Remnant Invicta

Спустя некоторое время повседневная жизнь не столько стала лучше, сколько привычнее. Всё было так же, как и в то время, когда Жон только поступил в инженерный корпус, а в последствии в казармы. И, скорее всего, точно так же всё происходило и когда он впервые пошёл в школу, и перестал жить дома с родителями. Способность человека приспосабливаться уже давно считается основной причиной, по которой они по-прежнему существуют как вид. В новостях и разной пропаганде всегда упоминали это. Не то, чтобы новости тоже не являлись пропагандой, в данный момент пропагандой было всё. Но, так как это была пропаганда против монстров — никто особо не жаловался. Стойкость народа, стойкость духа, стойкость Вейла. Жон задавался вопросом, не говорилось ли это так часто для того, чтобы пристыдить тех, кто не чувствовал себя настолько стойкими, и заставить их подчиниться? Не жалуйтесь на условия — будьте выносливее. Почему вы так страдаете по мелочам? Будьте как ваши соседи, будьте выносливее. Не подводите военных, не разочаровывайте предков. Не становитесь частью проблемы. Вас избивают до полусмерти на каждой тренировке? И вы этим расстроены? Ну, наберитесь смелости, научитесь использовать ауру, да, в конце-концов, просто станьте лучше. Жон ещё не дорос до уровня охотников, но он уже научился не жаловаться и терпеть удары. Сегодня удары наносила Руби, и, по крайней мере, она была не такой сукой, как Вельвет. Во всяком, во всем, что касается слов. Маленькие кулачки Руби, усиленные аурой, были весьма болезненны. Он увернулся от одного из них и нанёс удар ей под локтем, зацепив подбородок и отбросив её назад. Шагнув к ней, он нацелился ей в левую щеку, но наткнулся на предплечье, поднятое, чтобы заблокировать удар. Руби обхватила его левую руку, прижала её к своему боку и придержала, а затем ударила правой ладонью ему в челюсть. Челюсть ответила треском. Руби отпустила его, и он, пошатываясь, отступил назад, подняв руки для тайм-аута. — Не сломала? — спросила Руби. Было достаточно больно, чтобы удар показался чувствительным, но Жон покачал головой. Боль была такая, будто челюсть оказалась не на своём месте, или же вообще вывихнута, но он смог вправить её обратно с неприятным звуком, прозвеневшим в ушах. Боль почти сразу же прошла. — Я думаю, что ты просто её вывихнула. У тебя страшный хук. — Янг бы тебе голову оторвала. Он не был уверен, что это обычное преувеличение. Все, как обычно, проводили спарринги, и Янг снова была поставлена в один ряд с лучшими в их группе. Нередко её поединки заканчивались травмами, поэтому ей было поставлено редкое правило — останавливаться, когда у кого-то заканчивалась аура. Больше так никто не делал. Генерал-лейтенант Гудвич чётко говорила, что Гриммы не остановятся только потому, что у них ослабнет аура, поэтому необходимо продолжать бой до тех пор, пока она не скажет, что он закончен, или же пока не сможешь больше двигаться. — Я готов продолжать, — сказал Жон, снова поднимая руки. Руби повторила за ним, и вскоре они снова принялись за дело. Любая пауза, превышающая полминуты, привлекала старшего офицера Гудвич, как полевая мышь привлекала ястреба, и Жон не собирался становиться объектом её гнева, когда он и так сильно отставал от остальных. Контролировать ауру легче не стало, и он уже начинал думать, что никогда не сможет добиться полного контроля. Сан пытался помочь ему во внеурочное время старыми упражнениями, которые он выполнял ещё в те времена, когда его только учили пользоваться аурой, но их тренировали с одиннадцати лет, и это было заметно. Пока он понял только то, что овладевание аурой происходит медленно и плавно, как и овладевание любым другим исскуством, и на это требовалось сильно больше времени, чем он мог себе позволить. Это так же знала и Генерал-лейтенант, поэтому она согласилась с методом Скарлатины и продолжала обучать его по принципу «сделай или умри». Либо он научится инстинктивно использовать свою ауру, либо умрёт. В любом случае проблема будет решена. По его мнению, это был справедливый подход. Так или иначе, он всё равно погибнет от Гриммов, так что он терпел издевательства и продвигался вперёд. В каком-то смысле вся эта жестокость была их способом сказать, что они стараются обучить его изо всех сил. Гораздо проще было бы просто оставить его с безнадежными попытками добиться контроля с помощью упражнений, а потом отправить его на задание умирать и умыть руки. Если старший офицер выкраивала время из своего напряжённого рабочего графика, чтобы приказать курсантам его избивать, значит, ей было не всё равно, и она хотела сделать из него что-то хотя бы отдаленно похожее на охотника. Он уважал это. Он был благодарен за это, и за синяки, за боль, и за частые походы в лазарет. Приложи они меньше усилий, и он умрёт. К концу тренировки он был весь в синяках