Восьмой демон

Неделя прошла незаметно, подступили выходные — в это время академия совсем опустела. Преподаватели, что уехали в столицу, должны вернуться только через три дня, в том числе Аэмон, поэтому Мерелин смогла ненадолго забыть о своем наказании. Как и обещала, рано утром Алиса разбудила Мерелин, и уже через час они стояли во внутреннем дворе замка, ожидая появления сонного Тайрона. Большая часть учеников тоже собирались в столицу в эти выходные, поэтому одна повозка уже успела отъехать от замка. — Ну что он копается? — недовольно пробурчала Алиса, нервно поглядывая на вторую повозку, которая медленно, но верно заполнялась учениками. — Не нервничай, — посоветовала Линерро. Сама Мерелин представляла собой образец спокойствия и умиротворения — в основном из-за того, что все еще находилась в полусонном состоянии. На ее плече висела небольшая сумка с вещами: девушка толком и не помнила, что запихнула туда, пока находилась в полудреме. Линерро была удивлена, когда соседка сказала, что в академию они вернутся только к вечеру следующего дня, а следовательно, заночуют в столице. — Этот эльф ужасно медленный, — прохныкала Алиса. — Я бы уже пешком до столицы дошла! Как только она закончила говорить, из сквозного коридора выскочил Тайрон. Торопливо подбежал к ним, остановился и согнулся пополам, пытаясь отдышаться. Он так спешил, словно знал, что еще минута промедления — и Алиса его прибьет. — Наконец-то! — девушка уперла руки в бока. — Мы думали, ты помер по дороге. — Поправочка: она думала, — пробурчала Мерелин и зевнула. Алиса возмущенно охнула. — Ты так легко меня предала! Тайрон, наконец отдышавшись, выпрямился. Поправил собранные в сложный хвост, украшенный несколькими косами по бокам, светлые волосы, вызвал завистливый взгляд Алисы, и улыбнулся. — Теперь понятно, почему он сто лет собирался! Прическу себе делал! — Грешок всех эльфов, — поддакнула Линерро. Инстинктивно поправила длинные темные волосы, которые свободными волнами спускались по ее плечам и спине. — Тогда в путь! — Тайрон взял под руки Алису и Мерелин и потянул их в сторону повозки, которая была уже практически заполнена. Они заняли последние места, потеснившись в углу, и поначалу ехали молча. В повозке было достаточно шумно — компании друзей переговаривались, смеялись, а одиночки старались отвернуться от них. Минут через десять после отъезда, Алиса втянула Мерелин и Тайрона в разговор. — Даниэль сказал, что пока нет новостей о том, что произошло в золотом лесу. Похоже, охотники отлынивают от работы, — она сложила руки на груди и усмехнулась. — Думаю, пока они не начнут проверку в академии, толку не будет, — категорично высказалась Мерелин. — Считаешь, это кто-то изнутри действует? — Вэйн нахмурилась. Линерро ответила ей утвердительным кивком. — Ну и кто это, по-твоему, может быть? — спросил Тайрон. Мерелин неопредленно качнула головой. — Я бы поставила на Аэмона, будь у него больше демонических сил, — хохотнула Алиса. — А так, понятия не имею. Да и кому это нужно? Вроде никто не пострадал, ничего не украли — это на случай, вдруг монстр задумывался как отвлекающий маневр. — Это меня и смущает, — призналась Мерелин. — Как будто какой-то глупый дурак решил позабавиться. — Может, так оно и есть, — неуверенно предположил Тайрон. — А теперь, испугавшись такого размаха, трясется от страха и не может признаться. Алиса согласно покивала. — Да кто бы сам признался? — вздохнула Мерелин. — Это же нарушение закона. Ужасное преступление. — Вероятно, — Вэйн важно покивала. — Так или иначе, правды мы не узнаем, пока этого сумасшедшего не поймают, — сказала Линерро. Тайрон неуютно поежился и обратил свой взгляд в окно. До столицы они добрались только к обеду. Выскочив из повозки, все трое потянулись, разминая затекшие конечности. Их оставили на главной площади, где так и кипела жизнь — после произошедшего инцидента с монстром здания успешно отстраивались. Ученики, едва ступив на каменную