Внук Агаты

Июнь 1761 года от Сошествия

-Посмотри внимательно, — наставник Марлоу поглаживал белую бороду, -Что видишь? -Мое войско попало в ловушку, — Эрвин указал на углубление, обозначающее реку на деревянном поле. Ее ветви с трех сторон окружали кусок земли, -Мне надо пройти этот карман, а путь на юг закрыт. -Правильно, — епископ переставил фишки, -Мои силы совершили бросок, который твоя разведка пропустила. Что теперь будешь делать? -Я не могу отступить, — Эрвин потер пальцами виски, -За спиной река, у вас же численное превосходство и свобода маневра. Всего за два хода настигнете на переправе. Остается только дать бой. -Ну что же, попробуй, — от хитрой улыбки вокруг глаз наставника собрались морщины. Он выдвинул свою кавалерию на фланги, Эрвин также ответил ходом подковами. Епископ повторил атаку, Ориджин отбил ее, пожертвовав двумя фишками. Противник ударил по центру силами трех шеренг. Эрвин прикрылся серпами, сразу четыре ряда фишек были сметены с поля. Зато следующим ходом он начал наступление своими полками. -Неплохо, Эрвин. Но давай теперь усложним задачу, — наставник тронул рукой отряд мечей на его правом фланге. -Вы не можете ходить моими фишками, это против правил! — Эрвин попытался возмутиться. -Мы, помнится, решили, что нынешняя игра пройдет по особым правилам. Это, — он показал на перемещенные мечи, — твои союзники. Вторая искра подкупила их монетой, но они не подчиняются тебе полностью. Вот и решили действовать по своему разумению. Эрвин закусил губу. Уже больше года прошло с их первого занятия. Начиналось все с классических комбинаций, правильной расстановки фигур и рассмотрения преимуществ разных полей, повторяющих рельефы земель Полариса. Потом перешли к разыгрыванию известных партий, обсуждению неудачных ходов и способов их избежать. Стратемы полностью захватили разум Эрвина. В свободное от других занятий время он снова расставлял фишки на поле и пытался воспроизвести последние партии по памяти. Даже перед сном на каменном потолке комнаты мысленно изображал передвижение фигур. Эта наука увлекала, казалось, даже чтение не приносило ему столько удовольствия. После нескольких месяцев тренировок епископ Марлоу решил, что Эрвина уже можно считать достаточно сильным игроком. И тут началось. На следующий же день наставник выдвинул идею — введение дополнительных правил. От партии к партии он придумывал что-то новое. Эрвину приходилось играть с ограниченным числом ходов, только с одной искрой или с фатальной нехваткой фишек. Вот и сейчас фигур у него было почти в два раза меньше, чем у противника. Так еще, как оказалось, подчинялись они лишь частично. -Вы не находите, что это нечестно? Если мечи сейчас пойдут в атаку на фланге, то мой центр будет ослаблен. Возникнет зазор между рядами, куда ударят ваши фишки. Мое войско окажется разделено пополам! — Эрвин поднял на наставника недоуменный взгляд. Тот лишь пожал плечами, как бы подтверждая очевидность этих умозаключений. За время обучения у Эрвина создалось впечатление, что лорду Марлоу просто нравится давать ему невыполнимые задачи. И пока ученик бьется над их решением, скрашивать ожидание чтением толстого томика и попиванием орджа. При этом епископ никогда не помогал подсказками или советами. Видимо, Эрвин должен был сам прийти к правильным выводам. -Хорошо, — он сложил пальцы домиком, -Пока вы еще связаны боем, я могу отступить. Это будет стоить мне половины мечей, но другие варианты выглядят еще хуже. Предположим, были наведены мосты здесь и здесь, — Эрвин провел несколько линий поперек реки. -Допустим, — Марлоу кивнул, -Тогда ты сможешь перебросить остаток своих фишек к городу, который захватил ранее. А что дальше? Устроишь здесь опорный пункт с укреплениями или отведешь войска дальше на север? Эрвин думал, постукивая костяшками пальцев по столу. Организую засаду! — мысль вспыхнула, как искровая лампа, -Сделаю вид, что отвел войска, а сам оставлю несколько батальонов в городе, — Эрвин щелкнул по одной из фишек. Стоило наставнику переставить свои полки, как ловушка захлопнулась. -Недурно, — епископ перебирал целую горсть сбитых подков, -Но как же ты думаешь победить? Эрвин снова поглядел на поле. Действительно, большая часть его фишек была спасена, но искры противника по-прежнему оставались вне досягаемости. Одна находилась далеко