Три-плекс

молоток похож на глоток

на последний глоток гвоздя

я сижу у шизы в гостях

и играю с шизой в лото,

входит звук,

а выходит — толк

ток идёт — провода хрустят

я подвесил шизу на стяг

и прикрылся ей, как зонтом

обретают объём кранты

балансируя на бревне

(добрый знак — долетят до дна)

мы сегодня с шизой на «ты»

надо мною довлеет Над

и тупое стремленье к Вне

Артем Шепель

      Брайан неторопливо вышел из ресторана на Батлер стрит — в последнее время он уже не в первый раз заходил сюда поужинать после работы, причем независимо от того, во сколько ее заканчивал. Вкусная еда, приятная атмосфера, ненавязчивое обслуживание — все то, что хотелось бы видеть в собственном ресторане, у которого пока не было даже названия.       Август в этом году оказался великолепным, с нечастыми легкими дождями, в меру освежающими Питтсбург. Правда, иногда днем было слишком уж жарко, но вечера уже недвусмысленно намекали на скорое наступление осени — сейчас Брайан отчетливо это понял, почувствовав в воздухе преддверие сентября.       Пятница… Можно бы, конечно, заскочить домой, переодеться, принять душ и отправиться в «Вуди» и «Вавилон» — чтобы не забыли, кто такой Брайан Кинни, который постоянно пропадает в «Киннетике». Но надо же держать марку, да и не помешает размяться на танцполе, а главное — трахнуть пару-тройку задниц.       С этими мыслями Брайан уже почти дошел до джипа, припаркованного недалеко от ресторана, как вдруг увидел впереди… Нет, не может быть! Но да, Брайан был в этом уверен, поэтому слегка ускорил шаг и оказался прямо перед быстро шагающим Джеспером Тейлором.       — Куда спешим? — проигнорировав правила приличия и приветствия спросил он, окинув быстрым взглядом стройную фигуру в свободном черном кардигане и странно сидящих графитово-серых брюках. В сочетании с прилизанными назад волосами вид у парня был весьма нелепый — видимо, в его отсутствие второй Тейлор напрочь забыл, что такое нормальная одежда! — Смею предположить, что где-то поблизости намечается собрание католических священников на тему «есть ли у нас члены и что с ними делать». Иначе куда еще можно направляться в таком виде?       — А ты, как я посмотрю, по-прежнему можешь думать только о сексе? Видимо, где-то поблизости запланировано собрание анонимных сексоголиков? — в тон ему ответил Джесси, останавливаясь посреди почти пустого тротуара — разве что впереди маячили редкие прохожие. Брайан напрягся и напомнил себе, что остроумный ботаник Джесси за словом в карман не полезет. Стоит только чуть-чуть замешкаться и…       — Ну а что мне оставалось делать, если ты трахнул меня и не позвонил? — небрежно произнес Брайан, наблюдая за реакцией Джесси, который, споткнувшись и едва удержавшись на ногах, смешно застыл на месте.              — Вообще-то, на минуточку, ты трахнул меня! — это все, что смог выдавить из себя растерявшийся Джесси, вдруг до смешного напомнивший Джастина в тот момент, когда Брайан озвучил, сколько готов заплатить за картины. Джесси сейчас был поражен не меньше.       — Да? — притворно удивился Брайан. — Насилие над моими мозгами не считается?       — Это оно помешало тебе воспользоваться телефоном? — Джесси пришел в себя быстро, и к нему вернулась прежняя спокойная деловитость пополам с въедливостью.       — Что ты делаешь так далеко от дома? — перевел тему Брайан, мягко оттеснив Джесси к краю тротуара.       — Был в театре. Водил группу учеников на спектакль по пьесе Шекспира — мы как раз проходим английскую классику, и дела обстоят хуже, чем можно себе представить.       — «Все прогнило в Датском королевстве»? — процитировал Брайан, патетически задрав глаза к небу, словно надеясь увидеть там принца Гамлета.       — «Ах, милый мой, здесь снова пахнет бойней, и никому нет дела до любви», — вернул цитату Джесси, и это было похоже на укол кончиком хлесткой рапиры.       — До любви, может, и нет, но вот до некоторых специфических ее проявлений… — Брайан слегка понизил голос и окинул Джесси своим фирменным взглядом. — Хочешь кофе? Он может нейтрализовать передозировку Шекспиром — думаю, тебе это необходимо.       — Здесь недалеко кофейня, весьма приличная. Если завернуть за угол и пройти два квартала…       — Моя машина гораздо ближе. И как раз недавно я получил в подарок от клиента целых два фунта настоящих колумбийских зерен — думаю, тебе понравится.       — Приглашаешь в гости? — сощурил глаза Джесси, пряча в их глубине смешинку.       — Думаю, мы достаточно близко знакомы для этого? — приподнял бровь Брайан. — Или необходима какая-то специальная церемония для твоего согласия?       — Не уверен, что смогу быстро ее сочинить, стоя посреди дороги, — фыркнул Джесси.       