За Гранью Боя

— Угу, заманить их в цех переработки и там дадим бой. Дото будет в замке, а ты со свитой принцессы несешь ему весть. Хм... План простоват, но может сработать. Ведь право неожиданности на нашей стороне, — удовлетворенно сказал Какаши, сидя на камне рядом с Асамой и Пауком. Он слегка откинулся назад, его единственный видимый глаз блестел от азарта. — Стойте, — резко прервал их Паук, его взгляд устремился к пещере. Из-под снега начали медленно появляться рельсы. — Что это? Асама тут же побледнел, его рука инстинктивно потянулась к мечу. — Это поезд!!! Паук использовал концентрацию на глаза. В радиусе десятков километров он увидел огромную машину, которая медленно, но верно набирала скорость. Его лицо стало серьезным, а в голосе появилась тревога. — Блять!!! Какаши, бой будет тут! — крикнул он, уже разворачиваясь и бросаясь в пещеру. Какаши кивнул и, не теряя ни секунды, исчез в клубе дыма. Его движения были быстрыми и точными. Из пещеры начали выбегать люди, их лица были искажены страхом. Паук, пробегая мимо, заметил, как принцесса упала и не могла подняться — она подвернула ногу. Ее глаза были полны паники, но она старалась не показывать слабость. — Держись! — крикнул он, подхватывая ее на руки. Она быстро обхватила его за шею, ее дыхание стало учащенным. Поезд уже был близко, его гул нарастал, как гром. Паук добавил концентрации, его ноги двигались быстрее, но поезд не отставал. Пещера заканчивалась, и в последний момент Паук с Коюки кубарем прыгнули в кювет. Они приземлились в снег, который смягчил удар. Открыв глаза, принцесса заметила, что сидит на Пауке, а он смотрит на нее из-под своей маски. Его дыхание было ровным, но в глазах читалось напряжение. — Что это? — спросил он, показывая на интересный кулон, который висел у нее на шее. — Тебя только это смущает? — ироничным голосом спросила Коюки, ее тон был полон сарказма, но в глазах читалось облегчение. — Ну да, — спокойно ответил Паук, его голос звучал почти безразлично, но в его глазах мелькнула тень улыбки. Поезд резко остановился в нескольких метрах от них, его массивные колеса скрежетали по рельсам, поднимая клубы снежной пыли. Из громкоговорителя раздался голос, властный и высокомерный, словно его обладатель считал себя центром вселенной. — Сколько лет, сколько зим, Коюки, — произнес он, растягивая слова, как будто наслаждаясь моментом. Девушка мгновенно побледнела, ее тело напряглось, а в глазах вспыхнул первобытный страх. — Казахана Дото... — прошептала она, сжимая кулон на своей шее так сильно, что костяшки пальцев побелели. — Десять лет прошло... Теперь позволь мне увидеть твое лицо, — все так же высокомерно произнес мужчина, появившись на платформе последнего вагона. Он был одет в белый плащ, который развевался на ветру, а его взгляд был холодным и оценивающим. Паук внимательно наблюдал за поездом, используя свое зрение, чтобы разглядеть уязвимые точки. Поезд выглядел как ходячая крепость: башни для отстрела, бронированные борта, которые несли смерть, но с каждой секундой Паук находил все больше слабых мест. Его глаза сузились, а пальцы слегка сжались, будто он уже готовился к действию. — А ты у нас кто? — Дото внимательно посмотрел на худощавого парня в маске с луком. На первый взгляд, тот казался обычным человеком, но в его позе и взгляде читалась опасность. — Паук, — коротко ответил парень, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась стальная твердость. — Хм... знакомое имя. А ты у нас... — Дото оценивающе осмотрел своего противника, словно пытаясь понять, что тот из себя представляет. — Вор. Ищу людей, что готовы мне помочь в одном деле, — холодно сказал Паук, его глаза не отрывались от Дото. — Хм... Принеси мне ключ от сокровищницы, и я буду тебе должен. Со мной ты станешь всесилен, — пафосно вытянул свои накачанные руки Дото, его голос звучал как соблазнительное предложение, но в его глазах читалась лишь насмешка. Паук бросил взгляд на Коюки, которая отвернулась от него, сжимая ожерелье все сильнее. Ее лицо было бледным, а глаза полны страха. — Значит, тут есть сокровища, — усмехнулся Паук, его голос звучал почти безразлично, но