на западе, другая — по ту сторону трезубца реки. -Как я могу победить, если вы ставите такие условия?! — Эрвин не смог сдержать возмущенного возгласа, — Сначала связали сражениями с превосходящими силами, потом не дали выиграть битву. При этом у меня почти нет монет, своевольные мечи и какая-то десятка верных подков! -Согласен, задача непростая, — мудрые глаза наставника внимательно посмотрели на Эрвина, -Но ты уверен, что она не имеет решения? -Скорее всего… Я перебрал уже с десяток вариантов, трижды проверил свои расчеты. Даже если сейчас вы предложите начать заново, то мои ходы останутся прежними. В подобных условиях они и так были наилучшими! — Эрвин оперся руками на поле, прикидывая: не перевернуть ли его? -Пожалуйста, лорд Марлоу, давайте сыграем по обычным правилам! Наставник взял время на раздумье: наклонил чашу в руках, наблюдая за тем, как бордово-фиолетовая жидкость касается стенок, отхлебнул. Наверное нечасто беломорский епископ пьет настоящий ордж. Такой делают только в Первой зиме с помощью перегонки ячменного спирта с анисом. Его можно узнать по характерному насыщенному цвету, который дает добавление можжевеловых ягод. -А чем новые правила хуже обычных? Тем, что они отличаются от привычных тебе? — он прервал молчание. -Дело не в отличиях. Эти правила попросту несправедливы! Будто против меня играете не только вы, а все поле и мои собственные фишки. -Значит, ты не хочешь вступать в состязание, если твои силы меньше, чем у противника? -Это по меньшей мере разумно, — Эрвин опустил глаза к шраму на своей ладони, -Зачем биться там, где ты слабее? -Однако до сих пор ты неплохо справлялся. Эрвин покраснел. Он старался не показывать, но на самом деле каждое изменение правил вводило его в сильнейшее замешательство. Было чувство, словно стратемные фишки смешали с картами из прикупа. Только усилием воли он разгонял мысли, заставлял себя выстраивать стратегию по новым условиям и искать пути к победе. -Послушай, Эрвин. Я давно наблюдаю за тобой, — наставник нахмурил кустистые брови, -Твоя главная ошибка в том, что ты всегда держишь свою искру рядом с остальными фишками, не даешь ей важной роли в партии. Ты не веришь в собственные силы. Эрвин глубоко дышал. Было неприятно это слышать, хотелось возразить и убедить Марлоу в обратном. «Я — Ориджин. Как вы можете обвинять меня в нерешительности?!» Но он молчал, ведь где-то в глубине души признавал, что наставник прав. -Тебе нужно обрести веру в себя. Тогда придут и хладнокровие, и мудрость. Они-то и помогут понять, зачем нужны изменения в правилах. -Но как… — Эрвин запнулся, -Как обрести эту веру? -У каждого человека найдется свой ответ и не один из них не подойдет тебе. Лучше поищи решение там, откуда начинается сила любого из северян. -Вы предлагаете отправиться в горы? — Эрвин окинул взглядом долину, вид на которую открывался из распахнутого окна башни. -Верно, — епископ сотворил спираль, -Пройди тропой созерцания. Горы являлись обыденностью для северян. Здесь пастухи пасли отары овец, а греи взбирались на вершины, тренируя ловкость. Со времени прадедов Эрвина в горах размещались форпосты стражи, так что и кайры бывали здесь нередко. Да и что может быть необычного в том, чтобы пройтись по склонам долины, если они находятся буквально за порогом твоего дома. Однако была одна особенность. Прогулка в горах могла сопровождаться наблюдением за природой и размышлениями о жизни. Северный дворянин выбирал живописный маршрут и уходил на несколько часов, с целью полюбоваться величием сотворенной богами красоты. Делал он это обязательно в одиночестве, чтобы не нарушить сакрального единства с природой. Вот это и называлось тропой созерцания. Эрвин неоднократно видел, как лорд Десмонд отправлялся в горы. Он выходил с рассветом, а возвращался уже около полудня. Однажды компанию ему составил граф Элиас Нортвуд, гостивший в то время в Первой зиме со своей молодой женой. Однако отец ни разу не брал с собой младшего сына, поэтому о таинствах тропы созерцания Эрвин имел очень смутные представления. С самого начала все пошло наперекосяк. Во-первых, он проспал рассвет, из-за чего только к десяти часам вышел за пределы города. К тому времени летнее солнце уже во всю пекло его макушку. Во-вторых, Эрвин ничего не знал о самом маршруте прогулки, поэтому выбрал первую