и кровоподтеках, нос и губа кровоточили, а левая бровь была рассечена костяшкой пальца Руби. Задыхаясь, он отступил назад и поклонился Руби, которая поклонилась в ответ, так сильно обливаясь потом, что её майка прилипла к коже, а чёрный спортивный лифчик просвечивал насквозь. На ней был только синяк под глазом, полученный, откровенно говоря, чудом — он проскочил мимо её защиты в тот момент, когда она рассекла ему губу и зацепила левый глаз. Аура Руби выдержала, но синяк она всё равно получила. — Кадет Роуз, — сказала их офицер, Жон и Руби вскочили на ноги и отдали честь. — Как его успехи? Проявилась ли аура? — Он жив, мэм, — сказала Руби, самым откровенным образом признавая, что при желании могла бы его убить. Жон в этом не сомневался. — Думаю, он бы свалился с одного удара, если бы его аура хотя бы не гасила мои удары. — Понятно. Арк, вашу руку. — Жон немедленно протянул её, и Генерал-лейтенант Гудвич прижала к ней свой свиток. Устройство издало звуковой сигнал, и она убрала его обратно. — У вас осталось 16%. Вы использовали свою ауру подсознательно. Хорошая работа. На её лице не было улыбки, не было признаков того, что она впечатлена, но она похвалила его, и он знал, что это значит, что она считает, что он заслужил это. Она бы не произнесла ни слова, если бы сочла его прогресс недостаточным. Таким вот она была человеком. — Спасибо, мэм. И благодарю за обучение. — Это не идеальный результат, кадет. Я говорю откровенно. В идеале аура должна защищать вас от всего, пока она полностью не истощится, и только тогда вы начнёте получать полный урон. Ваша же, похоже, гасит всё, поглощая, как я понимаю, какой-то процент и пропуская остальное. Это может сделать её более экономичной, и она продержится дольше, но только за счёт вашего здоровья. — Будет ли это полезно в полевых условиях, мэм? — В полевых условиях вы будете полезны независимо от того, есть у вас аура или нет, но если вы спрашиваете, будет ли от вас серьёзная польза, то я скажу, что это зависит только от вас. Если вы сможете преодолевать боль и избегать серьёзных травм, то, возможно, продержитесь дольше, чем большинство других охотников. Если же вы поддадитесь боли или получите критическое ранение раньше времени, потому что ваша аура не смогла отработать как следует, то вы станете обузой. Жон кивнул. — Какие-нибудь советы, мэм? — Узнайте, где вы можете, а где не можете позволить себе получить ранение, и отдайте приоритет защите этих областей. Всё остальное приносите в жертву. — В общем, прикрыть жизненно важные органы и стиснув зубы терпеть всё остальное. Примерно этого он и ожидал. — Хотя я уверена, что исследователи с удовольствием проведут тесты на точный процент попаданий, от которых защищает ваша аура, но для вас это закончится не лучшим образом, да и толку от этого не будет, если нельзя будет повторить всё это в бою и с достаточной детальностью. Поэтому придётся довольствоваться тем, что есть. Вы оба свободны. Жон и Руби снова отдали честь и подождали, пока офицер окончательно не ушла, прежде чем удалиться. Жон тяжело дышал, в то время, как Руби хихикнула и хлопнула его по руке. Ей поставили новый зуб у стоматолога, после того как Янг притащила её туда, пиная и крича. Очевидно, Руби решила, что она прекрасно обойдётся тем, что есть и ей не нужны вставные зубы, но Янг не захотела оставлять всё как есть. Он был немного удивлён, что Вейл заботится о таких вещах, когда даже с полным набором зубов они проживут не слишком долго, но, видимо, материалы были не настолько и дорогие, а моральный дух студентов был куда важнее незначительных трат. По тем же причинам они игнорировали грубое нарушение правил, употребление алкоголя и наркотиков. Не говоря уже о правилах, запрещающих сексуальные отношения, которые настолько откровенно игнорировались, что Жон задавался вопросом, зачем они вообще существуют. Он решил, что это просто дань старым традициям, чтобы начальство оставалось довольным. После утренней тренировки у них был часовой перерыв на отдых и обед. Девиз Бикона, похоже, заключался в том, чтобы есть мало и часто, скорее всего потому, что им требовалось снова набить желудок после того, как некоторые люди были доведены тренировками до рвоты. Еда в Биконе была вкусной, и он был приятно удивлен этим фактом. У них были овощи недельной давности, крупный картофель и растительные заменители мяса, богатые белком. Руби с восторгом рассказала ему, что раз в месяц им даже дают настоящее мясо. — Серьёзно, мясо? — Ага, настоящее мясо, — подтвердила Руби, кивнув. — Ты когда-нибудь пробовал его? — Я несколько раз ел крыс, — сказал Жон, пожав плечами. Его сестра поймала её, и они приготовили её на костре. Вкус был ужасный. — А один из моих отрядов однажды поймал птицу, но у неё был привкус металла. — Из-за пули, которая её сбила. — Ни то, ни другое не