Салон эротического массажа "3 Racha"

Ещё утро, но солнце уже печёт. Ли Феликс выходит из моря, подобно Афродите, родившейся из пены морской. Вода струйками стекает по его загорелому, мускулистому телу, капает с длинных серебристых волос. Феликс идет к Рэйчел, вальяжно растянувшейся на цветастом пледе, собравшем в себе все цвета радуги. Садится рядом. Он ладонью загребает тёплый белый песок и пропускает его медленно сквозь пальцы. Песок сыпется, словно тягучее Время. Время без Криса... -Феликс, нанеси мне, пожалуйста молочко на спину – боюсь обгореть, - просит брата Рэйчел. И Феликс послушно исполняет просьбу сестры. Сам Феликс достаточно загорел за время пребывания в Австралии: золотисто-коричневая кожа и веснушки шоколадного цвета – словно брауни с шоколадной крошкой - в сочетании с серебристыми волосами создают какой-то инопланетный фантастический образ. -Как водичка? – спрашивает Рэйчел. -Ещё холодная, - отвечает ей брат. Оливии с ними нет – она с мужем сейчас в свадебном путешествии. В Америке, где они оба ни разу не были. -Привет, Рэйчел, - раздаётся рядом мужской голос. И Феликс поворачивается: перед ним стоит парень с голубыми глазами и светлыми вьющимися волосами. Белокурый ангел в плавках цвета морской волны. -Привет, - отвечает она. А Феликс кивает голубоглазому незнакомцу в знак приветствия. – Феликс, знакомься – это Трой. -Трой Сиван, - парень протягивает Феликсу ладонь и садится рядом. -Феликс, - пожимает тот протянутую руку. – Не знал, что у тебя парень есть, - с удивлением бросает он Рэйчел. -Ликси, Трой – мой друг. К тому же он гей. Как и ты. -Тут пол-Австралии геев, - усмехается Трой Сиван, с интересом рассматривая Феликса. -Однако Оливия нашла себе парня. В отличие от тебя. – На эти слова брата Рэйчел только пожимает плечами. -Принести вам по кокосику? – предлагает Трой. -Мне принеси, а Феликс и сам может сходить, - ухмыляется Рэйчел. И вот Ликс и Трой идут к киоску, где берут кокосы с соломинками. А Трой по пути просто засыпает Феликса вопросами. -Давай сходим в гей-клуб сегодня вечером, - наконец предлагает Трой Сиван Феликсу, когда они уже возвращаются к Рэйчел, которая слышит этот разговор и с любопытством молча смотрит снизу вверх на подошедшую пару поверх солнечных очков. Трой протягивает ей кокос и Рэйчел пьёт через соломинку прохладное молочко. А Феликс молчит. И тоже пьёт. -Трой, у Феликса есть парень, - наконец, прищурившись, произносит она. -А я уже в курсе, - расплываясь в улыбке, отвечает Трой. -Пошли, - соглашается всё же Феликс, и чёрные брови Рэйчел взлетают вверх от удивления. -А можно мне с вами? – просит она. -Ты гей что-ли? – усмехается Трой. Вечером Трой Сиван на такси подъезжает к дому Ли за Феликсом. -В какой клуб ты хочешь? – спрашивает Ликса Трой, когда тот садится рядом с ним на заднее сиденье авто. -Выбери сам. Я тут не очень-то в клубах разбираюсь. Особенно в гейских, - отвечает Феликс, и Трой Сиван, сделав выбор, говорит водителю название гей-клуба. Феликс давно не посещал подобные заведения, и потому чувствует себя неловко среди громкой музыки, многолюдной толпы танцующих парней и мужчин постарше. -Давай выпьем? – предлагает Трой, заметив его смущение, и берёт Феликса за руку. Парни заказывают виски. Алкоголь действует расслабляюще на Феликса. Феликсу действительно становится спокойнее, и даже хорошо. Трой знакомит его с посетителями клуба, которых он знает, и Феликс удивляется тому, сколько знакомых у Троя. Кажется, он знаком со всеми его многочисленными посетителями. Лица мужчин, по которым скользят разноцветные лучи света, мелькают перед Феликсом, словно разноцветные стёклышки в калейдоскопе, складываясь каждый раз в новые картинки-компании. И он со многими успевает выпить, когда Трой знакомит его. Трой тоже пьёт, да так, что Феликс только диву