дорогу, разбежались в разные стороны. — Для начала предлагаю перекусить, — Алиса огляделась в поисках подходящего заведения. — Думаю, стоит уйти с площади. Здесь красиво, но скукота. А потом пробежимся по лавкам с одеждой. Уж больно мне хочется примерить униформу охотников. — Да, я ужасно голодна, — кивнула Мерелин и обернулась к эльфу. — Тай? Дайваль, который до этого задумчиво оглядывался по сторонам, вздрогнул от неожиданности, посмотрел на Мерелин и инстинктивно улыбнулся. — Да, отлично, — хоть толком и не понял, на что согласился, потому что не услышал половины. Первым делом Алиса, как и обещала, накормила Мерелин и Тайрона вкусным обедом, после чего они побрели по улочкам Каразела. В это время столица медленно готовилась к холодам. Ветер был не сильным, но уже достаточно прохладным, солнце сменили тучи. Мерелин все чаще замечала жителей города в теплых мантиях со скромными, маленькими брошками и несколькими пуговицами на груди и животе. Подобная верхняя одежда показалась ей удобной. Сама Мерелин носила плотное длинное пальто, под которым надето длинное теплое платье, черного цвета с серебряными пуговицами и высоким воротом, высокие сапоги со шнуровкой и изящные черные перчатки, недостаточно теплые для того, чтобы не дать пальцам замерзнуть. Алиса, не привыкшая к холодам, зябко ежилась в тонкой белой мантии с длинной цепью, протянувшейся от одного плеча к другому, в коротких, легких сапожках на маленьком каблуке и длинном светло-зеленом платье до середины икры. Линерро казалось, что только Тайрон не обращал внимания на погоду: на его плечах, обтянутых белой рубашкой с длинными рукавами, висел темно-зеленый пиджак, такой тонкий, что даже чем-то напоминал блузу, на ногах темные штаны и высокие сапоги без шнуровки. Если пройти от главной площади на север восемь кварталов, можно попасть на торговую улицу, где располагались все самые лучшие лавки столицы. Места здесь стоили очень дорого, поэтому и цены товаров соответствующие — позволить себе подобное могли только весьма состоятельные люди. Мерелин могла честно себе признаться, что быть богатой — ужасно приятно. Она могла позволить себе любую прихоть, ведь знала, что дядя никогда не поскупится. С другой стороны, иногда ей бывало совестно тратить деньги, заработанные тяжелым трудом Рэйвена, поэтому каждый раз, доставая из мешочка серебряную или золотую монету, она обещала себе, что как только станет охотницей (или хотя бы ее подобием), будет финансово независимой и перестанет приносить дяде проблемы. Тогда ее совесть замолкала, а мешочек с деньгами становился все легче. Они проходили мимо одной лавки, мимо другой, и Алиса начинала дуться, потому что Мерелин отвергала каждую из них. И вот наконец Линерро остановила свой выбор на лучшей — самая дорогая и качественная одежда. Достаточно известная лавка, у которой имелись филиалы в каждой фракции — поэтому в качестве товара Мерелин не сомневалась. Лавка располагалась в трехэтажном здании с черным фасадом, балконы которого украшали металлические вставки и кованые перила. Над деревянными резными дверьми висела золотая табличка с названием: «Аградель». Мерелин уверенно зашла первая, Алиса и Тайрон — за ней. Пронзительно зазвенел колокольчик над дверью, оповещая об их приходе. Они огляделись. Большое помещение было заставлено гладкими манекенами без лиц, на которых были представлены лучшие костюмы этого сезона. В конце лавки можно было увидеть ширмы для переодевания. Несколько диванчиков стояли у стены слева от входа, там же небольшой стол со свежими газетами. — Добро пожаловать в «Аградель», — перед ними, словно из ниоткуда, появилась женщина средних лет с доброжелательной улыбкой и оценивающими темными глазами. Ее взгляд тут же зацепился за Мерелин: она выглядела благородно, с поднятым вверх подбородком, спокойным взглядом, и, что более важно, — в дорогой, качественной одежде. Женщина сразу же, без лишних колебаний, профессионально оценила