Из осколков прошлого состоит наше счастье

      Я накрутила красную нить на иглу и аккуратно, чтобы случайно не проткнуть ею пальцы, продела через ткань платка и высунула. На белой ткани появился длинный стежок. За ним последовали ещё несколько, и постепенно рисовался контур розы. Получалась она немного перекошенной, но и привлекательной в то же время. Теперь нужно было добавить зелёного — листья и стебель. Я была так увлечена процессом, что высунула язык и нервно покусывала его. Вышивка в стиле рококо была невероятно увлекательной.       — Черныш, лови!       — Принцесса Атанасия, не бегайте так быстро!       На фоне слышались возгласы Лили и Ати. Я сидела в кресле на балконе нашей комнаты, вышивая розы на четырех платках, которые потом подарю дорогим мне людям. Атанасия сидела некоторое время со мной, наблюдая, как я вышиваю, но потом ей это наскучило, и она ушла играть с Чернышом прямо под балконом.       — Черныш… АЙ!       Раздался крик моей сестры, за которым последовал визг собаки.       — Принцесса!       Я вскочила с места, бросила пяльцы с зажатым в них платком в кресло и перегнулась через перила.       — Ати? — взволнованно позвала я сестру.       — Лизи-и, я тут!       На зеленой траве, радостно виляя хвостом, лежал Черныш. Из-под него в мою сторону высунулась маленькая рука, махнула мне и плавным движением опустилась в пушистую шерсть пса, поглаживая. Вздох облегчения вырвался из груди. За этот короткий миг в моей голове успели проскользнуть разного рода мысли, что же там произошло. А оказалось, что Черныш слишком заигрался и прыгнул на сестру, повалив ту на землю и утопив все ее тело в своей шерсти.       Лили спешила на помочь Ати вместе с ещё двумя служанками. Я хмыкнула, наблюдая, как хвост Черныша перестал весело вилять, и пёс настороженно смотрел на идущих к нему людей.       — Фу, Черныш, плохой пес!.. Фу! Кому сказала?       Черныш, виновато опустив уши, неохотно поднялся и побрёл в сторону.       — Принцесса Атанасия, сколько раз говорила Вам играть с собакой аккуратнее! Он в два раза больше Вас и даже не заметит, если собьёт Вас с ног!       Лили помогла Ати подняться. Моя младшая сестра, всё ещё слегка растрёпанная, включила своё обаяние, одарив женщину самым неотразимым взглядом, в надежде избежать выговора.       — И не смотрите на меня такими глазками — не разжалобите! Все, на сегодня игры закончились.       — Лили, но мы же поиграли от силы минут десять! — пропищала Ати и надула губки.       — Вы играли полчаса и сами не заметили, как пролетело время, — пожала плечам Лили и протянула руку ладонью вверх в сторону Ати. — Принцесса, ваш наряд нужно привести в порядок.       — Ати хочет играть с Чернышом! — капризничала сестра и топнула ножкой.       О, она так старалась быть грозной, подумала я про себя, и на моих губах появилась мягкая улыбка. Это было очаровательно, прямо как надувшийся хомячок, пытающийся выглядеть устрашающе. Её щёки, округлившиеся из-за пристрастия к шоколаду, только усиливали эффект.       Краем глаза я заметила в тени деревьев копну красных волос Феликса. Он стоял, прислонившись плечом к дереву, и тоже наблюдал за разворачивающимся представлением. Его плечи слегка подрагивали от сдерживаемого смеха, а рука была прижата к губам, скрывая улыбку. Рыцарь почувствовал, что на него кто-то смотрел и вскинул в моем направлении голову. Я помахала и улыбнулась, и его лицо озарилось широкой ослепительной улыбкой, прежде чем он низко поклонился в знак приветствия.       Раз с Ати всё было в порядке, то я вернулась в кресло и продолжила вышивать. Думаю, они сами там разберутся без моего наблюдения со стороны.       