В пепел | На краю рассвета

***

Если бы я владел всем миром, как царь морской, то лишь одно твое слово заставило бы меня отдать тебе всё. Я бы вырвал из глубин и разлил перед тобой свои подводные и надводные богатства, без единой мысли о себе. Я бы построил для тебя хрустальный дом на вершине горы, чтобы ты жила, как королева, а сам, как преданный пес, сидел бы у его дверей, охраняя твой покой. Всё, что у меня есть — серебряные родники, золотые россыпи — всё это я отдал бы тебе, потому что ты заслуживаешь только лучшее. Но даже если я беден, как пес, и в моем доме пусто, словно в заброшенном углу мира, я знаю, что Господь не оставит меня. В самой глубокой нищете я продолжаю верить, что ты будешь рядом, не позволишь мне сломаться, поддержишь меня в темные времена. И пусть я не могу дать тебе больше, я всё равно мечтаю о том хрустальном доме на горе, где ты могла бы жить в мире и покое, а я был бы счастлив просто быть рядом. Нет никого на свете, кого я мог бы сравнить с тобой. Даже если бы мне грозила смерть, я бы не смог предать свою любовь к тебе. Я любуюсь тобой, как художник на свою самую любимую картину, видя в тебе всё самое прекрасное и чистое, что есть в этом мире. И снова, в своих мечтах, я строю для тебя хрустальный дом на горе. Я вижу, как ты гуляешь по его светлым залам, а я, верный пес, охраняю твой покой. Всё, что у меня есть — мои серебряные родники и золотые россыпи — всё это я отдал бы тебе, потому что ты — самое драгоценное, что есть в моей жизни.

***

Конечная. Небытие протянуло свои холодные, успокаивающие руки, приглашая меня последовать за ним. Я уже почти пошла за ним, чтобы раствориться в этой приятной неге спокойствия. Постепенно я начинаю забывать всю свою жизнь, словно русалка, ожидающая встречи с чудной пираткой, увидевшей паруса в тумане. Я не помню, кто я, о ком так переживала и горевала всю жизнь, почему я радовалась и, главное, зачем держалась за все это. Ничего. Совершенно ничего. По ощущениям это длится вечность, но на самом деле все длилось чуть меньше одного мгновения. Я почувствовала, как мой разум практически физически держат, не давая ему пройти границу этих миров. — Вики. Держись за мысль обо мне, за этот разговор. Сейчас все пройдет. Я не помнила, чей это был голос, но он звучал так, будто бы я могла ему доверять. Доверившись инстинктам, я со всей решимостью и силами стала держаться за эту невидимую тонкую нить разговора, которого, казалось, и не происходило на самом деле. Я ощущала себя на самом дне океана, достигнув такого глубокого места, до которого уже не доходили солнечные лучи и свет в целом. Но вот меня стали насильно тянуть наверх. Легкие стали избавляться от наполнившей их воды, а в тело начала возвращаться энергия. Вот он, мой свет, который я так долго искала. Или же это все-таки тьма? С каждой секундой я ощущала, как жизнь возвращается ко мне, постепенно вытесняя тьму и пустоту. Мои легкие снова наполнились воздухом, и с первым глубоким вдохом я почувствовала, как горячая волна силы прокатывается по телу. Свет вокруг становился ярче, образы и воспоминания снова начали всплывать в моем сознании. Я вспомнила Мальбонте, его слова. Они были якорем, который не позволял мне утонуть в этом море Небытия. Снова ужасающая боль. Крики. Вопли. Слишком много крови. Почему я не умерла? Как же иронично, что после своей первой смерти я постоянно нахожусь на волоске. Даже если я буду молить о смерти, вряд ли что-либо пройдет. Может мне было суждено мучиться до скончания времен. Кто знает? Возможно Шепфа, но, увы, больше у меня никогда не появится возможности спросить у него об этом напрямую. После рождения я почувствовала, как вся сила, что была во мне во время моей беременности, ушла вместе с плотью нашего чада. Ощущение, будто я стала еще слабее, чем была до этого. Пустой сосуд сломался, давая микротрещины по всей своей форме. Клянусь, в сознании меня держал лишь Мальбонте, правда непонятным для меня способом. Все остальное происходящее стало для меня одним сплошным туманом. Услышав очередные