Все дороги ведут в Сатан-Лимбург

Тринадцатый летний Сатан-Лимбургский шабаш для особо одаренных начался с традиционного вступительного скандала. — Эти совы — именно то, чем они кажутся! — ругался профессор Фламель, выскакивая из красного шатра с надписью «для персонала», — Чем вы думали, когда их нанимали?! Ректор, не так давно лишившийся фамилиара, несколько сдал, но все еще был бодр, крепок и зол, как стая навских гарпий. Следом за ним в ступе летела куратор неблаготворных проектов, пытавшаяся успокоить старика. — Вы преувеличиваете, профессор. Ну что там с ними может быть не так? — А вы сами взгляните, дорогая моя! — вконец разъярился тот. Лилит отдернула алый занавес. — Оу… — ее остроносое лицо вытянулось, а золотистые перья слегка стали дыбом, — Ну ничего себе. Какой кошмар. — Вот вот! — торжествующе взмахнул посохом ректор, — Из-за ваших оптимизаций мы остались без персонала! — Значит обойдемся своими силами, — с неуместным оптимизмом прочирикала неунывающая Гамаюн, которой даже сломанное крыло не мешало, — Кстати, девушка, как вас там… — окликнула она совершенно случайно подслушивающую неподалеку студентку, — Да, да, вы, с прекрасными аквамариновыми волосами! — Аделаида Мальвани, — польщенно улыбнулась та, — Магический университет, некрохирургия. — Это из нашей команды, — припомнил ректор, — Хотите заодно поработать на благо фестиваля? Совершенно бесплатно! — Конечно, — развела руками Аделаида, — Конечно же нет! — А из команды вылететь? — отечески приобнимая ее за плечи, намекнул алхимик, — Вот и договорились! Значит, отвечаете за шатер с напитками! Улыбка у него светилась мудростью и искренним участием. Аделаида кисло кивнула, про себя процитировав пару драконьих выражений. Это был тот редкий случай, когда она была совершенно согласна с Дрейком. — …кстати, — вернулась к обсуждению организационных вопросов куратор, — Накануне перед нами стояла дилемма, если пригласить Дудочника, его оркестр будет крыситься на нашего уважаемого мэра и он не приедет, а если пригласить мэра, его команда ледяных троллей отморозит крысам все инструменты и Дудочник откажется выступать. Потому мы пригласили обоих. Чтобы наверняка. Так что из музыки у нас будет рок-банда моего брата, которому я уже заплатила из выделенных Сатан-Лимбургом средств, а почетная возможность вести фестиваль переходит к вам, профессор. — И мне вы тоже заплатите из бюджета? — на всякий случай уточнил ректор, заранее зная ответ. Гамаюн вежливо наклонила голову. — На этом бюджет закончился. Как и организационные вопросы. Аделаида, не спешившая уходить, также светло улыбнулась ректору. В ее бирюзовых глазах плескалось бездонное злорадство. Минут через десять Фламель поднялся на сцену, уже переодевшись в парадную мантию. — Приветствую всех на молодежном фестивале Лугнасада, дамы и господа, — звучно провозгласил старый алхимик, — Напоминаю, что занозой… то есть гвоздем шабаша станет ежегодное состязание особо одаренных студентов, — В этом году за главный приз поборются Декадентский корпус и Магический университет. Лешемагическая академия за прошлые достижения все еще отстранена… В толпе недовольно заворчали кикиморы, лешие и волкодлаки. Дриад было мало, скромные хранительницы редко посещали шумные мероприятия. Фламель получал посохом о потемневшие доски. — А теперь о хорошем, — он покосился на наблюдателя от Зольного и поправился, — То есть о плохом. Мы также вынуждены отменить обязательный блок Гнилых песен и плясок по черномагическим причинам. Шаману за кулисами опять настучали в бубен, и вообще… — Партия Кровавых Упырей и лично Темнейший