даётся: как такой с виду тщедушный парень может пить в таких количествах? Далеко за полночь такси останавливается у дома Ли. Трой Сиван и Феликс выходят и машины. У Феликса слегка кружится голова от непомерно выпитого количества виски. А Трой разглядывает его в свете фонарей. Его белокурые вьющиеся волосы сейчас кажутся совсем белыми и мягкими, как облако, а взгляд ангельски-голубых глаз скользит по лицу Феликса, по его шее, спускается ниже, возвращается к губам... И вот наконец по его губам скользит не только взгляд Троя Сивана: его мягкие губы нежно вбирают губы Феликса, ласкают их... А маленькая ладошка Феликса проводит по мягким белокурым волосам... Упасть бы в его объятия! -У меня есть парень, - произносит Феликс... -Ааа!!! Всё, с меня хватит! Я устал, - стонет Чан, выползая на берег одновременно с Чанбином. А тот, запыхавшийся, улыбается. -В этот раз я первый, - довольно произносит Чанбин, так же выползающий на берег. Волны подхлёстывают его, словно подгоняя. Сынмин всё же дал Чану пару недель долгожданного отпуска. И Чанни с Чанбином теперь отдыхают на Чеджу, наслаждаясь обществом друг друга, тёплыми денёчками и жаркими, безумно жаркими ночами. Солнце печёт, но тёмно-зелёная вода уже холодная. Однако это не останавливает их от купания. После нескольких заплывов, где с переменным успехом побеждает то Чан, то Чанбин, они порядком устают. Вдобавок Чанбин пытается нырнуть поглубже, как настоящий ловец жемчуга, так, чтоб достать ракушку. И поскольку дна он достичь не может, ему приходится нырнуть не так глубоко. Ракушку – серо-зеленовато-перламутровую, плотно сомкнувшую створки, - он всё же достаёт и показывает Чану. Когда же моллюск приоткрывает створки, парни видят, что жемчуга там нет, и рука Чанбина отправляет его обратно в морские воды. И вот теперь они оба, выбравшись на берег, тяжело дыша, распластавшись, лежат прямо у воды на мокром песке. Их босые ноги ласкают набегающие прохладные волны, а солнечные лучи ласкают обнажённые тела. Вдруг Чан, смахнув с плеча Чанбина несколько прилипших песчинок, целует его украдкой. Плечо солоноватое от морской воды. Он счастлив. Чанбин улыбается одними лишь уголками губ, искоса глядя на Чана, и также украдкой берёт его руку в свою, легонько сжимает. Он счастлив. Неподалёку совершает путешествие какой-то маленький крабик, перебирает лапками по тёплому песку, спеша в направлении моря. Людей на пляже много, но мало кто купается. Кто-то загорает, нежась в лучах солнца, кто-то прогуливается, ведя разговоры. В небе, без единого облака, виднеется белый след самолёта, разрывающий синеву. «Возможно, в этом самолёте летит сейчас Феликс», - приходит вдруг в голову Чана... А Чанбин видит в ярко-синем небе стайку хаотично снующих ласточек, похожих издалека на чёрные запятые. -Наверное, будет дождь, - вдруг произносит он и сжимает руку Чана чуть сильнее. И правда: дождь начинается внезапно, ближе к вечеру, когда Чанбин и Чан возвращаются в отель незнакомыми улицами и дворами, хотя сезон дождей уже прошёл. Дождь такой сильный, что стеклоочистители не справляются уже, потоки ручьями заливают стёкла, и даже впереди идущие машины угадываются с трудом, лишь по тускло светящимся огням. -Чанни, давай переждём дождь, а то видимость такая, что мы заехали уже непонятно куда, - предлагает Чанбин, пытаясь разглядеть в окна автомобиля окружающую их местность. -Давай, - соглашается Чан. И, постепенно сбавляя скорость, Чан решает остановиться у какого-то многоэтажного дома. -Что-то я проголодался, - вдруг произносит он и, повернувшись, тянется к дорожному лотку на заднем сидении с оставшимися от их пикника продуктами. Зацепив лоток, он ставит его себе на колени, обтянутые тёмно-синими джинсовыми бриджами. – Будешь? -Так. Что там осталось? – кивает ему Чанбин и шарит в лотке, который собирал