Возрождение: Никчемный раб издевается над тираном

Несколько дней Ло Вэй провел в темной комнате. Это было похоже на одиночную камеру, и он часто чувствовал себя опустошенным. Но жизнь в заточении не была лишенной смысла. До тех пор пока Сима Цинша не нарушал его уединение, Ло Вэй находил утешение в спокойствии. Тетя Ху и ее дочь Янь-Эр приходили навещать его. Хотя тетя приходила редко, Янь-Эр заглядывала почти каждый вечер. Маленькая девочка была очень разговорчивой и не могла остановиться болтать. Она обожала улыбаться, и ее глаза искрились, когда она смеялась. Их беседы были простыми: Янь-Эр рассказывала о дворцовых сплетнях, о еде и одежде. Ло Вэй терпеливо слушал, несмотря на то, что темы иногда были несерьезными. Но когда Янь-Эр радовалась, она начинала петь или танцевать на месте. Эти моменты наполняли Ло Вэя теплом и счастьем. Ло Вэй заметил, что Янь-Эр, когда вырастет, станет настоящей красавицей, совсем не похожей на свою мать, тетю Ху. Наблюдая за тем, как она весело прыгает вокруг, тетя Ху обратилась к Ло Вэю: –Янь-Эр похожа на свою бабушку. Ло Вэй спросил: –Ее бабушка тоже во дворце? Тетя Ху ответила: –Она умерла много лет назад. Ло Вэй не стал задавать лишних вопросов. По выражению лица тети Ху он понял, что бабушка Янь-Эр скончалась не от старости. –Ваше Императорское Высочество, – тетя Ху немного помедлила, прежде чем заговорить с Ло Вэем, – я надеюсь, что у Янь-Эр будет возможность вернуться в Великую Чжоу. Ло Вэй тоже внимательно посмотрел на Янь-Эр, которая весело танцевала вокруг. –Ее характер не подходит для жизни во дворце, – сказал он. Тетя Ху кивнула. –Я согласна. Надеюсь, наши заслуги помогут Янь-Эр найти путь. –Зачем вы пришли сюда? – спросил Ло Вэй. –После преступления больше некуда было пойти, – ответила тетя Ху. Эти слова пробудили что-то в душе Ло Вэя. –Трех поколений искупления должно хватить, – сказал он. –Спасибо за ваши добрые слова, Ваше Императорское Высочество, – ответила тетя Ху с благодарностью. Ло Вэй начал задумываться о том, чтобы забрать Янь-Эр в Чжоу. Он внимательно наблюдал за ее спонтанными танцами и не заметил мимолетной вины в глазах тети Ху. Ло Ци быстро отправил Ло Вэю еще два письма. Когда третье письмо наконец-то пришло, в Северной Янь уже царила зима. Сима Цинша знал, что Ло Вэй плохо переносит холод, поэтому, когда осенью стало прохладно, он велел слугам развести огонь в покоях Ло Вэя. Теперь, оставаясь в комнате, Ло Вэй не чувствовал холода снаружи. В третьем письме Ло Ци рассказывал о ребенке, который пока еще находился в утробе Е Сю. Ло Вэй сначала читал его с удовольствием. Его старший брат всегда был серьезным, но в письмах проявлял остроумие, часто заставляя Ло Вэя смеяться. Но на этот раз, когда он увидел, что Ло Ци хочет назвать ребенка Гуй, Ло Вэй перестал находить это забавным. –Ваше Императорское Высочество, – тетя Ху посмотрела на Ло Вэя с беспокойством. Его лицо исказилось от досады, будто он проглотил горькую таблетку. – Что-то случилось? –Он хочет назвать ребенка Ло Гуй, – вздохнул Ло Вэй, потирая виски. – Разве не странно? Вдруг он вырастет и будет обижаться на свое имя? –Гуй... «Возвращение»? – переспросила тетя Ху, слегка нахмурившись. – Командующий Ло просто надеется, что вы когда-нибудь вернетесь, Ваше Императорское Высочество. –Но другие люди не знают, что оно значит. Откуда им знать, что «Гуй» – это «возвращение»? Кто в здравом уме назовет своего ребенка «черепаха»? – Ло Вэй снова взглянул на письмо, которое держал в руках. Его лицо скривилось от отвращения. –Черепаха? – тетя Ху не смогла сдержать смех. –Его Императорское Высочество гэгэ такой умный! – воскликнула Янь-Эр, радостно хлопая в ладоши, когда ее мать рассмеялась. –Неужели я такой умный? – удивился Ло Вэй. –Вы рассмешили мою маму, – ответила Янь-Эр, – а она почти никогда не смеется. –Не говори глупостей! – Тетушка Ху разозлилась и ударила дочь по щеке. Затем она повернулась к Ло Вэю. – Ваше Императорское Высочество, командующий Ло лишь сообщил вам об этом. Имя ребенка пока не определено, верно? –Если мой старший брат написал так, значит, решение почти принято, – с тревогой ответил Ло Вэй. – Моя невестка должна его остановить. Как он мог предложить такое имя? Тетушка