Прошло еще два года, и теперь нам было по семь лет. Говорят, что время летит незаметно, но для нас это было слишком долго и очень заметно. За это время почти ничего не изменилось за исключением того, что теперь мы сами… Хотя нет, лучше будет сказать, что Атанасия рвалась к Клоду и тащила меня за компанию, не спрашивая, хочу я этого или же нет. Ещё изменения произошли с Чернышом. За эти два года он вымахал в здоровенную псину, словно его кормили только дрожжами. Ати это нисколько не беспокоило. Она обожала Черныша, зарываясь в его густую шерсть, и радовалась его гигантским размерам, словно он был огромной мягкой игрушкой.       — Ай-ай-яй.       Я настолько задумалась о прошедших двух годах, что вонзила иглу в палец.       — Что б тебя согнули пополам и выкинули в реку!       Я бросила гневный взгляд на иглу, что торчала из белой ткани, насмешливо поблескивая металлом под лучами солнца. На коже выступила капелька крови. Прежде чем она скатилась по пальцу и упала на вышивку, я быстро поднесла палец ко рту и слизнула кровь, чуть скривилась, когда почувствовала металлический привкус на языке. Проклятая игла.       — Кгх, простите, принцесса Аннелиза, что отвлекаю Вас, но принцесса Атанасия изъявила желание пойти к Его Величеству. Вы пойдете? — спросил тихо вошедший на балкон Феликс.       Мужчина застыл и с нескрываемым интересом во взгляде смотрел на почти готовый платок. Эу, глазки отвел. Это сюрприз вообще-то!       — Пайфу. (Пойду), — с пальцем во рту ответила я, но спохватилась и тут же вытащила его. — Пойду. Только дай мне минутку, я почти закончила.       Феликс кивнул и остался на месте ждать, когда я закончу. Мне оставалось сделать буквально один листок и стебель розочки, поэтому это не заняло много времени. Мои пальцы двигались привычно, ловко управляясь с иглой. Закончив, я отложила вышивку, чувствуя легкое удовлетворение от проделанной работы.       — Феликс, закрой глазки, пожалуйста.       Рыцарь без колебаний выполнил мою просьбу, его плечи напряглись на мгновение, а потом расслабились. Я соскочила с кресла, вытащила платок с вышивкой из пяльцев и подкралась к Феликсу, вытянув подарок на руках.       — Можешь открывать.        Мужчина медленно открыл глаза, словно боялся увидеть, что же я там ему предлагаю на вытянутых руках. Его взгляд был внимателен, в нём читалось удивление, смешанное с нежностью.       — Это подарок для тебя. Понимаю, что вышивка немного кривая, но я старалась сделать красиво.       Рыцарь ошарашенным взглядом смотрел на платок, даже не шелохнувшись, чтобы взять его. Неужели ему не понравилось? Эх, а я старалась…       — Принцесса, это правда мне? — дрожащим голосом спросил Феликс. В уголках его глаз начали скапливаться слезы. — Принцесса, неужели я правда заслужил такой прекрасный подарок? Я… я так счастлив!       — Э-это… Феликс… Ты чего плачешь? — я растерялась от такой реакции. — Вот, твой платочек. Пожалуйста, не плачь.       — Нет-нет, я не буду портить своими слезами ваш подарок. — Феликс взял в руки ткань и сжал, прижав к груди в районе сердца. — Я буду бережно его хранить, как и любой ваш подарок, принцесса. Спасибо!       И поклонился мне. Я продолжала в смятении стоять, не зная, что и сказать. Феликс, может быть, я открою тебе тайну вселенскую, но я подарила платок для пользования, а не для того, чтобы ты на него молился чуть ли не каждый день. Это же просто кусок ткани с вышивкой!       — Эй, Лизи, Феликс, вы там скоро? — снизу послышался голос Ати.       — Ой, сестра ждет. Феликс, не отставай!       Я и первая покинула его общество, оставляя растроганного рыцаря позади.       — Подождите меня, принцесса!       Сначала успокойся, а потом уже беги за мной, дурень!

