Возрождение: Никчемный раб издевается над тираном

Прошлой ночью Ло Вэй лег спать. Император Синь У отправил ему указ, и Чжао Фу, доставивший его лично, привел Ло Вэя во дворец. Но император не пожелал встретиться с ним. Вместо этого он передал инструкции через слугу, велев Ло Вэю отдыхать в его обычных покоях в зале Вечного Света. Ло Вэй, не зная о слухах, что ходили о нем в столице, перед сном спросил Чжао Фу: –Зачем Его Императорское Величество вызвал меня? Чжао Фу ответил с сожалением: –Молодой господин, я действительно не знаю. –Отец все еще с Его Императорским Величеством? – спросил Ло Вэй. –Его Величество сейчас беседует со Старшим канцлером, – ответил Чжао Фу. – К дверям зала никого не подпускают. –Что за важное событие произошло сегодня при дворе? – Ло Вэй услышал от Бо Хуа, что его отец вернулся домой, но его остановила дворцовая стража, прежде чем он успел выйти из экипажа. –Это просто различные беды и испытания, – ответил Чжао Фу. – Я мало что понимаю, но мне тревожно, когда я слышу об этом. Не получив от Чжао Фу больше информации, Ло Вэю оставалось только лечь. Чжао Фу не давал молодым евнухам вмешаться. Он сам задернул полог на кровати Ло Вэя и потушил лампы. Постояв у постели некоторое время и не услышав ни звука, он вывел евнухов из комнаты. За дверями Чжао Фу велел: –Будьте начеку. Чжао Фу зажег благовония, надеясь успокоить Ло Вэя, но подозрения не давали ему уснуть. Он размышлял о недавних событиях, не находя явных угроз для своей семьи ни при дворе, ни за его пределами. Возможно, его старший или второй брат столкнулись с трудностями? В смятении Ло Вэй сел в постели, ощущая холод без Вэй Ланя. Вспомнив, что нужно одеться, он встал и раздвинул полог. Оказалось, что ночь уже прошла. –Молодой господин, – сказали маленькие евнухи, охранявшие дверь. Они увидели, как Ло Вэй открыл её и вышел, и быстро опустились на колени. Ло Вэй был удивлен, увидев около пятнадцати маленьких евнухов. Обычно слуги ждали снаружи, но почему их было так много? –Что вы делаете? – спросил он. – Вы что, простояли здесь всю ночь? –Мы здесь, чтобы служить маркизу, – хором ответили маленькие евнухи. –Молодой господин встал? – Чжао Фу улыбнулся и быстро подошел к Ло Вэю. –У вас так много слуг, которые прислуживают мне? – Ло Вэй указал на коленопреклоненных евнухов и посмотрел на Чжао Фу. –Становится холодно, – сказал Чжао Фу, подходя к Ло Вэю и поклонившись ему. – Я знаю, что зимой маркизу особенно важно заботиться о здоровье, поэтому приказал больше слуг быть рядом. –Пока я не замерзну, мне ничего не грозит. Какой смысл звать больше людей? – заметил Ло Вэй. –Молодой господин прав, – Чжао Фу снова поклонился Ло Вэю. – Я прикажу им уйти. Маленькие евнухи молча склонили головы и один за другим вышли. Ло Вэй начал подозревать что-то неладное. Он взглянул на улыбающееся лицо Чжао Фу и почувствовал лесть. Чжао Фу, главный управляющий зала Вечного Света, обычно не заискивал ни перед кем, кроме императора Синь У. –Когда Его Императорское Величество примет меня? – спросил Ло Вэй, стараясь выглядеть спокойным, хотя внутри у него всё кипело. –Его Императорское Величество отдыхает, – ответил Чжао Фу. – Молодой господин, сначала позавтракайте. –Разве сегодня нет придворных? – удивился Ло Вэй. –Его Императорское Величество не спал всю ночь, — Чжао Фу знал, что Ло Вэй может быть упрямым, поэтому ответил осторожно: — Нам придётся подождать, пока Его Императорское Величество проснётся. –А мой отец? – не унимался Ло Вэй. Чжао Фу опустил голову и осмотрелся. Затем он сказал: –Старший канцлер ушел из дворца на рассвете. –Вам следует пойти служить Его Императорскому Величеству, – Ло Вэй развернулся и вошел в свою комнату. –Молодой господин, – Чжао Фу попытался проследовать за ним. –Если вы не пойдете, Его Императорское Величество не сможет присутствовать на утренней аудиенции, — с легкой улыбкой сказал Ло Вэй, добавив: – Вы боитесь, что я сбегу? Это дворец. Поняв намек Ло Вэя, Чжао Фу не решился войти в комнату. Он отступил и замер у дверей. Войдя в комнату, Ло Вэй проигнорировал завтрак, который подали евнухи. Императора Синь У не было видно, а Чжао Фу вел себя необычно. Ло Вэй начал подозревать, что в этой ситуации виноват он. Озадаченный, он вспомнил слухи, связывавшие его с императором. Император хотел избавиться от него ради своей репутации? Только из-за слухов? –Где Ло Вэй? – Император Синь У, сидя в паланкине, готовился к поездке к залу и спросил Чжао Фу. – Он спрашивал тебя о чем-то? –Молодой господин не задавал много вопросов, – прошептал Чжао Фу, – он просто очень хотел увидеть Ваше Величество. –Вызови к нему императорского врача Вэя, – велел Синь У. – Он не переносит холода. Убедись, что в комнате тепло. –Я все сделаю, – ответил Чжао Фу. Император Синь У закрылся от мира влажной тканью, но даже в тронный зал его глаза несли следы напряжения. Наполненные кровью вены выдавали его внутреннее состояние. Министры обменялись понимающими взглядами, каждый из них знал причину такого поведения императора. –Есть ли у кого-нибудь из министров вопросы для доклада? – император Синь У обратился к собравшимся. –Ваше Императорское Величество, – вперед вышел младший канцлер Цю Че, готовый доложить. Ло Чжицю, стоявший в первых рядах, сжал зубы. У входа в тронный зал он узнал от Се Юя о слухах, которые ночью распространились по столице. Император Синь У оглядел министров, собравшихся у нефритовых ступеней. Почти все, кроме тех, кто был связан с семьей Ло, считали, что интересы нации важнее личных. Они настаивали на отправке Ло Вэя в Северную Янь. Даже если он был сыном императора, это не имело значения. Отправка Ло Вэя могла предотвратить возможный конфликт, что было необходимо для императора. Ло Чжицю почувствовал во рту вкус крови, прикусив язык. Император Синь У взглянул на Лун Юя и увидел, что тот смотрит в пол. Нефритовое покрытие пола было так гладко отполировано, что их отражения были четкими. Лун Юй выглядел погруженным в свои мысли, полностью отстраненным от происходящего. Император Синь У отвел от него взгляд и заметил Лун Сюаня, стоявшего позади. Внезапно он увидел на лице Лун Сюаня выражение страдания, тревоги и нерешительности. Се Юй стоял среди министров. Он не мог понять, почему учитель строго запретил им заступаться за Ло Вэя. Неужели они действительно хотели его смерти? Вторая фраза, произнесенная императором Синь У сегодня, заставила замолчать тронный зал: –Ло Вэй – мой сын. Лун Сюань опустил голову. Он внезапно почувствовал, что задыхается. Как жизнь Ло Вэя могла сравниться с трудностями управления страной? Решение императора Синь У не стало неожиданностью, но слезы тихо катились по лицу Лун Сюаня и беззвучно падали на нефритовый пол.