было очень вкусно. А что у вас тут? — Курица. Курица? Чëрт. Он присвистнул, представляя, какой она будет на вкус. Конечно, он знал обо всех видах мяса, которые люди употребляли в пищу — его учили этому в школе, но ему всегда было трудно представить, что целые поля отведены только для животных, чтобы они просто бродили по ним и ели траву. На этом пространстве можно было выращивать так много полезных культур, особенно на вертикальных фермах. Не говоря уже о том, что сельскохозяйственные культуры не нужно было кормить пищей, которую могли бы есть люди, как это было необходимо для домашнего скота. Это было попросту неэффективно. То же самое можно сказать и о рыбе, которая раньше в изобилии водилась в водах и реках Вейла, но которая была уничтожена Гриммами. По общеизвестным данным, Гриммам не нужно было есть, и тем не менее они безжалостно охотились на животных, доводя их до полного исчезновения — но только в тех местах, которые находились поблизости от людей. Из учебников он знал, что в отдаленных от людей районах животные могли процветать, и это лишь подтверждало, что человечество находилось под осадой. Прошло десять лет с тех пор, как были уничтожены последние рыболовецкие суда, вынужденные заплывать всё дальше в поисках улова, пока те не достигли океанских глубин и не были растерзаны гигантскими Гриммами, которые патрулируют местные воды. Его родители раньше ели рыбу, но мама всегда говорила ему, что в ней нет ничего особенного. Он знал, что она так говорила, чтобы не вызывать у них зависть. — Когда будет следующий мясной паёк? Я бы с удовольствием попробовал. — Через две недели. Последний раз был как раз перед твоим прибытием. — Я так просто пропустил такое событие? — простонал Жон. — О да, какой же я везучий. — Он взял пластиковый поднос у стойки и проследовал за Руби, взяв миску с овсянкой на воде, посыпанной различными питательными порошками и какой-то витаминной смесью. Вероятно, там были и какие-то добавки для повышения эффективности, но, когда всё это было смешано вместе, разобрать что-то отдельное было невозможно. Они отнесли блюда к переполненному столу и сели рядом с Реном с одной стороны и Янг с другой. — А я-то думала, куда вы запропастились, — сказала Янг. — Занимались ли с моей сестрой какими-нибудь непотребствами? — Гудвич нас задержала. — Уф. — Дразнящая ухмылка Янг исчезла. Веселье и старший офицер не сочетались в одном предложении. — У тебя ведь с ней нет никаких проблем? — Нет, — сказала Руби. — Она просто хотела узнать, как дела у Жона. Судя по всему, его аура всегда пассивно включена и гасит каждый удар. Не знаю точно, насколько сильно. Может быть, где-то пятьдесят на пятьдесят. — Лучше так, чем никак, — сказал Рен. — Точно. — Жон покопался в овсянке и проглотил её с пластиковой ложки. Она была густой, тёплой и не настолько плохой, как батончики, которые он привык есть в полевых условиях. Однако и не так хороша, как индивидуальные рационы, которую ему достались в подарок от Бикона. — Что-то случилось? Что-то я не вижу Блейк. — Он вздрогнул, когда под столом его задела чья-то нога. Нора дёргала головой из стороны в сторону. — Э-э-эм… — Ребята, всё окей. — Янг слабо рассмеялась и повернулась к нему. — Отряд Мантикора отправили на задание. На территории, которую мы удерживаем от Гриммов упал Буллхед. Им нужно зачистить округу, чтобы инженеры могли разобрать его на части. Жаль, что вместе с его прошлым отрядом не послали команду охотников, когда они занимались тем же самым, но по их данным, район должен был быть безопасным. Но не в данном случае, а значит, место, куда был направлен отряд Мантикоры, скорее всего, было горячей точкой. Однако Вейл не мог просто так отказаться от целого транспортника. Такая техника на деревьях не растёт. — Я, конечно, волнуюсь, — продолжила Янг, — но я же не собираюсь пооткусывать вам головы, если вы об этом будете заикаться. — Она ткнула пальцем в сторону Норы которая, делала вид, что ковыряется в тарелке с едой. Никто и никогда подобным не занимался, в основном потому что обычно все были очень голодными. — Я не настолько ужасна. Не знаю, с чего ты вообще такое решила. — Хм. Интересно, — сказал Рен. — Может быть, с того, что в тот раз, когда Руби отправили на тест в одиночку, ты чуть не оторвала себе руку от волнения? Я спросил, всё ли с тобой в порядке, и ты меня ударила. — Руби — моя сестра. А ты тогда меня напугал. — Я сидел рядом с тобой! — И в итоге Руби сидит прямо тут, — сказала, собственно, Руби. — И со мной всё было в полном порядке. Просто Янг — та ещё паникëрша, — повернулась она к Жону. — Я имею в виду, это было почти как если бы я была настоящей охотницей или что-то подобное. Представляешь, совсем в одиночку, на «миссии». С противогазом и всем остальным дальше по списку. — Мне просто не нравится, когда отряд разбивают на части, — сказала