попавшуюся тропу. Как скоро выяснилось, она была извилистой, словно десять улиц Первой Зимы, и могла порадовать любого из горных козлов. Только вот Эрвин не причислял себя к последним, поэтому чувствовал нечто, весьма отдаленное от счастья. После часа такого восхождения он едва переводил дыхание и вытирал платком пот со лба. Было жарко, под прямыми солнечными лучами трава желтела и клонилась к земле. Эрвин скинул плащ, оставшись в легкой кожаной куртке. -Философские размышления? Поиск веры в себя? — Ха-ха, смешная шутка! Пока Эрвину хорошо давались мысли о том, как сохранить побольше воздуха в легких. А еще — когда же перестанет болеть бок и эта чертов подъем закончится? Он также всей душой верил, что ему хватит сил, не споткнуться на ровном месте и не упасть с горы. Во избежание несчастного случая Эрвин внимательно осматривал тропу впереди, отмечая каждые кочку, неровность или камень на своем пути. Таких встречалось немало. За очередным поворотом он увидел пологий, почти ровный склон, который покрывали белые и алые маки. Впервые за это утро Эрвину захотелось остановиться и насладиться чем-то, кроме мысли о возвращении в замок. А впрочем, не пора ли уже сделать привал? Эрвин сел, растянув ноги на земле. Достал из заплечного мешка флягу с водой, сделал несколько глотков. Вода показалась невероятно вкусной. -Как же мне все-таки выиграть? — разум не желал оставлять сложную задачу без решения, -Вернемся к началу: первый вариант — марш-бросок. Нет, не хватит ходов, противник встретит его силами всех своих фишек. Второй — добраться морским путем. Не подходит, у Эрвина совсем нет фигур кораблей. Третий — обходной путь и переброска войск через озеро. И снова мимо, для такого маневра потребуется слишком много ходов и монет. Следовательно, стратегия, выбранная Эрвином, является единственной возможной, потому что дает хоть малый шанс на победу. Эрвин взял из мешка книгу в черном переплете, которую позаимствовал из библиотеки замка. «Искусство игры в стратемы» — том, написанный рукой самого Рейдана Ориджина. Кто, как не Великий предок, должен помочь найти решение? Эрвин наугад открыл одну из глав и принялся за чтение. Через некоторое время он разочарованно признал: -Попытаться стоило, но, похоже, даже такой мастер стратем, как вы, не покажет мне путь к победе, — он погладил обложку, -Или Светлая Агата считает, что ваша помощь была бы жульничеством? Эрвин уже собирался закрыть книгу, как его взгляд привлекла фраза: «Искра — самая уязвимая фигура, так как в случае ее потери партия будет проиграна. Из-за этого многие игроки оставляют ей пассивную роль в тылу подков и мечей. Такое представление ошибочно, в действительности искра на поле столь же важна, как полководец на войне.» Это звучало очень похоже на слова наставника. Эрвин попытался ухватиться за какую-то важную мысль, но она лишь промелькнула в сознании и пропала. Он устало откинулся на спину, положив руки за голову. -Если подумать, то ходьба, как таковая, вовсе необязательна. Она скорее вынужденная мера, чтобы не замерзнуть зимой. А ведь лежа созерцать природу намного лучше! Какой простор открывается: небо — голубое, словно воды Крайнего моря, белые шапки гор, бесконечные изумрудные склоны. Вот и тропа, с которой я сошел, тоже здесь. Все рядом, зачем куда-то идти? Бабочка вспорхнула с красного мака, коробочка плода качнулась на стебле. Эрвин вдохнул сладкий запах всей грудью. Пьянящая легкость разливалась по телу. -Только солнце слишком яркое. Эрвин положил раскрытую книгу себе на глаза. Приятная тень опустилась на лицо. Стало совсем хорошо… Проснулся Эрвин от того, что несколько капель упало ему на нос и щеки. Еще какое-то время он растерянно моргал, пытаясь вспомнить, где находится и как здесь оказался. Осознание приходило постепенно, одновременно с набирающим силу дождем. Взгляд задержался на книге, лежащей рядом. Видимо, Эрвин повернулся на бок, вот она и упала. Все тело затекло, сон на земле, хоть и покрытой травами и цветами, давал о себе знать. Небо было затянуто серыми тучами. Сплошная завеса там, где недавно светило палящее солнце. Эрвину казалось, что он лишь пару мгновений назад закрыл глаза. Почему же тогда так темно? Однако на долгие размышления времени не было, морось уже сменилась хлесткими струями. Эрвин поднялся на ноги, попытался отряхнуть