и нашла платежеспособного клиента. — Господа, ищете что-то конкретное? Она обращалась ко всем, но смотрела лишь на Мерелин. Алиса качнулась к Тайрону и, прикрывая рот ладонью, прошептала: — Похоже, она решила, что мы бедняки. Неприятно. Эльф неловко улыбнулся ей. — Нам нужны теплые костюмы. И униформа охотников. Глаза хозяйки лавки зажглись. — Так вы ученики академии? Прародитель! Большая честь принимать у себя будущих охотников. Присаживайтесь, пожалуйста, — она любезно приобняла Линерро за плечи и повела к диванчику. Алиса, морщась, поплелась за ними. Тайрон завел руки за спину, напустил на себя спокойный вид и пошел следом. Хозяйка, усадив Линерро на диван, убежала за одеждой. Вэйн уселась рядом с соседкой и хмыкнула. — Уверена, что нам хватит денег на это? — уточнила Алиса. — Я плачу, — Мерелин потрясла еще достаточно толстым и тяжелым мешочком с монетами. Алиса обняла руку соседки и прощебетала: — Ты лучшая, Мерелин. Я так и знала, что ты не такая, как другие наследники. — Сочту за комплимент, — Линерро усмехнулась. Они ожидали возвращения хозяйки лавки, когда дверь неожиданно распахнулась — снова зазвенел маленький колокольчик над ней. Все трое синхронно обернулись. Алиса скривилась, Мерелин закатила глаза, уныло вздохнула и подперла голову ладонью, положив локоть на бедро. Тайрон был единственным, кого не волновало появление новых посетителей. Он спокойно смотрел, как Грацея в сопровождении своей свиты вошла в лавку. Демоница сразу же заметила их: на ее лице проскользнула неприязнь. — Да ладно вам? — возмущенно воскликнула Алиса, увидев наследницу Зависти, и вспленула руками. — Вот надо было именно сегодня! Люсет фыркнула. В это время вернулась хозяйка лавки. Она любезно передала Мерелин костюмы. — Госпожа, ваши костюмы готовы. Пройдите сюда. Тайрон, ранее отказавшийся от примерки новой одежды, остался сидеть на диване, Алиса и Мерелин поднялись на ноги. — Грацея, пойдем отсюда? — неуверенно спросил один из дружков наследницы. — С чего бы мне уходить? — горделиво заявила девушка, попутно сбрасывая с плеч длинное светло-коричневое пальто на золотых пуговицах. Демон ловко поймал ее верхнюю одежду до того, как она упала на пол. — Я пришла сюда купить одежду. Наличие ползучих гадов не остановит меня. — Как ты нас назвала? — Вэйн дернулась, чтобы подойти ближе, но Тайрон встал перед ней и отрицательно покачал головой. Грацея бросила взгляд на спину эльфа, через секунду отвернулась и подозвала к себе хозяйку лавки. Та готова была прыгать от счастья — опредленно, и та, и другая девушки были наследницами фракций. Похоже, сегодня она получит хорошую прибыль. Алиса и Мерелин заняли две соседние ширмы, другую — Грацея. Спутники Люсет остались ждать ее в зале, негромко переговариваясь и иногда бросая взгляды на невозмутимого эльфа. Он сидел прямо, в руках держал газету и не обращал внимание на других. Первой в зал вернулась Мерелин. Тайрон отвлекся от газеты и окинул ее оценивающим взглядом. Сопровождающие Грацею демоны тоже обратили взгляд на демоницу. Черный костюм из плотной ткани облегал ее, выгодно подчеркивал приятные изгибы тела. Длинные рукава до запястья, штаны с высокой посадкой и удобным ремнем с чехлом для небольшого кинжала, высокие сапоги до колена с мощной, высокой подошвой, без шнуровки. Все же, Линерро обладала приятной внешностью, особенной, таинственной красотой, которая, пусть и не могла сравниться с эльфийской, но делала девушку довольно привлекательной в глазах других. В чем Мерелин сомневалась, будучи заклейменной братом как «чудовище». Она приятно удивилась восхищенным взглядам в ее сторону — особенно со стороны подчиненных наследницы Зависти. Мерелин улыбнулась эльфу. — Я выгляжу странно, — это был не вопрос. — В моей фракции такое не носят. Чувствую себя… неуютно. — Тем не менее, смотрится превосходно, — ответил Тайрон со всей галантностью, присущей ему. — На тебе все выглядит прекрасно, Мерелин. Линерро