Спустя пятнадцать минут они уже входили в подъезд дома Брайана, где Джесси восхищенно присвистнул, увидев старый лифт. А Брайан едва удержался, чтобы не навалиться на парня прямо там и не заткнуть ему рот поцелуем. А что, собирался же сегодня трахаться, и отказываться от этого желания не планирует!              — Заходи, — кивнул Брайан, отпирая дверь. — Будь как дома, но не забывай, что в гостях, как любит говорить Дебора Новотны.       — Кто?       — Это грандиозная женщина, одна из немногих особ противоположного пола, кого я уважаю, — пояснил Брайан, припоминая, что Джесси с Дебби не знаком вроде. — Она управляющая в моем кафе и мать лучшего друга. Однажды, вполне возможно, ты с ней познакомишься.       — А у тебя здесь довольно презентабельно, — Джесси поправил очки и обвел помещение оценивающим взглядом.       — Еще бы! На меньшее я не согласен, — усмехнулся Брайан, скидывая пиджак — слишком уж жаркий выдался август на пороге сентября. — Хочешь воды? — Джесси кивнул, и Брайан с тщательно скрываемой радостью достал две бутылки «Эвиан», приложив одну ко лбу, — ему самому просто необходимо было слегка охладиться, поскольку мысль наброситься на парня немедленно упорно не отпускала. — Не стой столбом, здесь нет темных углов и подкроватных монстров.       — С чего ты взял, что я боюсь несуществующих монстров? — Джесси задрал подбородок, нарочито бодро пересек комнату и слишком скромно для рисуемой бравады присел на край дивана.       — И правда. Бояться нечего, мы уже трахались, — усмехнулся Брайан, заряжая кофемашину обещанными эксклюзивными зернами.       — О путеводной звезде я слышал, но путеводный член — впервые вижу, — задумчиво произнес Джесси, приподняв очки и погладив переносицу под ними. — Меня мучает один вопрос: ты родился озабоченным или стал таковым в процессе странной эволюции, больше похожей на деградацию?       — А не лопнет ли твой мозг от такого количества информации, Солнышко? Не боишься спалить предохранители? Поверь, люди с перегоревшими мозгами то еще неприятное зрелище.       — Знаешь не понаслышке?       — Приходилось лицезреть. — От дальнейших объяснений странно бессмысленной темы отвлек сигнал о готовности напитка, и Брайан оставил Джесси в размышлениях. — Голоден? Можем заказать доставку. — Две дымящиеся кружки и сахарница заняли журнальный столик, а Брайан плюхнулся рядом с парнем, норовя коснуться его колена своим. — Сливок не держу, увы. Впрочем, как и молока.       — Не нужно. Хороший кофе не требует дополнений. Но я ожидал скабрезной шуточки о добыче псевдомолочной продукции, — ухмыльнулся Джесси, ничуть не смутившись.       — Думаешь, хорошо меня изучил? — Брайан закинул ногу на ногу и практически навалился на парня, вдавив в мягкую спинку дивана. — Так что насчет ужина?       — Спасибо, я-я-я не голоден… — пролепетал тот, мгновенно растеряв запал смелости.       — К утру проголодаешься, — Брайан, прищурившись, уставился на Джесси, ожидая отпора, возмущения или того и другого одновременно.       — Уверен, что я прыгну в твою постель, стоит пальцем поманить? — оправдав ожидания, резко сменил тон Джесси и отпихнул Брайана от себя сильно и решительно. — Не дождешься! — брови нахмурились, но Брайан заметил мелькнувшие в глазах смешинки и вновь приблизился к парню.       — Обычно я никого никогда не жду, — полушепотом произнес он, касаясь дыханием вспыхнувшей щеки, — но из каждого правила бывают исключения. Хочешь стать одним из них?       Брайан скользнул взглядом по пылающему лицу, с которого исчезло смущение, сменившись желанием и нетерпением, и невозможно медленно приблизился вплотную, давая Джесси шанс отстраниться и, не дождавшись сопротивления, мягко коснулся сжатых губ.       «Горькая сладость», — пронеслось в голове Брайана, когда язык проскользнул в приоткрывшийся рот, ощутив терпкий привкус напитка.       Джесси отвечал застенчиво и робко, но под напором словно раскрепощался с каждым движением, скользя по атакующему языку своим.              «Бастилия пала*», — мысленно усмехнулся Брайан, скользнув ладонями под одежду.       — Когда же ты перестанешь надевать ебаные старперские кардиганы, — оторвавшись от Джесси, проворчал Брайан, стягивая ненавистную вещь с плеч. Джесси едва успел сдернуть очки, бросив на широкий подлокотник, и сам освободился от рукавов, молча соглашаясь на продолжение. — Хороший мальчик, — довольно кивнул Брайан, расстегивая ряд мелких пуговиц на нелепой расцветки рубашке… под которой обнаружилась футболка с человеком-пауком во все пузо. — Блядь, тебя точно Майки покусал. Или впал в детство? Не писаешься по ночам, надеюсь?       — Если настаиваешь, могу, — хихикнул Джесси.       — Вот как тебя трахать? Ты мне весь мозг выебал. Носишь детские футболки, а намекаешь на золотой дождичек. Не подросток, а пиздец, летящий на крыльях ночи!       Брайан подвинул парня к краю, дернув за бедра, уселся поверх полулежащего Джесси и, сложив руки на груди, вопросительно поднял бровь.       — Это Черный плащ, — Джесси сверкнул невинной улыбкой. — У меня еще и белье с Чипом и Дейлом есть. Могу надеть как-нибудь.       — Ага, и они поспешат на помощь моему члену, — сдерживая смех, продолжил Брайан. — А может, ну его нахрен, этот секс, давай смотреть мультики?       — Не согласен! Подавление сексуального возбуждения чревато застойными явлениями в области малого таза, что может привести к проблемам в мочеполовой системе мужчины…       — Стоп! Выключи, нахуй, всезнайку! Мы же не хотим, чтобы мой член упал?       — Учитывая вышесказанное, нет.       — Вот и займи свой рот более полезным делом, — Брайан расстегнул молнию, освобождая непосредственного участника вечеринки из тесного плена брюк, и развел руки в стороны. — Начинай.       — Ну… Я как бы не умею, — стушевался Джесси.       — Соси, как умеешь.       — Хрум-хрум-хрум? — пошутил тот.       — Я тебе, блядь, дам хрум-хрум! — Брайан смотрел на хихикающего парня, поглаживая свой член. — Вспомни, как это делал я, и повторяй. И сними уже к херам этот детский сад, если не хочешь видеть ее в помойке! Даже меня, блядь, смущает!       Джесси упрямо сложил руки на груди и прищурился, как все близорукие люди.       — Слезь с меня, ты тяжелый!       — Без проблем, сегодня ты сверху, — ухмыльнулся Брайан. — Оседлай меня, жокей.       Брайан мгновенно переместился на диван и вытянулся всем длинным телом, продолжая ласкать себя медленно и чувственно, с полуулыбкой наблюдая, как поблескивают серые глаза, жадно следя за нехитрыми действиями. Наконец, Джесси решился воспользоваться разрешением и взять дело в свои руки. Буквально.       Скинув злосчастную футболку, он робко потянулся к штанам Брайана в попытке стянуть слишком узкие брюки с упорно не помогающего в этом тела.       — Может быть, мистер Кинни перестанет изображать труп и соизволит приподнять задницу? — ехидно спросил Джесси и спихнул одну ногу с дивана.       — Соизволит, — благосклонно согласился Брайан, — и, заметь, потрясающую задницу.       — Конечно, — Джесси скептически кивнул, — от слова «трясти», я полагаю?       — Обычно мне насрать на кого бы то ни было, но странное сочувствие к вашим с Джастином родителям стремительно зарождается в очерствевшем сердце циничного педика.       — С чего это?       — Если Гас вырастет хотя бы в половину таким же пизденышем, как вы с братцем, я публично признаю свою несостоятельность как родителя.       — И Монтессори** не поможет?              — Боюсь, что в наши реалии ее система не впишется. Дай ребенку свободу, и он перевернет мир с ног на голову. Хорош отлынивать! — вдруг возмутился Брайан. — Вопрос все еще стоит на повестке дня!       — Я вижу, — Джесси уже более смело стянул-таки брюки и отбросил куда-то за диван.       — Эй, это, блядь «Армани», а не ширпотреб, купленный в Гэп. Аккуратнее, засранец мелкий!       — Ты хочешь секса или нет? Заканчивай брюзжать, пока я не вспомнил о твоем преклонном возрасте, — Джесси шлепнул Брайана по ляжке и со смехом посмотрел в расширившиеся от изумления глаза. — В тихом омуте черти водятся? Так звучит русская поговорка?       — Охуеть, — прошептал Брайан, приятно удивленный неожиданным поворотом. А пизденыш то не без сюрпризов! — Все, никаких отсосов! — отрезал Брайан и затащил Джесси на себя, уложив поверх собственного тела.       Парень мгновенно понял, чего от него ждут, и сам впился в губы Брайана, извиваясь в попытках снять брюки.       — Не поможете, сэр? — устав от бесплодных усилий попросил он, с готовностью приподняв зад, пока привычные руки Брайана стаскивали с него штаны вместе с трусами, попутно подтягивая тело вверх. Причем губы успели осыпать поцелуями белую кожу груди, а зубы — прихватить соски, вызывая непроизвольные оханья у Джесси, скинувшего, наконец, мешавшие вещицы, как взбрыкнувший молодой жеребец.              В результате активных действий член Джесси оказался в горячем плену умелого рта, а ожидающая задница — в не менее умелых руках. Когда Брайан успел достать смазку — вопрос века, но вторжение проворных пальцев оказалось приятным и прохладно скользким.              — Ты гораздо более отзывчив, чем в первый раз, — сообщил Брайан, почувствовав ответную реакцию. — Нашел любовника?              — Ну, вот еще! — Возмутился Джесси, словно его обвинили во всех грехах этого мира. — Сам…              — Исследовал собственную сексуальность? Молодец. Что может быть лучше, чем знать, что нравится, а что — не очень? — одобрил Брайан, не прерывая увлекательного занятия, удовлетворенный тем, что Джесси сам старается насадиться на его пальцы, получая при этом гамму разнообразных ощущений. — Не представляю тебя в соответствующем магазине, — усмехнулся Брайан, поглаживая нужную точку внутри.              — Я там не был, — с придыханием ответил Джесси, — у Дафны позаимствовал парочку…              — Оу, а твоя подружка разве не ангелок с белыми крылышками?              — Скорее дьявол, способный извести Люцифера… Сделай так еще раз … — Джесси охнул и распластался по груди Брайана, прикусив кожу у основания его шеи.              — Ебаный Иисус! Угораздило же трахнуть вампира, — Джесси, не разжимая зубов, хихикнул. — Прекращай пить мою драгоценную кровь. — Тот лизнул кожу в месте укуса. — Готов? — дождавшись кивка, Брайан продолжил, раскатав презерватив: — Присаживайтесь, прекрасный принц. Каменный трон к вашим услугам.              — Никогда не думал, что секс — это весело, — сообщил Джесси, грациозно выпрямляясь. Нащупав позади обещанный «трон», неумело обхватил ладонью и, направив его в себя, резко двинул бедрами.              — Эй, потише, — удержал его Брайан. — И себя травмируешь, и мне не доставишь удовольствия. Не торопись, мы никуда не опаздываем. Впускай его медленно, не зажимайся… Вот так, — одобрил он, когда Джесси последовал совету и осторожно начал опускаться на поддерживаемый рукой хозяина ствол. — Меня не оставляет мысль, что с какого-то хрена даю бесплатные уроки.              — Пришли счет моему бухгалтеру, — выдохнул Джесси, наконец, опустившись до основания.              — То есть отцу? Забавно было бы посмотреть на выражение его лица, когда он увидит наименование услуги.              — Не мечтай, мои родители все знают и не возражают.              — Когда успел сообщить им эту грандиозную новость? Помнится, ты сказал… «как они могут быть уверены в том, в чем я сам не уверен».       — Приблизительно. Это не было обухом по голове, как сделал бы ты, я полагаю, — Джесси слегка сжал ягодицы, словно пробуя ощущения на вкус. — Просто на вопрос о невестке ответил, что более вероятен вариант с зятем.       — Значит, их устраивает, что оба сына педики? Мир меняется, а я и не заметил?              — Видимо, да. Зрение с годами всех подводит, знаешь ли, — Джесси медленно двигал бедрами, откинувшись назад и оперевшись на колени Брайана, не забывая при этом язвить, чем приводил Брайана в восторг.              Он уже и не помнил когда вел светские беседы, не отрываясь от траха. Было попросту не с кем. Быстрый перепих в «Вавилоне», в туалете аэропорта, или даже в «Вуди» не вызывал желания вообще открывать рот, разве что для отсоса, но поскольку Брайан не соизволял это проделывать абы с кем и абы где, то и мысли такой не возникало. Но братья Тейлоры возродили былые желания. Когда-то он любил забавляться подобным образом, ошарашивая случайных знакомцев неожиданным вопросом в самые горячие моменты. Выражения их лиц можно было демонстрировать в рекламных роликах на тему «до» и «после». Вот только в случае с этими парнями выходило иначе и гораздо более увлекательно. Ошарашить могли они, чтоб их!              — Да, ты, как я вижу, прочувствовал всю прелесть гейского секса, — Брайан внимательно наблюдал за мимикой Джесси, находя ее очень сексуальной.       Тот то закусывал губы, то облизывал юрким языком, морщил нос, хмурил брови и блаженно улыбался, видимо, в самый приятный момент. Неожиданно движения ускорились, и Джесси задрожал, приоткрыв рот в немом крике. Было до одури сложно сохранять относительную неподвижность, позволяя парню практиковаться на живом теле, а не на какой-то заимствованной игрушке. Брайан поймал шальную мысль о необходимости подарить ребенку какой-нибудь навороченный девайс и позабавиться выражением возмущенного личика. И он это сделает, позже, а пока что терпение истончалось и, наконец, лопнуло, забрызгав ментальными кляксами мозг. Брайан резко сел, прижав Джесси к себе, и оттолкнулся от дивана, шепнув:       — Держись крепче, коала, не вздумай выпустить меня из своей тугой попки.       Ощущение дежавю накрыло ожидаемо и быстро: не так давно почти так же он нес наверх Джастина, а теперь чести удостоился и Джесси. Это странно, но невозможно волнительно. Брайан вовремя стиснул зубы, успев поймать за хвост комментарий относительно небольшой, но имеющейся на его взгляд разницы в весе — ему казалось, что Джесси на пару фунтов легче. В конце концов, не могут же близнецы и весить одинаково вплоть до унции! Представить, чем бы закончилась едва начавшаяся ночь, ляпни он подобную глупость, было легче, чем вспомнить таблицу умножения на девять.       