одежду. С неудовольствием отметил, что она окрасилась в зеленый цвет. Подхватил мешок, забросив в него труд Рейдана Ориджина, и пошел в сторону тропы. Очень скоро Эрвин пожалел, что так неосмотрительно бросил плащ. Он был добротным, из теплой шерсти, а главное — имел капюшон. Чего стоило взять его с собой? Дождь не прекращался, а лил теперь стеной. Одежда мгновенно промокла и тяжелым комом липла к телу, затрудняя движения. Волосы паклей падали на лицо и лезли в глаза. Эрвин начал мерзнуть: пальцы на руках и ногах похолодели, зубы были готовы отбивать военный марш. Земля сделалась влажной и скользкой. Каждый шаг сопровождался неприятным: «Чмок, хлюп». Ко всему прочему, Эрвин почти ничего не видел. Темнота в сочетании с застилающей глаза водой сделали его слепцом. Всю дорогу наверх он жаловался на тяготы подъема и представлял, насколько же легче будет спуск. Так вот сейчас Эрвин был готов отдать многое, чтобы снова оказаться на той, хоть и поднимающейся в гору, зато сухой тропе. Сапоги предательски скользили и застревали в углублениях от копыт. Несколько раз Эрвин чуть не упал. Балансируя, вытянул руки в стороны и обнаружил, что удержаться было не за что. Он шел, стиснув зубы, когда неожиданная мысль взбудоражила его: -Тропа, по которой я поднимался, была вытоптана и посыпана щебнем. Я не должен так скользить! Он покрутился на месте. Действительно, земля вокруг была слишком мягкой и зернистой. -Я сошел с тропы! — Эрвин усилием воли подавил панику. Ничего, он же все равно спускается. Значит, рано или поздно тоже окажется у подножия склона. Может тропа где-то пересекается с дорожкой, по которой Эрвин идет. Да и дождь скоро должен закончится, станет светлее, и он с легкостью найдет верный путь. С такими обнадеживающими размышлениями, Эрвин продолжил движение. Его сапоги промокли достаточно, чтобы влага оказалась даже внутри. Он сжимал и разжимал пальцы, пытаясь вернуть им чувствительность. Замерзнуть в летний дождь — звучит как шутка для северянина. Хотя сознание услужливо подсказало ее продолжение: простудиться насмерть в летний дождь. Если соединить эти части и добавить кусок «созерцая природу», то получится настоящий анекдот. Вдруг показался огонек, будто исходящий от небольшого костра. Эрвин представил его тепло, согревающее продрогшее тело. Ощущение было столь реальным, что он не смог заставить себя уйти и пошел на источник света. Вскоре Эрвин обнаружил, что в скале имелось небольшое углубление, напоминающее пещеру. Там и расположился путник с костром. Эрвин уже хотел приблизиться, когда из темноты на него выпрыгнуло нечто огромное и тяжелое. Существо с разбегу опрокинуло его, выбив дух, припечатало четырьмя лапами к земле. Эрвин больно стукнулся спиной о какой-то камень, ладонями зачерпнул горсти черной грязи. Глаза выхватывали фрагменты: мокрая шерсть, висящие уши, оскаленные клыки. Так это собака! Эрвин попытался сбросить ее с себя и чуть не лишился пальцев, когда зубы щелкнули совсем рядом. -Фу, Айро, — раздался мальчишеский голос, -Место. Ко мне. Хозяин свистнул и пес наконец слез с Эрвина. Он хотел подняться, но ноги ослабли и совсем не желали слушаться. -Я помогу, — незнакомец протянул ему руку, на которую Ориджин с благодарностью оперся, вставая с земли. Вместе они вошли в пещеру. Первым, что бросилось в глаза, стали овцы. Их был десяток, если не больше. Они буквально заполнили собой небольшое пространство. Эрвин замер, не зная, как обойти этих блеющих животных. -Проходите к огню, вам не помешает согреться. Эрвин сделал несколько шагов. Оказалось, что овцы замечали его передвижения своими горизонтальными зрачками и сами расходились в стороны. Эрвин опустился возле костра, протянул руки почти к самому огню. По телу пробежали мурашки, кожа на лице и конечностях начала зудеть. Эрвин чувствовал, как кровь приливает к щеками. Он помогал ей двигаться, растирая уши и пальцы рук. Хотелось сбросить мокрую и грязную одежду, но смены не было, поэтому Эрвин ограничился тем, что снял сапоги. Вдоволь насладившись теплом, он решил рассмотреть незнакомца. Им оказался белобрысый паренек на пару лет старше самого Эрвина. На щеке родинка, пожалуй, единственная примечательная черта. По простой одежде, собаке и, что важнее, стаду овец в нем легко можно было узнать пастуха. -Как ты здесь оказался? — парень