и упаковывал для них Чанни. Парни под звуки тихой музыки, льющейся из приёмника, ливня и бурлящих по дороге ручьёв едят гамбургеры и запивают уже остывшим кофе из пластиковых стаканчиков. Когда дождь прекращается, Чан и Чанбин обнаруживают, что они во дворе среди нескольких многоэтажных домов, а в кирпичном пристрое к дому, ближнем к ним, расположен магазин, о чём свидетельствует вывеска крупными красными буквами на чёрном фоне «Just Your Personal». -Пошли, посмотрим, что за магазин, - предлагает Чанбин, и они дружно вылезают из машины, направляясь прямо по лужам к дверям строения, и ноги их в чёрных резиновых сланцах чувствуют холод воды. Подойдя ближе, они замечают другую надпись маленькими буквами под большими: «Магазин для взрослых. Владелец J.Y.Park». Войдя внутрь пара обнаруживает, ярко освещённый зал, пол которого выложен чёрной плиткой, а стены – белоснежные с красным орнаментом, с множеством различных витрин, просто изобилующих разнообразными аксессуарами для любовных утех. В зале приятно пахнет арома-маслами. Чан и Чанбин медленно проходят вдоль витрин, разглядывая с интересом их содержимое. Чего там только нет! Эротическая ролевая одежда и аксессуары, вибраторы и имитаторы на любой вкус, благовония и афродизиаки, смазки и презервативы, массажные масла и принадлежности для разнообразного массажа, кольца, зажимы и насадки для душа! У парней глаза разбегаются от увиденного. Чанбин много повидал в салоне «3 Racha», но даже он удивлён. -Чем могу помочь? – слышат они мягкий дружелюбный голос и оборачиваются на него. – Своим девушкам сюрприз хотите сделать? Удивить? Порадовать? Владелец голоса – не очень молодой мужчина в красном ханбоке и белой рубашке под ним. Парни с любопытством взирают на него: на ханбок приколот бэйдж «J.Y.Park». Владелец магазина прямо перед ними. -Эээммм... - растерянно начинает Бан Чан и поворачивается к Чанбину. –Давай смазку и презервативы возьмём – всегда пригодятся? – предлагает тот. И тут взгляд его падает на короб с разноцветными конфетами. – А это тут для чего? -Это леденцы для поднятия потенции, - вежливо с улыбкой сообщает J.Y.Park. – Вкусы разные. Ассорти. -Заверните нам и леденцов, пожалуйста, - продолжает выбирать Чан, оживившись. – И смазку с различными ароматами и одну без запаха. -Да у меня и без леденцов на тебя стоит, - ухмыляясь, тихо шепчет Чанбин Чану. И рука его незаметно ложится на зад Чана. А тот улыбается в ответ своими бессовестно-красивыми губами. И продавец отмеряет им леденцов на развес. -Давай возьмём вот этот плакат, - Чан указывает на красный плакат с золотыми китайскими иероглифами, символизирующими любовь. -Вам завернуть такой же? – спрашивает владелец магазина у Чанбина. -Нам одного хватит. На двоих, - усмехается Чан, окончательно подтверждая догадку J.Y.Parkа: его клиенты – пара геев. Выбранные товары J.Y.Park любезно упаковывает в фирменный пакетик с повторяющимися разноцветными буквами, беспорядочно разбросанными на чёрном фоне: JYP, JYP, JYP... Наконец, найдя нужный маршрут, Чанбин и Бан Чан едут в отель, где они остановились. -По-моему, обычные фруктовые леденцы, - Чанбин закидывает в рот очередную карамельку, попутно перебирая и разглядывая их покупки. – Ммм, кажется манго. Ты уже все вкусы попробовал? Чан молча качает головой – нет, слегка притормаживает и целует Бинни в манговые губы... Феликс действительно вскоре прилетает. Но не том самолёте, который видел Крис. А несколькими днями позже, когда отпуск его парня уже закончился и тот вернулся к своей обычной жизни «работа-дом». День дождливый – мелкая морось сыпет неустанно. Феликс набирает Крису - быть может он встретит его. Но тот не отвечает. И тогда Феликс берёт такси из аэропорта Инчхон и едет в свою небольшую уютную квартирку. Зайдя внутрь помещения, он швыряет сумку