Янг. — Мне кажется неправильным, когда одного или двух человек посылают, а остальные остаются. Держимся вместе, сражаемся вместе… — Янг подняла кулак над столом. — Умираем вместе, — ответили Сан, Рен, Нора и Руби, поднеся свои кулаки к её. Жон быстро, хотя и лишь спустя секунду, повторил её слова. Ему понравилась эта идея — особенно если учесть, что он не смог воплотить её в жизнь в своих прошлых отрядах. Быть единственным выжившим — не повод для гордости или радости. Это означало, что приходится жить с воспоминаниями, угрызениями совести и сомнениями. Он не винил Янг за то, что она готова умереть вместе с сестрой, чем жить без неё. Даже если они были сёстрами только потому, что выросли на одной ферме. — Как ты себя чувствуешь после стимуляторов? — спросил Сан, когда они вернулись к еде. Жон пожал плечами, набив рот едой. Он уже несколько дней назад получил полный набор препаратов, но пока не заметил особых улучшений. Не то чтобы он ожидал, что за ночь у него вырастут мышцы или увеличится масса тела, но он не чувствовал себя даже немного сильнее или способнее, и так и сказал. — Нужно время, — сказал Рен. — Это довольно тонкий процесс. Так безопаснее. Так ты быстрее станешь лучше, но не думай, что всё произойдёт ни с того, ни с сего, без каких-либо усилий. Опять же, мы принимали их годами, так что ты опять в отстающих. — Мне кажется, что я только этим и занимаюсь. В смысле, догоняю. — Да, но с другой стороны, командование будет держать это в уме, когда будут рассматривать наш отряд для миссий. Поскольку Мантикора получила своё вчера, мы, вероятно, должны получить ещё одно сегодня, но пока никаких приказов не поступало. — Я тоже об этом думала, — сказала Нора. — Хотела сказать об этом, но не хотела нас сглазить. — Аналогично, — хихикнула Руби. — Они не собираются посылать нас куда бы то ни было, пока не узнают, выдержит ли Жон, или согнëтся под тяжестью. — сказала Янг. — Да, но они могли бы послать нас и без Жона, — заметил Рен. — И они этого не сделали. Я думаю, они хотят держать нас вместе, и надеются на то, что мы поможем ему наверстать упущенное. Это не так уж и плохо. Если честно, я предпочту перерыв, вместо очередных миссий. Остальные согласились, и Жон не винил их. Никому не нравилось, когда нужно было что-то делать, особенно если это означало выход за пределы аркологии. Инженерный корпус редко работал вне аркологии — их задача часто заключалась в ремонте ключевых укреплений или аванпостов, которые, технически, находились за стенами аркологии, но по сути, буквально у самого подножия этих стен. Это было настолько безопасно, насколько это вообще возможно за пределами аркологии. И тем не менее, всякий раз, когда их посылали куда-то, над полком словно сгущалась мгла. Он даже не мог себе представить, насколько всё плохо там, куда отправляют охотников, ведь они в первую очередь попадают в самые тяжёлые и опасные условия. — ВНИМАНИЕ! — крикнул знакомый голос. — ПРИБЫЛ КОМАНДУЮЩИЙ! Стулья заскрипели, столы застонали, все быстро вскочили на ноги, в том числе и Жон, и повернулись лицом к двери, отдавая честь ещё до того, как увидели, кому именно. Сам Генерал Озпин стоял рядом с Генерал-лейтенантом Гудвич, и уже через десять секунд все люди в кафетерии — включая обслуживающий персонал — стояли в строгой готовности. Не было только одного человека за стойкой, который выключал все печи и кухонное оборудование, чтобы ничего не подгорело, но после этого он тоже встал по стойке смирно. Генерал Озпин терпеливо ждал, пока это не произошло. — Спасибо, — сказал генерал Озпин. Он не сказал «вольно», поэтому все остались неподвижными. — Мне жаль прерывать ваш отдых и трапезу, но у меня есть объявление, которое не может ждать. Он снял очки и убрал их в футляр, то же самое сделала и Генерал-лейтенант Гудвич. Затем Озпин поправил свою трость, взял её в руки и, держа под мышкой, тоже отдал честь. Этого не требовалось от командующего, но то, что он это сделал, никого не смутило. Просто это не было хорошим предзнаменованием. — По состоянию на десять-ноль-ноль, два часа назад, Королевство Атлас официально пало. Жон ахнул. Зрение затуманилось. Мир, казалось, увеличился и потемнел, а стены сомкнулись вокруг. Он, должно быть, неправильно расслышал его слова. Не могло это быть правдой. По столовой прокатилась волнующаяся рябь голосов. Остановить такое было невозможно. На этот раз Генерал-лейтенант Гудвич не стала приказывать им замолчать. Вместо этого она отдала честь, как то немногое, что она могла сделать, стоя совершенно неподвижно, как пример для подражания. Генерал Озпин тихонько шикнул на них, будучи похожим больше на дедушку, чем на командующего. — Тише, пожалуйста, — попросил он. — Пожалуйста, тише, я вас прекрасно понимаю. — Он подождал, пока они снова затихнут. — Королевство Атлас подверглось массированной