тоже оглядел его в свете костра и не счел обращение на «вы» необходимым. Эрвин не стал его исправлять. И что ответить на такой простой вопрос? «Шел тропой созерцания» — звучит слишком пафосно для подобной обстановки. «Заснул на поляне, а проснулся, когда уже стемнело и начался дождь» — как-то несерьезно. По правде, Эрвин мог вообще проигнорировать вопросы этого пастуха, но хозяин костра заслуживал хоть малой доли признательности. -Я заблудился, — по крайней мере, это лучше всего отражало правду. -Вот же не повезло, — незнакомец поднял светлые брови от удивления, -Ты же из городских, верно? Значит, не знаешь, что такие ливни довольно опасны. Мало того, что размягчают грунт, так могут еще и оползни вызвать. Но этот, похоже, закончится через пару часов. Эрвин очень надеялся, что это произойдет раньше. Уже стемнело, а значит скоро отзвучит вечерняя песнь. После нее в замок попасть почти невозможно. Исключения не делались даже для сыновей самого герцога. -У тебя есть ордж? — Эрвин почти согрелся, но все же не помешало бы сделать глоток обжигающей жидкости, чтобы прогнать остатки холода из груди. -Не-а, только травяной чай, — он наполнил деревянную кружку из котелка. Эрвин глотнул, напиток был горячим и отдавал ромашкой. -Получается, ты из города. А с какой улицы: главной, купеческой, ремесленной или каменной? — парень поинтересовался как бы невзначай. -Я из замка, — стоило Эрвину это произнести, как глаза собеседника радостно загорелись. -Из замка? То есть ты видишь кайров, которые служат в гарнизоне? А может ты и сам — сын кайра? Эрвин задумался над причинами такого интереса и посчитал, что от безобидного кивка ничего плохого не будет. -Ого! Вот это удача! — парень чуть не подпрыгивал на месте, -А ты мог бы передать послание моему брату? Он служит греем одного из кайров. -Возможно, — Эрвин ответил уклончиво, -Так твой брат собирается стать воином герцога? -Да! Ты бы знал, какой он ловкий и сильный! Через несколько лет пройдет свое испытание и обязательно станет кайром! — в его словах звучала такая гордость, что Эрвин почувствовал какое-то странное смятение. У него ведь тоже есть старший брат… -А ты? Разве не хочешь пройти отбор? — он задал вопрос, чтобы прервать поток своих мыслей. Один ягненок подошел к Эрвину. Поднял мордочку, подставляя лоб под руку человека. Эрвин погладил его по короткой белой шерстке. Ягненок заблеял, шевеля расставленными по бокам ушами. А потом лег под боком, согнув передние ноги. Ориджин почесывал его кудрявую спинку, когда пастух заговорил: -Хотел бы? Да больше жизни! Я с детства мечтаю стать кайром и сражаться за Светлую Агату, но… — он остановился, посмотрел вокруг и, растеряв весь пыл, продолжил, -Но это невозможно. -Почему же? Разве ты уступаешь брату в одаренности? -Вовсе нет! Но, понимаешь, я теперь единственный мужчина в семье. Отец скончался год назад, а брат теперь служит греем. На матери и так весь дом и хозяйство. Сестры помогают как могут, но они еще маленькие. Без меня им не справиться! -Но ведь можно нанять работников. В долине свободных рук достаточно, будет кому следить за вашими овечками. -Работников достаточно, а вот денег, чтобы им платить, у нас почти нет. Как отец умер, так совсем плохо стало. А тут еще прошлогодний овечий мор… Они замолчали. Айро, огромный мастиф, лежал рядом с хозяином, высунув розовый язык. Его собачьи глаза смотрели понимающе и очень грустно. -Но я не теряю надежды! Вот станет брат кайром, получит первые боевые трофеи, тогда все изменится. Придет мой час, не всю же жизнь мне быть пастухом! Эрвин промолчал о том, насколько ничтожны шансы этим надеждам осуществиться. -Хорошо, я передам послание. Что сказать? -Скажи, что мы справляемся. Весной Беша разродилась тремя ягнятами и все выжили, а шерсти состригли на сто пятьдесят фунтов. Я перестелил кровлю на крыше, а матушка купила на рынке ткань, вышила новую скатерть и рубашки. Вышло очень красиво. А еще передай, что мы в него очень верим и сильно скучаем! — похоже, вся эта речь произносилась ради последнего предложения. Дождь снаружи почти прекратился, последние капли постукивали по каменным стенам пещеры. Костер трещал, его пламя быстро поглощало сухие ветки. -А зовут тебя как? — Эрвин вовремя заметил упущение. -Брант, — парень улыбнулся светло и открыто, -Брант Стил, а брата моего — Сеймур. Новый знакомый подсказал ему дорогу, так что Эрвин все-таки вышел к той самой тропе. Здесь они расстались: Брант махнул рукой, прозвучало прощальное блеяние, Айро напоследок успел облизать ему ладони. Весь обратный путь Эрвин вытирал песьи слюни. Он едва успел вернуться в замок до закрытия ворот. Начальник караула не сразу признал в неряшливом мальчишке сына своего сеньора. Эрвину пришлось пронзить его надменным взглядом серо-стальных глаз, чтобы избавить от каких-либо сомнений. У входа в донжон он встретил Рихарда. Тот сидел на одной из ступеней и точил свой меч. Эрвин собирался пройти мимо, но брат остановил его. -И где ты, тьма сожри, был?! -Я ходил в горы и попал под дождь. Пришлось задержаться. -Тогда понятно, почему ты так ужасно выглядишь, — Рихард осмотрел его с ног до головы, -А о нашей тренировке ты решил попросту забыть? Я потерял целых полчаса времени, пока дожидался тебя. Эрвин действительно забыл, но не стоило злить брата озвучиванием этого факта или оправданиями. -Такого больше не повторится. -Конечно, не повторится. Иначе фамильным приемам ты будешь учиться у снежных плакс. Их техника как раз тебе по силам! На секунду Эрвину показалось, что в голосе брата звучало волнение за него. Почудилось, наверное. -Чтобы завтра был на месте, — сказано так, что желания ослушаться не возникает. Эрвин уныло побрел в замок. Подумал, поднимаясь по лестнице: -Надо еще раз разыграть последнюю партию. Да, этим сейчас и займусь, а сообщение передам уже завтра, — в животе заурчало. Организм напоминал о том, что он не ел с самого утра, -Но для начала стоит подкрепиться. Интересно, что там осталось на кухне? На следующий день Эрвин вышел на тренировочный двор, где надеялся найти Сеймура Стила. Он подошел к группе греев, наблюдающих за учебным поединком товарищей. -Господа, вы здесь грея Стила не видели? -Милорд, милорд, — двое рослых парней поклонились, -Так вот же он, на площадке. Они показали на высокого светловолосого юношу, ловко орудующего деревянным мечом. Приглядевшись, Эрвин заметил его сходство с братом: белобрысые волосы и брови, широкое лицо, голубые глаза. Только родинки на щеке, кажется, нет. Вот Сеймур принял атаку на плечо, а сам ударил противника в живот. Тот согнулся, обхватив себя руками. Сеймур опустил меч и обернулся к зрителям. Кому-то отсалютовал в приветственном жесте. Эрвин поглядел в ту сторону и увидел Иону, стоящую на открытом балконе внутреннего двора. -Эй, — его соперник справился с болью и теперь хотел продолжить поединок. Сеймур среагировал недостаточно быстро, и взмах меча успел сделать ему подсечку. Стил упал, неудачно подогнув под себя ногу. Послышался громкий хруст. Похоже, сломал кость. Сеймур рвано вздохнул, будто собирался закричать, но сдержался. Пара греев подбежала к нему и помогла подняться. -Вот и передал послание, — Эрвин проследил за тем, как Стила уводят в лазарет, и поднял взгляд на сестру. Иона заметила его и знаком позвала подняться к ней. -Этот грей хорошо сражался. Надеюсь, перелом окажется не слишком серьезным, — сестра выглядела взволнованной. -Он сам виноват. Последнее дело грею заглядываться на прекрасную дочь герцога, — Эрвин улыбнулся. -Ты преувеличиваешь! Он всего лишь выказал уважение, — его шутка смогла отвлечь ее от жалости к Стилу. -А впрочем, сестрица, твое сочувствие очень своевременно. Мне может понадобиться твой совет. -Ты же знаешь, Эрвин, я всегда готова помочь тебе! — Иона взяла его за руку, -Что нужно сделать? -Сейчас все расскажу, но сначала давай найдем Деймона. Втроем они сидели у маленького пруда в саду замка. Когда-то водоем задумывался, как место, где можно освежиться в жару. Но сейчас за ним никто не следил, поэтому пруд зарос ряской, и на его поверхности плавали кувшинки. -Ты не обязан что-то делать, — Деймон первым решил высказаться, -Стил поправится и получит свое послание слово в слово. -А я считаю, что Эрвин абсолютно прав! — Иона возразила, -Для нас это пустяк, но для Бранта Стила — исполнение главной мечты. Мы должны помочь ему! -Я согласен с вами обоими, — подтвердил Эрвин, -Я не обещал ничего подобного, но могу сделать это возможным. Но как лучше поступить? -Давай просто дадим ему денег, — предложила Иона, -Если у его семьи будет достаточно средств, то Брант сможет начать службу греем. -Ты не права, кузина. Не