Многогранное соцветие

Дотторе начал часто копаться в собственных мыслях, особенно касаемо поездки на север. Он не знал ничего, кроме имени мужчины, купившего жизнь Панталоне, как какой-то скот для домашнего хозяйства. О господине Акихидэ знали немного, даже за пределами красного квартала, разводили руками, отвечая: -Это северный чиновник, что мы можем о нем знать? Дотторе возвращался ни с чем, Лин Сан хмуро глядел на него, попытался подняться, но его остановили. -Решил упасть? — Дотторе подхватил старика. — Я же говорил, что разберусь сам. -И в чем ты успел разобраться?! — фыркнул Лин Сан, закашлявшись. — Топчешься на одном и том же месте, никуда не сдвигаешься, а время идет! За три месяца к чему ты пришел?! -Я не согласен на метод, предложенный тобой, — Дотторе начал уборку в доме, игнорируя усталость. — Бросить тебя? Старик закашлялся, сжав глаза в мелкие щелки, быстро выискивая рукой платок, чтобы прикрыть рот, пока Дотторе сам не подал ему. -Бросил бы! — выкинул Лин Сан. — Думаешь, что мне много осталось? -Даже если и мало, то я не согласен тебя бросать, — Дотторе утомленно прикрыл глаза. — И ты прав, я ничего не знаю, тем более о севере. -О, неужели! — воскликнул Лин Сан победно. — Хоть с чем-то ты согласен и не отрицаешь ничего. -Я обещал. -Обещал… — повторил мужчина за ним. — Знаешь же, что обещаниями разбрасываться нельзя? -Знаю, — Дотторе и так чувствовал себя тошно и без упреков Лин Сана. Только одно обещание удерживало Дотторе на ногах и давало смысл двигать дальше, несмотря на всю извилистую тропу, уготовленную жизнью. Кончина Лин Сана наступила для него чересчур неожиданно, старик угасал на глазах, периодически ему становилось лучше. Хоть Дотторе и отказывался от его помощи, но все же он написал рекомендационное письмо для двора, заложив в свои записи. Неудачное падение на знакомой дороге для Дотторе обозначало полным провалом. И как он мог так неудачно спуститься? Обронил всю корзину… поход оказался пустым. -Старик, я вернулся, — проговорил юноша, откинув плетенную корзину в сторону. — Я пойду вздремну, наверное, … — он тяжело вздохнул. — А что лучше приложить к вывиху? Дом опустел в одно мгновение. Дотторе множество раз представлял, как останется один, как Лин Сан настигнет своего конца, но никогда не думал, что будет закрывать веки старика, давясь собственными слезами, стараясь сдержать собственную дрожь в ладонях. Как и обещал, Дотторе увековечил Лин Сана с его покойной женой. Бесчисленное количество раз мужчина просил поступить именно так. Стоя возле могильного камня, Дотторе еще долго вдумчиво смотрел на надпись на ней, вспоминая, как видел Панталоне в день смерти его матери. Было ли ему также больно и тяжело? Женщина последние годы плохо относилась к своему сыну, поднимала на него руку, оскорбляла, и после смерти заставила окунуться в страдания. Дотторе сжал ладони до побеления костяшек, почувствовав, как предательская слеза оставила след на его щеке. Мысль разыграть собственную смерть пришла также быстро, как он собирал вещи, стараясь оставить в доме все так, будто его хозяин отошел на пару часов. Взгляд упал на рекомендационное письмо, написанное Лин Саном. Дотторе слегка сжал его и вновь задумался: у него нет столько времени, чтобы идти по пути, предоставленному стариком. Чтобы добиться успеха и признания среди двора потребуется более десяти лет, если не больше. Дотторе и так потерял почти два года, больше времени терять он не может. Краем уха он услышал от старых бабок на торговых улочках, что ночью должен отплывать корабль с товаром на север, некий молодой капитан приехал лишь на день, чтобы купить продовольствие. Для Дотторе это был шанс. Найти корабль не предоставляло труда — он выделялся из всей серой массы, огромный, способный выдержать даже тяжелые глыбы льда. Среди суматохи Дотторе быстро залез на палубу, его одежды хорошо походили на рабочую, небольшую сумку со своими вещами он решил спрятать в трюме, где хранились, как раз таки продовольствие и куча винных бочек, и переждать, пока корабль успешно покинет порт. Ситуация шла полностью Дотторе на руку, никто не спускался вниз, даже не интересовался, что за неизвестная личность пробралась сквозь узкие коридоры прямиком к самому важному на корабле. Подле него в свернутых полотнах лежало огромное множество клинков в серебряных ножнах с драгоценными камнями. -А капитан судна по всей видимости увлекается боевыми искусствами, — подумал Дотторе, рассматривая мечи, пока корабль не пошатнулся от качания на волнах, и не ухватился за выступающую деревянную балку. Судно отплывало, доносящиеся голоса с палубы только подтвердили это. Дотторе наконец-то самодовольно вздохнул, а