будет недоволен! — немедленно вклинился козодой, он вел трансляцию по первому хрустальному шару и его злобные глазки бешено блестели, а клюв был перемазан кокосовым пеплом. Фламель поправил длинную бороду, кажется, тянувшуюся придушить орущую птицу. — Ну отработаете ваши гробовые где-нибудь еще, — устало отмахнулся он, — Вон у вас через сорок дней национальный зомби-марш, там как раз вся адская гвардия будет и эти, как их там, заслуженные упыри Сатан-Лимбурга… — Вы не осознаете важности дела Тленина! — не унимался козодой, — Может быть вы светлоагент?! — Если бы, — вздохнул Фламель, — Тогда бы я сейчас мирно сидел в застенках Кромлеха, а не выслушивал ваши вопли. Он обернулся к Яговской, которая заканчивала последние приготовления к фестивалю, выстраивая своих декадентов в почетный караул и поправляя гирлянды. — Коллега, что у вас там висельники без дела болтаются? Пусть споют гимн! Им уже все равно, а остальным некогда такой ерундой заниматься. Заместитель по экзекуторской работе кивнула, доставая мотивационный осиновый кол. Седобородый ректор наконец взмахнул посохом. — Итак, поехали! Открытие произошло с размахом — спешно нанятый за полбутылки мухоморной настойки огр, которому сдуру выдали аванс, от души размахнулся и тяжелый занавес накрыл команду лунных фей, отвечающих за естественное освещение. — Приехали… — выразил всеобщее настроение саркастичный голос в темноте. Аделаида узнала Дрейка, с той поры, как он вернулся из экспедиции, они с научным руководителем не ладили. Старосте факультета досталось дежурство в лунном тире. В нем нужно было сбивать стрелами мишени, когда они находились в определенной фазе. Но призовые золотые монетки дракон выдавал с таким видом, словно отрывал от сердца. И вообще был устал, мрачен и о чем-то напряженно размышлял. Аделаида в соседнем шатре хозяйничала за стойкой с напитками. Каждую порцию она щедро сдабривала перцем и раздражением. Ей хотелось веселиться, а кроме того, она тоже беспокоилась за свой проект. — Говорят, Дрейк там что-то потерял в экспедиции, — поделилась сплетнями зашедшая за своей порцией Ши. — Судя по лицу — честь, — хихикнула Аделаида. В сестре она не сомневалась. — И совесть! — выкрикнула вбежавшая следом Сирена, волосы у нее были растрепаны, а глаза сверкали штормом, — Яговская показательный турнир устраивает. Мне нужна дружеская поддержка, а он меня знаешь куда послал! — Догадываюсь… — Аделаида налила близняшке черного лимонада, незаметно приправляя успокоительным, — Погоди, поединки же одиночные! — Так жертвой… — мило улыбнулась Сирена. В конце концов, опыт у дракона имелся — после того пикника в пещере у него еще с месяц двоилось в глазах и нервно дергался хвост, особенно при виде соседок по даче. — Профессор Фламель распорядился, чтобы были марионетки, а не как на Самайн в прошлом году, — разочаровала всех подлетевшая Лили. — А чего в прошлом году было? — не поняла Аделаида. — Ты видела победителей? Аделаида покачала головой. — Нет. Этот фестиваль был для нее первым. — И никто с тех пор не видел… — невозмутимо улыбнулась Гамаюн, — А того дракона отчислили. Гордые рептилоиды плохо переносили поражения. Как, впрочем, и русалки. *** Фестиваль открыла роковая банда жар-птиц, зажгли они как всегда на славу. У сцены стоял кордон из декадентов, чтобы восторженные поклонницы не разобрали вокалиста на пух и перья. Алконост сиял пламенной улыбкой, рассыпая искры, но исполнил только цензурные версии хитов. В зале сидела матушка, зорко охраняя легкомысленного солиста от случайных дуэтов. Рядом с ней сидел подросший птенец У мистических птиц, как и у