Из осколков прошлого состоит наше счастье

      Теплые оттенки заката разливались сквозь занавески по комнате, словно жидкое золото, омывая роскошные гобелены и плюшевые бархатные шторы мягким, воздушным сиянием. Я слегка пошевелилась. До моего слуха долетели тихие перешептывания, пробуждающие лёгкое любопытство внутри. Я аккуратно приоткрыла глаза и, всего в нескольких сантиметрах от себя, увидела лицо спящей Ати. Малышка тихо сопела, прижимая сложенные руки в кулачки к груди, её губы были слегка приоткрыты. Весь её вид был настолько милым, что засмотреться можно. Я старалась не потревожить её сон и медленно повернулась к источнику тихого шёпота.       В последних лучах солнечного света я различила два силуэта, стоящих у окна. Лили и Феликс внимательно смотрели на мир за стеклом, их голоса сливались в негромком разговоре.       – Я спросил, остались ли в императорском дворце камни воспоминаний о леди Диане, но поиски оказались тщетными – всё было уничтожено в тот день, – произнёс рыцарь с тихим и мягким голосом, в котором сквозила лёгкая нотка раздражения.       – Вот как... Как жаль.       Я моргнула, стараясь сбросить остатки сна, и сосредоточила своё внимание на их беседе. После глубоко сна мозг нехотя начал работать, стараясь выискать в закромах информацию о камне воспоминаний, о котором сейчас идёт речь. И меня осенило, что об этом когда-то рассказывала Гретти. Эти загадочные артефакты способны запечатлеть короткие фрагменты из жизни, подобно видео, которое можно записать с помощью технических устройств в нашем мире. Но здесь всё происходило с помощью магии.       Феликс вздохнул и небрежным движением руки взлохматил себе волосы.       – А я так хотел показать принцессам, как выглядела леди Диана.       – Сэр Робейн, это не Ваша вина, – покачала головой Лили и бросила быстрый взгляд в нашу сторону. Я мгновенно притворилась, что сплю.       – Нет, так просто нельзя всё оставить! Я попрошу Его Величество! Он способен показать напрямую воспоминания, – чуть громче сказал Феликс. Судя по его настрою, говорит он вполне серьёзно. – Пусть это было давно, и воспоминания могут быть не такими чёткими, но я уверен, принцессы смогут увидеть леди Диану.       Внутри что-то похолодело после слов Феликса. Перед глазами сразу вспыл момент, когда мы только чуть упомянули Диану, как Клод был готов разорвать нам глотки за это. По телу прибежались мурашки от осознания, что добрый порыв Феликса нам может обернуться таким боком, что все потом окажемся на виселице. Феликс, дубина, если ты хочешь сделать нам благо, лучше просто ничего не делай — это будет твоим наилучшим решением, уж поверь!       – Но разве Его Величество согласится? – ахнула Лили.       – Это ради принцесс. Я его попрошу. Встану на колени, упаду лицом ниц, если нужно будет, но добьюсь его согласия. И я не намерен ждать, пойду к Его Величеству прямо сей-...       – Не смей/ Не надо! – в унисон закричали я и Ати, подскакивая с кровати. Мы быстро переглянулись, прекрасно осознавая, что ни к чему хорошему это не приведёт, и кивнули друг другу.       Лили и Феликс удивлённо уставились на нас.       – Принцессы? – переспросил Феликс, переводя свой взгляд с одной на другую.       – Не надо говорить папе о маме, – спокойно сказала Ати.       – Что? Почему, принцесса Атанасия? – задала вопрос Лили, грустным взглядом смотря на нас.       – Пожалуйста, не говорите Его Величеству о... О маме. Его Величество не любит слышать о ней, – произнесла я, немного запнувшись. Слово «мама» казалось мне таким необычным и чужим.       – Да, папа не любит говорить о маме. А вдруг он перестанет любить нас? Что если он больше не будет пить чай и кушать сладости с нами?       – И он возненавидит нас, – я поддерживала слова сестры и мысленно добавила, что ещё и прикончит на месте. – Прошу вас, ничего не говорите Его Величеству.       Лили и Феликс долго смотрели на нас. В их глазах читался шок, и казалось, что прошла целая вечность, прежде чем они смогли прийти в себя.       – Так вот о чем... Вы, принцессы, действительно так думали все это время? – надломленным голосом произнесла Лили, в уголках её глаз заблестели слёзы. Рука женщины прикрыла губы, как будто она только что услышала нечто ужасное.       Феликс подошёл ближе и, опустившись на колено, посмотрел на нас снизу вверх, от чего у нас возникло странное чувство. Не привычно было смотреть на рыцаря с такого ракурса.       – Его Величество не испытывает ненависти к вам, принцесса Атанасия, принцесса Аннелиза. Клянусь своим именем, – вкрадчиво говорил он с серьёзным выражением лица. – Его Величество также не испытывает ненависти к леди Диане. Поэтому ваше желание увидеть леди Диану не является преступлением.       И мужчина улыбнулся. Его улыбка была настолько тёплой, настолько мягкой, что захотелось броситься в его объятия и зарыдать. Однако в глазах Феликса мелькала печаль. Всплеск тихого плача Лили только усиливал напряжение. Что же теперь делать? Как разгрести эту кашу? Может быть, утопиться в ней?...       – М-мы... П-прав... – мой голос дрожал, не слушаясь меня. Глаза щипало, и перед ними всё расплывалось. Горячие слёзы катились по щекам. Почему я не могу сдержаться?       – Принцесса Аннелиза!       – Лизи!       Непонятное чувство сжимало внутри сердце, отчего стало тяжело дышать. И я зарыдала в голос. Со всех сторон меня обнимали, успокаивающе гладили по голове. Я плакала, не в силах остановиться. Лили обняла меня крепче остальных, и её слёзы смешались с моими. Ати, казалось, невольно присоединилась к нам, не в силах вынести нашего горя. Когда слёзы иссякли, меня накрыла усталость, и я просто отключилась в тёплых объятиях дорогих людей.

*****

      На следующий день мы встретили друг друга усталыми лицами. Похоже, Лилиана и Феликс тоже плохо спали, как и мы. У всей нашей весёлой четвёрки глаза были опухшие и больше всех, конечно же, у нас с Ати. Служанки пытались исправить ситуацию с помощью льда, готовя нас к утреннему чаепитию у Клода, но покраснения не исчезали так быстро, как хотелось. У меня в голове не укладывалось, почему МЫ, если откровенно, должны приходить на эти встречи, когда они нужны, в первую очередь, ЕМУ, а не нам? Справедливость, ау, отзовись!       – Принцессы, нам пора.       Феликс присел перед нами на колено, пригласительно протянул руки в нашу сторону. Мы вяло подошли к нему, и он с лёгкостью поднял нас на руки.       – Принцессы, возьмите для хорошего настроения, – сказала Лилиана, протягивая нам с Ати леденцы. Воу, как неожиданно и приятно.       — Счастливого вам пути, мои драгоценные. Сер Робейн, мы надеемся на вас, — с лёгкой улыбкой произнесла Гретти, прощаясь с нами.       — Вас понял, — с серьезным видом отозвался Феликс, и казалось, что доставить нас к Клоду его единственная цель жизни.       – Фока-фока! (Пока-пока), – с леденцом во рту кое-как сказала Ати, махая рукой. Ну кто бы сомневался, что сестра сию же минуту не попробует вкусненькое на зуб. Я решила пока прикарманить леденец. Может, потом съем, а, возможно, этим подкуплю Ати на какую-нибудь авантюру.       – Сегодня у Его Величества в тронном зале аудиенция с важными гостями, но они должны уже были закончить, – сообщил нам Феликс и прогулочным шагом понёс нас нужном направлении.       Глаза потихоньку начали слипаться от умиротворенной атмосферы вокруг. Прислушиваясь к звукам окружающей природы и спокойному дыханию Феликса, я задремала. Оказывается, на плече рыцаря очень даже удобно спать. Разбудили меня лёгкие потрясывания за плечо.       – Лизи, а ну не спать! Мы уже пришли.       — Всё в порядке, принцесса Атанасия, — произнёс Феликс, — если принцесса Аннелиза хочет ещё немного отдохнуть, я не против. В любом случае, аудиенция еще не закончилась, так что нам придётся подождать.       Я издала какие-то странные звуки и похлопала Феликса по плечу, сигнализируя, чтобы он отпустил меня на землю. Мужчина без вопросов это сделал, и теперь я разминала затекшие конечности и прыгала на месте, чтобы хоть чуть-чуть взбодриться. Сейчас мы стояли напротив массивных золотых дверей, за которыми находился тот самый роскошный тронный зал, где нас признали принцессами.       Как только я завершила все возможные упражнения на месте и решила продолжить свою физкульт минутку, пробежавшись вокруг стоящего Феликса, дверь перед нами распахнулась.       – Роджер, говорил же тебе, что это не выгодная инвестиция! Я хоть и вояка, но у меня не тыква вместо головы!       Из тронного зала первым вышел высокий, широкоплечий мужчина средних лет в рыцарской форме. Его бледно-фиолетовые волосы были собраны в низкий хвост, а пара коротких прядок свободно спадала по бокам лица. В одном ухе сверкала серьга с изумрудной бахромой. Узкие зеленые глаза, полные озорства, взглянули на собеседника, к которому и были адресованы его слова. За ним следовал другой мужчина, немного ниже ростом, с белыми, зачесанными назад волосами и угловатым лицом. Его золотистые глаза светились скрытым превосходством и насмешкой, когда он смотрел на фиолетоволосого рыцаря. Одет беловолосик в атласные штаны с туникой серого цвета, поверх был накинут камзол, отделанный парчой и искусной вышивкой. Одежда прекрасно подчеркивала его идеально сложенную фигуру, придавая его аристократичному виду еще больше возвышенности и благородности.       – Ну вот, началось... «Я же говорил!» Знаешь, Фарелл, если бы за каждое «Я же говорил» мне давали золотые монеты, я бы уже выкупил эту провальную инвестицию и продал ее с прибылью. Так что в следующий раз, вместо констатации факта, может, сосредоточишься на том, чтобы твои «мудрые» советы звучали до того, как деньги сгорят, а не после того, как ты обо всём узнаешь? – ответил беловолосик, кидая на собеседованика раздражённый взгляд.       – Так, значит, мои «Я же говорил» тебя раздражают? Понимаю. Наверное, неприятно осознавать, что кто-то оказался прав, особенно когда этот кто-то – обычный рыцарь, а не гениальный финансист, скупающий сомнительные активы. В следующий раз, чтобы не расстраиваться, просто считай, что это не мои слова, а эхо твоих собственных, более разумных мыслей, которые ты просто пока не научился слушать.       Их перепалка так и продолжалась, если бы Феликс не решил привлечь к нам внимание, специально прокашлившись в кулак.       – Господа?       Мужчины встрепенулись, перестали взглядом метать в друг друга молнии и обратили на наши скромные персоны внимание. На их лицах проскользнуло удивление. Не медля и секунды, они направились в нашу сторону. Я быстро метнулась к Феликсу и встала за ним, словно за щитом, выглядывая из-за его ног. Эти двоя мне совершенно не понравились.       – Сэр Робейн, – легким кивком приветствовал беловолосый мужчина Феликса.       – О, каких людей средь бела дня только не встретишь! Феликс, ты, как всегда, сияешь молодостью и энергией! – весело произнёс фиолетоволосый с яркой улыбкой.       – Герцог Альфиус, Маркиз Фаррелл, давно не виделись. Рад видеть вас в полном здравии, – скромно поприветствовал их Феликс.       – Я был удивлен, не обнаружив вас подле Его Высочества. Так, значит, вот с кем Вы были, – произнёс беловолосик. Он бросил быстрый взгляд на Ати, а потом на меня, которая до сих пор пряталась за ногами Феликса. Герцог Альфиус поклонился и поприветствовал нас, как и положено этикету. – Долгих лет жизни и процветания Обелийской империи. Рад встрече с Вами, принцесса Атанасия и принцесса Аннелиза. Меня зовут Роджер Альфиус.       