на кровать и переодевается: нужно немного освежиться и отдохнуть. А потом он поедет к Крису... Приняв душ, Феликс, вытирая волосы полотенцем, подходит холодильнику и заглядывает в него – поживиться нечем. Ну да ладно – они поужинают с Крисом в кафе. Одевшись в серое с голубым худи и голубые джинсы, он берёт в прикроватной тумбочке ключи от его квартиры и подъезда и направляется на выход. Открыв дверь квартиры Криса, Феликс слышит звуки стекающей воды – Крис принимает душ. Феликс входит и включает свет. Разувшись, он идёт к кровати Криса и плюхается на неё, забирается с ногами и начинает ждать. Раздаётся звонок – телефон Криса лежит рядом с Феликсом. Несколько долгих и настойчивых вызовов. А затем приходят сообщения. И Феликс берёт в руки этот телефон. Заворожённо, словно во сне, он смотрит на экран, читает всплывающие сообщения. Начинает листать дальше. От ужаса увиденного его губы приоткрываются, а глаза широко распахиваются. Ему хочется заплакать. Но тут из ванной выходит Крис с полотенцем вокруг бёдер. Прекрасен, как Аполлон, сошедший с золотой колесницы. -Ликси? - Он никак не ожидал сейчас его появления. -Крис, что это? – тихим дрожащим голосом глупо вопрошает Феликс. И Крис замечает в его протянутой навстречу руке свой телефон. -Кто этот Чанбин? -Это просто... массажист из салона... - и он понимает, что сказал глупость, потому как телефон, зажатый в руке Феликса моментально ударяет его по голове, а затем – очень больно - по лицу. Гаснет и крошится экран. Телефон падает на пол. И Крис даже среагировать не успевает, как получает удар ногой в челюсть. А потом ещё и ещё... Во рту начинает ощущаться привкус крови. Голова гудит. -То есть ты считаешь нормальным... что какой-то парень... своим членом... массирует твой анус??? – злобно шипит Феликс, продолжая молниеносно наносить удары. - Это просто массаж ты называешь? Вдруг Крис слышит мерзкий хруст – кажется сломан нос. Крис едва успевает закрываться от этого безумного нападения. Полотенце лежит на полу, и он совсем обнажён, от чего чувствует себя ещё нелепее и беззащитнее. Его сил хватило бы, чтобы остановить этот натиск. Но Феликс проворнее. Феликс. Очень нежный, чувствительный мальчик. Нежная мягкая зефирка. Но не стоит его обижать. Ведь Феликс регулярно участвует в соревнованиях по тхэквондо, и неоднократно занимал первые места не только в Корее, но и на международных соревнованиях. Крис вспоминает об этом слишком поздно... Наконец Крису удаётся остановить эту атаку: изловчившись, он хватает Феликса за руки и, крепко сжав их, с силой рывком ударяет его о стену. Феликс морщится от боли: из этих тисков не так-то просто выбраться. И на завтра от них на его запястьях будут огромные синяки. И спина отбита, кажется. -Ликси... Ликси... Прекрати... пожалуйста, - молит Крис разбитыми непослушными губами, глядя в карие глаза напротив. Лицо его заливает кровь. Феликс читает в его глазах сожаление. И отголоски их былой любви больно колют его сердце. На глаза предательски наворачиваются слёзы. -Я тебе не Ликси... - срывающимся голосом тихо произносит он, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать. – Не Ликси... Феликс знает куда бить. И что бить туда не следует. Но он бьёт. И Крис с глухим стоном, как подрубленное дерево падает на пол своей квартиры. «Так вот где находится душа», - проносится в его мозгу, ибо сейчас ему кажется, что душа покидает его обнажённое тело. Он хватается за член – тот на месте, но боль адская. А освободившийся от железных тисков Феликс начинает яростно летать по квартире, собирая в найденные им тут же пакеты свои вещи. Но даже если он впопыхах что-то оставит – он никогда сюда не вернётся! Никогда! -Если бы это была девушка, я бы понял! Но ты пошёл к ПАРНЮ!!! Это измена, Крис!!! Ты изменил мне с другим парнем!!! – Голос