драконов, был матриархат и после того случая с временной петлей в гнезде все еще творилась какая-то дичь. За шатер с гаданиями отвечал доцент Асмодеус. Всем симпатичным гостям инкуб почему-то предрекал скорую встречу любви всей их жизни, выдавая печенья из припрятанной под прилавком корзины, на которой был вырезан штамп с пентаграммой. Все остальные получали предсказания из другой, на которой был только логотип фестиваля. Когда об этом узнала Ши, которая должна была подпевать на бэке у жар-птиц, она не сходя с места исполнила сольную истерическую партию и умчалась черным вихрем, позабыв про свои обязанности. У костра с черноягодными пирогами остался хозяйничать одинокий Несс о Лох, выдавая гостям тарелки, а себе — желаемое за действительное. Гонкой на кентаврах заведовал Вольфенштейн, наконец-то отбывший свой срок в лагере. В присутствии голодного волкодлака кентавры показывали чудеса эквилибристики, но высказывались так, что гонку пришлось завершить досрочно. — Какое падение нравов среди интеллектуальной элиты Сатан-Лимбурга! — прокомментировала птица, — Это определенно происки эльфийского западного края и их фей-инструкторов! Шальные глазки козодоя бешено вращались, ему за каждым кустом чудились голубые огни Неблагого двора. Вольфенштейн раздраженно рыкнул, переглянувшись с Фламелем. Профессор пожал плечами — заткнуть дурную птицу было сложно. К полуночи Аделаида вышла из шатра, а заодно и равновесия. После инцидента с ежом она была не уверена в их с Сиреной победе. Сестра только недавно вернулась из экспедиции и они не успели подготовить новый проект. — И что мы будем делать?! — уже в который раз переспросила она, — Ада, ну придумай что-нибудь! Она капризно топнула ногой, но Аделаида видела, что близняшка чуть не плачет. — Можно рискнуть, — попыталась утешить расстроенную сестру Аделаида, — Всегда есть Ящик Пандоры. Сирена посмотрела на нее с надеждой. Иногда она была совсем как ребенок. Из тринадцати участников в финал вышли три номера, как назло среди них был и Дрейк. Хотя фаворитом с самого начала числилась гениальная Моргауза Горгонидзе со инсталляциями своих бывших фаворитов. Но внезапно ее звезда в таблице участников погасла. — Там кто-то из судей критически прошелся по скульптурам и теперь их на одну больше, — сообщил следящий за соревнованием Несс, — Короче, дисквалификация. В честь оборота лунного колеса на фестивале раздавали ртутные браслеты и колечки Лугнасада — считалось, что лунная магия соединяет друзей нерушимыми узами на весь последующий год. Дрейк презрительно отмахнулся, когда Сирена предложила ему обменяться талисманами. — Я свое в колодец уронил, — ехидно бросил он, — Так что не судьба, увы. Если не хочешь нырнуть. Колодец Магического университета, во дворе которого проходил фестиваль, был бездонным. — Ничего, — мило улыбнулась Сирена, ничуть не обидевшись, — Я тогда себе другое поищу. Дракон выступал следующим, он представил судьям проект Темной Звезды, усовершенствованного алхимического оружия. — Метательная колба содержит магический таймер. Когда время окончится, произойдет детонация. Чтобы избежать ее, нужно лишь определенным образом потянуть за кольцо — Дрейк эффектно дождался, пока в песочных часах останутся последние песчинки и обернулся к столу. Сирена с невинным видом помахала рукой из толпы. На запястье у нее что-то блеснуло. Судьи побледнели. Никакого кольца в металлической колбе не было. К счастью, учебные эксперименты не содержали ничего поражающего, только поражающее воображение количество сажи. Когда облако рассеялось, судьи были чернее тучи, в прямом и переносном