Медленно уложив Джесси на то же покрывало, Брайан нежнее, чем когда-либо поцеловал уже припухшие губы и опустился ниже, пройдясь языком по подбородку, прикусил нежную кожу за ухом, облизал раковину и нырнул внутрь, отчего Джесси покрылся мурашками и еле слышно застонал:       — Брайан…       — Уже не мистер Кинни? — шепнул прямо в ухо тот и потерся носом о висок. — Чего ты хочешь, Джесси? Скажи…       — Ты сам знаешь, — Джесси пытался пошевелить бедрами, но тяжесть навалившегося тела не позволяла.       — Знаю, но хочу услышать от тебя, — настаивал Брайан, еле сдерживаясь, чтобы не затрахать парня до полусмерти.       — Господь всемогущий, трахни меня, Брайан!       — Впервые трахаю парня с именем божьим на устах, — рассмеялся тот, — даже преподобный отец «хороший трах» не упоминал его имя в банях, хотя и не снял крест с шеи. — Брайан двинул бедрами по кругу и с радостью выполнил отчаянное требование Джесси.       Уже не сравнивая братьев, он старался дать юному любовнику максимум наслаждения, всю нежность, на которую был способен. А если бы его спросили, почему? Чем Тейлоры отличаются от шокирующего множества других, побывавших на их месте, Брайан не смог бы ответить в двух словах. Это было просто ощущение, рождавшееся внутри, когда один из них оказывался рядом. Чувство оглушительного счастья, в которое Брайан не верил, но вдруг понимал, что оно все-таки существует. И заканчивать с ними обоими жутко не хотелось. Одно огорчало, Джесси по-прежнему держал себя, что называется, в руках, стараясь не издавать громких звуков.       — Посмотри на меня, Солнышко. Здесь хорошая звукоизоляция, отпусти себя, — Брайан замер глубоко внутри обволакивающего жара, чувствуя, как стенки сжимают его нежно, но сильно, подрагивая и пульсируя. Джесси приоткрыл затянутые дымкой глаза, пряча расширенные зрачки за длинными ресницами. — Не молчи, Джесси. Позволь услышать твой голос.       Брайан резко двинул бедрами, безошибочно находя средоточие мужского удовольствия, и каждым толчком таранил его, заставляя парня вздрагивать, вцепившись в свои напряженные предплечья.              Сладкая мука длилась и длилась. Словно Брайан подсознательно оттягивал кульминацию, стараясь как можно дольше оставаться спаянным с желанным телом физически. Глаза, не отрываясь, считывали эмоции, которые казались невозможно вкусными. Их хотелось смаковать, впитать всеми порами кожи, запомнить, чтобы воспроизвести в памяти позже, еще раз насладившись прекрасным зрелищем.              Странно было понимать, что Джастин вызывает несколько другие чувства. С ним не хотелось соперничать, спорить, бороться за первенство, начиная с поцелуя и заканчивая кувырканиями в постели в попытках уложить в желаемую позу сопротивляющегося пизденыша. Скорее, наоборот, — холить, нежить и лелеять, наслаждаясь неумелостью и застенчивым румянцем.              Два идентичных тела, но с разным эмоциональным фоном. Настолько разным, что порой мозг взрывался, уловив диссонанс ощущений и визуального восприятия. Именно это и накрыло Брайана нежеланием расставаться с таким изысканным блюдом. Не сейчас и не в ближайшем будущем точно! Оставалось только одно: не спалиться, иначе фантазийная сказка лопнет, как мыльный пузырь неудачливого фокусника.              Увы, возможности даже натренированного сдерживать оргазм тела небезграничны, Брайан, ощутив зарождающуюся вопреки его желанию волну наслаждения, просунул руку между взмокшими телами и накрыл ладонью истекающий соком член Джесси. И тот, наконец-то, громко застонал, все энергичнее вскидывая бедра навстречу неумолимо таранящему простату стволу.              — Сильнее, Брайан, сильнее! — воскликнул он и спустя пару секунд с громким стоном излился в ладонь Брайана, сжав его член пульсирующим анусом.              Пойманному в ловушку Брайану не оставалось ничего, кроме оглушительно яркого оргазма.              — Не жалеешь, что отказался от еды на вынос? — спустя долгие минуты спросил Брайан, с усилием скатившись с расслабленного тела любовника, все еще сжимавшего его в объятиях.              — Еще как жалею, — улыбнулся тот, и громкое урчание подтвердило искренность произнесенных слов.              Смеясь, Брайан нажал цифру быстрого набора номера любимого тайского ресторанчика, чья кухня работала круглосуточно и без перерывов, и сделал заказ, глядя в расширившиеся от изумления глаза Джесси.               — Столько не под силу съесть двоим за целую неделю! — воскликнул тот.              — Ты ведь никуда не торопишься? — с невинным взором спросил Брайан и удовлетворенно улыбнулся, когда Джесси отрицательно покачал головой.              

