла тонкая струйка крови. - Ты с ума сошёл?! – рявкнул на него Леон; Дориан быстро выплеснул содержимое шприца на пол и растёр ногой. – Такое чувство, что это ты себя не контролируешь! - Да, не контролирую! – в сердцах крикнул младший и, схватив пакетики с разномастной дурью, ринулся прочь из спальни. Леон догнал его только в ванной комнате, схватил за руку и дёрнул так, что в ней хрустнули кости. Но Дориан, скользя босыми ногами по полу, нагнулся, чтобы сохранить равновесие, выворачивая этим себе руку, и бросил пакетики в унитаз, дотянулся до кнопки слива и спустил воду. Старший отпустил его, хмуро наблюдая за тем, как бурный водный поток уносит «счастье», затем поднял взгляд к лицу близнеца. Дориан тяжело дышал и держался за локоть, сустав ныл. - Ты придурок, - каким-то непонятным тоном с нотками неприязни произнёс Леон. - Я тебя спасаю. - А меня не надо спасать, за собой следи, я тебе уже говорил об этом. Шумно втянув воздух, Дориан сделал шаг к брату и влепил ему звонкую пощёчину. - А так? – спросил он, в упор смотря старшему в глаза. - А если отвечу? - Отвечай. И Леон ответил, но не пощёчиной, а ударил Дориана в лицо, да так, что тот отлетел и упал, ударившись спиной об унитаз, отчего позвоночник прошило вспышкой боли и перехватило дыхание. Перед глазами плясали разноцветные искры, он хватал ртом воздух, держась за пострадавшее место, но увидев, что Леон вышел из ванной, вмиг забыл о боли и, подскочив на ноги, побежал за ним. Дориан пытался помешать близнецу, отбирал у него одежду, но остановить его не получилось даже силой. Леон вышел из квартиры, хлопнув дверью перед носом младшего, и запер её снаружи. - Открой немедленно! – истерически орал Дориан, колотя в дверь кулаками, даже не обращая внимания на то, что кое-где сбил костяшки пальцев до крови. – Только попробуй сейчас уйти! Я позвоню родителям и всё расскажу! Если ты не хочешь меня слушать, то, может быть, хотя бы они тебя вразумят! Я Фишеру позвоню! Чёрт побери, если ты сейчас уйдёшь, я в наркологическую клинику позвоню! Выслушав часть пламенной речи близнеца, Леон фыркнул и ответил: - Ты остынь пока и постарайся об дверь не убиться, а я вернусь через час-два. Даже поняв, что старший не послушал его и ушёл, Дориан продолжал кидаться на ни в чём не повинную дверь, но ей на его старания было абсолютно всё равно. На руках и боках остались синяки, плечи ныли от попыток протаранить амбразуру, а на костяшках пальцев запеклись кровавые подтёки. Дориан так и не ушёл от двери, сидел около неё на полу, обняв свои колени. Рядом с ним стояла почти пустая бутылка из-под водки; Леон вернулся только через четыре часа. Когда он зашёл в квартиру, Дориан поднял к нему хмурый, тяжёлый взгляд. Бросив ключи на тумбочку, Леон присел перед ним на корточки и взял его руки в свои ладони, провёл по сбитым костяшкам большим пальцем. - Ди, зачем ты так? – ласково спросил он. Зрачки были невыносимо огромными, на лбу испарина, от него пахло алкоголем и чужими духами. - Ты теряешь контроль над ситуацией, - негромко ответил Дориан, все силы ушли на борьбу с дверью. – А я теряю тебя… Леон усмехнулся и погладил его по щеке. - Глупый. Я никуда от тебя не денусь, - он склонился к лицу близнеца и коротко поцеловал, прихватывая губы губами. Дориан не ответил ему, но и не сопротивлялся. – Но смирись с тем, что я не обязан тебя слушаться. Я сам решу, когда мне остановиться.