смысле. — На кол бы вас… то есть — кол! — сердито заключил Фламель, прибавляя минимальный балл. Черный дракон промолчал, мрачно сверкая глазами. Аделаида уткнулась сестре в волосы, чтобы заглушить смех. Сирена любовно протирала рукавом блестящий браслет с подписью молодого, но талантливого алхимика. *** Последней выступала Аделаида, которая все-таки решила открыть Ящик Пандоры. Это была секретная шкатулка с заданием, которое нужно было выполнить без подготовки, за один, тринадцатый час. Зато оно сразу давало возможность участвовать в финале, минуя предыдущие туры. Предмет мог быть любым, ей достался призыв духа. Аделаида нервно потерла руки — в спиритуализме она была не сильна, этот предмет был для некрохирургов необязательным. А в Декадентском корпусе его вообще не преподавали. — У нас только один шанс, — честно призналась она сестре, — И мы должны призвать нечто такое, чтобы все ахнули. Через час комиссия из преподов возвратилась на сцену. Частично начавшего раскаменевать судью возили в ступе, которую вежливо уступила Гамаюн. — У нее ж крыло уже срослось, зачем ей ступа? — тихо удивилась Сирена. — Выплаты по больничному, — пожала плечами Аделаида, — Сирин по зернышку клюет. Недаром в Зольном было столько упырей с элитными склепами. Бюджет Сатан-Лимбурга кормил впечатляющий курятник. Занавес снова подняли. В ритуальном круге метался странный дух. Больше всего он напоминал плесень неопределенной формы, поросшую рыжевато-бурым лишайником. Яговская поднесла к нему спиритуалистический анализатор, но на артефакте засветилось короткое «ХЗ», что означало «характер злонравный», но тайное имя духа так и осталось тайным. — Ох, на что же вы его приманили? — удивилась она. — Помет козодоя, кокосовый пепел, зубы упыря-людоеда… и секретная гниль, — загадочно перечислила Аделаида,. «Настолько секретная, что я сама не помню, что еще я туда уронила…» Ритуал готовили в спешке, когда дух явился, сестры сами не поверили своей удаче, им показалось, что это произошло спонтанно, как тогда, когда на даче объявились странные монстры. — Где я?! — увидев комиссию, истошно заорал дух, — Сатанисты!!! Содомиты!!! Вы уронили нравственный уровень культурной столицы ниже уровня моря!!! Таким, как вы, место в лесу с медведями!!! — Оно еще и разговаривает! — восхитился один из судей, разглядывая странные явление, — Так значит — оно разумное? — Ну вот это вряд ли, — покачал головой другой, — Ты слышал что оно несет… — А что это вообще такое, профессор Фламель? — поинтересовалась Аделаида, — Просто мы пока сами не поняли… Фламель внимательно пригляделся к мятущемуся призраку. — А это, девочка моя, дух неведомой херни… — поправляя очки, мудро заключил он, — И вот что я тебе скажу… нахер он нам тут нужен. — Ну а насколько такое открытие тянет? — полюбопытствовала Сирена. — Века на три. В девятом круге, — прикинул Фламель, что-то подсчитывая в уме, — Причем как ваш научный руководитель мерзнуть я там буду с вами… Аделаида прищурилась, оглядываясь по сторонам. У нее наконец-то созрел план. — А если я его изгоню? — предложила она, — У меня есть идея. — Это определенно заявка на победу! — согласился профессор. Сирена аккуратно соскребла духа в котел и ненадолго ушла. Когда она возвратилась, руки у нее были влажные. — Смыла? — тихо переспросила Аделаида. Сестра кивнула — бездонный колодец хранил много студенческих тайн и неудачных экспериментов. Коротко посовещавшись, судьи объявили, что с небольшим отрывом от реальности побеждают сестры Мальвани. Обе стороны, Магический университет и Декадентский корпус радостно зааплодировали. Призом