Ликса срывается на крик, но Крис слышит это словно сквозь многочисленные слои подушек и одеял. Расплывающееся сознание постепенно покидает его. Феликс видит бутылку оливкового масла. Воспоминания, ставшие теперь горькими, словно корка грейпфрута, всплывают ненадолго в его памяти. Он хватает бутылку с намерением обрушить её на голову Криса. -Ты ещё шевелишься, паразит?! – подлетает он к лежащему в растекающейся луже крови Крису, но видит, что тот бездвижен. С сожалением запускает Феликс бутылку в стену. Брызги стекла и масла разлетаются всюду. А Феликс удаляется, швырнув ключи куда-то в пространство квартиры. Выйдя из квартиры Криса, Феликс направляется к лифту, нажимает кнопку. Но передумывает: он решает спуститься по лестнице. Пройдя несколько этажей, он уже не может сдерживать слёзы. Присев на корточки и оперевшись спиной о стену, Феликс заливается слезами. Через несколько минут он всё же поднимается и, подхватив пакеты с вещами, медленно спускается к выходу: моросящий с утра дождь к вечеру усиливается, словно бы и природа оплакивает их с Крисом любовь. Подходит к своей машине, забрасывает вещи внутрь и, сев на водительское сиденье, по-прежнему заливаясь слезами, он падает на руль, скрестив на нём руки и уткнувшись в них. Рыдания сотрясают его. Так проходит некоторое время, и Феликс, слегка успокоившись, ищет в телефоне адрес салона эротического массажа «3 Racha»: он уделал Криса, уделает и Чанбина. Чанбин встревожен не на шутку: сначала Чанни ему просто не отвечал – ни на звонки, ни на сообщения, - а теперь и вовсе номер его не доступен! И это при том, что у них свидание! Изрядно поволновавшись, Чанбин, одетый во всё чёрное – джинсы, куртка и футболка – направляется всё же на своём чёрном автомобиле к дому Чана. Поднявшись на лифте, он подходит к квартире и обнаруживает, что дверь не только не заперта – она даже плотно не прикрыта. С опаской входит Чанбин внутрь. Поскользнувшись у порога, он с размаха падает. Отборный корейский мат раздаётся по всему дому, и, кажется, слышен во всех квартирах. И в соседних домах тоже. Такого мата соседи Чана не слышали ни разу. И, кажется, жители близлежащих домов тоже. Закончив материться, Чанбин встаёт, вытаскивая из себя осколки стекла и разглядывая появившиеся пятна масла на своей одежде, к которой также прилипли многочисленные осколки. Стряхивает их. Немного пройдя в квартиру, он обнаруживает ужасную картину: его обожаемый Чанни абсолютно обнажённый лежит недвижно в луже крови, рядом – махровое полотенце, некогда светло-бежевое, сейчас же - пропитанное растёкшейся кровью, а вся квартира напоминает какое-то кровавое побоище. Чанбин бросается к своему парню. Падает на колени. -Чанни... - шепчет он, беря в руки его голову. Похлапывает по щекам. – Аааа!!! Чаааан! Не умирай, прошу тебя!!! – вопит он испуганно. Чанбин готов разрыдаться от жалости. Лицо Чана напоминает отбивную, ещё не приготовленную, но как следует отбитую. Чан с трудом открывает заплывшие глаза. Взор его затуманен, но постепенно фокусируется на Чанбине. -Тебя ограбили? Кто это сделал? Надо вызвать полицию! – Чанбин достаёт телефон и набирает номер. -Не надо, Бинни... Это Феликс... не было никакого ограбления. -Феликс?? – Чанбин недоумённо моргает и сбрасывает вызов. –Феликс???!!! – Кулаки его сжимаются: раздавить бы ими серебристую головёшку зефирного мальчика, который посмел обидеть Чанни. -Я его убью... - ледяным тоном заключает Бинни. -Не надо, Бинни... -Надеюсь, переломов нет... - Чанбин подбирает с пола ключи. Молча он помогает своему парню подняться и ведёт его в ванную – нужно отмыть кровь. Тут Чана мутит, рвёт. Оперевшись о Чанбина, он стоит, наклонившись над унитазом... Наконец он помогает Чану одеться, и, заперев дверь ключами, подобранными с пола, почти на себе тащит его в свою машину: решив, что так будет быстрее, чем ждать скорую помощь, парни едут в больницу. Сынмин в конце дня едет домой, во дворец своего отца, поражающий своим роскошным видом, окружённый таким же роскошным садом – несколько садовников следят за красотой этого сада. Он по длинным коридорам идёт на кухню и просит принести бутылку вина и закуски в его комнату. Затем поднимается по ступеням к себе, сбрасывает с себя дорогой костюм, облачаясь в мягкий светло-коричневый халат. Немного полежав, раздумывая над тем, как бы скоротать вечер, он вспоминает вдруг о салоне «3 Racha», который ему рекомендовал Минхо. -Господин Сынмин! Ваше вино и закуски, - стучит в дверь горничная. И Сынмин впускает её с тележкой. -Спасибо, Юна. Но ему уже не хочется ни вина, ни закусок. Он быстро переодевается в белую футболку и тёмно-синие джинсы. Берёт вельветовую куртку коричневого цвета. Спускается вниз, в зал, где встречает своего отца. -Папа, я прогуляюсь перед сном. И схожу в массажный салон,- сообщает ему Сынмин. -Конечно, сынок, - Намджун, кладёт руку на его плечо и с любовью смотрит на своего наследника. Дорогое чёрное авто Сынмина с тонированными стёклами плавно паркуется у салона «3 Racha». Из него валяжно выходит сам Сынмин. Хан Джисон глазам своим не верит: Ким Сынмин - наследник империи Кимов - собственной персоной является на пороге его заведения! Хан, согнувшись в три погибели, расплывается в улыбке: -Что желаете, господин Ким? Наши лучшие массажисты и массажистки всегда к Вашим услугам. – Если надо, он и Чанбина полусонного сюда доставит. -Мне без разницы – я слышал много хороших отзывов о вашем салоне. Доверяю профессионализму всех ваших сотрудников, - усмехается Сынмин, разглядывая заведение. И Хан вызывает наиболее подходящую, по его мнению, массажистку: шикарные бёдра, упругая волнующая грудь. Одета в розовый струящийся ханбок. -Розэ, обслужи господина Кима по высшему классу, - шепчет он ей. И та понимающе кивает. Сынмин покидает салон довольный как никогда: да, Минхо плохого не посоветует - ласковый язык Розэ заставил кончить его не раз, в то время как два её изящных пальчика ласкали его изнутри, заставляя содрогаться в волнах сказочного, небывалого доселе оргазма, а её груди – произведение искусства – доставили массу удовольствия, массируя всё его тело. На выходе из ворот Сынмина едва не сбивает с ног некий человек, летящий ему навстречу. И чтоб он не сбил его с ног, Сынмин, ненадолго удерживает его, слегка взяв за плечи, заглядывает в лицо, успевая заметить множество веснушек на загорелом лице и серебристые волосы. Рабочий день закончен, и Хан Джисон собирается закрывать своё заведение: клиентов больше нет. Все сотрудники уже ушли, и сам он, переодевшись из униформы, направляется к дверям, ведущим на выход из салона, чтобы пройти к воротам по дорожке, мимо увядших клумб, как вдруг в салон влетает яростная фея инопланетного вида. -Где тут Со Чанбин? – злобно спрашивает фея очень низким голосом, едва сдерживая ярость. И Хан обнаруживает, что это – парень. «Чанбин, да ты бешено популярен, оказывается», - усмехается он про себя. -Его сегодня не будет: у него выходной. И вообще – салон закрывается. -Ясно, - Феликс глубоко разочарован, что живописно отражает его веснушчатое лицо. Можно было догадаться! Задумчиво перебирая пальцами серёжку в своём ухе – небольшую жемчужину на цепочке, - Хан внимательно разглядывает его: миловидное создание с покрасневшими глазами. -Чем я могу помочь? Я не хуже Чанбина делаю массаж, - вдруг выдаёт он, сам себе удивляясь. -Да, пожалуй, - Феликс устало садится на одну из лавочек. Силы зла покинули его. -Проходите, - Хан ведёт Феликса по мягким коврам в комнату. – Как я могу к вам обращаться? -Феликс, - слышится совсем уныло в ответ. -Какой массаж желаете, господин Феликс? -На Ваше усмотрение... -Хан Джисон. Меня зовут Хан Джисон, - подсказывает Хан. -...