*****

      — Слу-ушай, Феликс, а Его Величество знает о нашем приходе? Вдруг, он сейчас занят? — спросила я, когда мы подходили ко дворцу Клода.       Атанасия скептическим взглядом уставилась на меня. «Клод и занят? Это два не совместимых понятия» — читалось в ее глазах.       — Его Величество всегда рад принцессам вне зависимости от времени, — лучезарно улыбаясь, ответил Феликс.       Вот теперь мы обе скептическими взглядами посмотрели на рыцаря. А сам Клод в курсе, что он всегда нам рад? Его равнодушная морда при каждой нашей встрече говорит об обратном.       — Роджер, пошли с нами, не будь занудой! Прошвырнëмся как в старые-добрые времена!       — Седрик, никак старых времен отродясь не было. Прошу тебя, сделай вид, что не знаком со мной и идти дальше своей распутной дорогой.       У меня засосало под ложечкой. Знакомые, раздражающие голоса герцога Альфиуса и маркиза Фаррелла доносились до нас, неся с собой явный запах надвигающейся беды. Похоже, они идут от Клода. Что за судьба такая сталкиваться с ними после их встреч с императором? Арх, они ужасно раздражают. Особенно маркиз Фаррелл. От одного его вида сразу тошно становится.       — Феликс, быстро прыгай в кусты, — сказала Ати, указательным пальцем показывая точное направление. Сестра тоже не настроена на встречу с теми двумя объектами.       — Что, принцесса Атанасия? — удивленно переспросил Феликс.       — Нет, лучше разворачивайся обратно. Сегодня встреча с Его Величеством отменяется, — высказала идею я. Мы только подошли ко дворцу Клода, так что развернуться и сдрыснуть от сюда подальше мы успеем.       — Что вы имеете ввиду, принцесса Аннелиза?       Феликс — благослови, Господь, его красную голову светлыми мыслями — просто стоял, переводя взгляд с Ати на меня.       — Чего ты ждёшь?! Они подходят уже. Времени бежать нет, в кусты прыгай! — полушепотом подгоняла я нерасторопного рыцаря.       Но было уже поздно. На горизонте появились аристократы. Маркиз, завидев нас, тут же засиял, словно кот добравшийся до сметаны, и чуть ли не в припрыжку направился в нашу сторону. Герцогу ничего не оставалось делать, как последовать за ним и тоже нас поприветствовать, как полагается по этикету.       — Какое невероятное везение улыбнулось мне, и я встретился с принцессами. Долгих лет жизни и процветания Империи Обелия, — первым поприветствовал нас маркиз Фаррелл. Следом за ним то же самое сделал герцог Альфиус, натянув вежливую улыбочку на лицо.       — Привет, мистер Снежок, дядя Шалопай! — махнула им рукой Ати и улыбнулась.       Я обошлась обычным кивком. Большего они не были достойны.       — Меня зовут… — начал говорить герцог Альфиус, как его жестко перебила сестра.       — Мистер Снежок, лапу.       И снова Роджер потерпел сокрушающее поражение. За последние два года наши пути с маркизом и герцогом пересекались бесчисленное количество раз, и каждая встреча добавляла ещё один слой раздражения на лицо Роджера, отдаваясь трещинами на его тщательно выстроенной маске вежливости. Мистер Снежок пытался заставить Ати называть его по имени, однако его усилия неизменно разбивались о железную стену веселья моей сестры. Вскоре он сдался, покачав головой и вздохнув с покорностью судьбе. А сестра ухватилась за его неудачные попытки с упорством голодного волка. При каждой последующей встрече она с радостью мучила его, называя Снежком и обучая нелепым командам вроде «лапа» и «говори». И, по-моему, по этим причинам в последнее время герцог Альфиус старался избегать нас, но к несчастью для него, рядом с ним всегда был маркиз Фаррелл, который завидев нас издалека, тут же тащил под руку беловолосика в нашу сторону.       Тем временем Роджер не мог отказать Ати и протянул свою руку ей.       — Хорошо, мистер Снежок! Хороший мальчик!       Кажется, сейчас у Ати в глазах чертята отбивают чечётку. Одной рукой сестра взялась за протянутую руку, а второй дотянулась до его головы и погладила.       И конечно же это вызвало бурную реакцию в виде приступа смеха со стороны маркиза и сдержанного смешка со стороны Феликса. Да им по кайфу смотреть, как издеваются над Альфиусом, который скорчил гримасу и отступил от нас на два шага. Я усмехнулась. Дядя, тебя никакая дистанция не спасёт от моей сестры, уж поверь.       — Роджер, тебе невероятно повезло! Принцесса Атанасия даже погладила тебя по голове! — Тон маркиза Фаррелла был неоднозначным, с примесью то ли искренней зависти, то ли игривой насмешки. Его взгляд, яркий и озорной, был устремлён на меня. По моему позвоночнику пробежала дрожь.       О боже, мне не нравилось, к чему все это клонится.       Фаррелл театрально взмахнув рукой и обратился ко мне.       — Принцесса Аннелиза, разве я не заслуживаю похлопывания по голове? Клянусь, я выполняю свои обязанности с предельным усердием! Кроме того… Я сегодня помыл голову, так что вам не стоит беспокоиться о каких-либо неприятностях.       … Чего?       Я неловко хихикнула в ответ, так как боялась сейчас ляпнуть что-нибудь нецензурное в его сторону. Это было заметно еще с первой нашей встречи, но маркиз целенаправленно цеплялся только ко мне. Словно ему нравилась та игра, которую устроила Ати с Альфиусом, и теперь он пытается поиграть ее со мной, где в роли мучителя скорее он, нежели я.       — Маркиз Фаррелл…– в голосе Феликса проскользнули стальные нотки, а потемневший взгляд, который выражал неприязнь, был направлен на маркиза.       Опачки, наконец-то кто-то приструнит этого отбитого маркиза. Феликс, вперед! Фас, мой хороший!       — Эхем...Кгх, — герцог Альфиус громко прочистил горло, чем и привлёк моё внимание. Похоже, он решил перевести тему как можно быстрее, пока не произошло что-то ужасное. Да говори уже! Спаси меня из этой тупой ситуации! — Сделаем вид, что маркиз ничего не говорил. Принцессы, а вам не одиноко играть вдвоём?       — Эй, а как же…       — Маркиз Фаррелл, тема закрыта, — жестко оборвал фиолетоволосового Феликс, а потом с улыбкой обратился к Альфиусу: — Пожалуйста, продолжайте, герцог.       — Благодарю, Феликс. Принцесса Атанасия, принцесса Аннелиза, вы бы не хотели иметь друга извне стен дворца, с которым можно поговорить на разные темы и в целом увлекательно провести день?       — Друг? — переспросила Ати, наклонив голову на бок. — Глупый мистер Снежок, у Ати и Лизи уже есть друг — это Феликс! С ним можно поговорить на многие темы и играть целый день.       Глаза Феликса моментально наполнились слезами, глубоко растроганным взглядом он смотрел на сестру. Безусловно, Атанасия сказала это, чтобы отвязаться от Альфиуса и вместе с этим в очередной раз растрогать сердечко рыцаря.       — Но разве не было бы полезно иметь друзей вашего возраста? — продолжал настаивать на своем беловолосик. — По правде говоря, у меня есть сын того же возраста, что и принцессы.       Насколько мне известно, у герцога есть сын Иджекил Альфиус, которого Феликс когда-то хотел впихнуть нам в качестве друга, но императору эта идея не особо понравилась. Атанасия рассказывала, что у герцога есть еще одни ребенок — Дженнет.       — Он очень умный и зрелый мальчик, весь в меня. Будучи на три года старше принцесс, он мог бы стать для Вас ответственным старшим братом, который будет направлять и поддерживать.       Моей первой реакцией было внутреннее отвращение. Это был явно не дружеский жест, а тщательно спланированный ход в игре за власть. Герцог в своём отчаянном стремлении укрепить своё положение был готов предложить своего сына в качестве пешки, инструмента для завоевания расположения императора через близость к его дочерям.        Отвратительно.       — Хм, и, возможно, самонадеянно так говорить о себе, но мой сын так же хорош собой, как и я, — добавил он с самодовольной ухмылкой.       Я старательно удерживала на лице равнодушное выражение, не давая проявится гримасе омерзения, что так и норовила выползти наружу.       — Если он похож на мистера Снежка, — ответила я, и мой голос сочился притворной нежностью, — то он не представляет для нас абсолютно никакого интереса.        У герцога дернулся глаз, и на пару мгновений он потерял контроль над эмоциями, позволяя тени свирепости скользнуть по его лицу, однако пришел он в себя быстро. Ой, кажется, чью-то гордость задела. Искренне прошу прощения, что задела, а не обронила на пол и не затоптала каблуком!       