крики, но уже не свои, а нового существа, мой разум молниеносно перестал держаться за сознание. Я закрыла глаза и провалилась в долгожданный сон. Последнее, что я ощущала - прикосновения. Крепкие мужские руки обволакивали мое тело. Знакомый, уже родной запах вперемешку с черной манящей, но такой пугающей энергией. Поняв, что меня взяли на руки, закрывая от всего мира, я позволила своему разуму отдохнуть. Темнота вокруг меня сгущалась, укутывая в свой бархатный кокон, но в этот раз она не казалась враждебной. Я знала, что нахожусь в надежных руках. Руки, которые раньше сжимали меч и карали врагов, теперь бережно держали меня, словно я была самым ценным сокровищем. Я чувствовала, как Мальбонте осторожно прижимает меня к себе, словно боится, что я разобьюсь в его руках. Запах его силы — смеси демонической энергии и ангельской чистоты — окутал меня, успокаивая боль и страх. Я знала этот запах наизусть, он стал для меня родным и одновременно пугающим, ведь за ним скрывалась непостижимая мощь, которая могла сокрушить миры. Но в этот момент, когда я была на грани сознания и небытия, он был моей единственной опорой. Я почувствовала, как он осторожно поднял меня, укрывая своим плащом от внешнего мира. Каждое его движение было пропитано заботой, не свойственной тому холодному и жестокому существу, каким был Мальбонте для всех остальных. Но сейчас, в его руках, я ощущала ту самую нежность, о которой знала лишь я одна. Мое тело отказывалось слушаться, мышцы обмякли от усталости, а боль от родов все еще резала, хотя постепенно утихала под его прикосновениями. Где-то далеко я слышала крики нашего ребенка, но не могла ответить ему. Все, что я могла сделать, это отдаться на милость тому, кто держал меня в своих объятиях, и довериться ему. Мальбонте медленно опустился на колени, продолжая держать меня на руках, и я почувствовала, как он осторожно укладывает меня на мягкую постель. Его руки оставались на мне, даже когда он нежно поправлял прядь волос, спадающую мне на лицо. В его глазах я видела ту же холодную решимость, но теперь в ней читалась и бесконечная любовь, которая проявлялась только в эти редкие, но такие важные моменты. Я пыталась открыть глаза, чтобы взглянуть на него, но веки были тяжелыми, а силы покинули меня. Вместо этого я позволила себе почувствовать его присутствие, его энергию, которая продолжала обволакивать меня, защищая от всего, что могло угрожать. — Спи, Вики, — прошептал он, его голос был тихим, почти шепотом, но каждое слово резонировало глубоко внутри меня. — Ты заслужила отдых. Я здесь. Я с тобой. И в этот момент я наконец позволила себе погрузиться в долгожданный сон, зная, что проснусь в мире, где Мальбонте будет рядом, где наш ребенок будет в безопасности. Сон пришел быстро, окутывая меня своим мягким покрывалом, и я наконец-то позволила себе отдаться ему без остатка. В этом сне я была спокойна, я знала, что проснусь в новом мире, где уже не будет страха. В мире, который мы будем создавать вместе, с теми, кто нам дорог. Не знаю, сколько я проспала. Однако я пробудилась под какой-то грохот снаружи. Крики и вопли. Открыв глаза, я даже не смогла сообразить, где находилась. Был ли это Замок Люцифера или город Ордена Сопротивления. В соседних помещениях была настоящая беготня. На секунду я даже подумала, что конец света начался, но уже в следующий миг дверь комнаты, в которой я находилась, распахнулась. Сюда вошел Мальбонте с очень жесткой походкой, которая не предвещала ничего хорошего. Я рефлекторно пыталась приподняться с кровати, однако я не смогла выполнить даже такие, казалось бы, простые движения - у меня совершенно не было сил. Я все еще чувствовала, как из меня выходила кровь. Черт, регенерация совсем плохо справлялась. По ощущениям было так, будто прошло не более получаса, хот на самом деле, я уверена, что спала больше суток. Мальбонте резко подошел ко мне, наклонился прямо к моему лицу. — Прости, что это происходит прямо сейчас. Но для твоей же дальнейшей безопасности я вынужден был выполнить именно в