господин Хан, - продолжает уныло Феликс. Двое входят в комнату, где Хан включает свет и готовит для Феликса ванную с шипучими шариками, после которой его золотистое тело будет готово к массажу. И пока один принимает ванну, другой приготавливает для него успокоительный чай. Хан давно не делал массаж, но его опытные, умелые руки знают и помнят своё дело. «Симпатичный». Хан одевает перчатки. От его прикосновений член Феликса встаёт. «Очень. Симпатичный». Его ласковые пальцы проникают внутрь Феликса. И Феликс стонет и извивается от наслаждения. Так вот что развратный Чанбин творил здесь над его Крисом! Но как же ему классно сейчас! «Да, Ханни, давай ещё!» «Чёрт! Давненько у меня секса не было!». Губы Хана осторожно прикасаются к губам Феликса, и тот отзывается на его поцелуй. Хан достаёт презерватив. Он медленно и плавно входит в Феликса. Жемужина на цепочке качается перед глазами Феликса в ритм с толчками Хана... Феликс закрывает глаза от наслаждения, со стоном кончая себе на живот. А Хан кончает внутрь Феликса. И нежно целует того в губы... Феликс уходит. А Хан хочет продолжения. Ему мало. Он достаёт телефон и листает галерею в поисках подходящего фото Чанбина. Ага! Есть такое. Улыбающиеся приоткрытые губы, которые Хан так мечтает трахнуть. Хан вновь приспускает джинсы, а его рука обхватывает член... Феликс подходит к своему автомобилю и запускает руку в карман серо-голубого худи – ключей от авто нет. В другой карман – нет. В джинсах – нет. Видимо уронил где-то. Он медленно возвращается по дорожке из желтоватой плитки в салон. Ключи ему так и не попались. Хана нигде нет, и Феликс направляется в массажную комнату, которую он недавно покинул. Странные звуки слышатся ему. Приоткрыв дверь, он сразу видит связку своих ключей на полу. А заодно - и Хана с телефоном в руке, который неистово мастурбирует на фото Чанбина в телефоне. -Ааааа!!!! Бинни!!! – слышит Феликс сладостные стоны. -Бинни! Я сейчас кончу! - сообщает Хан изображению Чанбина в телефоне. Феликс, открыв рот, во все глаза смотрит на это зрелище. Переводит взгляд на фото Чанбина. Хан замечает присутствие Феликса, но уже не может остановиться: стоны становятся громче, дыхание - чаще, движения руки – быстрее, и белые брызги ложатся на экран телефона - прямо на лицо Чанбина, стекают с руки и члена Хана на пол. -Да вы тут все извращенцы!!! – приходит в себя Феликс. Он хватает с пола ключи и быстро, почти бегом, удаляется, оставляя Хана наедине с Чанбином. Феликс садится в авто и дрожащими руками вставляет ключ в замок зажигания. Слёзы обиды опять накатывают: что это за Чанбин такой – все его хотят! Авто трогается, и Феликс едет куда-то сам не зная куда. Выехав за город, Феликс прибавляет скорость, выжимая педаль газа почти до конца. Дождь закончился уже, оставив на асфальте редкие, разнообразной формы лужицы. За городом ночное небо совсем другое – множество звёзд и созвездий предстают его взору. Сдерживаемые до сих пор слёзы наконец-то прорываются наружу, словно затуманивая окружающий мир. Маленькая ладошка поспешно вытирает их. Но... поздно. Автомобиль Феликса вдруг начинает бросать во все стороны по дороге, и он пугается очень, не понимая в чём дело. Сбавляет скорость, пытается выровнять машину. Но его выбрасывает на встречку и затем – на обочину. Несколько раз перевернувшись, автомобиль с Феликсом внутри замирает. Холодный воздух врывается сквозь выбитые окна. Феликс смотрит непонимающе на уже звёздное ночное небо над ним. И вдруг обнаруживает ужасную тишину вокруг. Глаза закрываются сами собой – сил их открыть больше нет. Но его звёзды по-прежнему светят. «А где же трубящие ангелы? Где тот яркий свет? Кто встретит меня и куда отведёт?», - проносится в быстро угасающем сознании Феликса.