Бич и молот

      В тот день Аларик ещё один раз встретил Клауса, когда шёл в сторону уборной. Они прошли мимо друг друга, даже не обменявшись взглядами. В коридоре никого не было, но Аларик не стал бы рисковать даже так. Клаус замечательно сыграл безразличие, часть Аларика похвалила его, другая же часть болезненно сжалась, не получив хотя бы взгляда любимых глаз.       Аларику казалось, что кусок его души остался в кабинете Клауса, словно отрезанный тупым ножом. Он, уже привычно, стянул свои чувства в крепкий узел, пустил холод по венам. Осталась лишь маленькая красная точка, иголкой впивающаяся в сердце.       После смены Аларику пришлось идти в Пункт помощи, снотворного осталось буквально на один раз. Без таблеток заснуть он не мог, мозг каждый раз цеплялся за какую-нибудь мысль и прокручивал снова, и снова, словно кто-то зажал кнопку повтора. В груди болезненно сдавливало, кожу охватывала зудящая тревога, кислород в лёгких словно заменялся на угарный газ. Аларик считал до ста, а доходя до конца — начинал сначала, напряжённо убеждая себя, что всё в порядке, и только под утро проваливался в тревожный сон.       У окошка Пункта помощи выстроилась небольшая очередь. Государство совершенно бесплатно раздавало обезболивающие, жаропонижающие и снотворное. Сначала народ пытался брать столько, сколько был в состоянии унести, но очень быстро ввели квоту. Правда, люди всё равно брали все положенные им по норме лекарства, даже если они были им не нужны, и сбывали за деньги. Вроде как, верха были в курсе, но, почему-то, закрывали на это глаза.       Аларик показал очереди значок, хотя по его форме уже было понятно, кто он, и прошёл сразу к окошку. Люди были слегка недовольны, но старались этого не показывать. Взяв положенный ему пузырёк, Аларик направился домой. Утром он не заправил и не убрал постель, одеяло на ней лежало комом, урна под раковиной была переполнена упаковками от кофеиновых капсул, жестянок из-под питательных коктейлей и фантиков от батончиков. Штатская одежда висела как попало на спинке кухонного стула. Аларик осмотрел своё жильё, ставшее похожим на конуру, равнодушно прошёл в кухонную зону и поставил пузырёк со снотворным на причитающееся ему место. Следуя привычному ритуалу, Аларик разделся, повесив форму в шкаф, запил таблетку водой из-под крана и упал на кровать. Завтра его ждало дневное патрулирование, ему необходимо было поспать.       На дневных патрулированиях Миллер был ещё более невыносим, чем на ночных. К тому же, Клаус на сегодняшнем брифинге отсутствовал, у него был выходной, а Аларику было просто необходимо видеть его хотя бы один раз в день. Аларик так сильно сжал челюсти, что у него заболела голова.       — У Мёрфи отец загремел в «Рассвет». Я встречал как-то этого мужика. На вид так совершенно нормальный! У него жена и четверо детей! Я б в жизни не подумал, что он может дать кому-то отыметь себя в зад! — Миллер недовольно ударил по рулю, — Мёрфи уволили мгновенно и сейчас он в КПЗ. В управлении уверены, что он всё знал, но скрывал. Да если бы я прознал, что кто-то из моих близких ренегат — ни секунды бы не раздумывал. Ренегаты не люди, зачем мне в семье тварь? Верно я говорю, Кейн?       — Абсолютно верно, Миллер, — Аларик криво ухмыльнулся, его голова закружилась на мгновение.       — Всем патрулям, — рация перебила их, — Требуется подкрепление. По адресу Джамп-стрит, шестьдесят восемь, два вооруженных ренегата.       — Десять ноль три, — Миллер схватил рацию на первых же словах, — Выезжаем.       Аларик обречённо прикрыл глаза. Миллер никогда не упускал шанса «поохотиться».       — Когда уже разрешат просто отстреливать их? Зачем эта возня? — Миллер, однако, всё равно приободрился. Широко улыбнувшись, он вырулил на главную дорогу.       Миллер и без разрешения отстреливал бы ренегатов, но после этого нужно было заполнить такое количество бумажек и отчетов, что он довольствовался отправкой их в «Рассвет».       Около неприметного одноэтажного дома уже стояли два служебных автомобиля, на земле около одного из них лежал на асфальте бледный оперативник, второй зажимал ему живот марлевыми салфетками. Миллер и Аларик прошли до них, пригнувшись к земле и держа оружие наготове.       — Как обстановка? — Миллер присел около колеса, Аларик осторожно выглянул из-за капота, осматривая здание.       — Хоуп ранен, Скорая застряла на Бликер-стрит, но он держится. Джонс и Хардин оцепили выходы, — оперативник, кажется его звали Томпсон, сухо отрапортовал, — У ренегатов всего одна пушка, но один из них как бешеная сука.       — Ясно. Пойдём, Кейн. Пора брать ублюдков.       По очереди прикрывая друг друга, они, перебежками, добрались сначала до второго автомобиля, потом до стоящих рядком больших мусорных баков. В небольшом дворе за деревом стоял Джонс, напряжённо поглядывая на входную дверь. Миллер незамедлительно пробежал к двери, сходу выбил её и сразу прижался к стене сбоку он неё, Аларик следовал за ним по пятам, уже спрятавшись с другой стороны. Миллер отточенным движением присел на колено, направив ствол внутрь дома.       — Чисто.       Так, друг за другом, они прошли вглубь, Миллер с азартом выбивал двери, готовый выстрелить при любом замеченном движении. У Аларика неожиданно закралась тревожная мысль: что, если Клаус опять пошёл к кому-то на встречу, забыв про осторожность, и сейчас, за следующей дверью, он снова увидит его испуганные глаза? Аларик сосредоточенно думал о том, что этого не может случиться вновь, но воздух в лёгких внезапно кончился.       Миллер пнул очередную дверь, треск дерева неожиданно смешался со звуком выстрела в соседней комнате. Миллер и Аларик стремительно присели, прижавшись спинами к стене. В ушах всё ещё стоял тихий звон от выстрела, но повторного так и не прозвучало. Миллер кивнул Аларику, тот кивнул в ответ.       Выбитая дверь с грохотом ударилась о стену, Миллер присел обратно к стене, заглядывая в дверной проём, Аларик встал с другой стороны, направляя ствол на двоих на кафельном полу. Каждая клеточка тела Аларика в одно мгновение окоченела, только сердце, вопреки всему, продолжало толчками разгонять по венам горячую кровь.       Привалившись спиной к ванне, на полу сидел совсем молодой парень, едва ли закончивший старшую школу, у него на коленях лежал второй, его глаза безжизненно уставились прямо на Аларика, кровь заливала ему лицо и волосы, тёмные капли падали на белую плитку. Первый беззвучно рыдал, зажмурившись и сжимая револьвер к руке. Он дрожал всем телом, рука с оружием ходила ходуном, ствол был направлен то ему в подбородок, то в потолок, он словно никах не мог решиться на последний шаг. Второй рукой он отчаянно зарылся в ставшие липкими волосы мертвеца.       — Руки вверх, немедленно! — Миллер прицелился парню прямо в залитое слезами лицо.       — Не делай этого… — Аларик просипел, не в силах пошевелиться.       Парень распахнул глаза, но зрачки его тут же закатились, рука с револьвером начала падать, грянул выстрел.       Всё вокруг заволокло красным. Аларик не мог понять — это действительно его глаза застилает кровь или всё это лишь игра разума?       Миллер грубо отпихнул его с дороги, что-то говоря, но вместо слов Аларик слышал какой-то гул. Артур присел рядом с парой, прижал палец к шее сначала одному, потом второму.       — Этот сдох. Второй криворукий, жить будет. Вскользь прошло, только кожу стесало, — Миллер говорил Аларику прямо в лицо, его голова словно заполнила всё пространство. Аларик отпрянул, чуть не оступившись, — Да что с тобой?       Миллер до боли сжал ему плечо и Аларик слегка пришёл в себя.       — Не знаю, кажется подцепил какую-то заразу… — Аларик провёл по лицу, пытаясь вернуться в нормальный мир из кошмара.       — Ха, может тебе ещё раз ширнуться? Или не менять девок каждую неделю? — Миллер сказал, похабно заржав.       Как он мог быть настолько бездушным, когда на его глазах человек совершил такое? Аларика затошнило, хотя он никогда не был брезгливым. Миллер, тем временем, отрапортовал в рацию. Аларик с усилием заставил себя подойти к сушилке, взять с неё чистое на вид полотенце и намочить его водой. Он опустился рядом с парнями и осторожно вытер кровь у живого. Это действительно была всего лишь царапина, рассёкшая кожу на подбородке, хоть крови было столько, как будто пуля попала в артерию. Прижав к ране ткань, Аларик присел прямо на плитку, почувствовав, как кровь моментально пропитывает брюки.       — На кой чёрт ты это делаешь? — Миллер недовольно хмыкнул, направляясь к выходу.       — Не хочу, чтобы он так просто отделался. Его ждёт «Рассвет».       — Хм, ты прав. Я об этом не задумывался, — Миллер почесал чисто выбритый подбородок, потом кивнул, — Молодца, Кейн. Тогда хорошенько сторожи, чтобы до приезда Скорой ублюдок кони не двинул.       — Так точно, офицер Миллер, — Аларик улыбнулся какой-то безумной улыбкой, чувствуя, как стеклянные трещины расползаются по телу.