Ху с любопытством спросила: –Когда командующий Ло называет юного господина, разве ему не нужно обсудить это с господином Ло? Старший канцлер, скорее всего, не одобрит такое имя. –В нашей семье дед выбирает имена только для старших сыновей в каждой ветви, – объяснил Ло Вэй. – Мой отец не будет вмешиваться в выбор имени для этого ребенка. –Его Императорское Высочество может написать командующему Ло и попросить выбрать другое имя, – предложила тетя Ху. – Ло Гуй звучит не очень хорошо и может вызвать недоразумения. Ло Вэй задумался на мгновение, затем спросил тетю Ху: –А это безопасно для вас отправлять? –Я отправлю его тем же путем, каким принесла, Ваше Императорское Высочество. Можете не беспокоиться, все будет в порядке, – заверила его тетя Ху. –А если кто-то узнает? –Я бы никогда не причинила Вам вреда, Ваше Императорское Высочество, – ответила тетя Ху. –Я не это имел в виду, – вмешался Ло Вэй. – Просто считаю, что лучше избегать ненужных рисков. –Командующий Ло всегда переживал за Ваше Императорское Высочество и хотел знать о принце. Эта служанка слышала, что командующий с подозрением относился к распространяемым слухам, – объяснила тетя Ху. Ло Вэй лишь улыбнулся тете Ху. Тетя Ху была уверена, что на этот раз Ло Вэя не переубедить. Однако три дня спустя он отправил сообщение через Янь-Эр с просьбой принести бумагу и ручку. Вечером того же дня тетя Ху принесла необходимые вещи в холодный дворец, чтобы встретиться с Ло Вэем. Ло Вэй три дня размышлял, прежде чем написать письмо Ло Ци. За это время его поддерживали мать и дочь Ху. Постепенно он начал доверять тете Ху. В своих трех письмах Ло Ци признался в чувстве вины за то, что не смог защитить Ло Вэя. Ло Вэй хотел успокоить Ло Ци, находившегося далеко в Юнь Гуане, и заверить его в своей безопасности. Он не хотел, чтобы брат беспокоился о нем круглые сутки. –Ваше Императорское Высочество гэгэ, – Янь-Эр прислонилась к маленькому столику, наблюдая за Ло Вэем, который писал письмо. Она заметила: – У вас очень красивый почерк. Ло Вэй улыбнулся: –С практикой каждый может писать красиво. –А Янь-Эр тоже может научиться? –Конечно. –Может ли Его Императорское Высочество гэгэ обучить Янь-Эр? –Янь-Эр! – окликнула дочь тетя Ху, заметив, что та увлеклась. Ло Вэй улыбнулся и сказал: –Посмотрим, есть ли у нас шанс. В этом дворцовом зале Ло Вэй не мог учить Янь-Эр письму. Разговаривать здесь было комфортно, а иногда даже писать письма не составляло труда. Но обучение чтению и письму оставило бы следы, хотя бы одну чернильную точку, а этого они не могли допустить. –Хорошо, – Янь-Эр не разделяла тревоги господина и матери, но пока Ло Вэй был согласен, она чувствовала себя счастливой. На этот раз Ло Вэй ограничился коротким письмом, всего в одну страницу. Он написал, что ему хорошо в Северной Янь, и попросил Ло Ци не волноваться. Также он посоветовал не называть ребенка «Гуй», чтобы избежать насмешек. –Ваше Императорское Высочество, – сказала тетя Ху, стоя рядом с Ло Вэем. – Вам нужно написать что-то, что знаете только вы и командующий Ло. Даже если это будет всего одна строчка, это поможет убедить его в подлинности письма. – Хорошо, – согласился Ло Вэй. Он уже почти забыл об этом, но тетя Ху напомнила. Немного подумав, он добавил: – «Что касается дел Бюро, младший брат надеется, что старший брат обратит на это больше внимания и не оставит без внимания». Тетя Ху запечатала письмо в присутствии Ло Вэя: –Ваше Императорское Высочество, я отправлю это письмо из дворца как можно скорее, – сказала она. –Будь осторожна, – предупредил Ло Вэй. – Если что-то случится, оставь письмо и беги. –Ваше Императорское Высочество? –Сима Цинша не убьет меня, поэтому со мной все будет хорошо, – продолжил Ло Вэй. – Но позаботься о Янь-Эр. Для тебя это важнее. Не рискуй понапрасну. Ло Вэй вручил Янь-Эр конфету от императорского врача Чу. –В ней паста из красной фасоли, – обрадовалась Янь-Эр, откусив конфету и попробовав бобовую пасту. Она улыбнулась Ло Вэю. –Я знаю, что ты любишь бобовую пасту, – сказал Ло Вэй, тоже улыбнувшись. Тетя Ху внимательно следила за улыбкой Ло Вэя. В этот момент письмо в ее рукаве казалось ей невероятно тяжелым, словно оно внезапно потяжелело до тысячи килограммов.