в его глазах мелькнул интерес. Дото понял, что совершил ошибку, упомянув о ключе и сокровищах вору. Его лицо на мгновение исказилось, но он быстро взял себя в руки. — Я понял твои мотивы, — усмехнулся Дото. — Убить его! — резко скомандовал он. Но не успел он закончить фразу, как с заснеженного склона посыпались деревянные бревна. Они с грохотом ударили по вагонам, отчего поезд слегка тряхнуло. Рядом со склоном появилась розоволосая девчонка, которая метнула бомбу. Взрыв прогремел у подножия горы, вызвав лавину, которая с новой силой обрушилась на поезд. Поезд резко тронулся, пытаясь уйти от опасности, но на деревянном мосту его уже ждали Какаши и двое других ниндзя. Они синхронно метнули кунаи с взрывными печатями. Часть поезда обрушилась, и все вагоны, кроме последнего, отцепились, стремительно устремившись вниз. — Прости, принцесса, но тут я вынужден тебя покинуть, — сказал Паук, его голос звучал почти безразлично, но в нем чувствовалась легкая нотка сожаления. Не замеченный никем, он спрыгнул с обрыва, его фигура растворилась в тени, словно он и не был здесь. Какаши медленно шел по месту, где только что шел бой. Его взгляд скользил по следам разрушений: лавина, обломки вагонов, следы взрывов. Пройдя мимо завалов, он остановился и внимательно осмотрелся. Не увидев парня в маске, он прикрыл свой единственный видимый глаз, словно размышляя о чем-то. — Принцессу мы нашли. Надо перегруппироваться, — лениво произнес он, его голос звучал устало, но в нем чувствовалась решимость. Внезапно из пропасти вылетел огромный дирижабль, его массивный корпус заслонил небо, вызвав замешательство среди всех, кто находился на месте боя. — Они же только что уехали! — вскрикнула Наруко, ее голос был полон недоумения и тревоги. Рядом с дирижаблем пролетала девушка, ее крылья, сделанные из какого-то прочного материала, блестели на солнце. Благодаря своей броне и маневренности, она с легкостью скидывала кунаи с каким-то веществом. При ударе о землю происходил взрыв, а на месте взрыва образовывались ледяные сгустки, которые моментально сковывали все вокруг. Но в следующее мгновение стрела, выпущенная из ниоткуда, прошила крыло девушки насквозь. Она не справилась с управлением и начала падать вниз. — Какуёку! — вскрикнул мужчина, который только что прицеливался в принцессу. Он бросил свою доску и, не раздумывая, прыгнул за ней. — Фуюкума, ты идиот! Что вы делаете?! — выбежал на мостик дирижабля еще один мужчина, его лицо было искажено гневом и беспокойством. Он посмотрел вниз через стекло, затем медленно кивнул. Дирижабль слегка наклонился, и третий из группы, не раздумывая, прыгнул за своими товарищами. — Видимо, нам дали шанс покончить с этой тройкой, — произнес Какаши вслух, наблюдая, как фигура в черном грациозно взбирается на дирижабль. Его голос звучал спокойно, но в глазах читалась решимость. Саске хмуро посмотрел на Какаши, его взгляд был полон подозрений. Он что-то замечал, но пока не решался озвучить свои мысли. Дирижабль был полон стражи, но они даже не подозревали, что Паук уже был на борту. Он двигался аккуратно и ловко, проходя по узким проходам и вентиляционным шахтам. Наконец, он добрался до главного зала. Закрыв за собой дверь, он с помощью концентрации с силой закрутил вентиль, отчего металлическая ручка заскрипела, блокируя вход. — Надо же, не думал, что мы так скоро встретимся, — пафосно произнес Дото, сидя на роскошном стуле и наслаждаясь стейком, запивая его дорогим вином. Главный зал был огромным и просторным, с высокими потолками и массивными люстрами. Дото расположился в левом углу, словно король, наблюдающий за своим владением. — Этот ключ ты искал, — холодно сказал Паук, доставая из кармана ожерелье Коюки. Его голос звучал ровно, но в глазах читалась готовность к бою. Мужчина медленно положил столовые приборы и вытер рот салфеткой. Его голова повернулась в сторону Паука, который держал кулон в руке. — Да, — произнес Дото, его голос звучал почти игриво. — Что ты хочешь за него? Деньги? У меня их достаточно. Я дам тебе столько, что хватит на несколько жизней, — усмехнулся Казахана, его глаза сверкнули, словно он предлагал