Докуривай свои ментоловые и проводи меня до дома

***

Ёнджун давно уже понял всю суть их бытия и смирился с этим. По плану учителя Чхве, сразу после борьбы с палаткой учеников ждали посиделки у костра. Однако благодаря кое-кому сборы затянулись, и успевшие сблизиться за общим делом ребята подтянулись к костру ближе к вечеру. — Госпожа Кан — золотая женщина. Дала нам новую палатку, да ещё и собрала её, — разглагольствовал Уён, когда всё ещё недовольный Ёнджун присел рядом. — Да тряпка она, — сплюнул он. — Свою небось отдала. — Так это окончательно доказывает, что она герой. Ёнджун промолчал. Он терпеть не мог всю семейку Кан, и даже если бы они отдали ему последнюю почку — не изменил бы своего мнения. Оглядевшись, он сразу заприметил Джея, присевшего на уши Тэхёну. Фу бля. Продался за конспекты. Уважения к нему у Ёнджуна уже не было. Кай смиренно сидел по правую руку от учителя Чхве, и по кислой его мине несложно было догадаться, что его лечат очередным потоком лекций. Жаль этого добряка… Бомгю нигде не было видно. Может, не смог найти обратную дорогу из леса? Ёнджун далековато забрёл от лагеря в попытке остыть и обмозговать последние события. Чудо, что Бомгю вообще смог отыскать его. Да похуй, махнул рукой в итоге, ну съедят медведи — Ёнджуну жить проще будет. Народу постепенно становилось всё больше. Учитель, к огромному облегчению Кая и разочарованию Ёнджуна — ему нравится наблюдать за страданиями друга — отцепился от него, раздавая ребятам маршмеллоу и газировку. Джей откуда-то выудил гитару, давая понять, что их ожидает самая клишированная посиделка у костра из всех возможных. Настроение Ёнджуна постепенно улучшалось. — Итак, ребята, я очень рад, что относительно все смогли выиграть бой с палатками, — начал свою пламенную речь Учитель Чхве, протягивая палочку с маршмеллоу над огнём. — И очень рад, что обошлось без кровопролития. При этих словах он выразительно зыркнул на банду Ёнджуна. – Вы проучились в стенах одной школы достаточное долгое время, но как хорошо вы знаете друг друга? Предлагаю сыграть в игру! Это поможет вам ближе познакомиться. Забудьте, что вы из разных классов — здесь вы едины! Задайте любой вопрос человеку, сидящему рядом с вами. Я начну — Кай! Тот тут же напрягся. Маршмеллоу на его палочке медленно, но верно превращалась в угли. Учитель задорно прищурился. — Чем ты любишь заниматься в свободное время? Уши Кая ярко загорелись. В свободное время он любил смотреть мультфильмы и печь печеньки — такое себе хобби для отпетого гопника. После подобного ответа не видать ему былого авторитета, а потому он выдал первое, что пришло в голову. — Дрочить. Повисла секундная могильная тишина, нарушаемая лишь стрекотом кузнечиков, а после всеобщий смех. Кай не осмеливался поднять голову, в то время как учитель Чхве неловко прочистил горло: — Кхм… Ну, к директору я тебя послать не могу, поэтому — окей, ответ принимается, но постарайтесь отнестись к нашему знакомству серьёзно. Всё-таки для кого-то это первое впечатление о вас. Кай что-то нечленораздельно пробурчал, а после по наводке учителя задал вопрос сидящему рядом с ним парню. Ёнджун погряз в своих мыслях, особо не вникая. Нахрена ему пустая и абсолютно ненужная информация о левых чуваках, с которыми ему учиться осталось чуть меньше года? Лучше думать о коньяке, припрятанном в рюкзаке. Или о том, в каких ебенях потерялся Бомгю? А нет… О нём лучше не думать, не то… Ну вот Ёнджун снова чувствует фантомное ощущение его губ. Блядство! Точно! У него же план! Найти девчонку и замутить с ней. Внимательно изучив представительниц прекрасного пола, взгляд Ёнджуна всё-таки упал на одну. У неё были большие глаза, милая улыбка и волосы чуть ниже плеч. Идеально. До сидящего рядом с ней парня дошла очередь, и он, не упуская возможности, с самодовольной улыбкой спросил: — Чхевон, а у тебя парень есть? Девушка замешкалась с ответом всего на секунду: — Да. — О чём она? — вполголоса фыркнула соседка Ёнджуна. — У неё же никого нет. «Соврала или нет?» — задался вопросом Ёнджун. Он решил выяснить это позже лично у девушки. Неплохое выйдет начало разговора. — Бомгю — выдернул из мыслей голос Чхевон. Ёнджун мигом вскинул голову. Бомгю?! Когда он пришёл и почему остался незамеченным? Предательское сердце забилось быстрее. С чего бы? — Расскажи про свою первую влюблённость. Что за тошнотворно-слащавый вопрос? Ёнджун с любопытством поддался вперёд. На секунду их взгляды встретились, отчего кровь у Джуна прильнула к щекам, и он тут же разозлился. Да этот высокомерный сухарь никого, кроме своего отражения, любить не может! Нашла к кому с таким тупым вопросом лезть! Но Бомгю, к его удивлению, тихо ответил, натягивая рукава чёрной толстовки с принтом какого-то сатанического креста на озябшие пальцы: — Мне было девять лет, и… Я только переехал в этот