забывай, северяне — очень гордый народ. Такая помощь будет выглядеть подачкой. Стилы не примут ее. -Тоже верно, Деймон, — Эрвин задумался, -Хуже того, если об этом станет известно, то нас обвинят в фаворитизме. Надо, чтобы помощь исходила не от Ориджинов. -Но от кого тогда? — кузен взъерошил золотые волосы. -Попросим кого-то из кайров взять опеку над ним, — выдвинула идею Иона. -Вы говорите так, будто грей — это оруженосец, — фыркнул Деймон, поправляя серый плащ на плечах. -Нет, нет, Иона права! Кто-то из кайров может взять его в ученики, а мы решим все финансовые вопросы. -И где вы возьмете кайра, который согласится на эту авантюру? — брат насмешливо поднял брови. -Можно обратиться к Теобарту или Хайроку, — неуверенно сказала Иона. -Или к Хэммонду. Он, правда, служит сейчас в горной страже… -Да у них греев хоть отбавляй! Каждый второй желает к ним попасть, — Деймон хотел отмахнуться, но замер, вспомнив о чем-то, -Я знаю, кто вам нужен — капитан Деррек. -Но он ведь никогда не берет греев! Почему сейчас должен сделать исключение? -А ты попробуй предложить. Может согласится… Эрвин не думал, что так скоро снова окажется на этой тропе. Трава еще была влажной, но сама дорога уже высохла. Путь, правда, от этого легче не становился. Тело болело после вчерашних приключений, а сегодняшняя тренировка с Рихардом только добавила новых синяков. Не очень способствовало и то, что за спиной Эрвина шагал кайр, который воспринимал крутой подъем в гору, как легкую прогулку. Его присутствие вынуждало Ориджина сдерживать одышку, позволяя себе только тихое сопение. Наконец они достигли нужного места. Дом Бранта Стила был двухэтажным, построенным из дерева. Крышу выстилала черепичная кровля, а рамы окон были побелены. Эрвин отметил: даже в нелегкое для семьи время Стилы продолжают заботиться о своем жилище. К зданию пристраивался небольшой сарай для скота. Сейчас овцы мирно паслись в загоне под бдительным присмотром Айро. На настойчивый стук открыла женщина средних лет с длинными светлыми волосами, собранными в косу. Она застыла в дверях, вертя в руках шерстяную нить. Капитан Деррек заговорил: -Сударыня, я бы хотел увидеть вашего сына. -Конечно, кайр, — голос женщины прозвучал испугано, -Проходите, пожалуйста, — Эрвину стало ее жаль. Не зная в чем дело, она, наверное, представляет худшее. Обстановка в доме была простой: печка, немногочисленная мебель, обеденный стол и прялка. Уют же создавали небольшие детали — расшитые скатерть и подушки, фигурки зверушек на полках, иконы Праматерей Агаты и Глории. Брант сидел за столом, вырезая свисток из дерева. При виде гостей он поднялся с места, удивленно разглядывая кайра. -Вы искали меня? Что-то случилось с Сеймуром? -Я ничего не знаю о Сеймуре, зато много слышал о тебе, — Деррек покосился на Эрвина, -Мне сказали, что ты хочешь стать кайром. Брант потерял дар речи. Он не мог ответить, а только открывал и закрывал рот. -Очень хочет! — воскликнула маленькая девчушка, -Брат только об этом и говорит! -Вот и славно, сударыня, — Деррек сказал более мягко, -Но пусть ваш брат отвечает самостоятельно. Если немой, то ладно, но вот тугодумы мне на службе не нужны. -Вы предлагаете пойти к вам на службу? — глаза Бранта засияли, как начищенное серебро. -Почти, — кайр осклабился, -Сначала пройдешь отбор, а там уже посмотрим. -Это большая честь! Я с радостью приму ваше предложение, — Стил выпалил на одном дыхании, но тут же спохватился, -Однако… -Я знаю о твоей проблеме и могу гарантировать, что она будет решена, — капитан добавил с уверенностью. Брант еще несколько секунд колебался, неверяще смотря на кайра. -Соглашайся, такие шансы предоставляются нечасто, — Эрвин добавил последний аргумент. Кажется, только сейчас Стил впервые заметил его. В глазах промелькнуло узнавание и доверие. -Я согласен, милорд. Постараюсь быть достойным этой чести! Кайр Деррек поджаривал брынзу над костром. Она плавилась и покрывалась золотистой корочкой. При этом распространялся несравненный запах, от которого у Эрвина текли слюнки. Щедрая хозяйка дала им целую головку сыра, сделанного из овечьего молока, поэтому их с капитаном ждал настоящий пир. -Почему вы все-таки согласились? — Эрвин задал вопрос, волнующий его. Кайр поглядел в огонь, перевернул сыр, помолчал. Затем отхлебнул орджа из фляги и сказал: -Знаете, милорд, в