***

             — Да, Линдс, я помню, что двадцать седьмого мы идем на фестиваль гребаных водных фонарей. Веселой ебанутой на всю голову толпой, — заверил Брайан подругу, верещащую в трубку о грандиозности и красоте непонятного ему праздника. — Билеты купил, на всех. Одиннадцать, блядь, штук! Мне предложили скидку, если возьму пятнадцать! Я не массовик-затейник, в конце концов, и не клоун, нахрена мне столько? И прекрати хихикать, мать моего ребенка! Тебе не кажется, что Гас еще слишком мал, чтобы что-то понимать?.. Можно же просто прогуляться по парку и не писать всякую хрень на бумажном фонарике, который в итоге выловят и уничтожат. — Закатив глаза, он выслушал лекцию о том, что иногда полезно проводить время с друзьями, семьей и собственным сыном, и вынужденно вздохнул: — Ладно, я постараюсь не блевануть в вашей блаженной компании. Заеду в пять. С остальными встретимся на месте.              — Чего только не придумают для законного выманивания денег у населения, — проворчал Брайан, отключившись от Линдси.              И дело было не в пятидесяти долларах за билет, а в том, что придется целый гребаный вечер терпеть восторженное верещание лизуний, утроенное Ханикаттом, нытье Майки, обиженного в очередной раз на профессора, наставления Дебби, упорно не отстающей с надоедливой гиперопекой, воркование Теда с Лукой, настолько приторно сладкое, что он всерьез опасался, как бы их голубые задницы не слиплись от такого количества сахарного сиропа. И только с Виком Брайан чувствовал себя более или менее комфортно.              Оставив джип на стоянке напротив парка Аллегейни-Коммонс (корвет Брайан ни за что не согласился бы унизить детским креслом, даже если бы мамашки Гаса смогли уместиться в багажнике), Брайан подхватил спящего малыша на руки, предоставив лесбам тащить сумки с покрывалами и закусками для импровизированного пикника, узнав о котором он страдальчески закатил глаза и презрительно фыркнул.              Вся разросшаяся с появлением бойфрендов у друзей банда уже собралась возле входа, что-то оживленно обсуждая. Эммет, повиснув на могучем плече Дрю, по обыкновению эмоционально жестикулировал, без умолку болтая длинным языком. Тед и Лука стояли чуть в стороне, обняв друг друга за талии, но в то же время о чем-то споря вполголоса. Майкл же сиял улыбкой, с обожанием глядя на своего профессора, что вызвало у Брайана вздох облегчения — хотя бы сегодня ему не придется изображать носовой платок, утирая сопли лучшему другу. Дебби, в легкой шифоновой накидке нежного лавандового оттенка поверх неизменных фиолетовых лосин и яркой футболки с огромной радугой на выдающейся груди, громко смеялась над шутками брата, облаченного по случаю в нелепо яркую гавайскую рубашку.       — О чем сплетничаем, девочки? — привычно поприветствовал Брайан собравшихся, усмехнувшись на вздернутую бровь квотербека. — В твоей мужественности никто не сомневается, — персонально обратился он к Дрю и кивнул Майклу: — В заднем кармане билеты, достань и раздай всем.       — Мадонна с младенцем, но все равно командует, — съязвил Лука и быстро поднял руки в защитном жесте, когда Брайан метнул в него молнию грозным взглядом.       На входе к каждому билету прилагался бумажный фонарик с безопасной свечкой с маленькой лампочкой, маркер для написания пожелания, дурацкий пластиковый браслет, назначение которого Брайану было неведомо, и брелок с маленьким светодиодным фонариком в виде памятного сувенира, яркости которого хватило бы только чтобы рассмотреть заусенец на мизинце, и то у Гаса. Если желаний было много, никто не запрещал приобрести столько плавающих фонарей, сколько необходимо — за соответствующее количество хрустящих бумажек. Конечно же, Эммет, вечно утопающий в мечтах, приобрел не меньше десятка. Всучив покупку в большие руки Бойда, сам порхающей королевской походкой возглавил шествие к озеру Элизабет.       