Стоп, как этого беловолосика зовут? Роджер Альфиус? Только сейчас я поняла, что это имя мне знакомо. Точно! Ати рассказывала о нём. Это же семья герцога присматривала за Дженнет с младенчества, а потом на бале дебютанток именно Герцог Альфиус представил Дженнет императору, говоря, что это дочь Клода от Пенелопы. С того момента жизнь оригинальной Атанасии катастрофически изменилась.       Так вот, как ты, гадёныш, выглядишь. Симпатичный, но это не отменяет желание врезать ему сейчас за всё то, что нас ждёт в будущем. Я чудом сумела сохранить на лице доброжелательное выражение, когда изучающий взгляд золотых глаз плавно сместился с Ати на меня. Герцог словно прикидыл, достоиные ли перед ним оппоненты или же мы пустышки, не стоящие даже грязи из-под его подошвы. И такое отношение к нам уже не на шутку выводило из себя.       – Хе-хе, привет, мистер Снежок! - воскликнула Ати с милой улыбочкой. Она невинно хлопнула глазками и пару раз лизнула леденец. Мои губы сами растянулись в улыбку. Молодец, сестричка, сразу в атаку пошла.       – Сне...?       У Феликса челюсть отвисла, когда он попытался повторить слова сестры. Похоже, он только сейчас понял, что это относилось к герцогу Альфиусу. До герцога тоже не сразу дошло, что эти слова адресованы ему. Он с удивленным взглядом уточнил:       – Вы… Принцесса Атанасия, Вы же это сейчас не ко мне обращались, да?       – Мистер, вы выглядите прямо, как белоснежный песик! – Атанасия продолжала издеваться над герцогом с ангельской улыбкой, прекрасно осознавая, что он сделать ей ничего не сможет за такое обращение к его персоне. Иногда быть принцессой выгодно.       – Ахаха, как пса назвали!.. Как точно принцесса Атанасия попала в яблочко! – Маркиз Фаррелл громко рассмеялся, запрокидывая назад голову.       Пока Феликс до сих пор пребывал в шоке от такого реприманда со стороны Ати, а я тихо смеялась с реакции Роджера, герцог Альфиус вернул невозмутимое выражения лица, словно ничего и не произошло. Но золотые глаза ясно выражали, что их обладатель желает стукнуть маркиза чем-нибудь, чтобы прервать это безудержное веселье, а потом преподать хороший урок Атанасии о том, как правильно должна вести себя принцесса. Однако сделать сейчас ни то, ни другое не может. Печаль печальная. (Нет).       – Хотите попробовать? Очень вкусно!       Вытащив леденец из рта, Ати протянула его герцогу, бровь которого дернулась, но невозмутимое лицо сохранил. Ух ты, хорошая выдержка. Посмотрим надолго ли её хватит. Мужчина смотрел на протянутый леденец как на что-то нелицеприятное.       Со стороны Феликса послышался судорожный вздох, он немного опустил голову, и я увидела, как он прикусил нижнюю губу, стараясь удержать рвущийся наружу смех. Маркиз Фаррелл же не стесняясь хохотал во все горло, чуть ли по полу не катаясь.       – П-похоже, герцог Альфиус, Вы понравились принцессе Атанасии, – кое-как сквозь смешки сказал Феликс.       По-моему, ему ни жарко ни холодно от «симпатии» Ати, которая нетерпеливо потрясла леденец, мол, чего ты ждешь, бери, пока дают. И он медленно протянул руку, так как не мог отказать принцессе. Но прежде чем его пальцы коснулись сладости, Ати шустро притянула леденец к себе, при этом лизнув его с улыбкой, полной наслаждения. И теперь рука герцога осталась просто вытянутой в воздух.       – Плохой Мистер Снежок! Собачкам нельзя есть сладкое! – заговорила с недовольным лицом Ати.       С моих уст сорвались слова:       – Правда, что ли?       И посмотрела насмешливым взглядом на хмурый зырк сестры в мою сторону. Что ты так на меня смотришь? Не я же Черныша закармливала шоколадом до полного брюха.       – Фу-ух, принцесса Атанасия вы слишком прекрасны для этого мира! – пробормотал маркиз Фаррелл, утирая с глаз слезинки, выступившие от безудержного смеха. – Кгх... Кгх...Простите, что только сейчас приветствую столь милых особ. Долгих лет жизни и процветания, О два Малых Солнца Империи. Меня зовут Седрик Фаррелл. Для меня честь дышать с вами одним воздухом.       Мужчина поклонился нам, чуть ли лбом не соприкасаясь с полом. Кажется, твоя последняя фраза была излишней, а уж говорить про прогиб перед нами до самой матушки-земли лучше не буду. Мужчинка, ты просто мог бы сказать, что очень рад встрече с нами и этого было бы вполне достаточно. Маркиз сверкнул глазами и с неожиданным порывом восхищения обратился ко мне.       – Принцесса Аннелиза, окажите мне милость и тоже придумайте прозвище. Обещаю, что я буду передавать его в нашей семье по наследству.       Чего-о? А я-то каким боком оказалась втянута в эту дурацкую игру? Господа, хочется напомнить вам, что нас ждет Клод. Он точно не из тех людей, которые будут терпеливо ждать, когда мы закончим нашу увлекательную беседу. Но сказала иное:       — У меня не такая фантазия, чтобы придумать что-то подобное. Обратитесь лучше к сестре; как вы уже могли заметить, она в этом деле мастерица.       – И все же, я настаиваю, чтобы именно Вы оказали мне услугу, – не отступал маркиз.       Да что с мужчинами этого мира не так?! Одни психопаты конченные, другие ведут себя максимально странно. Этот мир обречен на гибель.       Все собравшиеся уставились в ожидании на меня. Даже новоназванный Мистер Снежок с интересом ждал, когда я дам прозвище маркизу. Я повела плечом и брякнула не задумываясь:       – Дядя Шалопай.       На мгновение повисла тишина.       – Пф-ф, – с уст Феликса все-таки сорвался смешок.       О, серьезно кто-то оценил это?       – Похоже, принцесса Аннелиза не меньше принцессы Атанасии умеет попадать в яблочко. Да, Седрик? – Герцог зыркнул ядовитым взглядом на маркиза, который с улыбкой смотрел на меня. Мужик, перестань так улыбаться, это пугает.       – Феликс, неужели ты рассказывал обо мне всякие гадости принцессам? Я же передовой труженник, а не лентяй! –возмущённым тоном проголосил маркиз, в обиде надув щëки.       Ты сам попросил тебя обозвать, так что лучше молчи в тряпочку!       — Маркиз Фаррелл, я никогда не упоминал о вас перед принцессами. И вы, безусловно, трудяга как в военной сфере, так и... в сфере горичительного пития по вечерам.       Ах, так он алкоголик? Феликс, следовало бы сразу мне об этом шепнуть. Я бы придумала более интересное прозвище. Э-эх, как же они утомляют своей болтовнёй.       – Феликс, а когда мы пойдем к Его Величеству? – спросила я, скорчив личико настоящего мученика, которому просто жизненно необходимо было сейчас увидеть императора. Хотя на самом деле мне просто надоело быть в обществе двух неприятных мужчин.       – Да! Ати хочет увидеть папу! – поддержала меня сестра.       – Тогда нам уже пора. Счастливой дороги, маркиз Фаррелл, герцог Альфиус.       – Что, уже? – капризным тоном спросил дядя Шалопай. Буду так его называть, пока он не скроется с моих глаз. – Мне бы хотелось побольше побеседовать с принцессами...       – Не смеем вас задерживать. – рука герцога сжала плечо марказа, безмолвно останавливая того от нытья. – Для нас было честью с вами встретиться.       Уголки губ беловолосика дернулись в подобие улыбки. По-моему, ему было только в радость, что мы наконец-то уходим. Поверь, мистер Снежок, эта радость обоюдна.       – С нетерпением буду ждать нашей следующей встречи, принцесса Атанасия, принцесса Аннелиза, – улыбаясь, произнес маркиз и быстрым движением руки стряхнул с плеча чужую конечность, как будто это было нечто неприятное.       – Пока-пока, мистер Снежок и дядя Шалопай! – Ати помахала им на прощание рукой, лучезарно улыбаясь.       – Долгих лет жизни и процветания Обелийской империи. – Оба мужчины поклонились нам.       Я промолчала, быстрым шагом направляясь внутрь тронного зала. По этикету, это считается невежливым, но сейчас мне было совершенно наплевать на это. Я принцесса, мне всё можно. Тем более они мне надоели и хотелось скорее уйти от них куда подальше, желательно обратно в Рубиновый дворец.       – Пришли наконец.       Стоило нам переступить порог роскошного зала, как я сразу заметила Клода, сидевшего на троне. Одна рука его покоилась на подлокотнике, а вторая поддерживала голову — такой весь важный и беспечный, аж противно стало.       — Да, Ваше Величество, — произнес Феликс, — мы столкнулись с герцогом Альфиусом и маркизом Фареллом у дверей.       — С мистером Снежком и дядей Шалопайем! — тут же поправила его Ати.       – Мистер Снежок и дядя Шалопай? – переспросил Клод, взглядом приказывая Ати разъяснить смысл своих слов.       — Герцог Альфиус напоминает мне большого белого песика. Поэтому я и назвала его мистером Снежком! А Лизи придумала для маркиза Фаррелла прозвище дядя Шалопай.       Я пожала плечами.       – Что первое пришло в голову, так и назвала.       Клоду, похоже, понравились прозвища, раз уголки его губ слабо дернулись. Быстро, но я четко это увидела. О, и ты тоже оценил это? Удивительно.       – Великолепные прозвища для этого вечно лающего Альфиуса и для Фаррелла, который всегда отлынивает от дела.       А ты недалеко ушел от маркиза, Клод. Можешь даже разделить кликуху вместе с ним.       – Что-то случилось? – поинтересовался Феликс, услышав комментарий Клода.       – Каждый раз, как они приходят, то начинают галдеть об одном и том же... Тц, раздражают. – Клод чуть помахал рукой, тем самым говоря, что разговор окончен. А после уставился на Феликса. Его губы искривились в ухмылке. – Ты, похоже, уже освоился в роли носильщика.       Э-э? Ты что над Феликсом смеяться удумал, чтобы себе поднять настроение после встречи с теми двумя? Да ты совсем обнаглел!       Однако Феликс стушевался и поставил на пол Ати, которая тут же побежала Клоду, как только ее ноги коснулись пола. Я нахмурилась. Для человека, который просто хочет дожить до восемнадцатилетия и сбежать, она слишком сильно начала тянуться к императору. Это очень плохо и неизвестно, чем закончится.       – Ой, точно! – воскликнула на полпути Ати, развернулась и обратно побежала к Феликсу. – Сер Робейн, вверяю в Ваши руки защиту этого священного артефакта. Будьте с ним аккуратнее.       И впихнула замершему от шока Феликсу леденец на хранение. С довольной лыбой снова направилась к Клоду, который вперил свой взгляд в малышку и не сводил его.       – А ведь, если вдуматься, я слышал, что у герцога Альфиуса и маркиза Фаррелла есть сыновья, ровесники принцесс, — задумчиво произнес Феликс, вертя в руках леденец.       — Я слышал, внешне мелкий Альфиус похож на своего отца, а вот про отпрыска Фаррелла узнал только сейчас. Не удивлен, что бездельники быстро плодятся, – апатично бросил Клод.       Он продолжал наблюдать за Ати. Малышка приблизилась к трону и, я уверена, мысленно восхищалась его красотой, блеском и тем, сколько денег с него можно получить. Я же осталась стоять подле Феликса, ни на шаг не сдвинувшись в сторону императора. Мне и здесь было хорошо.       — Будет неплохо, если они подружится с принцессами, верно? – предложил Феликс, за что я дернула его за штанину. А ну-ка, отставить думать, Феликс. Тебе это вредно. – Принцесса Аннелиза?       – Нам никакие друзья не нужны. У нас есть ты, Лили, Гретти и Его Величество. Больше нам никто не нужен.       