Остальные собравшиеся удивленно посмотрели на меня, явно не ожидая от меня подобных слов. Даже Ати поразилась этому. Обычно, когда с нами пытались завести разговор герцог и маркиз, я молчала или отвечала короткими ответами, когда обращались непосредственно ко мне, но сейчас во мне кипела злость на этого ничтожного человека, который видит перед глазами не маленьких детей, а только способы достижения еще большей власти и превосходства над другими людьми. Но похоже, Альфиус решил, что на слова семилетнего ребенка глупо обижаться и продолжил наседать на нас.       — Тогда… Как насчет девочки-ровесницы?       — А, вы про ту девочку, которая живет в поместье Альфиус? — сообразил мгновенно маркиз Фаррелл. — Дженнет, вроде бы, звать?       — Именно. Это ребенок моей старшей кузины. Я забочусь о ней, пока кузина пребывает во Флории на лечении.       Дженнет… Это же та самая девочка, которая затмевает собой оригинальную Атанасию и купается в любви Клода. Теперь, когда мне ясны намерения герцога, которые бегущей строкой можно прочитать в его глазах, стало ясно, что Дженнет скорее всего следовала указаниям этой мрази и делала то, что он ей говорил. Бедный ребенок… Она не могла пойти против воли человека, который воспитывал ее и был в ее глазах авторитетом. Я скрипнула зубами от злости. Кто-нибудь, держите меня, или я ему врежу!       — Что скажете, принцесса Аннелиза, принцесса Атанасия? — спросил герцог с засиявшим взглядом, как будто он уверен, что этот вариант мы точно не пошлем куда подальше. Внимательный взгляд золотых глаз вперился в меня. Что, ждешь моего одобрения? Я показательно отвернулась от герцога, делая вид, что его не существует.       — Принцессы, если вы того желаете, я попытаюсь убедить Его Величество обсудить это с герцогом Альфиусом, — невинно спросил нашего мнения Феликс и посмотрел то на меня, то на Ати.       Неужели, ты не видишь по нашим лицам, что предложение Альфиуса нам не понравилось?!       — Кгх, простите, что вклиниваюсь в вашу беседу столь нагло, но…– вежливо сказал маркиз Фаррелл. Взгляд зеленых глаз угрожающе сверкнул в сторону герцога. — Роджер, может ты проявишь уважение к принцессам и перестанешь докучать им своими предложениями дружбы? Видно же, что принцессам не по нраву твои идеи.       — Дядя Шалопай прав. Ати и Лизи не хотят дружить с кем-то, кто глупее них, — произнесла Ати с огорченным видом, как будто уже бы печальный опыт. Все трое мужчин с изумленными выражениями лица уставились на сестру.       — Да, с этой девочкой будет скучно играть, если она даже элементарных вещей не знает, — поддержала сестру я.       Прости, Дженнет, что так говорю, когда мы даже друг друга никогда не видели.       — П-принцессы… Она умная девочка. Вам не стоит беспокоиться насчет этого. — а после рыкнул в сторону маркиза: — И тебе, Седрик, тоже не стоит беспокоиться.       Я улыбнулась от его уверенного ответа и даже снова посмотрела на него. Если ты так твердо это заявляешь, значит, уже с ранних лет начал обучать Дженнет ради своего светлого будущего, забирая у малышки ее счастливые детские года. Скорее всего, с сыном он точно так же поступил. Скотина ты, Роджер. Причем редкостная.       — Тогда она может говорить на Атланте? Volo te in inferno uri, creatura. (Желаю гореть тебе в аду, тварь)       У Альфиуса аж глаза раскрылись от того, как легко я говорила на Атланте, словно это мой родной язык.       — Как насчет официального языка Паскаль? Kvailas baltas šuo žymi visur, kur tik gali. Fu Fu Fu (Глупый белый песик метит везде, где только может. Фу-фу-фу). — Ати вытянулась вперед, когда увидела, как лицо Роджера — да и в принципе всех окружающих — вытянулось от удивления. Ати с большим воодушевлением продолжила: — Божественный язык Псикансии довольно прост, она наверняка мастерски им владеет. Bog bo kaznoval lažnivce (Господь покарает лжецов).       — laži su od Sotone, on je otac laži (Ложь — от сатаны, он отец лжи). Это же легко, Ати.       Я пожала плечами и махнула рукой, как будто так оно и было, и мы не тратили по несколько часов на заучивание фраз и правильное произношение, а сразу все поняли и чуть ли с первого занятия не освоили языки.       — Что насчет теории социологии? Раз она такая умная, должно быть, она уже закончила второй том? Хм-м, мы с Ати застряли на Бердингеровой теории функционализма, она довольно сложная. Но, может, эта девочка уже закончила Билла Рохича? Что насчет других предметов? Грамматика? Философия? История?       Чего замолчал? Ты тут такие оды пел о своих замечательных детках. Давай, отстаивай свои же слова.       — У-ух… Но мистер Снежок сказал, что она умна и вряд ли захочет дружить с нами, Лизи. Мы же с тобой еще не освоили Атланту. — Ати грустно выдохнула, словно правда была этим расстроена. — Разве мы можем просить ее стать нашим другом со своими нынешними познаниями?       — Ты права, Ати. Мы не достойны дружбы с ней. Нам с тобой стоит еще усерднее взяться за учебу, чтобы с нами не скучно было проводить время.       Повисла гробовая тишина.       Кажется, мы немного перестарались, судя по бледным лицам мужчин и дергающемуся глазу маркиза Фаррелла, который самый первый обронил слова в этой тишине:       — А-а. Они точно маленькие дети?       Воу, я так сейчас горжусь собой и Ати! Честно признаться, я думала, что всё то время, потраченное на занятие и домашку, уйдет в конечном счете в никуда, когда мы сбежим из дворца, но теперь я считаю иначе. Как же хочется смеяться в голос с их лиц, но нужно поддерживать образ опечаленной девочки.       –… Ходили слухи, что принцесса Атанасия и принцесса Аннелиза необычайно умны, — слегка хрипловатым голосом сказал Альфиус, спустя некоторое время. Похоже, в этот раз вернуть самообладание ему было намного сложнее. Но в глазах отчетливо было видно восхищение. — Но похоже, этих слухов было мало, чтобы описать насколько.       — Мало?! Эти слухи всего лишь капля в море правды, которую мы смогли лицезреть сейчас! Уверен, это малая часть из всего арсенала их знаний, которым обладают принцессы! — воскликнули маркиз Фаррелл и чуть тише добавил, схватившись за голову: — О Всевышний, мой сын вообще пенёк-пеньком по сравнению с принцессами…       — Это да… Простите, принцессы. Та девочка тоже рано проявила интерес к познаниям, но ее знания и близко не стоят с Вашими.       Воу, ребятки, вы тоже это видели? Роджер Альфиус признал свое поражение! Сегодняшний день надо будет отметить в календаре красным и праздновать каждый год. Нет! Надо сделать это государственным праздником! Я даже впервые искренне улыбнулась Роджеру. В душе как будто все расцвело, и танцевать захотелось.       — Однако, думаю, вам с моим сыном будет общаться легче, потому что он так же умен, как и принцессы.       Моя радость от победы поубавилась. Тц, от одной проблемы избавились, так подкралась другая и подзатыльник прописала.       — Мы подумаем об этом, если он не так похож на мистера Снежка, — задумчиво сказала Ати. Видимо, она тоже не могла найти выход из этой ситуации. Ладно, у нас получается ничья в этой игре с Альфиусом.       — Да, мы об этом подумаем. Но сейчас нас ждет Его Величество. Он не любит, когда мы опаздываем. Да, Феликс? — Я кивнула на слова сестры и посмотрела на Феликса. Только попробуй сейчас тупануть и не унести отсюда ноги — задушу!       — А? Да, мы порядком задержались. Думаю, Его Величество сейчас вне себя от гнева. Простите, но нам пора. Хорошей дороги, герцог Альфиус, маркиз Фаррелл.       — Долгих лет жизни и процветания Империи Обелия.       Герцог Альфиус снова остался ни с чем, но нервы нам потрепал знатно своей навязчивостью. Стоит об этом намекнуть Клоду. Я бросила взгляд через плечо Феликса назад. Альфиус со странной улыбкой смотрел нам в след. Бр-р, это стремно, мужик! А маркиз Фаррелл уставился в землю, думая о чем-то с серьезным выражением лица.       — Принцесса Аннелиза, принцесса Атанасия, я тоже буду усердно учиться, чтобы вам не приходилось краснеть из-за меня. — Феликс, выглядевший понурым все это время, заговорил с какой-то решимостью, что аж было видно, как огонь вокруг него запылал.       — Мы за тебя и не краснеем. Ты — наш рыцарь. Твой долг защищать нас, и ты это выполняешь… очень хорошо, — в конце похвалы я запнулась. Перед моими глазами пролетели все косяки Феликса. Поэтому я чуть ли не сказала «хреново», но вовремя осеклась.       — Огромное вам спасибо, принцесса Аннелиза, за такие теплые слова, но я обязан знать все, что вы сказали, — с непоколебимой готовностью и огнем в глазах сказал Феликс. — Пожалуй, я начну с Макса Бердингера…       Ати, помогай! Что ты переводишь глазки с меня на него? Мы сейчас Феликса потеряем! Но судя по лицу Ати, она так и не поняла суть нашего с Феликсом диалога. Я же поняла, что все это сейчас будет бес толку, поэтому замолчала и мысленно прикидывала варианты того, во что это выльется.