Что-то на летнем

      — Поттер везунчик. В отличие от нас укатил себе на виллу со своим папиком, а нам тут горбатиться не пойми ради чего!       Раскрасневшийся Тео сжал зубы и, напрягшись, поднял очередной мешок с мусором, закидывая тот себе на плечи. От резкого движения юношу повело, и ему пришлось сделать пару шагов в сторону, отчего Нотт едва не снёс стоящего рядом Гойла. Шатаясь под весом куля, парень прошёл несколько метров в сторону, где у длинного, поднятого им же самим совсем недавно плетённого забора уже грузилась целая гора с одинаковыми мешками. Сбросив свою ношу, Теодор вернулся к трудящимся друзьям.       — Нет, Драко, я всё понимаю. У вас там сейчас активный секс и любовь со всеми вытекающими, но… А, твою же мать! — вскрикнул не замолкающий ни на минуту Нотт и затряс рукой. — Занозу загнал! Да какую огромную! Твою мать, Малфой! За каким драконом мы сюда припёрлись? — парень наконец перестал трясти пострадавшей конечностью, и теперь его стремительно краснеющий палец был направлен аккурат на согнувшегося в три погибели Драко.       — Отстань, — буркнул Малфой, не разгибаясь и даже не поворачивая головы в сторону, надо отметить, справедливо возмущающегося друга.       Крики и ругань Нотта порядком утомили Драко. Ему стало плохо ещё с прошлой ночи, когда он понял, что за прошедший день успел сгореть, застудить горло холодной водой и, кажется, отравиться местной, весьма специфичной кухней. Впридачу выспаться ему так и не удалось. Когда встревоженная его состоянием Гермиона затолкала в него половину из тех магловских медикаментов, что взяла из дома и — о, Мерлин! — ему немного стало лучше, разразилась ужасная гроза. Ко всему прибавилась дикая головная боль от нестихающего воя ветра, биения океана и раскатов грома, которые, казалось, били его точно по темечку.       Драко побледнел. Тошнота накатывала снова и снова, а ещё одну волшебную таблетку Гермиона отказалась ему давать. После чего слова «в инструкции написано…» стали для Малфоя своего рода проклятием. Будь его воля и не отбери вчера Мия его палочку, пока он был в полубреду, он бы с огромным удовольствием сжёг бы и инструкцию, и того, кто эту бумажку положил в коробочку с таким нужным сейчас ему лекарством.       — Хватит, Тео. Не видишь, Драко и без тебя плохо, — широкоплечий и молчаливый Грегори, до этого стоически переносящий и жару, и физический труд, от которого ломило кости и ныли мышцы, разогнулся и вытер тыльной стороной ладони пот со лба. Гойл-младший разительно отличался от тонкокостного Малфоя и ухоженного Нотта. Более простой, с грубыми, будто рублеными чертами лица, он возвышался над ними на добрые полторы головы, осматривая сейчас двух аристократов со своего гигантского роста. — У него, вон, опять с желудком плохо. Сейчас побежит блевать дальше, чем видит. Пожалей болезного, — в голосе Грегори прорезались сочувственные нотки.       Драко кинул благодарный взгляд на друга. Его мало кто удивлял в жизни, но Гойл был одним из тех, кто смог его поразить и удивить. Приятно удивить. Впрочем, будь они врагами, сюрприз бы оказал обратный эффект.       Неуклюжий, полненький, откровенно глупый мальчик с годами превратился в крепкого, сильного юношу, достойно носящего цвета своего факультета. Простота, всё же, в нём преобладала, как и прямолинейность, но больше назвать Грегори глупым ни у кого язык не поворачивался.       — Спа… — начал Малфой и был вынужден зажать рот рукой, чтобы те крохи свежей воды, что он выпил не так давно, не вылились из него наружу вместе с желудочным соком. Все остальное он вытошнил ещё с первыми лучами.       — И что? — Нотт проводил спешно уползающего от них Драко раздражённым взглядом. — От того, что ему тоже плохо, мне лучше не становится! — будто в подтверждение своих слов он ткнул распухшим и покрасневшим пальцем, из которого торчала заноза, Грегори под нос. — Вот видишь!       — Всё равно заняться нечем было, — Грегори пожал плечами, безразлично смотря на ткнутый под нос палец. — А так чем-то полезным займёмся. Всяко лучше, чем бесцельно весь день лежать на песке.       — Да что ты понимаешь, Гойл? Это же самый кайф! — Нотт тут же подскочил к другу и, приобняв его за плечи здоровой рукой, заговорил мечтательным голосом. — Вот только представь: ты лежишь на мягком белом песочке в тени пальм, шумит ласковый прибой, доносится далёкий крик чаек, дует лёгкий бриз. Ты потягиваешь восхитительно вкусный коктейль, а перед глазами по пляжу бродят красивые девчонки в купальниках, которые как ниточки, — Нотт зажмурился, как довольный жмыр, живо представляя себе эту картинку, так как пару дней назад именно этим он и занимался. — Ну так как?       Грегори неопределённо хмыкнул, улыбнулся чему-то своему, тряхнул головой и сбросил руку Нотта.       — Вот поделаем дела и вернёшься к своим девочкам и коктейлям. За работу!       — Ну ты и зануда, Гойл! — Тео закатил глаза и сделал шаг в сторону, когда вдруг замер и, обернувшись, окинул друга подозрительным взглядом. — Или подождите. Тебе нравится какая-то девчонка? Ты поэтому на других и не смотришь даже? Наш малыш втюрился?       — Отвали, — бросил Грегори, как совсем недавно Драко, и вернулся к сбору мусора в выделенные им серые мешки.       — Грего-о-ори! Ну нет, теперь я от тебя не отстану! Говори! Кто она? Мы с ней знакомы? Она со Слизерина или местная? — вопросы вылетали из рта Нотта быстрее, чем тот успевал задуматься о них. Ему и в голову не приходило, что их молчаливый крепыш может пасть жертвой сердечных дел.       Грегори упорно молчал, сосредоточившись на работе. Тео же из кожи вон лез, чтобы выудить из него хоть слово, но все попытки были тщетны — Гойл не сказал больше ни слова.       — Хочу сдохнуть, — простонал Драко, плетясь обратно к друзьям, держась одной рукой за живот, который сводило болезненными спазмами. На лбу у парня выступила испарина, рубашка липла к стройному телу, а самого его знатно пошатывало, того гляди рухнет, не донеся ноги до земли при следующем шаге.       — И как Гермиона на тебя такого повелась. Инфернал и то тебя краше, Малфой, — хохотнул Тео и тут же получил подзатыльник от Грегори. Гойл сил не рассчитал, и Тео шатнуло вперёд. — Эй, чего дерёшься?       — У тебя заноза, — пояснил Грегори, но понятней не стало.       — Чего?       — В пальце, — Грегори поймал руку Нотта и поднял на уровень глаз. — Ещё раз что-то такое в ближайшие пару часов скажешь, вытащу занозу и воткну в язык.       Угроза Гойла подействовала, и рассерженный Тео обиженно отошёл от друзей в сторону. Он всё никак не мог взять в толк, зачем они, во имя Мерлина, припёрлись в этот маленький отель-кэмпинг для маглов, или чем бы то ни было, в то место, где они сейчас находились, и взялись им помогать.       В идее приехать сюда они должны были быть благодарны Гермионе, которая услышала о том, что это местечко, полное детишек, пострадало после прошедшего шторма, и добрая душа не могла дальше спокойно отдыхать, когда рядом кто-то страдал. Сначала девушка убедила Драко, а где Малфой, там и остальные. Грейнджер не остановило даже то, что её парень чувствовал себя ожившим мертвяком.       Единственный, кто избежал сомнительной чести оказаться в магловском лагере детей и помогать им разгребать завалы, убирать мусор, выравнивать стены бунгало, присматривать за малышнёй и готовить им еду, был Гарри.       Когда они пришли за Поттером, дверь открыл министр в одних пижамных штанах, державшихся на бёдрах на честном слове, а отсутствие рубашки открывало потрясный вид на великолепное, крепкое тело мужчины.       — Гарри занят, мальчики и девочки. Сегодня играете без него, — с ухмылкой обломал их министр Реддл и захлопнул дверь у их носов.       — Мирятся, значит, — философски заметила Гермиона, а в следующий момент уже командовала ими и организовывала для поездки в этот магловский ад.       Тео присел на поваленный ствол пальмы. Хотелось есть и пить. Рядом с блюющим Драко ни того, ни другого не хотелось, но стоило лишь сесть в теньке и расслабить натруженные мышцы, как голод и жажда дали о себе знать.       — Половину состояния из банковской ячейки за холодную свежую воду, — простонал юноша и опёрся локтями о колени, роняя голову на сцепленные руки.       — Держите. Не вода, но очень освежает, — раздалось совсем близко над Тео, и тот вздрогнул. Рука рефлекторно метнулась к карману, в котором лежала волшебная палочка. Но тревога оказалась ложной. Рядом с ним стояла красивая девушка лет шестнадцати. Коренастая, как и все здесь, с небольшой, высокой, упругой грудью, тонкой талией и крутыми бедрами. Медная кожа блестела и манила прикоснуться к ней. Волосы чёрной рекой ниспадали на плечи и спину, а карие, почти чёрные глаза таинственно мерцали.       — Что это? — Тео не мог оторвать взгляд от красивой незнакомки, едва уделив внимание бутыли с жёлто-коричневой жидкостью.       — Комбуча, — девушка очаровательно улыбнулась, обложив бело-жемчужные зубы. — Пейте, — она втолкнула бутыль в руки Тео, не отрывая от него своих колдовских глаз.       Парень молча принял сосуд из её рук и, не думая, сделал пару большим глотков. Незнакомый кисло-сладкий, чуть газированный напиток освежал, и Тео не заметил, как выпил почти всё.       — Спасибо, — искренне поблагодарил юноша. — Я Тео. А тебя как зовут? — спросил он, не спеша возвращать бутыль.       — Эрзули, — девушка смущённо и слегка кокетливо опустила глаза и прикусила нижнюю губу белоснежными зубками. А потом, будто набравшись смелости, робко подняла на Тео взгляд и поинтересовалась. — Не хотите пройтись со мной? Здесь недалеко есть такой красивый и удивительный грот. В моём народе верят, что посетивший его может попросить у духов одно желание, и оно обязательно исполнится!       Тео хмыкнул про себя на сказки о желании и духах, но идея немного пройтись с очаровательной местной была весьма заманчива.       «Всё лучше, чем продолжать убирать мусор. Какая разница, что она магл, я ведь не жениться на ней собираюсь», — решил Тео, принимая предложение милой Эрзули и позволяя той увести себя за руку в таинственный грот.