город. Никого толком не знал, был очень застенчивым, боялся говорить первым, но один человек привлёк моё внимание. Девять? Ёнджун нахмурился, высчитывая в голове хронологию событий минувших дней. Ему было десять, когда в доме по соседству поселилась семья с милым ребёнком. Всегда робким и молчаливым в своём смешном свитере с медвежатами. Наблюдая за ним, Ёнджун почему-то решил стать его защитником. Застенчивость и наивная доброта Бомгю грозила стать причиной для насмешек. Что поделать — дети глупы и жестоки, они расценивают это как слабость. С тех пор Ёнджун каждый день молчаливо провожал своего новоиспечённого соседа до школы и обратно, держась позади на приличном расстоянии. Они оказались соседями и по парте, но ни разу не разговаривали. Ёнджун запретил обижать Бомгю, но ни о какой дружбе и речи быть не могло. Уже тогда он понимал, что они совершенно из разных миров. А потом Ёнджун разбил колени, спасая Бомгю от собаки. Событие, послужившее началом их тайной дружбы. Началом совместных завтраков, обсуждениям новых выпусков любимого шоу по дороге в школу, клубничному йогурту на парте во время большого перерыва, скатанной домашки и ночевок, когда дома становилось слишком шумно и страшно. Они были друг для друга маленькой вселенной и знали друг о друге всё. Не может быть, что Бомгю умолчал о том, что ему кто-то нравится. — Я так и не признался, а потом мы перестали общаться, — закончил тот свой рассказ. Или всё-таки и может… Ёнджун раздраженно фыркнул. Видать, и не такими уж они и друзьяшками были. Неужто Бомгю боялся, что он его засмеёт. Ёнджун бы никогда! Так, может, подколол бы пару тысяч раз за день, но насмехаться не стал бы. Наоборот — помог бы завладеть желанным сердцем. — Моя очередь, да? — попытался развеять неловкую паузу Бомгю, но со всех сторон посыпались вопросы. — Подожди-подожди! А она из нашего класса? — А как её звали? — Она перевелась? — Она красавица? — Ты всё ещё влюблён в неё? Она… Она… Она… У Ёнджуна от этого гвалта разболелась голова. Он во все глаза смотрел на Бомгю, который слишком увлечён был своей газировкой. На помощь, как всегда, пришёл учитель Чхве. — Не наседайте, ребята! Если бы Бомгю хотел, он бы рассказал. Соблюдайте тактичность и личные границы. Спасибо, — и, смягчив тон, обратился к Бомгю. — Можешь задать вопрос. Вопрос оказался банальным, и непохоже, чтобы ответ хоть каплю его интересовал. Задан был скорее для галочки. Ёнджун уверен — мысленно тот снова в девятилетнем возрасте переживает волнения первой детской любви. А сам Ёнджун ни в кого не влюблялся. Как-то не до этого было. Вновь уйдя в себя, он не сразу обратил внимание на перемену в атмосфере. Лишь когда до его плеча требовательно дотронулась нежная девичья рука, а ждущие ответа взгляды чуть не прожгли в нём дыру, понял — и по его душу явились. — Ну? — выжидательно дёрнула головой его соседка. — Целовался ли ты с парнем или нет? Ёнджун сглотнул, выбитый из колеи. Что это за вопросы такие? У всех нормальные, а у него… Взгляд предательски метнулся к Бомгю, порезавшись о его ухмылку. И она стала шире, уловив чужое волнение. Чёрт! Он ведь сам себя только что выдал! Утверждал Бомгю, что из вчерашнего вечера не помнит ничего, а тут… Блять-блять-блять! Что ж делать, что ж делать? На помощь пришла одна из мудростей, которыми прибухнутый отец сыпался под водярой направо и налево. Если есть сомнения — хуярь в нападение! — Нет, конечно! Ты с какой залупы эту инфу выкопала? Я чё, пидор, что ли, с пацанами сосаться? Девушка оказалась не промах. — Да о ваших походняках по гей-клубам уже весь автобус знает! Ёнджун испуганно замер, а учитель Чхве, набрав в этот момент полный рот газировки, выплеснул её наружу. — Какой ещё гей-клуб? — закашлялся он. — Несовершеннолетним по таким местам ходить не стоит. — Только давайте без вашего душнильства, — фыркнул Кай, утирая с лица остатки чужой газировки. — Захотели и пошли. За территорией школы вы за нас ответственность не несёте. Учитель Чхве уже открыл рот, чтобы ответить, но его перебил вышедший из оцепенения Ёнджун. — Один раз — не пидорас! И вообще… Меня затащили туда обманом! Госпожа Кан, подоспевшая как раз к очереди Ёнджуна, раскраснелась от гнева. — Незнание — не отменяет ответственности! Я немедленно сообщу об этом вашим родителям по возвращении! Гнев сменился испугом, настолько сильным, что задрожали руки. Если отец узнает… Учитель Чхве попытался сгладить ситуацию. — Госпожа Кан, не стоит. Ограничимся предупреждением. Но её будто подменили. От доброй, душевной женщины не осталось и следа. Её губы были плотно сжаты от плохо скрываемого презрения, а голос искрил яростью. — Стоит! Пустишь на самотёк, и это повторится! Поведение, не подобающее примерным ученикам. Родители небось совсем не занимаются их воспитанием. Всё говорит о неблагополучии и безответсвенности! Ёнджун