сделку, от которой невозможно отказаться. — Мы прекрасно знаем, что будет дальше. Может, начнем? — Паук видел намерения Дото. Он понимал, что сделки не будет. Дото хочет убить его и забрать ключ. — Ты прав, — вздохнул Дото, его голос стал жестче. — Видимо, я в тебе ошибался. — Он достал громкоговоритель и произнес: — Рулевой, новый курс — сокровищница. Затем он снял свой белый плащ, и под ним открылся доспех, который облегал его мускулистое тело. Доспех был черного цвета, с тонкими золотыми узорами, которые блестели при свете люстр. Дото выглядел как настоящий воин, готовый к битве. Паук слегка наклонился, его тело напряглось, как пружина. В руках он держал метательные кинжалы, а его концентрация усилилась, готовя его к схватке. Его глаза не отрывались от Дото, словно он уже предвидел каждый возможный шаг противника. Мужчина, словно в замедленной съемке, бросился на Паука. Его движения были резкими, но предсказуемыми. Паук сначала не понял, что происходит. Он внимательно наблюдал за своим противником, ожидая какого-то хитрого хода, подвоха, но его не было. Мгновенно оценив ситуацию, Паук метнул пару метательных ножей. Лезвия с легкостью пробили хваленую броню Дото, как будто это был картон, и вонзились ему в ноги. — А-а-а-а! — с тяжелым воплем мужчина упал на колени, его лицо исказилось от боли. — Слушай... а ты действительно тут самый главный? — с искренним недоумением спросил Паук, его голос звучал почти разочарованно. Он смотрел на Дото, который был в ярости, но при этом выглядел жалко. — Ублюдок! Как ты смог миновать мой барьер из чакры?! — буквально выплюнул Дото, его голос дрожал от злости и унижения. Мастер Вор стоял в ступоре, его глаза широко раскрылись от удивления. — Охх, если бы я знал, что ты такой слабак, закончил бы тут за несколько минут, не церемонясь с этой "недоделанной" принцессой, — разочарованно произнес Паук, его тон был полон сарказма. — Недооценивай меня, сопляк! — проревел Дото, его лицо покраснело от ярости. Он быстро сложил несколько печатей, его пальцы двигались с невероятной скоростью. — Снежная буря черного дракона! Из ладоней мужчины появилась черная дымка, которая моментально превратилась в ледяную бурю. Ледяные осколки, словно когти дракона, уничтожали все на своем пути. Корабль не выдержал такой силы и начал разрушаться, оставляя за собой лишь обломки. Деревянные панели трещали, металл гнулся, а воздух наполнился криками и грохотом. Дото самодовольно ухмылялся, его броня теперь приняла форму крыльев, словно он был настоящим драконом. Он смотрел, как Паук медленно падает вниз, но его уверенность длилась недолго. Паук, несмотря на хаос вокруг, акробатически справился с управлением своим телом. В воздухе он натянул лук, выпустив стрелу с такой скоростью, что Дото даже не успел моргнуть. Стрела летела прямо в его голову, и в последний момент Казахана лишь успел осознать, что его время вышло. Мастер Вор собрал всю свою волю в кулак. Его тело, несмотря на адреналин и хаос вокруг, действовало на автомате. Он увидел, как пролетает мимо горного склона, и в тот же момент покрыл свое тело концентрацией, усиливая мышцы и кожу до предела. Его пальцы рук окутались тьмой — из них повалил темный дымок, который быстро обволок его руки, превратив их в черные когти. С силой вонзившись в скалу, он начал медленно, но верно снижать скорость. Камень крошился под его когтями, оставляя глубокие борозды, но Паук держался. Через несколько секунд он с грохотом упал на землю, подняв облако пыли. — Я выжил... — тяжело дышал парень, его сердце бешено колотилось, а в глазах еще стояли отблески. Но это было только начало. Сверху на него начали падать обломки корабля. Огромные куски дерева и металла неслись вниз, угрожая раздавить его. Паук мгновенно вскочил на ноги, его тело двигалось с невероятной ловкостью. Он уворачивался от падающих обломков, прыгая в сторону, перекатываясь и приседая. Каждый раз, когда очередной кусок корабля врезался в землю рядом с ним, он чувствовал, как воздух сжимается от удара. Проходя мимо обломков, Паук заметил тело Дото, наполовину погребённое под грудами металла и искорёженного дерева. Острая