С душком

Базар со старшаками не задался. Кащея они по-прежнему не поддерживали, но и сбрасывать пока отказывались. В целом они были сильно озабочены войной, и никакие внутренние разборки им в такое время не всирались. Предложения о союзе с другими группировками привлекли их куда больше. Зазвучали названия — «Девятый двор», «Пентагон», «Низы», даже «Шамилька», которую есть шанс бескровно отбить у «Телестудии». Но и тут никто не спешил реально решать вопрос. Адидас придёт в себя — рассудит. Им было похуй, что до этого Кащей сам натравит на них и «Девятых», и «Пентагон», и всю «Телестудию» разом — точнее, они в это не верили. Будто не Кащей стравил «светловских» и «полковских» так ловко, что только через несколько лет всплыло. Будто не Кащей развалил «Урицкий» всего через двоих блатных корешей — да и тех с «Грязи». Будто не у него была тактика везде и всегда сталкивать лбами своих врагов, а самому делать вид, что на рожон не лезет. Правда, вслух поручиться за это мог бы только Адидас, хотя знали многие. Как назло, почти все они были из старшаков, а значит, абсолютно неподконтрольны Турбо. Максимум, на что были готовы старшаки — это заручиться поддержкой дружественных улиц. Да и то — «осторожно надо без Вована, они ж тоже не все надёжные». Валере хотелось волосы рвать на голове. Зима сперва пытался его урезонить, затем сдался и просто позволил свободно литься его словесному поносу. Говорил Валерка привычно запальчиво, но непривычно много. Старшаки согласны, что надо присоединять мелкие улицы, а не вливаться в крупные. Значит, направление верное. Хотя «Универсам» ослаблен, растворяться в другой группировке западло. Да и всё равно рано или поздно мелочёвка хлынет туда же… А в «Универсам» она уже вольётся с радостью — вон у «Шамильки» тоже тёрки с паханом, их погонят скоро ссаными тряпками; «Девятка» хочет к «Грязи примазаться», а «Грязь» как раз дружбаны… Ну, в целом. Хоть и бешеные. Во всяком случае, они точно прикроют, если кто залупнётся, прознав, что «Универсам» в жопе… Главное, чтобы никто из-за спорных территорий пизды не дал, так что на спорняки не суёмся… Есть другая запара — курс на союз должен быть прямым. Если Турбо втихаря начнёт толкать эту тему какой-нибудь улице, она ему предъявит, когда Адидас союза не захочет или захочет с другими. Хотя, если предъявит мелкая улица, может, и ничего… Блин, а если несколько?.. А если Кащей воспользуется этим?.. Что у него вообще сейчас в планах? Может, прошпионить?.. Нет, заметит и предъявит. Пока лучше не трогать, чтоб не воняло, всё равно Адидас его отошьёт. Бля, но точно так же все сейчас и думают… Хорошо бы Валерка до чего дельного допёр, но в один момент что-то в башке перегорело, и мысли — а с ними слова — забегали по кругу, как по закольцованной полосе препятствий. Будто путает кто, словно леший в бабкиной сказке. Впрочем, понятно, кто, как и почему… — Айда посмотрим, нет ли кого по Восходу, — заткнул фонтан Вахит. — Позырим, может, больше пацанов поставить нужно. К Восходу направились, но, по требованию Турбо, лишь после того, как оглядели другие посты. Вахит даже ругаться не стал — соображал, что не время. Потом прошли мимо школы, где Зима словил улов с чушпанов, проверили тайник с монтажками у дворника дяди Лёни — на случай набегов, вышли на Восход, двинули в сторону Восстания. Задышалось сразу легче — прямая широкая дорога как бы напомнила Турбо, что вот, у него есть цель, у него есть путь, по которому он идёт и будет идти, как бы ни пытались подсечь… Пахло слякотью, выхлопами и солью. Пахло песком и холодным мокрым асфальтом. Пахло еловыми ветками, слегка так потягивало сквозь