вскочил с места. Нихера себе заявочка! Называть его мамулю безответственной, да кто эта ведьма такая?! В поле зрения попал побледневший Тэхён, не смеющий и глаз поднять. Забавно. Ёнджун повеселел. — Говорите о неблагополучии и безответственности, — оскалился он. — А сами-то что? Как насчёт вашего сыночка? — Не смей, — рыкнул Джей, угрожающе. Как же, блять, забавно. Выражение лица госпожи Кан оставалось прежним, лишь уголки губ чуть дрогнули, словно она пыталась сдержаться, чтобы не выплеснуть на беспризорного ученика всё, что она о нём думала. — А что с моим сыном? — холодно поинтересовалась она. — Ему хватает ума не соваться в такие места. Ёнджун, не сдержавшись, громко заржал. Он чувствовал свою победу, ощущал её каждым кончиком пальцев. Ему ничего не стоило выдать грязную правду Тэхёна в лицо этой женщины. В следующий раз будет думать, прежде чем раскрывать свой ебучий рот в сторону его матери! Но, переведя взгляд на белого, как полотно, старосту, он увидел страх, подобные его собственному. Верно, у него ведь строгие родители. Контроль такой, что узнай они, что их отпрыск принимал участие в подобном мероприятии, и не видать Тэхёну свободы до окончания университиета. «Да плевать мне на него, верно? Это же… староста-подсосник, которого я терпеть не могу!» Подумаешь, вместе бухали! Подумаешь разок по душам попиздели! Подумаешь… Тэхён, смирившись со своей участью, медленно поднялся. Выдохнув, он тихо позвал дрожащим голосом: — Мам, я… Вот же чёрт, а яйца есть всё-таки, чтобы самому признаться! Ёнджун одобрительно кивнул и набрал в грудь побольше воздуха, чтобы наброситься на госпожу Кан с новой порцией наезда: — Золото у вас, а не сын! Так много учится, всегда первый в классе! Вы хоть раз его похвалили? Хоть раз сказали, что гордитесь им? И нахера Ёнджун всё это делает? Госпожа Кан обомлела. Как и Тэхён. Не в силах стоять, он завалился обратно. Джей придержал его за плечи. — В общем, — подытожил Ёнджун. — Хватайте девки — чудо, а не муж. Он перешагнул через бревно, на котором они сидели. Честь честью, месть местью, а крысятничество — для убогих. Уходя, он не мог заметить долгого задумчивого взгляда, смотрящего ему вслед. А если бы и обернулся, так и не понял бы, о чём он. Бомгю припрятал улыбку в уголках губ. Ёнджун был придурком, но с понятиями. Только идиот в такого влюбится. — Мы не закончили! Куда ты собрался? — грозно бросила в спину госпожа Кан. — Писать завещание, — не оборачиваясь, откликнулся Ёнджун. И в словах его не было ни капли лжи. Пачка ментоловых сигарет только вскрылась, в рюкзаке манил спизженный коньяк, за который отец как следует спросит у Ёнджуна. И если госпожа Кан не отступит от своего решения — жить ему осталось недолго.

***

Ёнджун не имел ничего против расписания учителя Чхве, но у него имелось своё собственное. После посиделок у костра он планировал устроить вечер похмелья в палатке, а заодно познакомиться поближе с соседушками — раз уж ему не разрешили переехать к своей банде. Но так как покинул мероприятие он раньше остальных — решил времени попусту не тратить и тяпнуть за спокойствие души. К удивлению, не успев сделать и глотка — в палатку просунулась лохматая голова Джея. — Ку-ку, ёпта! — Чего тебе? Хоть слово спизданёшь про принцессу свою, и я тебе втащу, — любезно предупредил Ёнджун и протянул ему пластмассовый стаканчик с коньяком. — Лучше выпей со мной. Словно на нюх сбежались и соседи Ёнджуна. Могучий тестостеронщик Сан занял собой практически всё пространство. — Мы как чуяли, что у вас тут интересненькое что-то намечается. Сумин в подтверждении прищёлкнул языком, выуживая колу. — За знакомство, ёбана! За выпивкой ребята быстро нашли общий язык. Их объединяло много общего, начиная от стиля одежды — спортивки и ветровки, заканчивая любимыми исполнителями. Сан включил районый репчик на колонке и, сдвинув кепку козырьков назад, сбивчиво подпевал. Сумин помогал битбоксами, а Ёнджун с Джеем чем могли. — Переосмысление смысла… Бля как там было? Джей икнул, надолго задумавшись. — Бессмысленно осмысливать смысл… Блять, где Кай? Он в этой хуйне шарит. Они в глубоких размышлениях о великом, невидящим глазом уставились на продолжающих свой концерт Сумина и Сана. — Бесмысленно осмысливать смысл… — вновь начал Джей. — Неосмысленными мыслями, — подхватил Ёнджун. — Нахуя мы это вспомнили? — В душе не ебу. Кай с Уёном пропадали в каких-то ебенях, видать, игры учителя пришлись им по душе. Внезапно Ёнджуна посетила гениальная идея. — А давайте и мы во что-нибудь сыграем! Свора дружно загалдела. — «Я никогда не…»! — предложил Сумин. — «Правда или действие»! — в голос с ним воскликнул Джей. Они быстро и оценивающе прошлись друг по другу прищуренным взглядом. — Совместим, — пришли к единому согласию. Игра шла хорошо. Даже очень. Совмещение игр позабылось напрочь, правду