усмехнулась. Из-за ширмы вышла Алиса в подобном костюме, но к нему в дополнение шла мантия на одно плечо на широкой серебристой цепи. — Фу, это же жуть, как неудобно, — пожаловалась Вэйн. Она оттянула узкий воротник, и Мерелин зацепилась взглядом за тонкую цепочку с небольшим ключом. Алиса никогда не снимала этот кулон. Линерро предполагала, что эта вещица связана с чем-то важным в жизни соседки. — Еще и невзрачно, — послышался голос Грацеи позади. Мерелин обернулась. От зависти она едва не подавилась. Статная красавица Люсет даже в самой простой одежде выглядела, словно высеченная лучшими мастерами статуя. На ее фоне Линерро померкла, а невысокая, худенькая Алиса совсем потерялась. Грацея прошагала вперед, остановилась перед зеркалом, которое висело на стене напротив диванчика, где сидел Тайрон. — Нет, мне подобное не идет, — категорично высказалась демоница. — Не думаю, что мое мнение имеет хоть какое-то значение для госпожи Люсет, — Мерелин удивленно посмотрела на эльфа. Алиса пригрозила ему кулаком, но Дайваль даже не смотрел в их сторону. Его взгляд был направлен на зеркало, где в его отражении Грацея видела Тайрона. — Но я бы сказал, что на вас этот костюм смотрится хорошо. Почему? Потому что еще лучше оттеняет вашу естественную красоту. — Тай, да ты льстец, — усмехнулась Мерелин. Неожиданно, но красноречие у него развито — чего бы она не сказала при их первой встрече. Все же, первое впечатление обманчиво. — Неправда, — парировал эльф, но взгляд не отводил от Люсет. — Я, как представитель рода прекрасных существ, хорошо разбираюсь в красоте. И поверь, в этом я лгать точно не буду. Грацея, так и оставшись стоять к нему спиной, смотрела в глаза Дайваля через отражение в зеркале. Несколько секунд она оставалась неподвижной. «Ты невероятно красива, Грацея. Тебе все к лицу». Она невольно сравнила их обоих. Но в них не было ни капли схожести. Слова эльфа, пусть и напоминали комплименты бывшего жениха, звучали иначе. Грацея не слышала в них фальши: и все же, это не повод так легко на них вестись. Ведь тогда она тоже не чувствовала подвоха… — Ты прав, твоего мнения никто не спрашивал, — жестко высказалась девушка и под хохот своих сопровождающих вернулась за ширму. Тайрон лишь невозмутимо пожал плечами. — Не хочешь тоже примерить? — спросила Линерро. Тайрон с улыбкой отказался. Мерелин оглядела его с ног до головы и неожиданно поняла, что никогда не видела, чтобы он носил короткую одежду — всегда рубашки, штаны, пиджаки и туники, которые полностью закрывали его тело до самой шеи и ладоней. Словно он стеснялся своего тела. Мерелин не стала давить. — Что ж, тогда примерим еще парочку и пойдем. — Как скажешь, наш мешочек с деньгами, — Алиса сразу же забыла о неприятной встрече и ускакала в сторону ширм. *** Большая часть учеников академии разъехалась на выходные — все отправились в столицу, чтобы развлечься. Калиста знала, что ее братец тоже уехал развлекаться с кем-то из старших с факультета Бескрылых. У эльфийки на эти выходные были свои планы. Поздним утром она наконец вышла из комнаты и отправилась на поиски нужного ей кабинета. Насколько девушка знала, он также остался в академии, что, несомненно, ей на руку. Длинное персиковое платье путалось в ногах, стук каблуков эхом разносился по всему пустому коридору. Калиста невольно поправила рыжие волосы, собранные в пышную косу, тянувшуюся сбоку от уха и до талии с золотыми украшениями — кольцами по всей длине. Она встречала в коридорах редких учеников и преподавателей, с которыми вежливо здоровалась. Его кабинет находился в противоположной части замка, поэтому она потратила около получаса, чтобы добраться до него. Остановившись у двери, Калиста еще раз тщательно все обдумала. Стоило ли ей вообще лезть в это? Опредленно. После произошедшего в Золотом лесу, она твердо намерена стать сильнее. Но на ее факультете это практически невозможно, ведь бескрылым не уделяют должного внимания, какого они, как