мороз, изнутри кололо переносицу — совсем как в детстве. Красиво на Восходе, блядь. Родные места, всё такое… Турбо ещё малышом гулял тут с мамкой, с папкой — они почти нормальные были тогда… А он и не знал, что вон здесь «Мосбригада», там — будущие «Звери» зарождаются, через пот и сопли… Небось ходил по их территории и духом не ведал, что по чужому асфальту шагает. Да и своего ничего не было — «Универсам» лет через пять появится. Смешно… А Кащей уже тогда поди бутылки сдавал вон в тот пункт и по рюмочным шароёбился. Хорошо ему было, без сухого закона-то. Хоть жопу водярой мой, хоть портки полощи. В подворотнях ебался небось — вон в этой, вон в той… Тогда и научился, наверно, так ловко от ментов линять. Бля, а ведь Валерка мог видеть его — и не знать даже, что он это… Прямо сразу после ебли. Бухого, накуренного, провонявшего анашой. Может, уже с быками — только с другими… И с растраханной задницей, из которой по худым ногам под штанами течёт, на асфальт льётся, впитывается в асфальт. Турбо хотелось почувствовать брезгливость, да такую бы, чтоб блевануть — но куда там. Вместо этого запахи детства смешались в его памяти с одеколоном Кащея, и Турбо как-то по-новому ощутил, что они — земляки, с одного района и улицы… — Валер, ты не заразился от Вована-то? — Чё? — Турбо вынырнул из вязкого омута и ошалело взглянул на Зиму. — В смысле? — Чёт ты потный. «А ты не заразился? Чёт ты бесполезный», — хотелось сказать Валерке, но он сдержался. За последние дни он натренировал силу воли ускоренным курсом. Посторонних на Восходе не было. Маратки тоже нигде не было, хотя встречная скорлупа заверяла, что воспитательная беседа с ними проведена, и Марат ходил по пикам вот только что. Видно, уехал уже — торопится закончить дело, чтобы к Вове вернуться… — Кстати, зря ты Марата одного послал к «Хадишке», — сказал вдруг Вахит. — Как бы не ёбнули его там. Это ж через Казанку одному… — Ничё, — огрызнулся Турбо. Он и сам уже был не рад этому, — Пусть отвлечётся от братца. Поймёт, что земной шар и без него крутится, с оси наебнётся вот-вот. — Как бы он на тот свет не отвлёкся. Нас такой пиздой накроет, что Кащей мечтой покажется. Турбо выматерился только мысленно. Он очень хорошо натренировал силу воли… На пиках была почти вся скорлупа — явление редкое, но Турбо разозлился, что некоторых нет. Охуела молодёжь, это ж что их, отшивать, раз не понимают? Сейчас бы, наоборот, попришить новичков по-бырому, численность поднять, а не своих выкидывать… Ну что они устраивают?.. — Слышь, мне бы домой сейчас, — вдруг сказал Зима. — Батьки в гараже просили помочь. Пики мы проверили, а больше делать нехер пока. Правда нехер, Валер… Если вдруг чё — зови, подтянусь. — Угу. Ну иди. Все занятые. Это у Турбо одного нет никаких забот. Впрочем, как бы Зима ни бесил своим упрямством, делать было правда нехер. Поехал бы к Маратке на подмогу, да двое «универсамовских» сразу — это повод для неслабой ответки. Тем более что Маратка, если что, всегда мог набрать из автомата — на такие случаи старались оставлять парочку дежурных по домам, чтобы сидели на телефонах. В этот раз Валерка, правда, никому этого не поручил — забегался. Но учитывая, сколько пацанов зассали прийти на сбор, пусть их трусливые жопы хоть дома пригодятся… Внезапно Турбо осенило: ведь ему есть что спросить у стоящих, чего Марат у них точно не спрашивал! Дождавшись, когда Зима исчезнет за углом — хотя в этом не было никакой нужды — Турбо воровато оглянулся и дошёл до ближайшего шкета. Тот соревновался сам с собой в плевках на дальность. — Стоишь? — Стою. — Видать чё? — Нет, — пацан вздохнул. За последние полчаса это спрашивали у него