игнорировали, выбирая в основном действие. Как итог: Сан пробежался в одних труселях перед сборищем у костра. Сумин высыпал муку себе на голову — откуда он её достал, уже другой вопрос. Джей спел матершинную песенку перед учителем Чхве, за что поплатился гитарой. Ёнджун полез на дерево, с которого наебнулся. — Когда учитель Чхве пойдёт спать, — пьяно ворочал языком Сумин. — Мы… Ик!.. — Обмажем его зубной пастой? — скептически поднял бровь Ёнджун. Он-то думал, что подобные приколы они давно оставили в детском саду. — Сбреем ему брови! — воодушевился Джей, поднявшись на колени. — Брови? — невдуплённо всхлипнул Сан. Он улетел ещё с первого стакана и обитал словно в прострации, краснющий как рак. Схватившись за свои брови, он захныкал. — Не трогайте мои брови! Они у меня такие красивые. Ёнджун вздохнул. — Да не будем мы твои кусты трогать, расслабь булки. Сан довольно улыбнулся и со спокойной душой захрапел. — Минус один, — усмехнулся Джей. — Может, налысо его? — Сана? — не понял Сумин. — Да нахуй он сдался! — нетерпеливо отмахнулся тот и пояснил. — Учителя Чхве. — Да что за мания у тебя с бритьём? — не выдержал Ёнджун. Сам-то он никак вредить учителю Чхве не хотел, но посчитал, что соскочить было бы странным. — Может, Тэхёна своего побреешь? Заебала его розовая сладкая вата вместо волос. И как ему только мать позволила? Он же у неё пай мальчик. Его красноречиво послали. Тьфу ты, неженки! Ёнджун уже устал от их компании. Пока они придумали шалость по изощрёнее, он смешивал колу с коньяком, пьянее с каждой минутой всё больше и больше. — Во что играете? — прямо над ухом раздался голос, заставив подпрыгнуть от неожиданности. —Э-э, — только и смог выдать подвисший мозг. Бомгю смотрел на него с лёгкой усмешкой и даже по-доброму как-то. На него не похоже. — «Я никогда не…» — собрав всё-таки мысли воедино Ёнджун. Только он не учёл, что они до этой игры так и не дошли. Грея стаканчик с разбавленным колой коньяком, он, немного подумав, протянул его Бомгю. — Отлично! — откликнулся. — Я никогда не целовался с парнем. Во взгляде Бомгю и приподнятой брови читался вызов. Он осушил содержимое стакана одним глотком, поддерживая с Ёнджуном зрительный контакт. Вот же пидор… Атмосфера в палатке настолько изменилась, что даже Сан заворочался во сне. Сумин с Джеем по-тихому свалили, не выдержав такого накала. Руки Ёнджуна, державшие стаканчик, предательски задрожали. «Что за игру ты затеял, Чхве Бомгю?» В любом случае, играть по правилам этого нефора он не собирался. — Никогда, — пришипел, сквозь сжатые зубы. Ухмылка Бомгю стала походить на оскал. — Проиграл, Ёнджун-и. Злость вновь охватила сознание Джуна. Чего Бомгю добивается? Доебался с этим поцелуем! Неужели не ясно — об этом нужно забыть, как о самом страшном кошмаре! — Ты солгал. И, едва проговорив последнюю фразу, этот псих начал подползать к Ёнджуну. — Ты ч-чего это? — испугано икнул последний, отползая. Бомгю лишь хихикнул, не меняя своего курса. Держа его в поле зрения, Ёнджун быстро перебирал руками, но, запнувшись, мягко приземлился на спину. — С-стой! — взмолился, глядя в бездонные посерьёзневшие глаза, нависающие над ним. Бомгю расположил руки по обе стороны от головы Ёнджуна и склонился ещё ниже. — Бу! — без капли веселья выдал парень, определённо чувствуя свою власть. — Б-бомгю… — Мне нравится, каким испуганным ты становишься, когда твоей гетеросексуальности что-то угрожает. Ёнджун не нашёлся с ответом. Он сжал губы и отвернулся, удерживая руки на чужой груди, чтобы тот не опустился ещё ниже. — Почему ты так напуган? Разве не ты всё это начал? Написывал мне, преследовал, искал любой повод поговорить, а потом ещё и поцеловал. Ты ведь помнишь, как поцеловал меня. Почему же ты тогда лжёшь? Ёнджун чувствовал бешенное сердцебиение под кончиками пальцев. Ему показалось это несправедливым. Это его тут до инфаркта доводят. Это у Ёнджуна должно сердце из груди выпрыгивать. — Я не… — чёрт, и почему он так заикается? Почему так дрожит голос? — Я не такой… Бомгю молчал целую вечность и, к огромному облегчению Ёнджуна, отстранился с тихим: — Ну конечно не такой. — Слишком много выпил! — Конечно. — И я понятие не имел, куда меня завёл Сынмин! — Как скажешь. Ёнджун не знал, почему оправдывался. Его ужасно бесило, с каким отстранённым спокойствием Бомгю соглашался с каждым словом. — Если бы знал…! — Верно. Ёнджун привстал на локтях, наблюдая, как длинные пальцы его соседа плеснули в колу коньяк. Он осушил стаканчик одним глотком и поморщился, явно не привыкший к крепости. — Чхве Бомгю! — с отчаянием воскликнул Ёнджун. — Я не такой! Он не понимал зачем, но ему важно было, чтобы до Бомгю дошло — поцелуй не значил ничего. — Ты уже говорил, — холодно усмехнулся тот. — Но ты не поверил! Бомгю лишь покачал головой, словно устал от болтовни капризного