Нас не догонят

— Родительский день — полный отстой, — канючил Себастьян, из-за тени наблюдая за наводнившими территорию лагеря родственниками, приехавшими навестить своих отпрысков. — Да ладно, хоть отдохнём, — отозвалась Амелия и прибила жирного комара на спине напарника. С того дня на заливе прошло целых две недели, смена подходила к концу, а они так ни разу и не поговорили о том, что там случилось. Делали вид, будто ничего не произошло, но каждый копался в своей голове целыми днями напролёт. Себастьяну смертельно не хватало беспрерывного общения с Оминисом, который всегда имел за пазухой полезный совет, а Амелия так же страдала по бойким наставлениям подруги Натти. Так и проходил день за днём в ставшем им уже родным лагере. Дети подуспокоились, заскучали по домам, смиренно проходили все прописанные им процедуры, и даже Гаррет перестал пакостить, но уже не из-за вознаграждения в виде чупа-чупса, а просто от лени. — А это кто? — Внимание Амелии привлекла незнакомая девочка с трубкой в носу: она выглядела очень бледно и болезненно, еле передвигала ноги, но очень живо выглядывала кого-то в толпе блестящими от предвкушения встречи глазами. — Это… Моя сестра. Анна, — не своим голосом отчеканил Себастьян и вскочил со скамьи, где они сидели, побежал, нет, понёсся со всех ног навстречу той девочке. Хотел было подхватить её на руки, но в последний миг одумался, трепетно заключил её в свои объятия, ласково гладя по голове, которую она положила ему на грудь. Амелия не на шутку растерялась. Себастьян ни разу не проговорился, что у него есть сестра, да ещё и, судя по всему, близнец. Если приглядеться, как две капли воды! Она несмело поднялась, нервно поправила панаму и, постаравшись выглядеть как можно более беззаботно и расслабленно, двинулась в сторону Себастьяна и Анны. — Ты Амелия? — приулыбнулась девушка, завидев напарницу брата в толпе. «Точно Сэллоу. Они с братом совсем не умеют здороваться?» — с иронией подумала Амелия и кинула насмешливый взгляд в Себастьяна. Тот отчего-то стоял растерянный, не похожий сам на себя. — Здравствуй, Анна. — Амелия протянула для пожатия руку, но вопреки ожиданиям очутилась в слабых, но тёплых объятиях новой знакомой. Ладонь скользнула по её худощавой спине. Рёбра выпирали из-под белой футболки. Себастьян изо всех сил пытался не смотреть на сестру, чтобы не видеть, как мучается и деформируется её тело. Оставшись втроём в тенистой беседке, они поближе познакомились и Амелия узнала, что Анна уже второй год борется с лейкемией, но ей становится всё хуже несмотря на беспрерывное лечение, полностью оплачиваемое родным дядей, с которым она живёт в их с Себастьяном старом родительском доме. Он-то и запрещает Анне покидать отчий дом даже для того, чтобы погулять или посетить лекции в университете. Из-за этого у них с Себастьяном периодически случаются ссоры, после одной из которых он переехал в квартиру неподалёку от универа — это тоже стоило немалых усилий, поскольку большое состояние, оставшееся близнецам после смерти родителей, дядя Соломон прикарманил себе. — Но… Как же он отпустил тебя сюда? — спросила Амелия Анну, выслушав рассказ о деспотичном родственнике. — Я поставил ему ультиматум: либо Анна приезжает в лагерь, либо я ухожу из универа, — гневно бросил Себастьян, а его лицо залило краской. — Хочу, чтобы сестра жила как и другие, веселилась, а не тухла в четырёх стенах. На этих словах Анна шутливо пихнула брата в бок и хрипло засмеялась, но в её потухших глазах всё равно плескалась тоска. До конца смены Амелии и Себастьяна оставалось две недели, и решено было распределить Анну в их отряд, чтобы брату было сподручнее за ней присматривать. Анне настоятельно рекомендовалось посещать все процедуры, принимать