атаке, подобной которой не было со времен разрушения Мистраля. Аркология была атакована в полночь, и эвакуация началась в час-ноль-ноль. Военные Атласа, а также Академия Атласа мужественно держали оборону, чтобы ключевой персонал и оборудование могли быть эвакуированы. Ключевой персонал и оборудование. Не граждане. Никогда не были граждане. Каждая аркология была тонко сбалансированной системой, и приток беженцев из другого королевства нарушил бы этот баланс и отправил бы её в смертельный каскад разрушения. Как бы ужасно это ни звучало, а это было ужасно, Вейл сможет выжить, только если позволит всем этим людям умереть. Будьте стойкими. Примите их жертву. Почтите её. Не плачьте, не расстраивайтесь и не спрашивайте, можем ли мы сделать больше. Просто стисните зубы и выдержите бурю. И мечтайте о том дне, когда всё это закончится. — Вейл будет отвечать за обеспечение обороны маршрута их эвакуации, — продолжил генерал. — Уже отправлены охотники, чтобы прикрыть их отступление и не допустить проникновения Гриммов на земли Вейла. Это значит, что никто из них не будет охранять место прибытия. Но атака на него, хотя и менее вероятна, но всё ещё возможна. Поэтому Бикон вызвался… Или, что более вероятно, получил приказ: Встретить эвакуированных и охранять их, пока они будут проходить тщательную проверку и обработку. Ожидается, что они прибудут через час. Приказы отправлены на ваши свитки. Будьте готовы к немедленному отлëту. — Он ещё раз отдал честь. — Ремнант Инвикта. — Ремнант Инвикта, — хором отозвались столпившиеся курсанты.

/-/

Жон слышал рассказы и видел видеоролики об Атласе. Он представлял себе, каково это — жить там. Атлас был самой продвинутой из аркологий и, поговаривали, имел самую сильную и хорошо оснащенную армию на Ремнанте. Это был бастион — Бастион, с большой буквы — и все, наверное, в тот или иной момент думали, что он, вероятно, будет последней аркологией, которая останется в целости, когда все остальные в конце концов падут. Он был уверен, что жители Атласа тоже так думали. Жон был доставлен по воздуху на площадку в стороне от аркологии Вейл, где обычно разбивали лагерь военные. Лагерь был защищен так же хорошо, как и всё, что находилось за стенами, но так же его можно было быстро покинуть, если возникнут проблемы. С утёса открывался вид на воду, которая когда-то была свободной от всяких притязаний, пока Салем не решила увеличить численность своих водных Гриммов. Теперь всё, что выходило за пределы мелководья, неизбежно погибало в считанные секунды, а косяки чёрных "рыб" размером с ладонь часто патрулировали берега, разрывая на части любого, кто имел глупость зайти в воду, как и любое животное, упавшее в воду. Поэтому было понятно, что Атлас не будет эвакуироваться по морю. Вместо этого беженцы были доставлены воздухом. Воздух, последний кусочек пространства, за который человечество ещё могло бороться. Он не принадлежал им и не принадлежал Салем, и битва там бушевала, как и всегда. Жон стоял и с трепетом наблюдал, как над его головой проносятся истребители, которых он никогда не видел в таких количествах, выныривая из аркологии и устремляясь на север. — Так много воздушной техники одновременно, такого не было уже несколько десятилетий, — заметил Сан. Фавн ожидал дальнейших указаний рядом с ним: отряд Феникс получил чёткие инструкции о том, что они должны присутствовать при сопровождении нескольких VIP-персон. Янг спросила Генерал-лейтенанта Гудвич, почему им доверяют ВИПов, на что Генерал-лейтенант ответила, что все, кто способен сражаться с Гриммами, уже направлены на борьбу с ними. Это было несколько устрашающе. Когда Мистраль пал, Салем позволила оставшимся в живых бежать. Почему бы и нет? У других аркологий стало бы больше ртов, которых нужно было кормить, что ещё больше увеличивало нагрузку на и без того ограниченные ресурсы. Странно, что в данном случае всё прошло иначе — и странно, что Салем вообще решила напасть на Атлас. Он был уверен, что более умные люди, чем он, разберутся в этом, найдут причины и примут меры, чтобы такого не повторилось. Ему же оставалось только выполнять приказы. Было уже 14.00, и всё ещё было светло, а значит, было сложнее заметить признаки ведущихся сражений, если они были. Если бы сейчас была ночь, он был уверен, небо было освещено вспышками на многие километры. Официальных новостей о падении Атласа среди населения не было, и у студентов был строгий приказ молчать об этом. Новость нужно было сформулировать так, чтобы отдать честь Атласу, но при этом избежать паники. Возможно, они хотели, чтобы кто-то из этих ВИПов выступил по национальному телевидению и рассказал о храброй обороне аркологии Атласа и о том, как извлечение ценных грузов поможет процветанию Вейла. Он не завидовал государственному телеканалу, которому пришлось бы придумывать