ребёнка. — Тебе-то откуда знать, что у меня в голове. Ёнджун открыл рот, чтобы ответить, как внезапно, словно по щелчку, к Бомгю вернулась игривость. Он вновь начал подползать с хищным оскалом: — Например, сейчас я до чёртиков хочу съесть твои губы. Они так очаровательно надулись. Не сумев толком подняться, Ёнджун оперативненько выполз из палатки на четвереньках, заорав во всё горло. — Я требую! Отдельную! палатку! Учитель Чхве устало вздохнул. — Ну что ещё? — Я не буду спать с… – он наугад ткнул пальцем в сторону Бомгю. – С этим пидором! Он… Он только что чуть не изнасиловал мои губы! Он услышал смешок позади себя и горячий шепот в уши: — Но ты ведь начал первым, малыш. Ёнджуна передернуло, но далеко не от отвращения. Живот скрутило сладким узлом. Он заорал, пугаясь собственных ощущений: — Он до меня домогается! При живом то народе! Учитель вновь издах тяжёлый вздох: — Иди спать Ёнджун. А завтра мы с тобой поговорим о вреде алкоголя и о твоих похождениях в сомнительные заведения. — Но учитель Чхве, — захныкал Ёнджун. — Не будьте таким жестоким! Тот вдруг уставился на ученика долгим, задумчивым взглядом. У костра практически никого не осталось, но, чтобы не рисковать, он поднялся и отвёл Ёнджуна в сторонку. — Получишь палатку люкс, если отдашь, то чем ты нахрякался. Ёнджун от счастья едва ли не ушами захлопал. — По рукам, ёпта! Элитный коньяк – «Эфистей»! Спиздил у бати, а он херни не пьёт! Учитель ответил ему несильный подзатыльник. — Не забывай, что я всё ещё твой учитель, и никому про наши мутки не говори — Замётано! Вы такой крутой, учитель Чхве! Можно я вас поцелую? — Это лишнее. — Понял. Палатка уровня люкс оказалась той самой, которую сломал Кай. Но если жить в ней в счастливом одиночестве, то всё можно стерпеть. Ёнджун уже улёгся в спальном мешке, готовясь отойти ко сну, как вдруг уловил снаружи странное копошение. «Подумаешь, медведи, отозвался его уставший мозг. — Я в домике, они меня не тронут» Донеслись и голоса. — Ты уверен, что он тут? — Де ж ему ещё быть? Тут он конечно. Вдали ото всех. «Какие умные медведи нынче пошли» С этими мыслями он, видимо, ненадолго отключился, а когда проснулся, увидел перед собой две рожи, застывшие в изумление. — Какого хрена? — заорал Ёнджун. Джей и Сумин заорали в ответ. — Мы думали, что это палатка учителя Чхве! Джей спрятал бритву за спиной. Добившись единства в замысле, они, воодушевлённые, бросили Ёнджуна и Бомгю, поскакав на поиски палатки учителя Чхве. Но завидев, что тот продолжал мучить учеников байками и страшилками у костра, решили присоединиться, выжидая момента, когда сонливость возьмёт своё и учитель покинет их. Но увлёкшись запугиванием девчонок и Уёна, чуть не испустившего дух от ужасающих историй, они упустили учителя из поля зрения. — Ужасающее убийство! — снизив голос до зловещего полушепота, вещал Сумин. Девчонки в нетерпении подсели ближе и поддались вперёд, чтобы не пропустить ни единого слова. Уён дрожал от страха, завернувшись в плед и носа не смеющий оттуда высунуть. Кай без интереса грыз семки, бросая кожурки под ноги. — Родители утверждали, будто их сын пожелал им спокойной ночи перед сном, а на утро они обнаружили его мёртвым! Восемь ножевых и ни одной улики! Но и это ещё не всё! — Никто не хотел жить в месте, где произошло подобное, и дом стал заброшенным, — подхватил Джей, приобняв Тэхёна одной рукой. — Спустя восемь лет два друга решили потрепать себе нервишки и в ночь Хэллоуина исследовать тот дом! — Дауны! — хмыкнул Кай. — Нужно быть долбаёбом, чтобы идти туда. — Я бы пошёл, — пожал плечами Уён. — Да ты бы от страха коньки отбросил уже на пороге! — возразила девушка, сидевшая ранее с Ёнджуном. Её звали Рюджин. — Не правда! — тут же возразил Уён. — Я ничего не боюсь! Девушка, прищурившись, усмехнулась. — А что ж ты дрожишь сейчас, как осиновый лист? Девчонки, наблюдавшие за этой картиной, захихикали. — Холодно просто, — пискнул Уен, сильнее кутаясь в одеяло. — Так чё там дальше было с этим заброшенным домом и даунами? — подал голос Кай. Джей профессионально откашлялся, но его опередил Сумин. — Полгода назад в городке пропал шестнадцатилетний парнишка! Его повсюду искали, но не нашли ни одной зацепки. Он будто сквозь землю провалился. И когда никакой надежды на его обнаружение не осталось… — Те два дауна нашли его труп в том доме? — угадал Кай. — Ну и бред. Джей швырнул в него маршмеллоу. — Не выёбывайся и слушай молча. Так вот… — Они наткнулись на его труп, — вновь перебил Сумин. — И спустя пару месяцев один из них повторил судьбу мальчика и тоже бесследно пропал! — Ну и херня, — фыркнул Кай, поднимаясь со своего места. — А убийца садовник, да? Да такой истории только трёхлетка испугается, и то если заплатят. Уён поддакнул дрожащим голоском. — Ничуть не страшно! — Может тебя утопить? — задумчиво протянула Рюджин. — Это