этот момент. Метис резко подхватил мое тело на руки и унес. Я даже совсем не могла сопротивляться, хоть и чувствовала надвигающуюся беду. — Где... где мой ребенок? Почему я все еще не видела его? Кто у меня родился? Мой вопрос повис без ответа. Мальбонте распахнул двери, ведущие на балкон, и, достаточно стремительно преодолев ограждения, вылетел на открытую площадь, которая находилась совсем рядом. Нет, это место не было похоже на Замок и городок. Все вокруг давно было разрушено, на земле не осталось ни единого живого организма, включая и так достаточно скудную флору, а небо и вовсе окрасилось в кровавые краски. — Нет! Отпусти меня! Я попыталась ударить Мальбонте, но я была предательски пуста - совершенно никакой силы. Метис специально не помогал мне быстрее восстановиться. Видимо мне предстояло появиться в роли никчемной слабой жертвы. Вскоре, как мы подлетели, я увидела Всадников. Стояли крики и претензии. Ребекка. Мама тоже здесь и ее держали почти также, как и меня, то есть против собственной воли. Чуть дальше стояли Астарот, Люцифер... и Дино. — Нет! Мы не сделаем этого! Вики, сопротивляйся! Они хотят открыть последнюю печать и впустить Матерь Жизни! - отчаянно кричала Ребекка, все еще пытаясь сражаться против Чумы. Мальбонте жестко повалил меня на землю. Так, что я в виду импульса один раз перекатилась и еще ближе пала к ногам Чумы. "Перетерпи." Я осуждающе посмотрела на Мальбонте. Он же совсем не подавал вида. — Птенчик, с возвращением. Не очень хорошо было сбегать от меня. Да что уж там я, ты даже от своего суженого улетела. - Чума расхохоталась. Всадница подошла ближе, наклонилась и подняла мой подбородок своим пальцем, чтобы я смотрела прямо на нее. Острый длинный ноготь впивался в мою шею до боли. — А стоило ли оно того? Ты все же оказалась здесь! Серьезно, Мальбонте, неужели не было другой подстилки, более послушной? Чума отпустила меня и ушла дальше. Я же вновь повалилась на землю. Собрав силы, я повернула голову в сторону Мальбонте. Он жестко сжал зубы, что на улице подступили желваки. Ему явно не понравилась выходка Чумы, но я не могла понять, какая именно: ее действия по отношению ко мне или же слова, направленные в его адрес. Еще чуть повернув голову, я поймала на себе взгляд Дино, олицетворяющий полный страх, ужас, удивление и сочувствие. Только сейчас я смогла оглядеть себя: вся моя кожа была в крови, грязи, какое-то грязное платье. Лицо и волосы, я уверенна, были ничем не привлекательнее. Вся картина выглядела так, будто я не новоиспеченная мама, а бедняжка, что убегала от дикого зверя, что едва ли не разорвал меня от ярости. Ну, впрочем, может это и было слегка похоже на правду. Сейчас же, собрав пазл в голове, я поняла, какая картина предстала перед всеми. Я должна была открыть печать вместе со своей матерью, как представители продолжения родов метисов. Узнав об этой участи, я решила сбежать. Мальбонте, изначально знавший, что меня ожидает, решил выбиться мне в союзники, вот только в романтическом плане это стало бы намного проще. Я, как глупая овечка, брошенная совсем недавно Дино, который предпочел мне Лилу, радостно и совершенно отчаянно бросилась в омут Мальбонте с головой. А после я, поняв, что он играл со мной в любовь, только чтобы облегчить себе обязанность притащить меня и заставить меня открыть печать, решила сбежать от него. Вот только за свою выходку я хорошенечко получила от Метиса в последствии нашей погони, откуда я вышла вся грязная, окровавленная, совершенно выдохвнувшаяся, без сил. Обстоятельства прекрасно сложились, как для меня, так и для Мальбонте. Раздался сильный грохот, будто бы началось землетрясение в 4-5 баллов. Бессмертные еле устояли на ногах, но некоторые от неожиданности точно, как я, повалились на землю. — Пора. Мать зовет. Мальбонте молниеносно подошел ко мне, взял грубо за локоть и потянул за собой так, что я за пару метров раздробила себе колени до крови. — Ай! Мне больно! Отпусти-и-и-и меня! Падонок! Я сопротивлялась как могла. Била, царапала и кусала Мальбонте. Слезы