позитивный сценарий для такого события. — То, что они посылают столько бойцов, должно значить, что всё, что вывезено из Атласа, более чем достойно спасения, — продолжал Сан, подняв руку над визором и вглядываясь вдаль. В шлеме и маске это движение выглядело немного странно, но иногда визоры не полностью затемняли солнце, хотя и должны были. Неприятно было и то, что они частенько запотевали. Гнили Гримм не должно быть настолько близко к Вейлу, но все эти люди, прибывшие из Атласа, вполне могли быть заражены, и их всех должны поместить в карантин для проверки. Кроме того, это значило, что члены отряда должны защитить себя и не допустить распространения заразы. Поняв, что Сан пытается вывести его на разговор — скорее всего, чтобы успокоить его нервы, — Жон присоединился к беседе. — Скорее всего, там будут резервуары для искусственного выращивания, что находились в Атласе. Это позволит нам производить больше охотников. — Ну, я уверен, что их они тоже привезут. Но, Гриммы наверняка будут их преследовать, чтобы уничтожить Атлас. Это же самая сильная аркология. — Была самой сильной. — Да. — Сан помрачнел. — А теперь нас отправляют на их спасение. Не пойми меня неправильно, я рад, что мы помогаем, но разве тебе не интересно, ради чего мы тратим столько сил? — Конечно, интересно. Уверен, что со временем нас проинформируют. Сан усмехнулся. — Кого, нас? Грязь под ногами? Да, обязательно проинформируют. Иногда мне кажется, что они не стали бы сообщать нам наши собственные задачи, если бы не боялись, что мы устроим какую-нибудь хрень. — Он рассмеялся, и Жон присоединился к нему. Смеяться в такой ситуации было приятно. Согревающе. — Запомни мои слова, Жон, здесь кроется что-то большее. Никаких предупреждений о нападении, Атлас внезапно пал, а теперь мы задействуем всё, что у нас есть, чтобы вывезти то, что... Коммуникаторы в шлемах ожили. — Всем отрядам боевая готовность. Ожидаемое время прибытия — две минуты. Встреча может быть «тёплой». Жон мог различить приближающийся белый корабль. По мере приближения он спускался. На данный момент он уже планировал, из двигателя на одном крыле валил дым, а нос был задран вверх, в попытках держать высоту как можно дольше. — «Тёплая», говорите», — сказал Сан. — Не хотелось бы увидеть то, что Генерал-лейтенант назовет «горячей» встречей. Определенно, люди будут ехать верхом на Гриммах, спасаясь от луны, столкнувшейся с Ремнантом и небо будет красным от крови. За стенами аркологии находился участок без деревьев, которые выжигали каждые несколько месяцев. Трава уничтожалась огнеметами, как и любая другая растительность, образуя пространство длиной в несколько сотен метров, где Гриммы не смогут спрятаться. Именно на это открытое пространство и был нацелен транспортник — вернее, пилот отказался от попыток набрать высоту, чтобы лететь дальше. Пилот опустил корабль над верхушками деревьев, сбив по пути несколько, а затем выпустил шасси. Колеса оторвались в тот же миг, как только они коснулись земли. Он ударился о землю и проделал мощную борозду, разбрасывая почву во все стороны, словно фонтаном, а затем заскользил по ней, что явно не могло оказаться приятной посадкой для тех, кто находился на борту. Он пропахал больше ста пятидесяти метров, а затем остановился, зарывшись носом в землю по самые окна. — Отряд Феникс, — приказала генерал-лейтенант Гудвич. — Охраняйте VIP-персон и доставьте их в изолятор. Всем остальным — сформировать периметр. Оружие наготове. Открыть огонь при появлении первых признаков Гриммов. После первой фразы Жон уже тронулся с места, и его быстро догнали Руби и Янг. Однако они замедлили шаг, чтобы сохранить сплочённость группы, и отряд из шести человек приблизился к цели с оружием наизготовку. Никогда нельзя было предугадать, с чем можно столкнуться, учитывая существование Гнили Гримм. Отряд расположился у входа, причём Янг не давала им приблизиться до тех пор, пока не была сформирована хотя бы половина периметра. После она кивнула, а Жон достал праховый резак и принялся за работу по вырезанию отверстия. — А я-то думал, что моё инженерное образование больше не будет иметь значения. Теперь становится немного понятнее, почему они хотели, чтобы этим занимался именно наш отряд. Ну, и вторая причина в том, что из-за него, команда, так или иначе была, своего рода, одноразовой. Это на тот, надеюсь, маловероятный случай, если все на борту окажутся заражены Гнилью. Жон закончил вырезать прямоугольное отверстие, затем вцепился пальцами в предварительно вырезанную рукоятку и потянул, отступив в сторону, в то время как импровизированная дверь с шумом грохнулась на землю. Края разреза ещё несколько секунд оставались вишнево-красными, но уже совсем скоро отряд устремился в кабину. Рен быстро залез внутрь и проверил обоих пилотов, сначала откинув их головы назад, чтобы