свое время у меня был очень строгий кайр. Гонял нещадно, и в хвост и в гриву. Я сердился на него, обижался даже. «Я же сын дворянина, почему со мной обходятся, словно с последним крестьянином?» Думал так до первого своего похода. Как выяснилось, «Золотая война» — это тебе не с шаванами рубиться и не пиратов топить. Там мы попали в настоящее пекло. Столько славных воинов полегло, а я выжил. И спасла меня наука моего кайра: с собой будь строже, чем с врагами. Как в разведке, так и в палатке я не терял бдительности, всегда готовился к бою. И правильно делал, пустынники Лайтхарта очень уж любили устраивать ночные вылазки. Он прервался, чтобы снять сыр с огня, подал Эрвину большой кусок. Брынза была столь горячей, что обжигала пальцы. -Война кончилась, я вернулся домой триумфатором, получил свой красно-черный плащ, женился. А потом моя Бьянка родила сына, и я решил, что сам всему его обучу, — Деррек сделал еще один глоток, -Эдди был очень смышленым мальчонкой, все схватывал на лету. И часто говорил: «Я буду, как ты, папа! Тоже стану кайром!» Я посмеивался, конечно, а сам гордился: вот какой у меня сын растет! — капитан не отрывал немигающего взгляда от огня. -И вот четыре года назад, когда грянула Уэймарская война, Эдди все со мной рвался. Я ему: «Что шестилетке делать в походе? Подожди немного, подрастешь, станешь греем, тогда и твоя очередь придет.» А он все смотрел на меня своими горящими глазами и не хотел отпускать, — Деррек потер ладонями лицо, -Я ведь ничего в жизни не боялся, а тут впервые испугался. Подумал, вот помру на войне и сына больше не увижу. Так нет, выжил и вернулся. Капитан Деррек посмотрел на темное небо, с которого светила одинокая звезда. -А вот Эдди не дождался меня. В ту весну заболел тифом. Бьянка говорит, что он весь горел, а все меня звал: «Папа…па-па». Как умер, так у меня будто что-то внутри перевернулось. В каждом мальчишке теперь его вижу… Эрвин сглотнул горечь. Хотел бы он иметь такого же отца… -Простите, кайр. Мне не стоило обращаться к вам с этой просьбой. -Нет, я, наоборот, благодарен, — Деррек встретился с ним взглядом, -Это должно было прекратиться. А Брант… У него в глазах можно душу разглядеть. Если оставлю после себя такого ученика, то значит и жил не зря. Люди с такими сердцами, как у Стила и моего сына, способны на многое. Эрвин повторил про себя: «Такие сердца способны на многое». Отчаянный бросок крохотными силами… Он жевал свой сыр, а перед глазами двигались фишки на стратемном поле. Наставник Марлоу смотрел на него поверх сложенных в замок рук. Войска Эрвина снова переправлялись через реку. Подковы на флангах шли в атаку, когда искра Ориджина в сопровождении трех фишек вдруг оторвалась от остальных сил. Перехват можно было осуществить, совершив обход, а для этого у противника просто не доставало времени. Эрвин занял столицу и захватил его искру. -Вы ведь хотели, чтобы я нашел этот путь? Уже в прошлый раз знали, как мне стоит поступить? -Не знал. Думаешь, если бы я предугадывал все твои ходы, то проиграл бы? — епископ развел руками. -Ну-у, — протянул Эрвин, -Вы хотели, чтобы я взглянул на игру иначе, под другим углом. -Верно, перед тобой было множество вариантов, но ты выбрал именно тот, что привел к победе. Тропа созерцания весьма благотворно повлияла на тебя. Эрвин прислушался к изменениям в себе. Стал ли он мудрее и хладнокровнее? Да вроде не особо. Пожалуй, из нового опыта можно назвать только сон на траве и лежание в грязи. Поверил ли в собственные силы? Тут тоже сомнительно. Эрвин задумался и вспомнил кайра Дерека с его сыном Эдди, братьев Сеймура и Бранта Стилов. Все-таки он обрел веру. Веру в благородные и храбрые сердца. -Наверное, это правда. Он вышел во двор и с небывалым чувством легкости направился к калитке. По пути его догнал Деймон. -Куда собираешься, кузен? -В горы. -Да ты, похоже, решил стать великим созерцателем! Можно составить тебе компанию? -Даже не знаю, не будет ли твое присутствие препятствовать моему несравненному разуму познавать мудрость природы? -Эй, Эрвин! Я вообще-то все еще здесь. А давай ты познакомишь меня с Брантом Стилом? -Зачем тебе это? -Что-то подсказывает, что мы с ним отлично поладим. Братья взбежали на высокий склон и посмотрели вдаль. Перед ними открывалась тропа созерцания, которая казалась бесконечной.