Не хватало лишних проблем на голову в виде двух детей, которые сто процентов будут нам докучать. Клод переключил внимание на меня, одобрительно кивнув.       – Правильные слова, Аннелиза. Только представлю, что здесь будут носиться четыре ребенка, и все настроение убивается к черту, – холодным тоном сказал он. Похоже, его до сих пор не отпускает после аудиенции с аристократом и рыцарем, бедненький какой. — Ненавижу шумных детей. И уж тем более эту мелкую копию герцога Альфиуса. От одних мыслей об этом становится дурно.       — Аха-а, вы правы, Ваше Величество.       Феликс слишко быстро сдался. Видимо, сейчас он не хотел еще больше бесить Клода, чтобы случайно не отхватить. Я облегченно выдохнула, задрав к потолку голову. По центру высокого потолка, покрытого штукатурной живописью, позолотой и рельефными элементами, висела большая хрустальная люстра. Наверно, вечером здесь будет невероятно красиво. В голове тут же появилась картинка приятного полумрака, в котором гости в парадных платьях и костюмах ходят по залу. Резко возникло желание покружиться здесь, но я его подавила.       – Тяжелая, как я и думал.       От мыслей меня отвлекли слова императора. Кто там тяжелый? Я опустила голову и удивленно выпучила глаза от увиденного. Клод стоял, держа за подмышки Ати, и слегка подкидывал. А потом и вовсе перехватил поперек талии, переместил в горизонтальное положение, удерживая одной рукой напротив бедра, словно мешок картошки. Ати даже не шелохнулась, пребывая в шоке от такого поворота событий. Что, черт возьми, ты делаешь с моей сестрой, изверг?!       – Аннелиза, подойди, – приказным тоном сказал Клод и в ожидании уставился на меня. Э-э, мужик, давай не надо.       Я качнула головой в знак отрицания.       – Аннелиза. Подойди. Ко мне, – вкрадчиво повторил Клод, когда заметил, что я даже с места не двинулась в его сторону.       Вопреки своему нехотению, я подошла.       – Можно только не на руки? – попросила я, чуть ли не умоляюшим тоном. – Я рядышком идти буду.       – Хм, сегодня ты шла подле Феликса, а не как обычно сидела у него на руках. Надоело быть грузом?       – Нет, просто пешочком гулять нравится.       Хотя до сюда меня нес Феликс. Но тебе об этом знать не обязательно. Клод ничего не ответил. Молча он зашел за трон и отодвинул штору. За ней была не стена, а большое ложе, закиданное горой пушистых ковров и мягких подушек.       – Мне еще долго ждать тебя?       Клод всё ещё держал штору, видимо, в ожидании, когда я соизволю пройти. Не смело я шагнула в сторону кровати и запрыгнула на неё, отползая в самый дальний угол. Тут и подушек было больше и за ситуацией вокруг наблюдать удобно. Клод отпустил полубледную Ати на кровать ближе к подушкам. Малышка заинтересованно тыкнула в одну из них, проверяя ту на мягкость. Судя по довольной улыбке, её всё устроило.       — Утомляет слышать собачий лай с самого раннего утра, – выдохнул расслабленно Клод, плюхнувшись возле Ати.       Что-то меня потянуло в сон, от вида подушек. Я упала в них лицом, чуть ли не мурлыча от приятной неги, разлившейся по всему телу. Глаза сами начали закрываться, но из последних сил я старалась прислушиваться к разговору.       — Та песня.       Какая песня? Мы начали играть в угадай мелодию? Или я успела задремать на время и пропустила что-то. Арг, мысли тянуться, как мёд. Сложно думать нормально.       — Песня? – спросила Атанасия.       — Ты говорила, эта песня прогоняет плохие сны.       — А! Песенка для хороших снов!       — Песенка для хороших снов? – Возникла тишина. Потом послушался тяжёлый вздох. — В любом случае плевать. Спойте её.       — Ати ее не по-о-омнит... Лизи, а ты помнишь?.. Лизи?... Ты что уснула там?! – возмущённый тон вперемешку с удивлением доносся до меня, однако тело и мозг на него не отреагировали.       