проверить целостность масок, а затем коснувшись пальцами летных костюмов в районе горла. — Живы, — доложил он, подняв руку с оттопыренным вверх большим пальцем. — Должно быть, их вырубило столкновение с землей. Я могу вытащить этих двоих в одиночку, если вы хотите идти дальше. — Хорошо, — сказала Янг. — Остальные — держимся вместе. Помните, что эти люди на нашей стороне, пока не доказано обратное. Давайте проявим немного вежливости. Оружие просто так не поднимать. Но и ушами не хлопать, будьте наготове. — Жон пригнул свой ПП к полу, держа его под углом примерно в сорок пять градусов, чтобы его можно было поднять одним движением. Янг шагнула к следующей двери, коснулась панели, и дверь открылась. Похоже, что внутренняя обстановка пострадала гораздо меньше, чем обшивка. Они прошли через складское помещение, где к стенам было прикреплено множество огромных стеклянных колб, которые были так хорошо защищены и изолированы, что даже падение не смогло их разбить. Однако в одной из них была трещина, на стороне, обращенной к ним. Проблем с её ремонтом возникнуть не должно, в противном случае они бы просто теряли по одному будущему охотнику в год. За дверью находилось ещё несколько хранилищ, содержимое было закрыто брезентом или упаковано в ящики, и разглядеть его было нелегко. Они медленно шли по центру, Жон и Руби посматривали слева и справа на случай, если среди груза кто-то спрятался. Из-за того, что шлемы фильтровали воздух, их дыхание было тяжёлым и резким в тишине помещения. Они находились в хвосте транспортника. Места для пассажиров оставалось немного, и становилось всё более очевидно, что этот летательный аппарат получил возможность вырваться вперёд только потому, что его неживой груз был важнее живых пассажиров тех немногих грузовых транспортников, которые шли позади. Людей можно заменить. Оборудование, подобное этому, — нет. Следующая дверь открылась, наконец, в пассажирский отсек. Он был небольшим, чуть больше двух рядов сидений, и на них лежали четыре человека, сгорбленные и без сознания. Жон надеялся, что они были именно без сознания. На них не было масок. — Чëрт побери, — ворчала Нора. — После миссии у нас точно будут брать кровь на анализ. — Его бы так или иначе провели, — сказала Руби. — С трудом верится, что нас примут как есть. — Дай девушке немного помечтать. — Проверьте их, — приказала Янг. Жон приблизился к самой невысокой из предполагаемых VIP-персон — девушке с ярко-белыми волосами, рассыпавшимися по плечам. Подперев рукой в перчатке подбородок, он наклонил её голову и поморщился от засохшей на губах крови. К счастью, оказалось, что это всего лишь носовое кровотечение, так как больше ничего обнаружить не удалось, и она ещё дышала. — Жива, — доложил он. — Жива, — сказал Сан. — Жива, — отчиталась Руби. — Скончался. — Нора позволила голове последнего человека упасть, его подбородок упёрся в грудь. — Вот так облом. Никаких видимых причин смерти. Возможно, сердечный приступ. Янг прикоснулась рукой к боковой поверхности шлема. — Докладывает отряд Феникс. Трое из четырёх VIP-персон найдены живыми. Самый старший мужчина скончался. Два пилота обнаружены живыми. Все без сознания. Запрашиваю разрешение на эвакуацию. — Разрешаю, отряд Феникс, — ответила генерал-лейтенант Гудвич. — Охраняйте оставшихся в живых VIP-персон и оставьте погибшего. Выход через заднюю часть самолета. Вы должны будете доставить VIP-персон на исследовательскую станцию пешком. Обстановка в воздухе накалилась, и было замечено большое количество Гриммов, пробивающихся через Великую стену. У нас нет свободных транспортных средств, которые бы не были перенаправлены в бой. Чëрт. Возможно, Сан был ближе всех к истине, когда говорил, что что-то не так. Это было далеко не простое нападение, если Гриммы вели организованное наступление. Что же здесь было таким важным, что твари так старались выследить всех выживших в Атласе? Неужели они сделали что-то такое, что так сильно разозлило Королеву Гриммов? — Принято, офицер, — ответила Янг. — Имейте в виду, что на VIP-персонах нет шлемов и масок. Пилоты носят стандартные средства защиты. — Принято. Держите свои надетыми. — Вас поняла. Отряд Феникс, отбой. — Янг опустила руку и сказала: — Вы слышали леди. У нас двое взрослых и один ребенок… — Янг ещё раз взглянула на девочку, перед которой стоял Жон, и фыркнула: — Хотя нет. Два взрослых и ещё одна взрослая размером с Руби. — Эй! — крикнула Руби. — Сан и Руби — берите ту, которая полегче, мы с Норой — вторую. Жон, ты справишься с мелкой? — Так точно. Он расстегнул перекрестные ремни девушки и перевернул её на сиденье, затем просунул руки ей под колени, чтобы подхватить поудобнее. Он мог бы нести её через плечо, но если у нее была травма головы, то болтаться у него на спине вниз головой — отличный способ усугубить ситуацию. Девушка была