ещё за что?! — Плавать пойдём говорю. Компания дружно переглянулась. Неподалёку был небольшой пруд, если вести себя тихо и не шуметь, вылазка останется незамеченной. — Идите без меня, — мягко отказался Тэхён. — Лучше мне не попадаться под горячую руку матери. Джей хотел было начать его убеждать, что в случае чего возьмёт всю ответственность на себя и нет ничего лучше, чем тайком поплавать вместе с друзьями в тёпленькой водичке. Но он вдруг оглянулся, кое-что поняв. — Сумон! — Сумин, — поправил его парень. — Да похуй! Мы учителя Чхве проебали! — Блять! — И как нам теперь узнать в какой он палатке спит? Сумин, пораскинув мозгами, решил, что палатка учителя должна быть одноместной и вдали от шума. — Твоя как раз подходила под описание, — оправдывался Джей, заходя за спину Сумина. Ёнджун смотрел на них так, будто собирался убить. — Вы, дауны, в курсе, что палатка четырёхместная? Не отвечайте, просто свалите. — Да, сэр! — хором отозвались парни и собирались выскочить из палатки, как вдруг их остановили странным вопросом — Пдждите! — Ёнджун задумчиво потёр подбородок. — Вы говорите, собирается движ на пруду? Все трое переглянулись улыбаясь. Океанская туса была в самом разгаре. Нарушители изо всех сил старались топить друг друга как можно тише, чтобы не привлекать внимание взрослых, но выходило у них из рук вон плохо. Побросав шмотьё на берегу, троица поспешила присоединиться. — Пощади! — верещал Уён, борясь за свою жизнь в цепкой хватке Рюджин, безжалостно окунающей его под воду. — Я не готов умирать девственником! — Да захлопнись, амёба! — шикнула на него девушка, вновь погрузив его голову ко дну морскому. — Я тебя покрестить пытаюсь! Не заостряя внимания на схватку этих двоих, Ёнджун не трезвым взглядом выцепил свою избранницу. Она скромно сидела на берегу вдали ото всех, опустив в пруд только ноги. — Скучаешь? — присел он рядом. Девушка с улыбкой покачала головой: — Не хочу плавать. Мне веселее просто наблюдать. Не найдясь с ответом, Ёнджун лишь кивнул: — Понимаю. Он не понимал, как тихо наблюдать в сторонке может быть веселее? Но у него ведь цель — понравится девушке, а значит, он должен соглашаться со всем, что она скажет и установить эмоциональную связь. — Ёнджун, — представился. — И да — я был в гей-клубе, но я не гей! Девушка мягко рассмеялась. Своей нежной натурой она напоминала распустившийся цветок, которым так и тянуло любоваться днями напролёт. — Чхевон. И нет, у меня нет парня. Просто хотела, чтобы он ко мне не приставал. — Он тот ещё придурок. — Верно. Ёнджун едва мог дышать от счастья — он разговаривает по душам с девушкой! С самой настоящей представительницей женского пола! Милой и нежной. До этого он общался только с такими оторвами, как Рюджин — матерящими на каждом шагу и курящими на крыше. С такими только за пивком вместе гонять. Но Чхевон — другая. Её можно позвать на свидание в кино или галерею, на которое она наденет красивое платье, и Ёнджун с гордостью будет звать её своей девушкой. А в будущем он сделает ей предложение, и у них родятся дети, построится дом, заведётся собака, а Ёнджун бросит курить и умрёт в глубокой старости. — Чхевон, а ты… — Ёнджун! Смотри, я рыбка! — прервал его громкий вскрик Кая. Тот в одних семениках барахтался в воде, вытянув губы и сложив руки над головой, подобно ракете. — Фу бля! Подавился! Чхевон тихонько рассмеялась, в то время как Ёнджун закатил глаза. — Забавные у тебя друзья. — Ага, — процедил он. — Долбаёбы. И осёкся. Блять, он же с девушкой разговаривает, а не с браткой с района! Он должен выглядеть и вести себя как джентльмен, ёбана! — Кхм, извини я… Немного матерюсь. Матерился он дохуя много. Не самое лучшее, что может впечатлить девушку. Кай подплыл к ним, подозрительно довольно скалясь. — По секретувсему свету, — гоготнул, он с тупейшим выражением ебла. — Я в пруд напрудил! Чхевон в ту же секунду вытащила ноги из воды. Ёнджун вздохнул — ну что за ебанат достался ему в друзья? В другой ситуации он, может, и поржал бы, и, возможно, даже присоединился, но этим вечером он — джентльмен. Пришлось проглотить рвущийся наружу смех при виде Уёна, заглотившего полный рот воды и пустившего её в Рюджин. — Кай. — Чавось? Красноречивый кивок на Чхевон, намекающий, что третьему лишнему по-хорошему надо бы съебаться в туман сию минуту. Кай ожидаемо не догнал. — Лови гранату, крошка! — и взмахом руки, окатил девушку водой. Та завизжала, и Ёнджун понял, что с такими друзьями и врагов не надо, а мечты об отношениях так и останутся недоступными. — Ебать ты даун, — высказал, когда Чхевон ускакала от греха подальше. — Такую малину мне обломал. — А ой, — без капли сожалений хмыкнул Кай. — Погнали ко мне, братан, у меня пивасик есть. Ёнджун с грустью проводил отдаляющийся силуэт Чхевон. Не поздно её догнать, но… Пиво. Выбор очевиден. — Погнали, ёпта!