Голоса Клода и Ати стали отдаляться. Я словно проваливалась куда-то в глубокий колодец и постепенно теряла связь с реальностью.       Обычно мне не снились сны. Иногда бывало, что я проваливалась в своё подсознание, где меня с распростёртыми объятиями ждали тьма, существа, живущие в ней, и Эндерис. Но в этот раз мне приснилась женщина.       Сначала взор был размыт, и мне оставалось только прислушиваться к окружающему миру. Тогда моего слуха коснулось чистое мелодичное пение, словно тёплый и приятный ветерок. Это было так захватывающе, что дыхание замерло. Вскоре мой взгляд прояснился, и я смогла увидеть обладательницу прекрасного голоса. Прямо передо мной на мраморных перилах сидела женщина на фоне сочной зелёной травы. Светлые золотистые локоны развивались на ветру, словно яркие лучи солнца. Взгляд задумчивых алых глаз устремлён куда-то вперёд.       Стоп.. Это же Диана! Она снова пришла ко мне?       Я, не раздумывая, протянула руку. Но прежде, чем моя рука коснулась её, она обернулась и посмотрела на меня. Её губы растянулись в нежной улыбке. Вся она как будто состояла из изящности и нежности. Возникло ощущение, что она сейчас исчезнет, растворится бесследно, и мы больше не увидимся. Я замерла, боясь своими движениями её спугнуть. В груди защемило от боли. Откуда эти ощущения?       – Похоже, принцессам снятся хорошие сны, – отдалённо послышался голос Феликса.        Потихоньку красивая картинка перед моими глазами начала растворяться, а вместе с ней и Диана. Она продолжала улыбаться тёплой улыбкой мне, пока не изчезла. Я медленно открыла глаза. Первым, что я увидела, это умиротверенное лицо Ати. Когда это я успела из одного конца кровати перекочевать на другой? Я точно помню, что из-за больших размеров кровати, расстояние между нами было приличное.       – Не удивительно. Атанасия же спела песню, прогоняющую плохие сны, – хмыкнул где-то рядом Клод.       – И правда. Возможно фея, услышав её пение, пришла на него и подарила принцессам прекрасный сон.       – Последние дни ты стал нести полную чушь, Феликс. Сходи к лекарю, возможно, у тебя что-то с головой.       Феликс на это тихо посмеялся. О, Клод, ты только сейчас заметил особенность своего подчинённого? Нужно с этим что-то обязательно сделать.       Я выдохнула. Было ощущение, что моё тело за этот короткий сон наполнилось энергией и спать не хотелось. Я приподнялась на локтях, осматриваясь. Мы всё ещё находились в уютном месте за троном. Клод сидел на краю кровати и смотрел на спящую Ати, когда я начала шевелиться, то взгляд топазовых глаз мгновенно сместился на меня. Феликс стоял, отодвинув штору, заглядывал внутрь. Он тоже заметил моё пробуждение. На его лице проскользнуло удивление. Интересно, почему?       – И зачем ты проснулась? Раздражает, спи. – Клод протянул ко мне руку и, коснувшись лба, с силой положил мою голову обратно. По телу в тот же миг разлилось тепло, снова появилась усталость, и я стала засыпать. Так, это он магию использовал, чтобы нас усыпить? Вот же императришка нечестивый! Что ты задумал?       И опять перед глазами возникла Диана. Она кружилась вокруг меня, словно бабочка, ажурные края ее легкого платья трепетали на невидимом ветру. Солнечный свет ловил пряди ее светлых волос, рассыпая вокруг нее золотистые искры. В воздухе, казалось, витал легкий цветочный аромат. Она была так близко, ее смех словно хрустальные колокольчики звенел в ушах, но одновременно недосягаема, как звезда на ночном небе. Руки сами тянулись к ней, но при попытке сжать женщину в объятиях, они встречали лишь пустоту. Мне оставалось только безмолвно наблюдать за ней, как зачарованная, в то время как каждая ее улыбка, каждый грациозный поворот будто загоняли острый осколок стекла прямо в сердце.