она считала, все же заслуживали. Именно поэтому после нескольких дней раздумий, эльфийка решилась на отчаянный шаг. Чтобы защитить своего непутевого братца, она обязательно должна добиться расположения этого демона. Калиста вздохнула, взяла себя в руки и уверенно постучала в дверь. — Войдите, — ей повезло, что в выходной он был в своем кабинете. Эльфийка решительно зашла внутрь и сразу же напоролась на суровый взгляд мужчины. — Вы, кажется, с факультета бескрылых, — одного взгляда на нее ему оказалось достаточно, чтобы все понять. — Что привело вас ко мне? — У меня есть просьба, профессор Фриз… *** В лавке одежды они распрощались с Грацеей и уже не видели ее до конца поездки. До конца дня Мерелин, Алиса и Тайрон успели посетить еще несколько лавок с различными безделушками и едой, погулять по столице в спокойной, непринужденной обстановке и полюбоваться на знаменитые фонтаны на главной площади. На ночь они остановились в таверне, хозяин которой сдавал комнаты на втором этаже. Она находилась в четырех кварталах от главной площади, что занимало примерно двадцать минут ходьбы. Вымотанные прогулкой, они пожелали друг другу доброй ночи и разошлись по комнатам, как только тьма ступила на улицы — около девяти вечера. Несмотря на усталость, сон к Мерелин не шел. Она ворочалась на неудобной, старой кровати. Время близилось к полночи, но девушка все никак не могла заснуть. Тяжело вздохнув, Мерелин медленно села на кровати, помедлила секунду и только после этого поднялась. Обулась, накинула верхнюю одежду и вышла из комнаты. В коридоре, пропахшем кислым алкоголем и плесенью, никого не было — лишь из комнат доносился то храп, то смех. Для постоятельцев в здании находился отдельный выход на другую сторону улицы, и Мерелин направилась к нему. Спустилась по деревянной, казавшейся на вид хрупкой лестнице и вышла на улицу. Холодный воздух сразу же проник в легкие. Линерро выдохнула клубок пара, застегнулась на все пуговицы и пошла по темной улице. Она не собиралась уходить далеко от таверны, поэтому неторопливо прогуливалась неподалеку. Откуда-то издалека доносились голоса и хохот — где-то там стояла такая же таверна, работавшая и по ночам. Улицы города были плохо освещены, и не только в этом районе — на довольно широкую улицу всего два фонаря. А в переулках освещения и вовсе отсутстовало. Все дело в том, что поддерживать свет приходилось магической энергии, а она, как уже упоминалось, стоила дорого. Мерелин нравился этот легкий полумрак, рассеивавшийся лишь в начале или конце улицы. Это напоминало ей тоннель, где и в одной, и в другой стороне был свет, словно говоривший ей о том, что всегда есть выход. Она неторопливо шла по узкой улочке, и уже собиралась возвращаться в таверну, но остановилась перед поворотом в переулок. Тихо зевнула и развернулась, чтобы потихоньку двигаться назад, но застыла на месте, когда услышала пугающий скрежет, а после короткий вскрик. Прильнула к стене и застыла. Через секунду она сделала тихий, маленький шаг к углу здания и осторожно, медленно выглянула. Поначалу в темноте было сложно что-то разглядеть. Но потом… начали вырисовываться силуэты. Мерелин втянула носом воздух и сразу же уловила этот запах. Секундой раньше, чем увидела, как тень в бесформенной мантии вскинула руку и несколько раз вонзила что-то острое в грудь кого-то, лежавшего перед ним. Сердце ухнуло куда-то вниз. «Наследница Уныния исчезла…» «Да кому нужно похищать наследницу? Только тому, кто в край свихнулся!» «Будем надеяться, что она еще жива…» Пазл начал медленно сходиться в голове Мерелин. Кровь прилила к лицу, и Линерро неожиданно почувствовала то самое, знакомое состояние. Горло будто бы скрутил спазм, словно ее обуяла невероятная жажда. В голове лихорадочно забилась мысль: «бежать». Испуг сковал тело, и все, что она смогла — это выпрямиться и прижаться к стене. На мгновение прикрыла глаза и попыталась взять себя в руки. Мерелин осознавала, что