была возможность стать верховной ведьмой Черного бала. Короля выбирали непосредственно на Самайн, это тоже было соревнование. — Сами решайте, девочки, кто наденет прекрасное платье, — улыбнулся Фламель, вручая им зачарованный свиток, — Королева может быть только одна. Аделаида, пошептавшись с близняшкой, вписала имя. Сезон темных ночей подходил к концу, небо постепенно светлело. Среди толпы Аделаида заметила одинокую дриаду. Она тоже аплодировала. — Ника! — радостно помахала ей ведьма, спускаясь со сцены, — Ты все-таки пришла! Вероника помахала в ответ, подходя поближе. — И посмотри, кто за мной в портал увязался, — улыбнулась она. Откуда-то из ее спины выскочили два волчонка. Белый бросился на шею Аделаиды, в его левом ухе блестело лунное колечко. — Фреки! — засмеялась Аделаида, обнимая волкодлака, — Привет будущим альфам! — А я тоже типа морской волк! — ухмыльнулся Гэри, на его ушах лихо была повязана бандана с черепом, а в носу блестело такое же кольцо. Одеты братья были в одинаковые куртки с изображением полной луны. Следом подошла Ши, обнимая подруг. — Все таки окольцевала? — пошутила Аделаида, замечая лунный браслет. Вероятно, между выбором — умереть от любви или просто умереть демон благоразумно выбрал первое. — Это пока не помолвка, — остудила ее пыл Сирена. — Ничего, пусть привыкает! — легкомысленно улыбнулась Ши, наконец замечая волчат, — А где ваши девчонки? — У них эти дни, — хихикнул Фреки. — Которые бывают только у девчонок, — подхватил Гэри. Оба захихикали. — Девичник у них, — улыбнулась дриада, — По случаю свадьбы. Волкодлаки взрослели рано, но Аделаида все равно удивилась. — Какой свадьбы? — Которую они сорвали! — продолжая хихикать, сообщил Фреки, — Теперь у них там какой-то приют для самостоятельных волчиц. Очень тайный, хотя все знают, где он. — Тогда почему их не трогают? — не поняла Ши. Дриада туманно пожала плечами. — Помнят свадьбу… — уклончиво ответила она, оборачиваясь на негромкие шаги, — Привет, Дрейк! Как твои дела? — Как сажа… — машинально начал дракон, чихнул и нахмурился, — Ника, ну хоть ты помолчи, а! — мрачно хмыкнул он, — Что ты вообще забыла на этом безобразии? Вероника беззаботно пожала плечами. — Пришла поддержать прекрасную победительницу! Дрейк, а ты куда? — удивилась она, когда дракон стремительно развернулся. — Пойду выпью за вас, — бросил дракон через плечо, направляясь куда-то вдаль. Судя по тону, — речь шла о яде. В этот момент над праздничной площадкой вспыхнул фейерверк. В небе расцвели огненные цветы, засверкали сияющие звезды, складываясь в надпись. «Дракон + русалка = вечная любовь до гроба» Аделаида расхохоталась, обнимая дриаду. — Так вечная или до гроба? — не понял подошедший Вольфенштейн. — А это от него зависит… — мечтательно улыбнулась Сирена. — Погоди, он же еще не знает, — вспомнила Ши. Аделаида развернула свиток. «Прекрасной королевой бала становится…» — гласили витиеватые руны. Ниже было вписано имя: Дрейк Акрукс. Волчата, заглядывающие через ее плечо, покатились со смеху. — Это будет творческий экскремент! — провыл младший. За время лагерной смены он успел нахвататься умных слов. — Эксперимент, Фреки, — машинально поправила Вероника. — Да не, малой прав, — икнул Волфенштейн, сочувственно обнимая грустного Несса. Морда у него была испачкана. Аделаида мельком подумала, что козодой давно не орал над ухом. — А пойдемте все вместе скажем! — отсмеявшись, предложила она, — Гэри, ищи! И вся компания, обнявшись, поспешила на охоту за драконом. Летняя ночь раскрыла над друзьями черничные крылья. В вышине золотым колечком загадочно улыбалась луна.