за проделанный успех Панталоне обязан уже не один поцелуй, а даже два. Через часа три белая полоса Дотторе закончилась, перекрывшись черной, а именно юношей примерно его лет с темными по лопатки волосами с пронзающим взглядом сквозь маску, скрывающую лицо. Кончик лезвия практически коснулся шеи Дотторе, как он вспомнил о спрятанном оружие и выхватил первый попавшийся меч, отбив атаку. Через несколько таких выпадов у Дотторе заныли мышцы от непривычной рутины, но он еще способен не только защищаться, а также нанести удар своему противнику, поддев мечом его маску, откинув в сторону. Юноша застыл в удивлении, когда его маска стукнулась о пол трюме, укатившись к винным бочкам. Он залился смехом от неожиданности и сказал: -Еще никто не заставлял меня так повеселится. Их разговор прервал молодой голос: -Кэп! Кэп! Там на палубе плохо! Льюс опять подрался! Рана серьезная! А мы уже не будем возвращаться в порт, Кэп, что делать?! -Кто ты такой? — обратился капитан к Дотторе, все еще направляя на него острие меча. -Я лекарь, могу помощь. Капитан громко крикнул: -Я забыл вам сказать, что все же оплатил доктору, чтобы он нас сопровождал! Вот же… это все поход в бар! Выбил из моей головы такие важные мысли! — юноша поднял маску, вновь закрыв свое лицо, и проговорил уже так, чтобы услышал только Дотторе: — Я — Капитано, хозяин этого корабля. -Дотторе, как и говорил. Я — лекарь. Оставшиеся три года Дотторе оставался в компании Капитано, благодаря их спонтанному знакомству он смог освоится на севере, хоть и не такими благородными путями, как рассчитывал Лин Сан, но эффективными. Как Дотторе выяснил позже Капитано состоял в числе наемников, поэтому практически все время скрывал собственное лицо за маской, чтобы обезопасить свою жизнь. Так поступил и сам Дотторе. Он брался за любое дело — будь это приготовить яд для брата или же помочь убрать соперника, но и не отказывался от услуг лекаря. От самого себя было тошно, но желание отыскать Панталоне в огромном мире брало вверх над всем. Только эти поиски напоминали — поиск маленькой иглы в стоге сена. Капитано все же удалось уговорить Дотторе сходить для начала на прием Хидэна, чтобы узнать, что от него требуется, заодно расслабиться, растворившись в вечере со спиртными напитками и ароматной едой. Дотторе чувствовал себя чужим среди всех, пока Капитано удачно выискивал себе новое финансирование среди чиновников, периодически перекидываясь парой фраз с господином Хидэном. Мужчина казался в какой-то степени знакомым, только Дотторе никак не мог понять, где они могли пересекаться, но раз Хидэн значимый человек на севере, вероятно, что его часто изображали на рисунках или же о нем говорили. Дотторе не хотел сидеть на диване, где его всячески облепляли юные настойчивые дамы, и пусто смотрел в окно, взбалтывая крепкий алкоголь в хрустальном стакане. Хидэн нашел его сам и первый начал разговор: -Доктор, Капитано довольно много говорил о вас, — мужчина говорил поспешно и старался сделать голос тише, чтобы никто не смел их подслушать. — Вы, наверное, наслышаны о моей жемчужине? -Простите, но я редко интересуюсь светской стороной севера, — Дотторе отвечал отстраненно и незаинтересованно, он хотел поскорее покинуть прием и заснуть, сидя в кресле в своем кабинете среди бумажных листов. -Как жаль, что вы не застали мои прошлые приемы, к сожалению, как раз-таки причина, почему я хотел бы попросить вашей помощи, заключается в моей жемчужине. -От вас пахнет опиумом, — Дотторе сморщился, маска в виде вороньего клюка удачно скрывала его истинные эмоции. — Вы используете его на ком-то? -Не совсем, — Хидэн нелепо улыбнулся, стало заметно, как он нервничает. — Доктор, я заплачу, сколько потребуете, любая цена, — он притянул Дотторе за рукав поближе к себе. — Жаль, вы не видели мою жемчужину, так бы я бы мог оплатить вам проведенной ночью. Дотторе сделал шаг назад, поправив меховую накидку, на севере осень ощущалась, как начало зимы, поэтому все довольно рано начинали тепло одеваться. -Я так и не понял, чего вы от меня хотите? Господин Хидэн, простите, но у меня чересчур мало времени на пустые разговоры, — Дотторе отставил свой не выпитый стакан проходящему мимо официанту. — Я и так выделил много времени для визита в ваш дом. -Нужно вернуть рассудок человеку, только так, чтобы другие ни о чем не знали, — наконец-то заговорил Хидэн. Дотторе задумался, довольно странный запрос, но ему было не привыкать, сколько безумцев просили его помощи, что он сам стал похож на них, окунув руки в чужой крови множество раз. -Окончательно оглашу свое решение после осмотра. -Вы не пожалеете! — залепетал Акихидэ. — Я отплачу вам хорошими монетами!