трижды. — Ага… Так значит, не видать ничё? — Нет. Турбо задумчиво полез в карман за «Вистой» — пристрастился к ней, очень уж ему в последнее было нужно что-то непахнущее, нейтральное — задел ногтями блистер с противогонным, подумал, что нужно бы принять снова, положил кусок «Висты» в рот, постоял, помялся… — Слышь, ты ж альфа вроде? — Ну да, — в голосе малого проступило удивление. Новый разговор обещал быть интереснее. — Вот скажи, как альфа альфе, — Турбо располагающе, как ему казалось, вдарил малого по козырьку вальтовки, — Кащей ведь похож на омегу?.. Не-не-не, ты не ссы! Пацаны ведь честными с пацанами должны быть, а старшак наш с нами не честен, вот хоть ты на вопрос отвечай. Шпингалет зыркнул по сторонам и перешёл на шёпот. — Вообще-то да, — сказал он к такой великой радости Турбо, что у того дрогнули пальцы и «Виста» нырнула в снег. Валерка даже не решился сказать поднять её — ещё упустит сведения экстренной важности. — Думаешь, он троечка? — спросил Турбо как можно более равнодушно. — Точно тройка. Турбо захотелось схватить пацана в охапку и, хохоча, несколько раз подкинуть в воздух. Ну наконец-то! Это ж яснее ясного! Ох Зима, тупица… — У меня братуха знает мента, который в КПЗ на Фукса работает, — продолжил пацан. Видно, ему тоже хотелось выговориться, — вот там Кащея когда закрывали три года назад, он досматривал. Сказал, что точно омега… — Согласен, скорлупа, — Валерка старательно изображал флегматичность. — Одеколон ещё этот, да? Маскирует запашок-то небось? — Там хуй разберёшь, где кончается одеколон и начинается его вонь… Но да, бля буду. Мозги дурит. — Слышь, ты «Висту» подбери. Видишь же, супер уронил… Себе её оставь. Мировая штука. Валера летал по пикам, как на крыльях. Как бы сурово он ни требовал обосновать, как бы ни докапывался до деталей — почти у всех альф, бет и омег находился хоть один, но железный аргумент. Кащей очень боится поворачиваться спиной. Кащей любит хлопать себя и других по бёдрам. Кащей носит плащ, а не куртки, как все — нужны длинные полы. Кащей иногда почему-то очень много жрёт, и ему, блядь, не «Ливерную» подавай, а «Любительскую», а где взять, если батя давно просёк недостачу по талонам, отбил культяпки и теперь ты даже не можешь щипать в очередях?! Кащей пару дней в месяц выглядит куда пьянее обычного, и всегда в конкретных числах. Да и вообще — трояки всегда бухают и кайфарят больше других, Валер, ты чё, не замечал?.. Тем, у кого аргументов не было, Турбо приводил их сам. — Видел, как он водкой поит? Рюмку ко рту подносит, рукой держит, самому взять не даёт. Есть в этом какое-то… — Западло? — Кокетство. Пацаны странно на него смотрели и неопределённо соглашались. Кто-то, правда, не вдуплял, как Зима, и спешил соскочить с рамсов — ну и фиг с ними, зато видно, что не только Турбо не замечал ни хрена годами. Не так обидно. Если скорлупы решались спросить, на кой Турбо интересуется, отвечал, что не их дело. Суперам — попалась парочка под горячую руку — говорил, что копает под Кащея, ищет слабости. Вот бы нарыть что-то такое, чтобы ни у кого сомнении не оставалось… Например, использованные гондоны в качалке после того, как там были Кащей с быками, а девок никаких не было… А ещё лучше, если бы хоть кто-то застал их за еблей… Но, видно, в качалке они либо не трахались, либо делали это так скрытно, что никто не запалил. Потому что закрывались-то часто там, суки… — Чё, думаешь, ебутся там, малой? — Ну, наверно… — Но не видел? — Я что, камикадзе, под дверью у них стоять? — И не слышал? — Слышал бы — сказал. — Услышишь — говори. Пацаны на пиках охуевали, как никогда. Так часто и ёбнуто их ещё не шерстили.