застилали мои глаза полностью, от чего я уже ничего не видела. — На, получай! Ади воткнул в грудь Мальбонте или палку, или копье. Не знаю, я не могла разобрать из-за размытости в глазах. Однако я отчетливо могла видеть, что это импровизированное оружие прошло сквозь тело. Я вскрикнула от испуга. — Нет! Мальбонте отшатнулся на пару шагов назад, явно не ожидая такого выпода от демона. Метис еще сильнее сжал свою руку на моем локте. Забыв про собственную боль, я перевела все свое внимание теперь на него. Я осторожно переместила свободную руку ему на торс, боясь задеть пораженное место. Однако продлилось это недолго. Кто-то подхватил меня сзади на руки. Обернувшись я увидела, что это был Дино. Далее началась жуткая бойня между Орденом и Всадниками. Мне было плевать. В этот момент весь мой фокус был лишь на Мальбонте и собственной боли в коленях и внизу живота. Почему регенерация не справляется? Могу ли я умереть прямо здесь от непрекращающегося кровотечения? А Мальбонте? Черт, почему я пекусь о нем в такой момент? Он ведь причина всей моей боли, а я все равно, как глупая овечка бегу за ним! Рывок. Мальбонте вынул копье из своей груди. Зажмурившись и потерпев примерно с минуту, Мальбонте двинулся на Ади. — Только тронь его! Ты меня больше никогда не увидишь! Клянусь тебе! Ни меня, ни... — Молчи! Я молниеносно замолчала, поняв, что чуть ли не проболталась про ребенка. Никому нельзя знать об этом. Только не в этот момент сражения, когда я даже саму себя не могу защитить, не то что свое чадо в случае чего. Мальбонте... нет, он тоже не защитит. Он все равно играет на стороне Всадников. Я все еще находилась в руках и в подобии объятий Дино. Посмотрев на него, мне стало еще более тошно. Оторвавшись от него, я опустилась на землю, прижав колени к груди. Мой взор был обращен на Всадников. Чума и Смерть были заняты борьбой, в то время как Голод стоял в сторонке и курил. Он явно не был заинтересован ни в битве, ни в целях своих сестер, ни в тем более освобождении Матери Жизни. Он выглядел отчужденным, будто бы ему весь мир уже давно был понятен. Тут же я осознала, что Смерть была единственной из Всадников, кто знала про мою беременность. почему же она промолчала? Она явно давно догадалась, что я уже родила ребенка. Почему она не пошла на его поиски? Мой взор снова был направлен на Мальбонте. Он все же прислушался ко мне и не тронул Ади. Все-таки боится меня потерять? Или же ребенка? Черт, с этой суматохой и моим полуживым состоянием я даже не то чтобы не наградила наше чадо именем, я даже не знала, кто родился: мальчик или девочка. Наверняка Мальбонте знает. Черт, надо быстрее все закончить, иначе все дело закончится лишними смертями десятка бессмертных. Я решительно встала, собрав все остатки сил, что были во мне. На еле гнущихся ногах я подошла к нужному месту, чтобы открыть печать. Вокруг все еще бушевала бойня. Лишь взгляд Мальбонте заметил меня. Не желая на него смотреть, я махнула головой и отвернулась от него. Мне необходимо начать процесс. Ребекку заставят закончить, пусть даже пытками, но она выполнит. Я же вот пытки возможно не переживу. Дело было даже не в том, что я хотела жить для самой себя, нет. Теперь же у меня появился новый смысл продолжать сражаться - ребенок. Я хочу его увидеть, потрогать, обнять, поцеловать... в конце концов, дать имя. Сейчас я держалась за жизнь только ради него, или нее. Шепфа, и какая же я после этого мать, если до сих пор не знаю пол своего чада? Сконцентрировавшись на книге, я положила обе ладони на ее корку. Закрыла глаза и мысленно представила, как отрываю одну печать. Силы стали стремительнее меня покидать. На момент я перестала дышать, будто бы мне насильно перекрыли воздух. А спустя мгновение я почувствовала, что мои руки насквозь прожигают миллионы острых иголок, да еще и раскаленных, будто бы само жерло вулкана. Я невольно закричала, а мои колени подкосились. Клянусь, я бы упала. Мальбонте подхватил меня сзади, крепко и со сдержанной нежностью обхватывая своими ладонями меня за талию, тем самым