вонь горелого металла и крови витала в воздухе. Он остановился, прищурившись, словно пытаясь уловить в этом зрелище нечто большее, чем просто мёртвое тело. — Хм... Такой мощный удар об землю, но броня почти не повреждена. Интересно, — пробормотал он себе под нос, его голос звучал тихо. Он быстро наклонился, его пальцы на удивление бережно скользнули по холодной, гладкой поверхности брони, словно он прикасался к напоминанию о чём-то важном. Сняв доспехи с мёртвого тела, Паук аккуратно сложил их и спрятал в свой тёмный инвентарь. Металл отозвался на прикосновение лёгким звоном, словно эхом былых сражений. Выходя с места боя, он заметил приближающиеся машины. Их моторы глухо урчали, разрывая тишину, что повисла после битвы. Из первой машины вылез Асама. Его лицо, усталое и покрытое сажей, на мгновение осветилось облегчением, когда он увидел Паука. — Паук! — вскрикнул он, в голосе смешались тревога и неосознанная радость. — Не кричи, — устало ответил Паук, медленно приближаясь к машине. Его походка была тяжёлой, словно каждый шаг напоминал о боли, спрятанной глубоко внутри. — Охх, я бы сейчас не отказался от тёплой ванны и чего-нибудь покрепче. Он сел в машину, из которой вышел Асама, уступая ему место. Внутри сидела Коюки, её руки дрожали, сжимая ткань платья, а глаза — полные тревоги и вопросов — уставились на Паука. — Не привык я к такому, но... держи, — сказал Паук, протягивая ей ожерелье. Оно поблёскивало в его руке, словно напоминание о цене, заплаченной за победу. Коюки сначала не поняла, что происходит. Её пальцы медленно поднялись к шее, нащупывая пустоту там, где ещё недавно висело украшение. — Когда ты... успел? — прошептала она, голос дрожал, в нём слышались и удивление, и благодарность. — А Дото... — Лежит под обломками со стрелой в башке, — холодно отрезал Паук, его тон был безразличным, но в глазах плясала тень усталости и чего-то неуловимо горького. Коюки замерла, осознавая, что всё действительно закончилось. Её глаза наполнились слезами, которые она больше не могла сдерживать. Она внезапно наклонилась к Пауку, крепко обняв его. Её тело дрожало, а слова, вырвавшиеся почти шёпотом, звучали как эхо её разбитых страхов: — Спасибо... Паук замер, его тело напряглось от неожиданности. Он не знал, как реагировать на такую искренность. В его мире не было места для подобных жестов. Но спустя мгновение он слегка расслабился, позволив ей остаться в этом моменте, не говоря ни слова, потому что иногда тишина говорит больше, чем любые слова. Асама не стал что-либо говорить. Он молча сел за руль и завёл машину, направив её к сокровищнице. Путь оказался коротким, и вскоре они прибыли на место. Перед ними открылся величественный радужный ледник, в центре которого возвышался постамент под ключ. Коюки и Паук вышли из машины. Мастер-вор стоял рядом с ней, внимательно осматривая постамент. Его глаза, обычно холодные и равнодушные, загорелись любопытством и лёгким азартом. — Вроде ловушек нет... Давай посмотрим, что там, — сказал он с искоркой интереса в голосе. Коюки это особо не волновало, но видя, как оживился Паук, она просто кивнула. Слегка дрожащей рукой она вставила ключ в постамент. В этот момент радужный ледник начал наполняться энергией, издавая низкий, вибрирующий гул, словно само сердце острова проснулось от многолетнего сна. — Хм... Видимо, корка льда мешает ему нормально функционировать, — с лёгким раздражением в голосе произнёс Паук. Он натянул тетиву своего лука и выстрелил в лёд. Стрела с глухим треском пробила ледяную корку, оставив сеть трещин. Из них заструился яркий свет, постепенно усиливающийся. Вслед за светом пришло тепло. Всего за несколько секунд обелиск начал стремительно нагревать воздух. Лёд по всему острову начал таять с поразительной скоростью. Холод отступал, уступая место жизни. Там, где ещё мгновение назад была мёртвая ледяная пустыня, расцветала весна, первая за долгие годы. Коюки невольно прикрыла рот рукой, сдерживая нахлынувшие эмоции. В её памяти всплыли обрывки тёплых воспоминаний: разговоры с отцом, детские мечты о весне, о том, как она хотела стать «принцессой весны». Какаши и его команда