даже секунда промедления могла стоить ей жизни. И как только эта мысль укрепилась в ее голове, она наконец смогла отмереть. Медленно, не издавая ни малейшего звука, она сделала шаг в сторону, по стене. Еще шаг. И еще. Минуту спустя она свернула с улицы и рванула по дороге так быстро, как только могла. Она понимала, что только что увидела. Наследников не похищали. Их убивали и забирали тела. Но зачем? Чтобы не оставлять следов? Возможно. Нет, для нее сейчас главное — не это. То, в какую ситуацию она попала, — это самое страшное. Если убийца ее не заметил, значит на данный момент Мерелин — единственная, кто знала о том, что наследников убивают. В пылу страха она вдруг подумала — а вдруг убили не наследника? Линерро не видела лица жертвы. Однако, это станет известно уже на следующий день, если жертвой был кто-то из учеников академии. И если это действительно кто-то из прямой ветви… Мерелин едва ли в полной мере осознавала, в насколько опасную ситуацию она попала. Именно поэтому, не медля, она свернула на другую улицу и побежала на главную площадь. Линерро надеялась лишь на то, что убийца ее не заметил. Скорее всего, так и было, ведь Мерелин до сих пор жива. Он бы не отпустил ее так просто. Она даже не подумала о том, как испугаются Тайрон и Алиса, не обнаружив девушку утром в комнате. Ведь это последнее, что ее в тот момент волновало. Через полчала, запыхавшаяся и вспотевшая, Мерелин выскочила к повозкам. Водитель одной из них дремал, прислонившись спиной к бортику повозки. — Господин! Господин, проснитесь! — Линерро будто со стороны услышала, как задрожал ее собственный голос. Прокашлялась и снова позвала, уже более уверенно: — Господин! Мужчина от неожиданности едва не свалился на землю. Поправив головной убор, он недовольно посмотрел на девушку, прервавшую его сон. — Чего тебе? — Мерелин не обратила внимания на его грубость. Немного подрагивающими пальцами она достала из кармана пальто золотую монету. — Мне нужно в академию, немедленно. Как приедем, получишь еще одну такую. Глаза мужчины загорелись — он выхватил монету из рук девушки и бодро скомандовал: — Залезай. Доставлю за считанные часы! Ей не пришлось повторять дважды. Оказавшись в повозке, Мерелин выдохнула и обхватила себя руками. Она почувствовала, как ее тело дрожало — и совсем не от холода. Весь путь Линерро не смыкала глаз, и даже дневная усталость испарилась, как дым от огня. Все, чего она желала — это почувствовать себя в безопасности. И это обеспечить ей мог лишь один демон. Извозчик не солгал: с практически пустой повозкой время поездки сократилось почти в полтора раза. Ближе к трем часам ночи повозка остановилась во внутреннем дворе тихого этой ночью замка. Мерелин выскочила из повозки, бросила мужчине еще две монеты и рванула в здание, даже не попрощавшись. Она практически взлетела, как если бы у нее были крылья, по лестнице, ведущей к Северной башне. Оказавшись перед кабинетом директора, Мерелин взмолилась о том, чтобы он был там. Или поблизости, чтобы услышать ее вопли. Линерро, забыв о всех приличиях, затарабанила в дверь. Громкий голос девушки наполнил всю башню. — Директор Аарон! Директор! Прошу, откройте дверь, это срочно! Директор! Через несколько минут она затихла и прислушалась. Тишина. Неужели его нет в академии? Мерелин забегала глазами по стенам и потолку. Бросилась к соседней двери и постучала по ней. — Директор! Это Мерелин Линерро! Прошу вас, откройте! — она застыла на месте и практически прошептала: — Молю, откройте… Дверь распахнулась так неожиданно, что девушка едва не рухнула вперед. На пороге появился заспанный Николас Аарон. Растрепанные длинные волосы спускались по плечам, на нем были свободные штаны темного цвета и такая же рубаха. — Что здесь происходит? Госпожа Линерро, вы что тут устроили? Демоница выдохнула с облегчением и подняла голову. — Директор Аарон, мне нужно рассказать вам кое-что очень важное. Мужчина провел рукой по лицу, прогоняя