не давая мне свалиться. Я попыталась его оттолкнуть от себя, на что он лишь сильнее прижался ко мне. Теперь я спиной ощущала его торс. Мальбонте опустил подбородок мне на макушку, нервно выдохнув мне в растрепанные волосы. Мое тело обволокло его тепло. Оказывается я продрогла от холода из-за недостатка сил, которых становилось все меньше с каждой миллисекундой. Мои веки закрывались от слабости. Ноги стали ватными. Если бы не поддержка Мальбонте, я бы уже давно свалилась обратно на землю. Книга жадно впилась в мои руки, высасывая чуть ли не жизнь из меня. Слух также покидал мое тело, что становилось все холоднее, а прикосновения Мальбонте все горячее. Я стала живым трупом. Но вот наконец до меня донесся щелчок. Печать открыта. Книга издала импульс, который наверняка отбросил бы меня метров на десять. Мои руки теперь безжизненно свисали. — Молодец. Теперь отдохни. - совсем едва слышно сказал Мальбонте. Меня взяли на руки так, что я находилась в лежачем состоянии, уткнувшись лицом в грудь Метиса. Мальбонте держал меня так, что одной рукой он дотрагивался до моего пульса на шее - идеальный путь для передачи силы и жизненной энергии, чтобы я все еще оставалась в сознании. Вот теперь я почувствовала как регенерация начала свое дело. Кровотечение стало намного медленнее. — Ты такой теплый... - шепотом прошептала я дрожащим голосом. После своих сказанных слов я почувствовала легкую дрожь в районе груди мужчины. — Вики, что ты наделала?! Мне было сейчас совершенно не до воплей своей матери. Мои глаза все еще были закрыты, для лучшего сохранения сил. Однако я могла по звукам разобрать все происходящее: все таки Ребекку заставили добровольно открыть печать, чем-то угрожая. Честно, все стало таким неважным. Мальбонте удалялся с каждым шагом все дальше от места происшествий. — Отпусти меня. - тихо прошептала я. — Нет. - ответил Мальбонте. Я подняла голову, чтобы увидеть его выражение лица и возразить, но он вновь вернул меня в исходное положение одним движением. — Отпусти. И без тебя справлюсь! - сказала уже я требовательным тоном. Мальбонте лишь томно вздохнул на мои слова, потом перевернул меня и усадил возле дерева. Я облокотилась спиной к стволу. Метис выставил руки по обе стороны моих плеч и придвинулся так, чтобы я смотрела лишь только на него. Посмотрел на меня жестким, слишком серьезным взглядом. — Может ты не будешь хоть раз в жизни препираться мне? Его вопрос вызвал во мне смешок. — А то что? Вновь меня на землю кинешь? - спросила я у мужчины с вызовом. Он вот только хотел мне ответить, как на небе прогремел сильный гром с яркими вспышками и раскатами гроз. Вновь местность окутало землетрясение, вот только теперь оно было еще ощутимее. Будь такое на Земле, уже давно многоэтажные дома свалились, словно карточные замки или домино, а весь асфальт бы треснул в щепки, появилось бы много оврагов, вплоть до сильных трещин в земной коре. Я инстинктивно схватилась за руки Мальбонте, что находились по обе стороны меня. Впилась ногтями в его рукава одежды. От сильной качки я даже не могла произнести ни звука. Метис же, быстро среагировав, словно подготовленный солдат, прижал меня к себе, чтобы в случае чего я не провалилась в новоиспеченные трещины и пропасть там, где мы все находились. Я в ответ крепко обняла его, боясь отпустить хотя бы на миг. Все обиды и недомолвки в такой момент стали настоящей мелочью. Я безмолвно молилась всему миру, лишь бы с нашим ребенком все было хорошо прямо сейчас. Сердце буквально разрывалось от страха за маленькое чудо, что только появилось на свет. Мальбонте еще сильнее прижал меня к себе, как бы давая понять, чтобы я не беспокоилась. Ага. Да я сейчас с ума сойду от тревожности! Если бы не руки метиса, я бы взлетела. Все небо окрасилось в багровый цвет. Снова белая вспышка. Все взгляды бессмертных, включая нас, были направлены на место нахождения книги. Она треснула по швам. Еще одна вспышка света, самая масштабная. Как только она прошла, весь мир затих и будто бы время остановилось. К нам пришла Матерь Жизни.