***

— И он бубнил и бубнил! Все мозги мне выебал этим клубом, а меня ведь даже с вами не было! Я вообще спал! Ёнджун и не слушал Кая. За все года их дружбы — каких он только слов о учителе Чхве не слышал. Привык уже настолько, что нет нужды даже поддакивать на оскорбления и проклятия. — Сумон с Джеем хотят брови ему сбрить. Вылавливай их из пруда и присоединяйся. Он сказал это, почувствовав вдруг острое желание остаться в одиночестве. Но как только Кай со счастливыми криками ускакал прочь — тоска сковала сердце Ёнджуна. Девки не добился, Бомгю в том, что не гей, не убедил. Да и стыд перед учителем, который явно проснется без бровей, тоже не отступал. — Да поделом, — буркнул Ёнджун в конце концов. — Будет знать, как селить меня непонятно с кем. Но он ведь предоставил отдельную палатку… — Только из-за коньяка. И заступился за него перед госпожой Кан — Чтобы самому не влетело. И он всегда хорошо относился к Ёнджуну. — Потому что мы однофамильцы. И он... — Да завались ты! — вскрикнул Ёнджун так громко, что вошедший в этот момент Тэхён испуганно подскочил — Я молчал, — оправдался тот, схватившись за едва не остановившеесе сердце. — И всё равно ты бесишь! Кан Тэхён — последний кого хотелось сейчас видеть. Добрая натура сопляка наверняка будет распыляться в любезностях со всеми вытекающими, а вынести подобное выше сил Ёнджуна. — Кан Тэхён! — воскликнул он, завидев, как староста уже открывает рот, чтобы наверняка излить из него тошнотворные благодарности. — У тебя девушка была? Тот замер, вылупив свои и без того огромные глаза. — Нет… Тьфу ты. И этот туда же. Развелось одиночек. — Тогда ты мне не поможешь. — Я… Проявляй ей больше знаков внимания, — чуть помолчав, проговорил Тэхён. — Замечай детали. Запомни её любимый напиток, блюдо, которое она ест чаще всего, её любимый цвет, фильм, песню. Интересуйся её здоровьем, делай ей комплименты, хвали её причёску, макияж, одежду. Чаще зови её по имени. Любимое блюдо, комплименты, звать по имени — голова кругом! Ёнджун слушал, сдвинув брови на переносице и поджав губы. Может, ну эти отношения? Слишком энергозатратно. — И откуда ты столько знаешь про отношения? Тэхён смущённо хихикнул, приглаживая свою пидорскую волосню. — У меня был хороший пример. Мои… — Родители, — догадался Ёнджун, делая глоток. — Да, — отозвался с улыбкой. — Они очень любят друг друга. Отец долго добивался мою маму. Бабушка рассказывала, что однажды застала его рыдающим на полу и просящим Господа растопить сердце моей матери. Как тошнотворно. Родители Ёнджуна обручились, когда узнали, что мама забеременела им. — И почему твоя мама поменяла своё мнение? Ёнджун протянул старосте банку пива из запасника Кая. Тот, секунду поколебавшись, принял её. — Отец… В общем, все были против их общения, но отец посвятил моей маме песню и спел её на школьном фестивале. Он пообещал, что хорошо закончит школу, поступит в университет на адвоката, будет много зарабатывать и станет достойным мужем для моей матери. Так и случилось. — И они всё ещё любят друг друга? — Безумно. Раз в неделю они обязательно выбираются на свидание, постоянно делают друг другу небольшие подарочки и всё время обнимаются. Для меня они идеальный пример супружеской пары. Ёнджуну нечего было сказать. Его родители смотрели друг другу в глаза только когда ругались. Про объятия и поцелуи речи быть не могло. Они никуда не выбирались из дома вместе — даже за покупками. Близкие, но совершенно чужие. — Они пытаются воспитать меня достойным человеком, — прошептал Тэхён, сосредоточившись на разглядывании пивной банки. — Просто их методы… — Та же хуйня, — усмехнулся Ёнджун. Хоть в чём-то их родители схожи. — Мои тоже не айс в воспитании. Тэхён посмеялся в ответ. — Это видно. — Эй! Вот же анекдот. Он сидит вместе с человеком, который его ужасно бесит, пьёт пиво, разговаривая по душам. Причём во второй раз! Жизнь – очень странная штука. — За хуёвое воспитание, — поднял он пиво в качестве тоста. — За… — Тэхён запнулся. — Ну же! — подбодрил Джун. — Вспомни, как материл меня, когда потерял работу, и скажи это просто так! Давай! — За х… – предпринял вторую попытку прилежный староста. — За хуёвое воспитание! Фух! Ёнджун победно вскинул кулак и пихнул парня в плечо. — Да! Ты смог! Теперь ты официально в списке плохишей! — О нет! — притворно ужаснулся Тэхён, смеясь. Его щёки раскраснелись так, что лицо слилось с волосами. Они чокнулись банками пива. — Вкусное пиво, – облизнулся Тэхён. – Лучше того, что мы пили в прошлый раз. – Ага, – согласился Джун и прищурился разглядывая этикетку. — «JayJayno»... Надо будет запомнить. Да — жизнь определённо странная штука, подкидывающая сюрпризы, чтобы не казаться малиной. Они пили до поздней ночи, задыхаясь от смеха и ведя беседы ни о чём. — Он ржал так сильно, что случайно зарядил своей головой мне в ебло. И прикинь, — захлёбывался смехом Ёнджун. — Выбил мне, блять, два зуба! Я думал гонять мне чмоней до старости, а этот хрен оказался богатеем и просто дал мне свою кредитку, чтобы я оплатил стоматолога! В тот момент я решил, что мы обязаны стать лучшими друзьями! — Из-за денег? — обессиленный Тэхён валялся на спальном мешке, держась за живот. — Не… Он ведь мог и не платить за эти чёртовы зубы. Нахрен они ему сдались. Сказал бы, что я сам виноват и не докажешь ведь ничего. Но он не побоялся ответить за свой проёб. Джей, может, и придурок, но друг он хороший. — Да… — согласился Тэхён, задумчиво. — Он так переживал из-за вашей ссоры. Все уши мне прожужжал. — Ну а ещё он богатый. Это тоже нехилый такой плюс. Не раз меня из ментовки вытаскивал. Тэхён усмехнулся и вдруг, секунду помолчав, огорошил вопросом: — Почему ты так меня ненавидишь? Ёнджун от