остатки сна, и оглядел девушку. Она выглядела бледной и чем-то сильно испуганной. Учитывая обычное поведение Мерелин Линерро, вряд ли она стала бы беспокоить его по пустякам. Директор напрягся — похоже, случилось и правда что-то выходящее за рамки. Он отошел от прохода и указал рукой на комнату. — Проходите, давайте обсудим все. Линерро проскочила через порог, и как только дверь закрылась, она почувствовала себя в безопасности. После этого она наконец смогла немного расслабиться. Очевидно, она попала в спальню директора — но разве ей было до этого дело? У стены стояла большая кровать с балдахином: откинутое в спешке одеяло намекало на то, что Мерелин выдернула мужчину из постели. В центре комнаты стояли два дивана напротив друг друга и небольшой столик из темного дерева между ними. Чуть поодаль, у окна, находились рабочий стол и стул. — Присаживайтесь, я вернусь через секунду, — директор указал на диванчик и вышел из комнаты. Оставшись наедине с собой, Мерелин снова стало жутко. Картина убийства стояла у нее перед глазами, а запах… тот самый запах крови будто бы опять проник в ее нос. Горло сдавило, ей захотелось выпить, чтобы убрать это ужасное ощущение сухости во рту. Мерелин почувствовала, как на спине выступил холодный пот. Она поспешно сняла пальто, положила его рядом и уронила лицо на руки. Даже так… Она все еще до конца не осознавала, что находилась на самом краю. По вискам ударила боль, кровь отлила от лица. Мерелин почувствовала тошноту. Убийство. Она… снова… видела убийство. И снова была не способна что-то с этим сделать. Нет, она бы ничего не сделала. В этот раз — точно. Скорее, погибла бы сама. Мерелин сделала правильный выбор, попытавшись спасти свою жизнь. Здесь не за что просить прощения. Голос, прозвучавший откуда-то из глубины ее сердца, глумливо захохотал. Засмеялся над ее попытками оправдать себя. Мерелин глубоко вдохнула и выдохнула, выпрямилась. Ей нужно взять себя в руки, чтобы правильно донести свои мысли до директора. Именно этот мужчина может стать ключевой фигурой в расследовании. Как только убийцу поймают — все наследники, включая ее, будут в безопасности. Ее лицо, пусть и оставалось бледным, теперь казалось более спокойным, практически бесстрастным. Нарочито строгая, практически идеальная поза — ровная спина, выпрямленные плечи, — показывали то, насколько хорошо она владела своим телом даже в таком состоянии. Она привыкла сдерживаться. Ее учили быть благородно спокойной в любой ситуации. По крайней мере, такими были ее отец и дядя, в отличие от матери, у которой по венам текла горячая кровь. Марлена никогда не сдерживалась. Когда Мерелин попала в академию, большая часть привычек у нее сохранились, но с каждым днем она все ярче осознавала, что характером пошла в мать — все чаще ей хотелось выпустить пар любыми способами, избавиться от того, что копилось внутри. И даже в этот момент эмоции пытались взять над ней верх — Мерелин держалась на последней ниточке. Директор вернулся через несколько минут; они показались Мерелин невероятно долгими. Как только мужчина переступил порог комнаты, держа в руке поднос с чашкой, от которой поднимался пар, Линерро снова ощутила это комфортное чувство безопасности. Николас Аарон поставил чашку перед Мерелин, поднос положил на диван рядом с собой. Они сидели друг напротив друга. — Выпейте, это поможет согреться и успокоиться, — мужчина потянулся и подвинул чашку ближе к девушке. Мерелин протянула руку, и директор сразу же заметил, как дрожала ее ладонь. Она взяла чашку двумя руками, чтобы случайно не уронить, и сделала небольшой глоток. Горячий чай обжег язык, прокатился по горлу огнем, и унес за собой отвратительное чувство жажды и сухости во рту. Мерелин блаженно выдохнула. — Так что же привело вас ко мне в такой час? Линерро посмотрела на свое отражение в чае и сказала: — Директор, я видела убийцу. Николас застыл. — Что, простите? Она подняла на него уверенный взгляд. — Я