До главного действия фестиваля оставалось достаточно времени, и все расположились на полянке в десятке ярдов от воды, соорудив импровизированный шведский стол с поправкой на плед, заменяющий необходимую мебель. День выдался жаркий и солнечный, и прохлада, идущая от воды, делала его безумно приятным и ленивым. Гас мирно посапывал в уютном гнездышке, созданном Мелани из одеял, в тени развесистого клена, и абсолютно не реагировал на смеющихся по соседству людей.       — Не ребенок, а мечта, — умилялась Дебби, любуясь малышом, взявшим все самое лучшее от обоих родителей. — Спит, как ангелочек. Уверена, что ты, Брайан, таким не был.       — Можешь выяснить это у преподобной Джоан, — лениво ответил тот, пережевывая травинку.       Совершенно трезвая голова радовала отсутствием мыслей о работе, о ремонте ресторана, о гребаных тупых клиентах. И даже братья Тейлоры отодвинулись на второй план, пропустив умиротворяющую пустоту. Разговоры ни о чем пролетали мимо ушей, Брайан отвечал что-то, если приходилось, но особо не вслушивался. Впрочем, как обычно.       Обозревая окрестности блуждающим взглядом, он удивлялся количеству собравшегося вокруг народа. Семьями, парочками, большими и не очень компаниями. И все намеревались поучаствовать в загрязнении гребаного озера!       — Брайан! — громкий окрик выдернул его из нирваны.       — Блядь, Линдс, мне не пойдет заикание, чтоб тебя! — выругался Брайан и щелкнул подругу по носу, заставив рассмеяться всю банду. — Чего ты орешь?       — Уже темнеет, — Линдси потерла кончик носа и наморщила переносицу, — пора писать пожелания. — Протянув Брайану маркер, она внимательно следила за выражением красивого лица, впрочем, не ожидая согласия.       — Господи, не сходи с ума. Всего, чего желаю, я добиваюсь сам. Мне незачем беспокоить высшие силы, оставлю это вам.               Линдси улыбнулась и нежно погладила друга по щеке.       — О чем думаешь, Питер? Весь вечер витаешь в облаках. У тебя все нормально? — мягкий, участливый взгляд всегда действовал на Брайана умиротворяюще.       — Все в полном порядке. Я прекрасен и неотразим, как и всегда, Венди.       — Я рада, — кивнула она, — и вижу, как ты изменился. Мальчик, не желающий взрослеть, все-таки вырос?       — К сожалению, это неизбежно, — Брайан пожал плечами и взял на руки захныкавшего Гаса, укачивая и что-то нашептывая.       Наконец, желания были написаны, мечты поведаны желтой папирусной бумаге, и в числе многочисленных желающих все кинулись к берегу, дабы запустить фонарики по воде в недолгое и недалекое плавание. Озеро буквально засветилось, усыпанное сотнями подрагивающих огоньков, и Брайан вынужден был признать, что зрелище завораживало. Гас снова мирно посапывал. Это были последние относительно спокойные деньки — не сегодня, так завтра неспешные ползания сменятся косолапой ходьбой и не придется спускать глаз с любопытного малыша ни на минуту.       Практически вся темная гладь озера засветилась желтым мерцающим светом, освещая тех, кто стоял по краю берега, любуясь потрясающим видом. С каждой минутой небо становилось темнее, а свет над озером — ярче, и вдруг Брайан заметил знакомый силуэт, который, рассмеявшись, кое о ком напомнил, и звук, гонимый ветерком, достиг его ушей вместе с другим, не менее громким, но более высоким — женским. И тогда Брайан обратил внимание на второй силуэт — миниатюрная девушка с копной кудрявых волос — это все, что можно было разглядеть в сумерках.       «Что здесь делает Джесси?» — подумал он.       А почему Джесси? Это может быть и Джастин. Но именно Джесси делит квартиру с подругой… как там ее? Дафна, кажется. А не ее ли Брайан видел на рисунках Джастина? По крайней мере, похоже. Одна подружка на двоих? Хотя ничего странного, если они выросли вместе. Или она и стала причиной взаимной холодности братьев? Но они же педики, оба!       «Понятно, что нихрена не понятно!» — Брайан усмехнулся собственному выводу и решил не ломать голову над тем, что рано или поздно само выплывет наружу.       