неожиданной серьёзности подавился пивом. Хотел перевести всё в шутку, но, видать, под действием алкоголя и комфортной разговорчивости решил избавиться хотя бы от одного камня, тяжелившего душу. — Ты у меня друга украл. — Когда? — нахмурился Тэхён. — Кого? — Неважно, — отмахнулся и приблизился ближе, угрожающе нацелив на него указательный палец. — Джея я тебе, мудила ты паскудная, не отдам! Прежде чем Тэхён успел ответить, в палатку ввалились два дебила. Разлохмаченный Джей со сбритой бровью показался первым, с расширенными от ужаса лупами. Но завидев старосту, растянулся в такой лыбе — ебучка чуть не треснула. — Приве-е-е-етик! Его протолкнул Кай, тоже без брови, но уже левой. — Шо у вас тут происходит? — Вупсень и дупсень, — кисло прокомментировал Ёнджун. — Чего припёрлись? Свои брови я вам не дам, а этого, — он кивнул на Тэхёна. — Хоть всего обрейте. Тот ответил пинком. Джей продолжал заигрывать с ним, поддёргивая сбритой бровью — зрелище не для слабонервных. — Мы Уёна проебали. — Пиздец… Четвёрка разделилась по парам, чтобы ускорить поиски. Ёнджун не исключал факта, что Рюджин вполне могла утопить Уёна, не справившись с управлением. В первый раз всё-таки крестила кого-то. Но пруд оказался пуст. — Пиздец вот так, оставь вас, долбоёбов, одних на пять минут, — ворчал Ёнджун, уперев руки в бока. — А Сумон где? — Сумин? — уточнил Кай, являясь одноклассником недорэпера. — Ага, он самый. Кай усмехнулся: — Ну короче слушай… По наводке Ёнджуна, Кай на крыльях счастья от предстоящей мести энергитическому вампиру поскакал к зачинщикам гениальных планов. — Вернулся я на этот пруд, а все уже никакущие. Не мы одни такие прошаренные протащили алкашку в поездку. В общем, стоим мы друг друга топим, как слышим громкий крик. — Госпожа Кан? — Не, — отмахнулся Кай. — Это Уёну показалось, что его за пятку кто-то хватанул. На крик этого долбика прискакал учитель Чхве. Думал, опять начнёт нас лекциями лечить, а нет. Он осмотрел нас всех заёбанным взглядом и со словами: «Хули нам один раз живём» — разделся до трусов и сиганул в воду. Мы в таком ахуе были! Плавающий в обосанном пруду бухущий в стельку учитель Чхве. Ёнджун бы душу продал, лишь бы глазком это увидеть! А Кай тем временем продолжил: — Подходит ко мне Сумин и Джей и хуйню какую-то втирают про палатки и сбривание бровей. Я предложил им устроить уебану этому психологический хоррор. — Это как? — не понял Ёнджун. — Сначала мы планировали его как следует напугать, но быстро допёрли — он настолько заёбан, что страшнее его жизни уже ничего не будет. Поэтому пустили в ход операцию «найди пикачу». — Оригинально. Операция заключалась в том, чтобы спрятать Сумина в лесу и сообщить учителю, якобы тот «потерялся». По задумке учитель Чхве должен был обосраться от страха и побежать его искать. — Ну и по харе получить от госпожи Кан за то, что не уследил, да ещё и плескался в пруду с учениками, нарушая правила. Бонусом ещё и пьяным. Ёнджуна аж передёрнуло от такого коварства. Гнев госпожи Кан…неприятен. — А в итоге проебали и Сумина, и Уёна. Их нет ни в палатке, ни в лагере. Уён сказал, что пойдёт поморосит и с концами. А у него мои сигареты. Была бы проблема! Ёнджун, что, не друг что ли? Поделиться не сможет? Заметив чужое рвение прийти на помощь, Кай быстро воскликнул: — Твои уебанские курить не буду! Ёнджун фыркнул. Не хочет — ну и не надо! Ему больше достанется. Он вставил сигарету между зубов и поджёг. — А учитель Чхве на это что сказал? — Сказал, что мы все его уже заебали, — прыснул Кай. — Учитель года. Но, по правде, за сегодняшний день они, а именно их компашка, высосали все соки из мужчины. Его реакция вполне очевидна. — В общем, он сказал, что если до завтра потеряшки не найдутся — объясняться перед госпожой Кан будем сами. Ёнджун резко остановился. — Ебаный ты шоколот, ты во что меня втянул? Хоть он и пробыл на пруду совсем немного и никакого отношения к плану парней не имел, госпожа Кан сделает из него козла отпущения. Особенно после той стычки из-за клуба. — Да не ссы! — махнул рукой Кай. — Если что, повесим всю вину на учителя Чхве. Скажем, что он потащил нас в пруд и споил бедных и не смеющих отказать старшему — алкоголем. Ёнджун сделал мысленную пометочку не ссориться с Каем — его месть страшна… Обыскав ближайшую к лагерю территорию в лесу, они пересеклись с Тэхёном и Джеем у затухающего костра. Следов товарищей нигде не было. — А может… Мы все по-одному будем исчезать? Как в той тупой страшилке, которую вы рассказывали, — предположил Кай, вцепившись за рукав Джея. — Сначала Уён, потом Сумин… А трупы их найдут через полгода в какой-нибудь заброшенной палатке… Джей вывернулся из крепкой хватки. — Не неси хуйни! Это всё выдумки, — однако голос его уверенностью не источал. — Найдём мы их. — Ага, — Кай нервно сглотнул. — Найдём. Мёртвыми в лесу. В повисшей тишине слышно было тяжёлое дыхание четверых да подозрительный треск в лесу. Внезапно где-то рядом жутко заухала сова, нагнетая атмосферу. — Ну вас нахер, — от страха Ёнджун аж протрезвел. — Ебитесь тут, как хотите, а я спать пойду. Тэхён пьяно покачнулся в его сторону. — А…Как же парни? — Земля им пухом! Он было двинулся к своей палатке, но вспомнил, что она в отдалении ото всех, и возможность спать одному ему уже перестало казаться роскошью. — Эу! — окликнул он Джея. Тот вопросительно приподнял сбритую бровь. — У вас там местечко освободилось? Я с вами, ёпта. Джей заторможенно кивнул, притягивая к себе дрожащего от холода Тэхёна. Прежде чем пойти в их пропитанную наскозь телячьими нежностями палатку, Ёнджун решил прояснить одну важную деталь, не дающую ему покоя долгое время: — Какого хуя у вас, Биба и Боба, по брови не хватает?

***