думаю, наследников не похищают. Их убивают и забирают тела, чтобы не выследили. — С чего такие выводы? — голос мужчины стал суровым. Он закинул ногу на ногу, наклонился чуть вперед, пристально смотря на лицо Мерелин Линерро. — Вы понимаете, насколько серьезную вещь сказали? Мерелин вздохнула, отставила чашку на стол и рассказа ему все до мельчайших подробностей. На лице Николаса почти не проявлялись эмоции, он выглядел спокойным и бесстрастным, но внутри него бушевали разные чувства. От недоверия до легкого опасения. На моменте, когда Мерелин рассказывала про то, как она сбегала, директор неосознанно напрягся. Все же, она удачно добралась до академии. Теперь точно в безопасности. Он изумлялся тому, как настолько слабая демоница умудрилась попасть в такую ситуацию, более того — рассуждать так здраво и холодно. Любой другой на ее месте растерялся бы и запаниковал. — Я не могу утверждать, что это относится именно к наследникам, но… если завтра выяснится, что пропал кто-то из прямой ветви… Пожалуйста, примите мои слова во внимание. Директор Аарон коснулся пальцами переносицы. — Значит, вы не видели убийцу? Мерелин покачала головой. — Лишь силуэт. Бесформенный. Не могу даже рост или телосложение сказать. — Не могу понять, зачем забирать с собой тела, — признался Николас. — Вероятно, чтобы замести следы, но… Что-то все же не дает мне покоя. — Я тоже об этом думала, но в голову ничего не приходит. Мерелин взяла со стола чашку с уже остывшим чаем и разом допила его — горло пересохло, пока она говорила. — Послушайте, госпожа Линерро, — властный тон директора едва не заставил ее подавиться чаем. Девушка инстинктивно сжалась, ожидая его слов. — Я попрошу вас никому не говорить о том, что вы видели. Сами понимаете — это опасно. Мы не можем знать, где затаился убийца. Сейчас нам важнее обеспечить вашу безопасность. После этого мужчина молчал почти с минуту, и Линерро это начинало волновать. Она крепко сжала чашку в руках и вдруг выпалила: — Простите, директор. Он поднял на нее взгляд черных глаз и непонимающе приподнял темные брови. — За что? — Я вас потревожила в такое время… К тому же, трусливо сбежала, даже не попытавшись помочь… жертве… — Не говорите ерунды, — одернул мужчина. — Вы, даже будучи демоном, слабы. Вы бы ничего не изменили, если бы попытались вмешаться. Не думаю, что мы бы говорили, поступи вы так. Вы все правильно сделали. Не вините себя. Мерелин кивнула и опустила глаза. — Вы достаточно спокойно реагируете для подобной ситуации, — подметил директор, снова оглядывая ее внимательным взглядом. — Может быть, по мне не слишком видно, но я в ужасе, — Мерелин нервно усмехнулась и махнула рукой. Чашка выпала из ее руки и, ударившись о край стола, раскололась. — Ох, прошу прощения, я… Она вскочила и бросилась убирать осколки с ковра. Директор устало вздохнул и тоже поднялся на ноги. — Оставьте, я сам уберу. Вы можете порезаться. Но Мерелин словно не слышала его. Она лихорадочно хватала пальцами осколки чашки и что-то бормотала себе под нос. Словно отключилась от реальности. Вот теперь Николас разглядел, как сильно она переживала и боялась. Директор раздраженно пожал губы и подошел к ней. — Прекратите, госпожа Линерро. Он перехватил ее руку, обращая на себя внимание. Запястья охватила жгучая боль. Яркий свет ослепил обоих — пришлось закрыть глаза. Мерелин вскрикнула от неожиданности, инстинктивно попытавшись отдернуть руку, но хватка директора оказалась сильнее. Он скривился от боли, но не издал ни звука. Секунда — и свет, и боль, исчезли, оставляя после себя лишь быстро затухающий, колющий кожу шлейф. Их взгляды одновременно упали на запястья. Мерелин отшатнулась от директора, взглянув на печать на его руке. Мужчина непонимающе разглядывал ее знак. Черный месяц, слившийся с ярко сиявшей серебристым светом звездой, вокруг которых вились лозы с редкими, странной формы листьями. Они были одинаковыми. Более того — такой печати не существовало!