наблюдали за всем происходящим с вершины горного склона. Их взгляды были устремлены на остров, который медленно пробуждался от долгого сна. Лед и снег отступали, словно уступая место новой жизни. Земля, скрытая под толстым слоем льда, наконец-то увидела солнечный свет. Казалось, сама природа вздыхала с облегчением, освобождаясь от оков зимы. — Думаю, наше задание здесь выполнено. Возвращаемся в Коноху, — тихо произнес Какаши, его голос звучал спокойно, но в глазах читалась легкая усталость. Он бросил последний взгляд на долину, где таяло последнее дыхание зимы, и развернулся к своей команде. Прошла неделя. В Стране Снега жизнь начала налаживаться. Сопротивление сокрушило последние оплоты врага, и страна наконец обрела долгожданную свободу. Коюки заняла трон, став новой правительницей. Ее коронация прошла скромно, но с надеждой на лучшее будущее. Вечером, уставшая и измотанная, Коюки вошла в свою просторную, но пустую комнату. Она медленно опустилась на кровать — единственный предмет мебели, оставшийся от прежнего правителя. Интерьер был мрачным и холодным, отражая безвкусие Дото, по этому его пришлось выкинуть. — Моя принцесса, желаете что-нибудь? Я ваш смиренный слуга, готов исполнить любое желание, — раздался насмешливый голос Паука, появившегося из тени, словно он был частью самой темноты. Его фигура медленно выплыла из угла комнаты, и он слегка поклонился, играя роль слуги. — Ха-ха, очень смешно, — язвительно ответила Коюки, не поднимая головы. — Ситуация патовая: нужно восстанавливать деревни, налаживать производство. Дото лишь грабил соседей, не думая о будущем. Она вздохнула, ее голос звучал устало, но в нем чувствовалась решимость. — Не переживай об этом, — сухо ответил Паук, его тон был спокоен, но в глазах читалась уверенность. — Тебе легко говорить, — устало вздохнула она, опуская голову на руки. — Я предоставлю тебе строителей, организую верфи и включу твою страну в торговые маршруты. Также обеспечу зерном для начала сельского хозяйства. Есть ещё проблемы? — произнёс он спокойно, словно речь шла о самых обыденных вещах. — Пока только это, — прошептала девушка, прикрывая лицо ладонями. Ее плечи слегка дрожали, но в ее голосе чувствовалась благодарность. — Понял. Я возьму корабль на время. Нужно вернуться на базу и отдать распоряжения людям, — сказал Паук, растворяясь в тени, как и появился. Его фигура исчезла так же внезапно, как и возникла, оставив после себя лишь легкий шорох. Оставшись одна, Коюки улыбнулась сквозь усталость и прижала лицо к подушке. Ее мысли были полны надежд и сомнений, но в этот момент она позволила себе немного расслабиться. — И вправду, мастер-вор. Даже не постеснялся украсть моё сердце, — прошептала она, ее слова звучали тихо, но в них чувствовалась легкая ирония и тепло. Паук долго блуждал по побережью, ища хоть какое-то судно, способное доставить его до базы. Волны лениво накатывали на берег, словно насмехаясь над его бесплодными попытками. Он проверил старые пристани, заброшенные склады и скрытые бухты, но так и не нашёл ничего, кроме полуразвалившейся лодки, покосившейся от времени и солёной воды. — Чувствую, лучше я не найду, — устало произнёс Мастер вор, скривив губы в слабой усмешке. Он осмотрел лодку: одно потрёпанное весло, трещины в бортах, следы старых заплаток. Однако выбора не было. Паук вытащил лодку на воду, с усилием толкнув её от берега, пока холодные волны не обхватили её борта. Он забрался внутрь и, взяв весло, начал медленно грести, разрывая гладь воды. Вокруг было тихо, лишь лёгкий плеск воды и посвистывание ветра наполняли пространство. Паук сидел в лодке, погружённый в свои мысли. Лёгкие тени от облаков скользили по воде, отражая смутные очертания его размышлений. — Что дальше?.. — пробормотал он себе под нос, глядя в бескрайнюю даль. Он продумывал планы: как распределить ресурсы, кого отправить на новые задания, как укрепить влияние своей организации. Но вместе с этим в голове всплывали воспоминания — лицо Коюки, её упрямый взгляд, тихие слова благодарности. Эти образы не отпускали, словно оставляя следы на его сердце, которое он всегда считал недоступным для эмоций.