солнечные ванны и плавать в океане, чтобы набираться сил и хорошего настроения. Даже без этого, казалось, девушка расцветает на глазах: изголодавшаяся по общению, она не умолкала ни на минуту, иногда даже забывала про еду и сон, лишь бы лишний раз поиграть с ребятами в карты, посмотреть кино или спеть под гитару. Каждый вечер отряды и их вожатые собирались у большого костра и делились впечатлениями за минувший день, и с прибытием Анны в лагерь эти разговоры стали намного оживлённей. Себастьян безмерно радовался за сестру, его душа больше не болела за неё, сидящую безвылазно в старом доме без общения и нормальной жизни. Однако смена подходила к концу, намечалась прощальная дискотека, и он решился на то, что столько времени созревало в его голове. — Не хочешь потанцевать? — Он подошёл к Амелии, которая в это время поправляла причёску Анны. Кругом взрывалась музыка, танцпол искрил ярким светом прожекторов, ребята целовались по углам, думая, что их никто не замечает. Амелия сделала последние штрихи в виде пшиков лака для волос и отпустила рвущуюся на танцы Анну. Затем исподлобья посмотрела на Себастьяна: — Потанцевать? Ну пошли. — Она как бы безразлично пожала плечами, но в грудь будто ударили со всей силы футбольным мячом. Что он собирается ей сказать? Может, поцелует или признается в чём-то? Себастьян, полностью покрытый загаром, выглядел в этот вечер особенно притягательно в лёгкой белой рубашке и тёмных шортах. С растрёпанными отросшими волосами он буквально приклеил к себе всё внимание Амелии, и никакие её старания казаться отчуждённой не возымели успеха. Ступая на танцплощадку, она чувствовала мелкую дрожь во всём теле. Всё то напряжение, что копилось с того дня на заливе, начало постепенно выплёскиваться в энергичных движениях, прыжках и визгах под громкую музыку. Всё, что она видела в огромном скоплении людей, это улыбку Себастьяна и его загорелую шею, выглядывающую из-за белого воротника. Включили медляк. Подростки, как тараканы, разбежались по углам и скамейкам в стеснении пригласить друг друга на танец. Амелия и Себастьян не сдвинулись с места, машинально прильнув друг к другу под спокойную музыку, будто делали так сотню раз прежде. Глядя на них, потихоньку начали подтягиваться и осмелевшие парочки, и уже через две песни танцпол вновь заполнился. — Я хотел тебе кое-что сказать, — тихо начал Себастьян, приблизившись к уху Амелии. Её кожа покрылась упругими мурашками. Она сглотнула ком, подкативший к горлу, и кивнула в ожидании следующих слов. — Ты так хорошо ладишь с Анной, — продолжил Себастьян. — Ты правда отличная вожатая. Амелия не знала, что ответить и к чему он клонит, но всё внутри неё трепыхалось от нетерпения услышать что-то, что она и сама мало представляла, но если бы услышала, то тотчас поняла, что это именно оно. Пальцы Сэллоу, невесомо касающиеся талии Амелии, едва заметно напряглись. Он словно хотел её к себе прижать, но не осмеливался. — Ей очень нравится здесь. Впервые за долгое время Анна сияет. — Себастьян широко улыбнулся и мотнул головой. Танец заканчивался, а заветные слова так и не были услышаны. Амелия начала нервничать и чувствовать себя неуютно. — Я бы хотел, чтобы ты и дальше помогала ей социализироваться, — вдруг выдал Себастьян на полном серьёзе, страдальчески заглядывая в глаза Амелии. — Пожалуйста, ради Анны… Он сжал её плечи, когда плавная спокойная музыка сменилась какой-то попсой. Амелия как вкопанная стояла посреди танцпола и глупо смотрела в лицо Себастьяна, пытаясь собрать мысли по кусочкам. — Мне… надо идти, Себастьян. — Она высвободилась из его хватки и быстрым шагом устремилась к вожатскому домику, где закрылась на весь оставшийся вечер, от стресса погрузившись в глубокий беспокойный сон.