одета в белую одежду, которая не выглядела как военная форма. Это были серые брюки, слишком плотно облегающие фигуру, чтобы быть пригодными в бою, бледно-голубая рубашка и белый халат. На левой груди, рядом с карманом, висел небольшой белый бейджик с надписью: «Вайс Шни. Schnee R&D». Значит, они были исследователями. Учёными. Это немного объясняло, что за груз находился в самолете, но оставляло ещё больше вопросов о том, что же такого они могли обнаружить, что сделало их настолько ценными. Это могло быть что угодно — от оружия до способа изготовления большего количества капсул искусственного выращивания, или даже способа более эффективного выращивания пищи. Всё, что повышало шансы человечества, было поводом приветствовать их в Вейле и достаточным основанием для того, чтобы они попали в «расстрельный список» Гриммов. Впятером они отнесли трёх человек в заднюю часть летательного аппарата, затем вышли через все ещё функционирующую дверь на траву. Теперь он мог слышать, как вдалеке бушует битва. Их офицер не ошибалась, когда сказала, что обстановка накалилась, потому что в небе над лесами Вейла происходила настоящая война. Оглянувшись назад, он увидел, как истребитель, объятый огнём, опускается всё ниже в лес, а затем взрывается. — Лучше бы эти люди стоили того! — крикнула Янг. — Давайте выдвигаться. Быстрее! Жон побежал вслед за остальными, которые и так уже достаточно замедлились из-за того, что им пришлось нести людей на себе. Пилотов, к сожалению, пришлось оставить. Их наверняка подберут другие отряды, когда будут отступать, а приказ доставить этих людей в безопасное место был для них приоритетным. Когда они бежали трусцой, он почувствовал, как девушка на его руках подпрыгивает вверх-вниз, и это движение, должно быть, разбудило её, потому что она застонала и начала медленно приходить в себя. Он подумал, не ввести ли ей транквилизатор, чтобы снова погрузить в сон, но не был уверен, что она сейчас сможет выдержать действие препарата. Лучше было использовать более гуманный подход. Как говорила Янг, Вейл ждал этих людей с распростёртыми объятиями — несмотря на их жёсткую посадку. — Мисс Шни, пожалуйста, сохраняйте спокойствие, — сказал Жон, как можно громче. — Вас сопровождают для проведения проверки и последующего отдыха. Пожалуйста, проявите сотрудничество и позвольте мне доставить вас в безопасное место. Вы понимаете, что я говорю? Девушка открыла глаза. Они были затуманены, голова кружилась, ресницы слиплись перед голубыми глазами. Они посмотрела в сторону его лица, или, может быть, она увидела своё собственное, отраженное в его визоре. Её левая рука отчаянно вцепилась в его куртку. — В… Вейл, — пролепетала девушка. — М... Мы смогли…? Мы…? — Вы добрались до Вейла, но потерпели крушение. Я несу вас в безопасное место. — О… Остальные…? — Ещё двое выжили. Обе женщины. Мужчина, который был с вами, погиб. — Он понял, как это может повлиять на неё, и добавил: — Мне очень жаль. — Я… — Лицо девушки скривилось от боли, но она заставила себя продолжать. — У меня есть информация. Исследования. Их нужно… Их нужно защитить. Она хочет… Она хочет именно это. Хочет нас. — Её пальцы сжались на его воротнике и притянули его голову ближе. — Не оставляйте нас, — прохрипела она. — Она активирует всех спящих агентов, которые у неё есть, чтобы убить нас. Если вы нас бросите… мы… — Её голова откинулась назад, глаза закатились, а рука соскользнула с воротника. Жон не решался заговорить, но он знал, что её слова должны были быть услышаны не только им. Поэтому он озвучил своё предположение. — Командование, ответьте. Вы слышали её слова? — Громко и чётко, кадет, — ответила старший офицер. В её голосе было что-то такое, чего он не мог распознать. Что-то необычное, с небольшим волнением. — Я обновляю ваши приказы. Вы должны оставаться с ней во время изоляции и анализов. Если кто-то, кроме меня или Генерала Озпина, попытается разлучить её с вами или будет вести себя необычным образом, вы имеете право расправиться с ними. При необходимости — летально. То же самое будет передано вашему отряду в отношении других VIP-персон. Мы никогда не можем исключить возможность появления Гнили Гримм среди ключевого персонала. Будьте осторожны и подвергайте сомнению каждый приказ. — Приказ получен, — сказал Жон. Похоже, Нору ждала более длительная изоляция, чем она предполагала. И его тоже. — Арк, отбой. Он дождался треска помех, а затем снова посмотрел на девушку. Она была без сознания и вряд ли очнётся в ближайшее время, уязвимая, бежавшая из Атласа, самой сильной аркологии, когда оная пала под натиском Гриммов. И даже так, когда их летательный аппарат попал в зону обстрела ПВО Вейла, он все равно был сбит Гриммами. Он ничего не сказал, но не мог не начать задаваться вопросами. Почему же Королева Гриммов так сильно хочет вас заполучить…?