***

      Показалось, или в толпе мелькнул Брайан Кинни? Находясь среди явно знакомых друг с другом людей, он притягивал, как магнит — я не мог оторвать от него взгляд, и в этот момент пожалел, что позволил Дафне уговорить себя прийти к озеру. Она едва успела вернуться в Питтсбург, как все уши прожужжала мне о празднике. А еще я почти испугался того, что натворил и как далеко позволил этому зайти. И как теперь выпутываться из самим же расставленной ловушки? А скоро начнутся занятия, станет еще сложнее — второй курс это не первый, поблажек не будет.       Было слишком страшно думать об этом сейчас, поэтому я просто схватил Дафну за руку и потащил по тропинке вверх — подальше от Брайана. И поближе к собственному провалу? Я не знал, какое желание написать на фонаре, и уж, тем более, каким образом его исполнить, поэтому ограничился размытой формулировкой «удачно закончить проект в первом семестре».

***

             В лофте, засыпая в огромной кровати один, Брайан мечтал о невозможном: слева — Джастин, справа — Джесси… Или наоборот… Ведь от перемены мест слагаемых вряд ли что-нибудь изменится.                     *Фраза «Бастилия пала» принадлежит Гийому Аполлинеру, автору книги «Алкоголи».       **Педагогика Монтессори — это педагогическая система, предложенная в первой половине XX века итальянским педагогом и врачом Марией Монтессори.